Опасный переход

После предательства многие возненавидели Феанора, проклиная. Я не могла поверить в то, что он смог так поступить с нами. Но похоже надо было давно принять безумие Феанора. Нет больше доверия к нему. Он всё растоптал своими усилиями. Большой отряд Финголфина двинулся в путь через ледники. По началу поход был более менее безопасным, но чем дальше мы уходили, тем сильнее становился холод и ветер, сбивая нас с ног. Он пробирал до костей. С каждой милей идти становилось всё сложнее, шаг наш замедлялся. Руки и ноги онемели от ужасающего холода. Многие эльфы стали погибать. Сначала мы обсудили с Финголфином, что же делать с телами эльдар. Решили, что нужно попытаться забрать их с собой, но после их стало так много, что эльфы падали вместе с телами. Нам тяжело далось решение оставить их во льдах, но другого выбора не было. Тогда бы погибло ещё больше. Многие эльфы плакали, не желая расставаться с родными. Их слёзы замерзали на лицах, превращаясь в ледяные маски. Я видела, как они с тоской смотрели на своих близких, понимая, что никогда больше не увидят их живыми. Эти сцены разрывали моё сердце, но я знала, что у нас нет другого выбора. Мы должны были идти вперёд. Каждый шаг по ледяной пустыне был агонией. Боль утраты затмевала рассудок, превращая нас в тени самих себя. Дорога за нами была усеяна телами погибших, которые навсегда остались во льдах. Они больше не встанут, не улыбнутся своим родным. Их глаза, застывшие в вечном холоде, смотрели на нас с укором. С каждым днём отчаяние становилось всё сильнее, но я продолжала идти. Трясущимися руками я прикоснулась к ожерелью, подаренному мне Феанором. Холодные камни блестели в звёздном свете, напоминая о прошлом, которое уже не вернуть. Мысли о детях терзали меня. Я беспокоилась за их судьбу, за то, что они оказались в этом кошмаре. Они были слишком юны, чтобы пережить такие испытания. Мы отвергли советы Валар и теперь были предоставлены сами себе. Никто не мог помочь нам. Этот путь казался бесконечным, словно мы ходили по кругу. Сколько дней мы уже шли? Когда закончится этот лёд и холод? Многие эльфы начали терять надежду. Но впереди раздался звук рога. Это был Финголфин, который шёл впереди отряда. Его голос был слабым, но в нём звучала решимость. Под ногами искрился лёд, а воздух был ледяным и тяжёлым. Мы шли измотанными, потеряв веру в спасение. Ноги отказывались двигаться, но я не могла сдаться. Я шла ради детей, ради Глорфинделя. Внезапно одна из девушек начала падать от усталости. Это была Галадриэль. Я подошла к ней, сгорбившись от усталости. Её лицо было бледным, а губы синими. Я попыталась поднять её, но мои руки окоченели, и я не смогла этого сделать. Слёзы застыли на моих глазах, но я не позволяла себе плакать. — Галадриэль, вставай. Не время сдаваться, — сказала я, стараясь говорить твёрдо. Она посмотрела на меня пустым взглядом, её глаза были полны печали. — Нет надежды, — прошептала она синими губами. Её голос был тихим, но в нём звучала обречённость. — Мы все умрём здесь. Я схватила её за плечи, пытаясь заглянуть в глаза. — Мы дойдём до берегов Средиземья, — сказала я, стиснув зубы. — Мы должны выжить. Но её взгляд оставался пустым. Она не верила мне. Её дух хотел покинуть это тело и уйти в чертоги Мандоса, где нет боли и страданий. Я не могла позволить ей сдаться. — Ты слышишь меня? — закричала я, чувствуя, как отчаяние подступает к горлу. — Мы справимся. Мы выживем! Мои слова звучали как мольба, но я знала, что должна убедить её. Я взяла её лицо в свои руки, пытаясь согреть его своим теплом. — Мы не можем сдаться. Мы должны идти вперёд. И наконец надежда появилась. Протяжный гул рога впереди оповестил, что мы добрались. Сумели выжить. Облегчённый вздох сорвался с моих губ. Я прикрыла глаза, не веря своим ушам. Галадриэль удивлённо посмотрела вдаль, где прозвучал рог. И тогда вновь надежда появилась в её глазах. Аккуратно взяв её за руки я помогла ей встать с колен. С великим трудом мне это удалось, ибо силы меня почти покинули. Мышцы были такими вялыми, что я не смогла бы даже поднять маленького ребёнка. С надеждой взглянув вперед, я искренне рассмеялась, дышать стало намного легче. Вновь повернувшись к Галадриэли я посмотрела ей в глаза, и глубоко втянув холодный воздух, устало обняла её. Галадриэль застыла в нерешительности, но потом в ответ положила свои руки мне на лопатки, слегка похлопывая ими. Разрывая объятия, я посмотрела в сторону своих детей. Они стояли недалеко от нас, радостно прыгая на месте. Ведь сейчас они смогут наконец вступить на берега Средиземья и вдохнуть тёплый воздух. Я улыбаясь смотрела на них, тепло развелось по моему телу, создавая ощущение уюта. Пройдя столько миль каждый сильно устал в дороге и не мог дождаться когда же мы сможем отдохнуть. Великая радость была в тот день. Столько боли и страданий мы преодолели. И вот наконец всё закончилось. Все в радости ускорили шаг, насколько позволяли обледеневшие ноги. Мы с семьёй шли позади, чтобы помочь отставшим. Я благодарна судьбе за то, что мою семью не коснулось горе. Никто не