В дикой природе

Мы ехали довольно долго, а города все не было. Навигатором воспользоваться мы не могли, телефоны у всех сели. И вот, в один момент машина остановилась. Бензина больше нет. А мы стояли среди леса. Фейлн к тому моменту проснулся, и, увидев наше положение, накинулся на старшего брата. — Ты куда нас завёз?! — вопил он на Верда. — Мы уже час как в городе должны были быть! — А я откуда знаю, в чем дело?! — защищался наследник. — Ты плохо ориентируешься? — спросила я, с ужасом осознавая, что из-за него мы потерялись. — Мне-то оно зачем? Я лорд, мне такие вещи знать не надо. — Придурок! — гаркнул Фейлн. Впервые вижу, как он сердится. — Ты куда свернул, когда мы ехали? На какой из поворотов? Верд поморгал. — А там ещё повороты были? — Твою мать. — протянули в один голос Фейлн и Марла. В итоге мы собрали все теплое, что нашли, и двинулись пешком. Я надеялась, что нас проезжающие мимо машины подберут, но как назло, ни одной не проехало. Мало того, Марла и я были на каблуках, и часто спотыкались. В какой-то момент она психанула и хотела идти босиком, но ей стало больно наступать на камни. Я было подумала, что раз они умеют летать, и могли бы просто подняться в воздух. Но их крылья очень большие и заметные, и если революционеры где-то рядом, нас тут же найдут. Мы несколько часов шли и молча страдали. — Я есть хочу. — сказал наконец Фейлн. — Да ладно? — съязвил Верд. — Может, в лес свернем? — неуверенно предложила я. Не факт, что мы с Марлой много там пройдем, учитывая, что нам по ровной дороге идти тяжело. — Мало ли, там ягоды будут? Или грибы? — Давайте правда в лес зайдём? — взмолился Фейлн. — У меня живот уже очень болит. — А у нас нет. — снова съязвил Верд. — Как девчонки по лесу пойдут? Они и так с ног валятся. — Ну давай их понесем. Ну я очень голоден, Верд. Ты ведь тоже. Он закатил глаза. — Ладно. Ты несёшь Марлу, я — Софу. — Это почему? — не понял Фейлн. — Я сильнее. — с этими словами он схватил меня и посадил себе на спину. Я ахнула от неожиданности, и схватила его за плечи. — С чего ты вообще взял? Ты спортом не занимаешься. — Я старше. — И? — И все. Верд пошел в сторону лесополосы. Я крепче сжала его плечи, чтобы не упасть. Он шикнул, когда я задела болевшую часть плеча. — Больно! — Прости. — я ослабила хватку. Помолчала. — Я очень тяжёлая? — Да. В смысле нет. В смысле… Нормально, короче. Я опустила глаза, скользя взглядом по земле, усыпанной еловыми иголками и мхом. Верд прошел немного вперёд и замедлился. — Ты на меня обиделась? — спросил он. — Я не могу на тебя обижаться, ты мой правитель. — Ты ненавидишь это говорить! — Но это же правда. — Да хватит! Я не… Я не хотел тебя обижать. Никогда не хочу, но каждый раз всё идёт отвратительно. — Почему ты меня спас? — спросила я, когда он перешагивал повешенную берёзу. — Почему не пустил меня к маме? Он помолчал и посмотрел на меня как на ребенка, который простых вещей не понимает. — Потому что она бы забрала тебя. А я не хочу тебя отдавать. — Почему? — Не хочу и все. — буркнул он. — Просто… Перестань на меня обижаться. Пожалуйста. Я вздохнула и слабо улыбнулась. — Ладно. — Мир? — Мир. Верд заулыбался. — Обними меня. Я опустила руки к его груди и обняла, сцепив на ней замком ладони. Путь мы продолжали, переговариваясь и хихикая, время от времени дожидаясь запыхавшегося и оголодавшего Фейлна с Марлой. Он, бедный, шел и шатался. — Умоляю, скажи, что ты что-нибудь съедобное видел? — обратился он к Верду. — Не скажу. Лорд начал хныкать и жалобно умолять небеса послать нам еду. Начинало темнеть. И в момент, когда Фейлн был готов упасть без сил, Марла воскликнула, что заметила куст ягод. Парни ломанулись к ним. Верд спустил меня со своей спины, и, разогнувшись и поглаживая ее, бросился поедать ягоды вместе с братом и сестрой. Честно говоря, я тоже налетела на кусты, и только потом вспомнила, что очень часто рядом с этими ягодами растут похожие, только ядовитые. Они немного крупнее и цвет ярче. Я замедлилась и решила осмотреть кусты. И увидела наполовину опустевший куст с ядовитыми ягодами. Рядом стоял Верд. — Выплюнь! — кинулась к нему я. — Чего? Зачем? — не понял он. — Эти ягоды есть нельзя, ты отравишься! Ты сколько съел? — Эм… Штучки две. Может, три. Не паникуй, мне ничего не будет, я съел совсем немного. Ладно, возможно он прав, и от двух-трёх ягодок на его сто с лишним килограмм ничего не