Часть 6

Утром я уже сидела в машине Макрона с затонированными стеклами и очень классным салоном. Я обняла Бертрана на прощание и прямо таки повисла на нем, это выглядело миленько. Нет не подумайте, что мы сладкая парочка, утопающая во френдзоне, просто мы оба были тактильны)) Макрон завел машину, и выехал со двора, но я в последнюю секунду открыла окно и крикнула Бертрану: — не дай бог что случится с моей машиной , приятель! — ни в коем случае, милая! и мы тронулись с места. Минут тридцать мы ехали молча, мне было максимально некомфортно и я была не расположена к разговору. Но понимала что сейчас как нельзя кстати будет поблагодарить этого катализатора моего сердцебиения и возбудителя нервной системы. Мысленно я прокрутила, что хочу сказать, но только лишь доходило до дела, как я сразу терялась и не в состоянии была сказать хоть слово. — Я что такой ужасающий, что ты двадцать минут колеблешься и не можешь мне что-то сказать? Не помню, когда наступил день, что я перестала удивляться его проницательности и способности читать людей, как раскрытую книгу, но первое время я не могла с этим свыкнуться. Хотя признаюсь, как бы хорошо я не старалась скрывать свои эмоции, рядом с ним, откровенно говоря, это вообще не получалось, он умело дирижировал моей мимикой, так что мое выражение лица в его присутствии подчинялось только ему. — я тогда не имела возможности тебя поблагодарить, но сейчас могу, я хотела сказать спасибо за подарок — понравилось?— он сразу понял о чём речь,и это ещё одна его особенность, которая мне очень и очень в нем нравилась. Он никогда не переспрашивал, все улавливал с первого раза и всегда ориентировался в каких бы то ни было ситуациях. — да, спасибо, приятно, что ты умеешь слышать. — этим я имела ввиду то, что он услышал, а в последствии запомнил, что я хотела "вид на Эйфелеву башню, а не на этих мужиков в строгих костюмах, на черных тачках" На это он лишь победно улыбнулся, ибо цель выполнена — девчушка в восторге, хотя ещё вчера вечером она готова была плюнуть тебе в лицо. Но право, ребятки, хочу сказать ещё одну деталь: Макрон умел и любил делать подарки; не только по праздникам, не только в честь "чего-то", не только за "что-то". Он всегда попадал в яблочко при выборе платья или туфель, которые, признаюсь, дарил мне весьма часто; краски, мольберты, рамки, которые он дарил, стоили баснословных денег и были наилучшего качества. Самые дорогие подарки от него были картины Сезанна, Да Винчи, Пикассо. Один раз как-то он выкупил оригинал Пабло Пикассо "Сон" за 160 миллионов у Стивена Коэна, и на минуточку, цена была дороже на 10 миллионов, чем предыдущий автор ее покупал. Помниться, я тогда знатно охренела, настолько дорогие подарки мне не делал никто, да и вообще, на самом деле, почти все мои друзья (в частности те, которые присутствовали в моей тусовочной жизни) дарили мне что-то типа бижутерии, брендовых вещей, аксессуаров или сумок, что-то из разряда "шик, блеск, гламур, детка, мы знали, что ты давно это хотела" , хотя в действительности я хотела совсем другое, лишь Бертран дарил мне произведения искусства — чаще всего опять таки картины или эксклюзивные кассеты, книги, доступные для узкого круга общества, мало доступные мемуары и причиндалы для моей работы. Не то чтобы я жалуюсь, но большинство из моих знакомых имели некоторые стереотипы насчёт меня, в том числе и моя тетушка: она всегда дарила мне одежду, клатчи или поездки на Кипр или Маями, звучит как будто я зажралась, но вовсе нет, я всегда принимала презенты с радостью, однако это было не то что я хотела, а ведь согласитесь,нет ничего утомительное получать в единственный в году день рождения то, что тебе совсем не нужно или то, чем у тебя битком набиты шкафы. Что же о нас: мы