пострадал. Глорфиндель тщательно следил за состоянием Миримэ и Анарендиля. И вот мы добрались до берегов Средиземья. *** Шли мы дальше в неизведанные земли, лишь бы подальше от ледяных скал. В пути слагались песни, великая радость преисполнила нас силами. И мы вновь воспряли духом. Дальше наш путь лежал в Митрим. Как-то в нескольких милях от ледников, мы изумились. На небе среди звёзд возвысилось небесное светило. Свет его был подобно древу из Валинора. Серебряные лучи освещали теперь нам дорогу. Назвали мы это чудо- луной. И впредь полюбилась всем эльфам ночь. Ведь лишь тогда мы могли видеть звезды и Луну. Через семь дней пути мы добрались до Митрима. На западе поднялось пламенеющее Солнце, и Финголфин развернул синие с серебром знамёна и затрубил в рога. Цветы распускались под нашими ногами. Победный марш воинов оживлял природу вокруг. Тогда окончились века звёзд. Настало время Первой эпохи. Отряд Финголфина беспрепятственно миновал укреплённые пределы Дор Даэделот. Тогда эльфы ударили в ворота Ангбада, и при призывном звуке их труб содрогнулись твердыни Моргота. Там в высоких скалах моего слуха коснулся едва слышимый голос, но эхо заглушили его. Может послышалось. Но всё же я определённо чувствовала душу, что ищет помощи. Или всё же показалось. Не стала я тревожить Финголфина и мы двинулись дальше, назад к Митриму, но не дошли мы до сыновей Феанора и разбили лагерь в Хитлуме. *** Жили мы на Северном берегу довольно долгое время. Наслаждаясь мгновениями спокойствия. В один из таких дней к нам прибыл сын Феанора. Лагерь только начал зарождаться и каждый был занят своим делом. Я же обсуждала с Финголфином и Глорфинделем, что же нам делать дальше. Как вдруг во временный шатёр врывается солдат и говорит, что прибыл посланник. Высокий статный эльф появляется перед нашими глазами и я сразу узнала в нём одного из сыновей Феанора. Я рассматривала его лицо и видела в нём глубокую скорбь. Случилось что-то непоправимое и я это чувствовала. -Приветствую тебя Финголфин. Леди Анариэль, Глорфиндель. -эльф учтиво склонил голову.- У меня для вас вести. -Говори же, Келегорм- сказал Финголфин смотря ему прямо в глаза. -Недавно прогремела битва, в которой мой отец храбро сражался с демонами огня и тьмы- балрогами. И.. -он запнулся, голос его дрогнул.- Он погиб в той славной битве, держа меч в руках. -Как так случилось? Этого не должно было произойти. Слезы полились из моих глаз, душа разрывалась на части. Боль пронзила словно тысячи осколков всё моё существо. Глорфиндель быстро среагировал и усадил меня. Он нежно поглаживал мою руку, при этом шепча слова утешения. В этот момент мы поняли, что потеряли друга. Я посмотрела ему в глаза и увидела ту же боль. Всё звуки стали для меня далёкими. Сейчас в моей голове звучали лишь слова о гибели Феанора. Слезы высохли, осталась лишь пустота. Тихо встав с места, я направилась на улицу. Не отпуская руку Глорфинделя я брела дальше вглубь леса, пока тени деревьев не скрыли нас. Долго мы бродили там безмолвно, слушая музыку своих душ. Пытались залечить раны друг друга, но боль была столь сильна, что осталась на веки в моём сердце и сердце Глорфинделя. Великий плачь поднялся из гущи деревьев, ибо никто не оплакивал Феанора из людей Финголфина. Только сам Финголфин молча сидел в своём шатре и печалился о смерти брата. Когда боль немного утихла, мы вернулись обратно в лагерь. Там сын Феанора встретился нам. -Я хотел бы с вами поговорить.-печально сказала он. Мы оба кивнули в знак согласия и пошли следом за ним. Когда же мы оказались втроём он заговорил: -Перед смертью Феанора вспоминал о вас. Он просил прощения за то что оставил там в ледниках. Он не хотел, что бы так получилось.-он медленно обошёл стол и встал возле окна, вдумчиво смотря вдаль. -Мой старший брат сейчас находиться в плену у Моргота. Мы ничего не можем сделать. Он предлагает сделку, но мы знаешь, что он не сдержит обещание. Не стоит доверять злу.-зло проговорил он. Глорфиндель подошёл к нему и ободряюще улыбнулся. -Мы обязательно спасём твоего брата и победим Моргота. Сын Феанора с благодарностью посмотрел на него и развернувшись вышел из шатра. Мы продолжали стоять и каждый думал о своём. -Глорфиндель, ты как себя чувствуешь? - я заметила, что он стал меньше говорить, та игривость присущая ему исчезла. -Со мной всё хорошо, любимая. - он подошёл ко мне и оставил невесомый поцелуй в висок. Мурашки прошлись по коже от тепла его губ. -Я же чувствую, что с тобой что-то случилось. И не нужно говорить, что это не так.-сказала я. -Анариэль, это путешествие изменило меня. Я не могу больше быть собой. С каждым днем тревога нарастает. И я боюсь, что потеряю вас. Миримэ, Анарендила. Тебя. - с горечью сказал он. Осторожно подойдя к нему, я взглянула в небесно-голубые глаза и очертила контур его подбородка, проводя пальчиком. Спустила руку на его шею и вдохнув такой родной запах, прижалась всем телом к нему. Ощущение безопасности окутало моё сознание. Я хотела поддержать его. Сказать , что всё будет хорошо и он понял это. Сильнее прижав меня к себе, обвив руками мою талию.