1.1. Знакомство с солнцем

Хорошие друзья, хорошие книги и спящая совесть — вот идеальная жизнь.

— Марк Твен

Кассия вновь взглянула на билет: — Платформа девять и три четверти, — повторила она про себя. На вокзале Кингс Кросс толпились маглы, тут был слышен шум поездов, тут были радости встреч и слезы разлук. И только двадцать минут до отбытия поезда а Хогвартс, только двадцать минут на прощание с Лондоном, на прощание с миром, что ничего не знает о магии, и в этом была его прелесть. Кассия направилась к платформе номер десять, но не дошла до неё, а, не останавливаясь, лишь покрепче схватив тележку с багажом, прошла сквозь стену-барьер. Волшебницу обдул прохладный ветерок. Перед ней появился алый паровоз, его первые вагоны были полностью заполнены детьми, кто-то из них высовывался в окно и прощался со своей семьёй. Кас грустно взглянула на одну из таких компаний, но, помотав головой, быстро отвернулась и зашагала дальше. Девочка остановилась у входа в один из последних вагонов, поставила багаж и вытащила аккуратную волшебную палочку, длинной в 13 дюймов, из вишни, с сердцевиной из сердечной жилы дракона. Кассия вспомнила, как Оливандер с гордостью протянул ей эту палочку, какое приятное чувство испытала, когда взмахнула ей. Сейчас можно было вспоминать такие моменты беспрепятственно, никто не омрачил бы это чудесное прошлое. — Вингардиум Левиоса, — после того, как девочка произнесла эти слова, вещи её взлетели. Положив палочку на место, она схватила свои чемоданы, а их было два, и занесла в грузовой отсек. Девочка шла во узкому коридору, заглядывая в открытые купе, дабы найти наименее многолюдное. Она слышала детский смех, голоса, которые говорили только р Хогвартсе — все были в предвкушении. Все, но не Кас, волшебница с превеликим удовольствием никогда бы не переступала порог этой или какой-либо другой школы. Девочка дошла до конца вагона и развернулась, вспоминая, где было меньше людей. Кассия подошла к купе, где сидело два мальчика, её ровестники, и о чём-то говорили. Кас постучалась: — Извините, можно ли к вам? — сказала она. Мальчики, видимо не заметившие её появления, вздрогнули. — Да, конечно — ответил мальчик с очками, улыбнулся ей и подсел к своему приятелю, освобождая девочке место. Кассия села, достала учебник по Трансфигурации и открыла 27 главу. — Меня зовут Джеймс Поттер, — произнёс все тот же мальчик. — А я Сириус Блэк, — второй сказал свою фамилию с каплей принебрижения. Девочка не сразу поняла, что ей тоже нужно представится, но потом поспешила сказать: — Я Кассия Гр… Андерсон, — последнее слово она распробывала на вкус, впервые Кас представилась под этой фамилией. Она больше не принадлежит той семье, она — Кассия Андерсон. — А Касси у нас видимо зубрила, — усмехнулся Сириус. Волшебница взглянула в его серые глаза и выдержала паузу. Мальчишка был весьма симпатичен, с аристократической внешностью. — Ты, наверняка, на Когтевран попадёшь, к этим зубрилам. Кас ничего не успела ничего ответить, ведь в купе зашла рыжеволосая девочка, и внимание сидящих на какой-то момент переключилось на нее, в её изумрудных глазах стояли слезы. Кассия подвинулась, прижалась к стене купе и отвернулась. Девочка не любила, когда кто-то плакал, ей казалось, что в слезах незнакомки виновата Кас, хотя это было совершенно не так потому, что рыжеволосую волшебницу она повстречала первый раз в жизни. — Все решит шляпа, — наконец ответила Кассия. Поезд тронулся и девочка посмотрела в окно, отложив книгу. — Вот бы сейчас сбежать отсюда. Туда… — пронеслось в её голове. — А ты откуда? — спросил её Джеймс. — Я не знаю, — увидев вопросительные выражения лиц у мальчишек, девочка уточнила, — Я не знаю, где я родилась. Мы с отцом постоянно переезжали, а какую страну мы посетили до Великобритании я уже не помню. В глазах мальчика проснулся интерес: — Расскажешь? — Кас неуверенно посмотрела в его карие глаза, — Ну, пожалуйста. Кассия какое-то время молчала, собираясь с силами, ей предстоит вспомнить время До, время радостное, но печальное, время, когда она жила в неведении. — Мой отец держал в основном меня дома. Но