заехали в город, и далее ехали по направлению к моему дому. Он помнил, что я живу в 16-ом округе, так что не спрашивал, пока мы туда не доехали, ну а потом естественно мне нужно было сказать, где конкретно находится здание, в котором я живу. Мы подъехали и тут он сказал: — я подожду тебя здесь, иди собери нужные тебе вещи — ну уж нет, — возмущённо ответила я,— я и так уже ношу почетное звание талантливой художницы, хренового водителя и идиотки, не знающей границ при общении с президентом Франции, так что не смей ещё и приписывать мне клеймо негостеприимной истерички. Либо идёшь со мной, либо уезжай. Он усмехнулся моему заявлению. — милая, мне так приятно, что ты зовёшь меня с собой, но давай не забывать, что я президент, а не твой телохранитель, и стоит мне выйти прямо здесь, прямо сейчас, из этой машины, как тысячи взглядов и щелчков из фотоаппарата или телефона посыпятся на нас в сию же секунду, не успеешь ты дойти до той самой двери. Он конечно был прав, но мы ведь помним, что я Джимми Нейтрон с илономасковским мозгом и найду выход из самых затруднительных положений. На заднем сидении лежала моя спортивная кофта с капюшоном, которую я накинула ещё утром, так как было слегка прохладно, а потом сняла, ибо с наступлением солнцепёка стало жарко. Так вот, размер оверсайз — что было очень кстати, сел на Макрона идеально. Я накинула на него кофту, завязала капюшон до предела так, что лицо было видно еле-еле, попутно поржала с того, как он выглядел , а потом напялила на него маску— вуаля, Чхёй Чик из "Черной маски" прямо перед моими глазами. Мы зашли в дом и поднялись на 14 этаж. Зайдя в квартиру, я сразу же пошла к себе в комнату, оставив Эммануэля в огромной гостиной. Пока я собирала все необходимые мне вещи и переодевалась в другую, чуть более скромную одежду, он рассматривал каждый уголок моего места жительства, так что когда я вышла с собранным багажом в руках, то застала его заинтересованно смотрящим на одну из моих картин. В чем собственно зацепка, так это в том, что характер этой картины весьма откровенный, на ней была нарисована полуголая и сидящая на полу я, прикрывающая рукой грудь, (но в трусах ёпта, много там не фантазируйте, извращенцы!!😠) а сзади меня сидел парень с открытым торсом без футболки, но в штанах. — кто рисовал?— не отводя взгляда от картины, спросил Эммануэль. — один мой друг из академии — нынче друзья такое рисуют? — ну это ведь искусство, в этом нет ничего такого — разве у искусства нет границ? — нет, этот бред придумали сидящие деды в министерстве образования. Каждый профессиональный и опытный художник знает, что у искусства нет ни границ, ни вековой категории. Оно предназначено для осознанных и зрелых личностей, способных видеть дальше своего носа и умеющих различать порнографический подтекст и глубокий смысл. — что ж ты права, видимо я не способен такое различить) — ты смотришь только на тело, и даже не обращаешь внимания на лицо. Попробуй понять, что читается в моем взгляде или в его. — нуу, мне кажется он хочет тебя поцеловать — хаха, и вовсе нет— меня это рассмешило. — ну тогда не знаю, но что насчёт тебя.... — он на минуту задумался, как бы повторно проанализировав всю картину, — что насчёт тебя, я думаю, ты как будто бы не в своей тарелке, вроде и страсть, и огонь, и искра в твоих глазах, но ты всё равно не очень вовлечена во всё происходящее, тебе абсолютно плевать на этого парнишку, что сзади тебя, он тебе неинтересен,он смотрит на тебя, а ты как будто не желаешь, чтоб он прикасался к тебе, такое впечатление, что тебя вырезали из другой картины и пририсовали сюда. Я внимательно слушала все, что он мне говорил и была , честно говоря, удивлена, ибо все что он сказал было абсолютной правдой и никаким образом не противоречило действительности. — это... это , действительно да, это действительно так, право, ты даже меня эпатируешь своим зорким глазом. И что самое интересное, меня действительно вырезали, так как приятель мой срисовывал это с одной моей фотографии и потом пририсовал себя. Так что ты очень даже прав. Но...