случится. Может, помутит немного, но потом отпустит. Но ведь тут половина куста пустая. Когда я ему об этом сказала, он заявил, что куст и до него так выглядел, просто я не заметила. На всякий случай я его отвела подальше. Предупредив Фейлна и Марлу насчёт ягод, я отошла немного в сторону. Обнаружив полянку с крупными грибами, я аж взвизгнула и рванула их собирать. Рядышком был небольшой ручеёк, в котором я помыла собранные грибы и позвала ребят. Так как мы ушли слишком далеко от машины, мы решили ночевать прямо тут, в лесу. Марла сотворила костёр, Фейлн насобирал веток, на которых мы собирались жарить грибы. А Верд сидел у огня и молчал, гладя живот. Он был довольно бледным и каким-то грустным. — Ты в порядке? — спросила я, сев рядом. — Нет. Я не наелся. И мне холодно. Я насторожилась и потрогала его лоб. — Ты весь горишь. А ну честно, сколько ты тех ягод съел? — Я считал по-твоему? — он вздрогнул и поморщился, держась за живот. — Больно? — Очень. — он завалился на меня и заскулил. — Я умру? — Не сейчас. Тебе нужно попить, возле тебя ручеёк есть… — Не буду я из земли пить! А если у меня глисты будут? — А если тебя будет кровью тошнить? Он потерянно уставился на ручеёк. В итоге Верд все же сделал аж три глотка и ему стало противно. Грибы есть он не стал, ибо его ещё мутило. Мы же с Марлой и Фейлном довольно их уплетали, и затем молча сидели у костра. Верд ныл и жаловался на жизнь, периодически пытаясь на меня улечься. Он унялся, когда я согласилась его пожалеть и погладить по головке и по животику, чтобы сильно не болел. На год старше меня, про размеры вообще молчу, а как ребенок, честное слово. — Слушайте, — заговорила Марла, поежившись. — Я понимаю, что вы не хотите об этом говорить, но… Но кто-нибудь знает, что за синее пламя появилось той ночью? Как мать Софы пришла к нам, если она мертва? Почему папа не смог справиться с пламенем и загорелся? Мы помолчали. Верд глянул на меня и о чем-то задумался. — Я думаю, отцу что-то плеснули в вино. — предположил Фейлн. — Его ослабили и сделали уязвимым к огню, а потом напали. Только кто? — Ставлю Твою руку на то, что Зейир к этому причастен. — заявил Верд. — Он напал на меня перед тем, как я привел Софу. — А синее пламя? А мать Софы? — Ребят… Мне надо вам кое-что показать. — промямлила я, волнуясь. Не знаю, как они отреагируют. Все трое посмотрели на меня. А я уставилась на костер. Протянула к нему руку. Он начал вспыхивать и тянуться ко мне, а затем, полыхнув ярче, сделался голубым. Все трое Флеймов уставились на огонь и на меня. Я рассказала им, что случилось в кабинете врача. Фейлн попытался что-то сделать с пламенем, но то его не слушалось и ластилось ко мне. И что странно, тепла от этого голубого огня не исходило. Только холод. — Раньше ведь этого не было. — рассуждала Марла. — Что, если у тебя появился дар после того света в тайной крипте? — Но я не знаю, почему он появился! Почему именно такой. — Может, ты наша родственница? После этой фразы мальчики странно переглянулись. Я вздохнула, смотря на синий огонек. — Вряд ли. Фамилия моей мамы Эверглод, не Флейм. К тому же, тогда дар был бы у меня с рождения. — И огонь у тебя странный. — добавил Верд. — Мы точно не родственники. — Знаете, я читала, что обычный огонь, которым вы управляете, это пламя жизни. А синие огоньки — это души людей, которые бродят по этой земле. Их ещё называют блуждающие огоньки. — улыбнулась я. — Так ты сейчас сюда чью-то душу притащила? — Верд повернулся на бочок и помахал перед огнем ладонью. — Чё как? Как зовут? Огонь не реагировал. А я немного толкнула лорда. — Не обязательно меня подкалывать. Я тоже ничего не понимаю. А ещё я не могу его убрать, сделайте ещё один костер, а? В итоге, синий огонь потушила Марла, вылив на него воду из ручейка. Фейлн сделал новый костер. Мы легли кучкой, укрывшись одним пледом. Верд лежал возле меня и утыкался в мое плечо лбом. Его трясло. Температура подскочила ещё выше. Я обняла его и плотнее прижала к себе, стараясь согреть. В спину мне сопела Марла, которую обнимал Фейлн. Щеки Верда сильно раскраснелись, он дрожал и что-то мямлил во сне. Я об этом пожалею, но надеюсь, что это поможет сохранить ему драгоценное тепло. Я поерзала и положила его щекой себе на грудь, подняв одеяло ему до самого затылка. Я заснула, чувствуя его горячее дыхание на своей груди и слыша треск веток в догорающем костре.