когда я достигла сознательного возраста и могла сбегать из дома, я начала гулять далеко за его пределами, ведь отца вечно не было, — начала Кассия, — К сожалению, я не могу вам рассказать об Эйфелевой башне во Франции, не могу рассказать о статуе Свободы в США или рассказать о Эвересте, что находится сразу в двух странах: Китае и Непале. Я вообще не могу вам поведать о каких-то достопримечательностях, о достояниях стран. Но… Я могу рассказать о людях и о природе — обо всём, что я видела своими глазами, — так волшебница начала свой рассказ. Говорила она много, не останавливаясь, рассказывала о прекрасном закате на лавандовом поле во Франции, на который привёл посмотреть её знакомый, о добром виноделе из Норвегии, о прекрасном море В Египте, где было очень много живности. Но… Она не рассказать о второй стороне её приключений. Зачем? Детям это знать не надо. Им лучше не знать, что винодел оказался корыстным человеком, и что он не просто так вошёл к ней в доверие и девочка почти поплатилась за свою доверчивость, им лучше не знать о том, что знакомого, который привёл её на лавандовое поле, девочка больше не видела, Кас догадывалась, что отец разузнал о том, как волшебница рассказала парню о своей сущности. Кассия видела обе стороны монеты под названием жизнь. Но опять же детям это знать не обязательно. Сейчас нужно, чтобы они верили в прекрасное, в доброту окружающих. Она не будет тем, кто полностью перевернёт это восприятие мира. Кассия закончила свой рассказ, тяжело дыша, зеленоглазая девочка притихла, успокоилась, мальчики заворожено смотрели на неё, ожидая продолжения. Но поняв, что это конец Сириус прервал образовавшуюся тишину: — Хоть какие-то эмоции за это время ты проявила. Джеймс ткнул приятеля локтем и сказал с улыбкой на лице: — Тебя бы ещё слушать и слушать. Даже завидно, что ты столько повидала. Кассия подала плечами и посмотрела в окно. Послышались быстрые шаги, и в помещение вбежал, что уже переоделся в школьную форму. Кассия мелком взглянула на него, отметив, что вид у него неухоженный. Он начал ругаться с девочкой, но Кассия была уже не тут, а в бескрайних полях за окном. Как птица… Свободная птица… Если перерождение и существует, ей бы хотелось быть птицей. Ей бы хотелось быть свободной от закона, от прошлого, от людей. Не в этом ли счастье? — Ты будешь в Слезирине, — вывел её из временного забвения голос. Слизерин… — В Слезирине? — девечий голос. Кас не удержалась и обернулась, также как и Джеймс с Сириусом. — Кому охота быть в Сизерине? Я бы ушёл в таком случае, а вы? — спросил Поттер у Кассии и своего приятеля. — Куда угодно только не Слизеринф, — неожиданно для себя сказала девочка, — Но думаю, что не правильно судить других по факультету… У меня есть свои причины моего нежелания попасть в Слизерин. — Вся моя семья была в Слизерине, — вот, что ответил мальчик. — Господи! А я-то думал, ты нормальный! — А может, я нарушу традицию, — сказал Сириус с хитрой улыбкой, в его глазах играли черти, как будто он собирался сделать что-то незаконное, — А ты куда собираешься, уже выбрал? — В Гриффиндор, где обитают сердцем храбрые! Как мой папа, — ответил Джеймс с гордостью в глазах. Незнакомый Кассии мальчик пренебрежительно фыркнул. — Какие-то… — Джеймс не успел договорить. — Только не начинаете ссориться, — сказала Кас, предчувствуя голову боль в виде конфликта троицы, — Всё равно каждый останется при своём мнении. И если вы попадете на разные факультеты, то больше не видетесь. Так зачем тратить нервы? Мальчики призадумались, а рыжеволосая с благодарностью посмотрела на неё, но у её друга в глаз читалось прозрение к сидящим напротив. — Ты правильно говоришь, Кассия. Пойдёмте, мы найдем другое купе, — согласился с ней Поттер и встал с сидения, Сириус последовал его примеру. Неожиданно для Кас, Джеймс схватил её за руку и потащил за собой. — Извините, — это всё, что она успела сказать. Парочка недоверчиво на неё посмотрела, но этому Кас не удивилась Ведь с тех пор, как она вернулась, не очень часто можно было разглядеть какие-то эмоции на её лице, хоть девочка и очень старалась. Когда