как ты угадал, что рисовала не я? Ты сразу спросил, кто рисовал. Как? — ну в самом деле, не такой уж я и олух в этом деле, видно же, что не в твоём стиле. — ах стиле, хахха — я почему-то рассмеялась, — вон оно как, даже научился различать! Он тоже подхватил мой смех: — ты меня недооцениваешь — очень может быть, впредь буду внимательнее к тебе) Мы улыбнулись друг другу и вышли из квартиры. В Елисейский дворец мы прибыли к трем часам дня. Когда мы в него зашли, нас встретила довольная и в прекрасном духе Бриджит, она крепко меня обняла и была очень рада видеть. Я направилась в "свою" комнату, по правде, потом эта комната была мне уже, как родная, так как я часто в ней ночевала , и оставила там все свои кипы шмотья. Макрон уехал по делам, а мы тем временем провели весь оставшийся день с этой милой женщиной, обсуждая политику, искусство, литературу, обычную жизнь, много-много смеясь и даже иногда краснея , так как рассказывали порой какие-то истории очень даже личного характера, но , признаюсь, я так быстро доверилась ей, барьера между нами в виде возрастной разницы вовсе не было, мы воспринимали друг друга, как давно знакомых сверстников и делились всем, чем только могли. Мы катались на велосипеде вокруг дворца, готовили вместе ужин, представьте себе, она даже отпустила кухарку, делегировав ей уборку второго этажа. А ещё, самое интересное — она посвятила меня в свой проект, о котором мне рассказал Макрон, поделилась всеми своими мыслями и идеями насчёт этого, а потом предложила мне быть соучастником в организации того самого центра живописи, на что я с радостью и большой честью согласилась. — ну ведь прелесть, милая! Какое чудо, что ты появилась в моей жизни, думаю это не просто так, судьба послала мне тебя, чтобы ты напомнила о том, что искусства в моей жизни так мало, но оно так мне близко и по душе. — ох, я так рада. Мне, право, очень и очень нравится ваша идея, в особенности то, что вы решили помочь реализоваться начинающим и возможно будущим феноменам и профессионалам в этой сфере. Я готова внести свою лепту и полностью погрузиться в ваш проект, коль уж вы даёте мне такую возможность, и я очень вам благодарна, что даёте мне возможность сотрудничества с вами. — ну что же это чудно, у нас ещё будет время обговорить все более детальнее и тщательнее насчёт практической части. На часах было 10, Макрон так и не вернулся, как сказала Бриджит он решал важные вопросы по поводу финансирования армии и военно-морской пехоты. Поэтому мог быть позже, чем обычно. Мы с Бриджит допили чай, а затем пожелали друг другу спокойной ночи, разошлись по своим комнатам. Я плюхнулась на кровать и с улыбкой и приятной усталостью от классно проведенного дня впала в Царство Морфея. Но видимо сегодня поспать полноценные 9 часов не судьба. В 2 часа ночи, я почувствовала холодные прикосновения к моему тёплому плечу и неосознанно взьежилась. Еле-еле открыв глаза и приподняв голову с подушки, я обернулась. Это был Макрон. Какого черта спрашивается, он будил меня в ночное время, я понятия не имела, но не сказать, что я была в восторге. Он был в деловой одежде: брюки, галстук и помятая рубашка с поднятыми рукавами и расстегнутыми на них пуговицами. Его холодный руки только больше пробуждали во мне дрожь, ибо прикосновения были не очень приятными. — вставай, поедем в одно интересное место. — Сказал он полушёпотом и убрал свои ледяные руки с моих теплых, ещё не отошедших от сна плечей.