они вышли из купе, девочка поторопилась спросить: — Зачем ты меня потащил с собой? Ты меня толком не знаешь. — А ты сопротивлялась? — усмехнулся мальчик, все ещё держа Кассию за руку. — Не уходи от ответа. — Давай так, когда ты рассмеешься, тогда я расскажу. — Ахахах, — послышался фальшивый смех, а за ним и улыбка. — Так не считается, — вмешался в разговор Сириус, — глаза все те же, как у куклы. Девочка вздохнула, глаза её повеселели, опять раздался смех и на губах заиграла улыбка. — Так? — Более искренне, — Джеймс посмотрел на неё с небольшой грустью, но вскоре вновь на его лице заиграла улыбка. Они зашли в другое купе, где сидело двое мальчишек. — Можно? — спросил за всех Поттер. Мальчик, что выглядел немного нервным, кивнул. Кас рядом присела с ним, а Сириус и Джеймс рядом с полным мальчиком. — Я Джеймс Поттер, — представился волшебник, — А это Сириус Блэк, — он указал кивком на друга, — И Кассия Андерсон, — он показал на девочку. — Питер Питтегрю, — сказал полный Второй какое-то время помолчал, как будто думая, что стоит ли ему назвать свое имя. — Римус Люпин. — Кстати про имена… Джеймс, Кассия — слишком официально, зови меня Кас. Это всех казается, — девочка посметрела на Сириуса, — И тебя, Сириус, перестань звать меня Касси. — Эмоциональнее, Касси, эмоциональнее, — ответил сероглазый. Кас это было не приятно… Она знала о своей проблеме, но ничего не могла сделать. — Надеюсь, вы не такие как этот, — обратилась девочка к новым знакомым. — Кас, лучше, чем приператься с Сириусом, расскажи ещё что-нибудь, — вмешался Джеймс. — Я плохо все помню… Какое-то время я старалась не вспоминать, не думать. — Зачем? — неожиданно спросил Римус. Кассия прикусила внутреннюю сторону щеки. Зачем она это сказала? Совершенно не умеет держать язык за зубами. — Давайте не будем об этом. Лучше в честь знакомства сыграем в карты, — Джеймс подмигнул девочке, а она посмотрела на него с благодарностью, как могла, — Кто не знает правил? Оказалось, что большая часть компании ни разу в жизни не играла в карты: Римус, Питер и Кас. — Ай-яй-яй, за все жизнь ни разу в руках карты не держать, в элементарного Дурака не играть, — причитал Сириус. В первой партии дураком оказалась Кас, но при этом на удивление выиграл Римус. — Ты точно в первый раз? —поинтересовался Блэк. — Я в жизни карты до этого момента в руках не держал. Просто надо считать козыри, и другие сильные карты, тогда… — Не начинай. Потом к ним постучалась улыбающаяся женщина: — Чего-нибудь хотите, ребятки? — сказала она и показала на тележку с разнообразными сладостями. Джеймс и Сириус сразу подскочили и набрали разнообразных вкусностей, Римус приобрёл жевательных червяков, а Кас, ностаальгиркя по прошлому, парочку шоколадных лягушек. Хотя не имело значения кто, что и сколько приобрёл, ведь все стало в конечном итоге общим. Смех, разговоры ни о чем — все наполняло Кассию изнутри теплом, на губах её играла лёгкая улыбка. Больше ей не хотелось быть свободной птицей на просторе, если бы это означало, что она будет вновь одинокой. Да, этого ей не хватало, хотя девочка и пыталась об этом не думать. До приезда в Хогвартс оставалось меньше получаса, новые знакомые решили избавиться от магловской одежды. Кассия вышла из купе и направилась в уборную, вернулась она уже в мантии поверх брючного костюма. Кас постучалась: — Вы уже всё? — Нет ещё, подожди, — послышался голос Сириуса. — Капуши. Наконец-то ей открыли и девочка вернулась на своё место. — А теперь убираем весь этот беспорядок, — сказала та, оглядев купе. В нём царил небольшой хаос: сладости, пустые упаковки от них, карты, чей-то носок. Послышалось ворчание, но все-таки все принялись за уборку под строгим взором девочки. Закончилась она только к приезду поезда в школу чародейства и волшебства. Мальчишки прилипли к стеклу, стараясь разглядеть замок, но Римус вместе с Кассией остался в стороне. — Приехали. — Жди меня, Гриффиндор! — воскликнул Поттер. — Я думаю, что ты точно на него попадешь. — По-другому быть не может! — Джеймс выскочил из купе, и все последовали за ним, как будто изголодавшиеся по свету за солнцем.