Добро пожаловать в школу

             — С добрым утром! — крикнула Арису, когда дверь в дом Хайтани открылась.       Арису мило улыбается Риндо, будто сейчас не начало восьмого и им не нужно идти в школу. Первому дню учебы радуется только она. На ней школьная форма: белая рубашка с голубым воротником и юбка с темно-синими вставками.       Вместе с Риндо она проходит вглубь дома, где уже сидят члены Поднебесья, которые ходят в ту же школу: Изана, Какучо, Ханма и Шион. По лицам можно сказать, что те проснулась несколько минут назад, если вообще просыпались.       — Привет, золотце, — помахал в воздухе чашкой, Ханма.       — Привет-привет. Я так рада, что мы пойдем в одну школу, потому что мы знаем друга друга и нам с Юме будет не так одиноко.       — Юме бывает одиноко? — хмыкнул Изана.       Над головами раздается скрип и через минуту спускается Юме. Взгляды и внимание прикованы к ней. Она раздраженно осматривает гостиную, пока не останавливается на Арису, и ее лицо вмиг становиться добрее.       Политика школы заставляет носить учеников форму. Девушки одеты как Арису, а значит и Юме тоже стоит в юбке и рубашке. Парни же носят голубые брюки и такую же рубашку, как у девушек.       Юме не считает школьную форму чем-то нужным и обязательным. Ей некомфортно в этой одежде, она не дает двигаться свободно. В прошлой школе с формой было легче и проще — спортивная форма, при чем любая. И теперь ее заставили одеться нарядно.       — Я скормлю тебе чашку, если ты не перестанешь смотреть на мои ноги, — шипит Юме в сторону Ханмы.       Ее спину обдает жаром. Знакомый изучающий взгляд лениво ползет по спине вниз, к ногам. Запах мокрого леса приятно обволакивает носовые рецепторы. Юме поворачивается на Рана и, также, рассматривает его форму.       — Симпотно, — бросает он, тяжело сглотнув.       — Выглядишь отстойно, — лжет она.       Он ухмыляется и проходит возле нее, прикасаясь к оголенной руке. По предплечью Юме ползет жар и приятное покалывание, дыхание сбивается на две секунды. «Я заболела?» — думает она, смотря на спину Рана.       — Может вы пойдете отдельно? — спрашивает Юме, когда все присутствующие в доме обуваются и готовятся к выходу.       — Боишься упасть к моим ногам от моей красоты? — ухмыляется Ханма, теребя свои волосы.       По лицу Юме пробегает гримаса отвращения. Она кривит губы, отводит головы назад и даже не пытает со скрыть это.       — Я могу в обморок упасть из-за твоего запаха. Ты купался в этом вонючем одеколоне? — холодно отвечает Юме.       — Девушкам нравится этот запах. И я тоже.       — Ага, тем у кого нос заложен и зрение минус пять.       Арису оттягивает подругу за рукав, прося взглядом не издеваться над парнем. Закатив глаза Юме выходит из дома, попутно таща за собой Арису, извиняющуюся за Юме. Теплый поток воздуха бьет в лицо. И Юме забывает про дискомфорт от одежды, покалывания в животе от прикосновения Рана. Она забывает про надоедливую школу и нудные уроки, где в нее будут пихать учебником, который она давно прочитала, и заставлять отвечать на глупые вопросы учителя. Она ответит, после укажет на очевидную ошибку учителя, ее отругают, отправят к директору. Тот вызовет родителей и скажет, что их дочь слишком высокомерна.       Но это другая школа и другой коллектив. Сора расхваливала эту школу, показывала успехи и достижения учеников, словно Юме не все равно где просиживать дни.       Юме и Арису ходя в школу вместе и всегда слушают музыку по пути, поэтому до них ели доноситься смех и разговор членов Поднебесья. Те идут прямо за ними общаясь между собой, пиная и толкая друг друга. До Юме доходит, что ее подруга часто разворачивается назад и улыбается кому-то. Интерес берет свое: когда Арису отворачивается, Юме повторяет ее движение. Легкие улыбки были предназначены для Какучо, который, в свою очередь, ели сдерживал широчайшую улыбку. Как ни странно, но только двое заметили эти гляделки с привкусом флирта и интереса: Изана и Юме. Они обмениваются ненавистными взглядами.       — Убери своего слугу от моего Ангела, — кричат ее глаза.       — Не давай приближаться своей подруге к моему слуге, — говорят его глаза.       И как по команде Юме отдергивает подругу от любовного интереса; Изана же заводит глупый разговор про школу с Какучо. Собственники — очень нежные люди, когда тема заходит за их близких людей. Они готовы глотку вырвать любому, они сломают все свои кости и умрут, если это будет значит, что они защитят свой объект обожания.       На горизонте виднеется школа и ученики, что так спешат на занятия. Школа для привилегированных детей, обучение в которой не многие смогут оплатить. Но в каждом классе есть по два места для стипендиатов и, собственно говоря, Арису — одна из них.       — Хей, детишки в модных кроссовках — вам лучше бежать. Лучше бегите, спасайтесь от моего пистолета. Хей, детишки в модных кроссовках — бегите, лучше бегите, быстрее, чем моя пуля, — подпевает песне Юме.       — Ты ведь специально включила эту песню, — смеется Арису.       — Как знать. Вдруг это предупреждение.       — Хочется верить, что вечером школа еще будет стоять, — шепчет Ран в ухо Юме.       Тот самый трепет, что и утром, колет в животе, отдаваясь в пальцы. Горло пересохло. Юме будет списывать это на болезнь или погоду, а не на влияние Рана на нее. Он же рассматривает ее профиль, задерживаясь на родинке, ресницах и поджатых губах.       — Ого, сам Ран Хайтани желает учиться, — хрипит Юме.       Он не отвечает, лишь хмыкает и направляется к воротам школы. Компания идет за ним, как и девушки. Любопытные взгляды Юме ощущает уж слишком сильно. Она мысленно бьет себя по руке, чтобы не почесать руки и затылок от пронзительных взоров. Идея перестрелять всех, ей кажется все более заманчивой и увлекательной. «В мире итак много людей» — думает она, идя по дороге к дверям.       Движение слева заставляет ее замереть и привести свое тело в боевую готовность. Опасность может быть где-угодно, особенно в толпе. И не важно, что эта толпа — школьники. Мысль о том, что это «посвящение» в новую школу быстро исчезает, когда она видит занесенную ногу для удара. Ей удается мягко оттолкнуть Арису и заблокировать удар. Сильно и профессионально, думает она, прикрывая голову.       Но Юме перестанет быть Юме, если не ответит на удар или колкость и потому она убирает руки от головы и готовится к ответному удару. Но застывает увидев нападающего и его компанию.       — Последнее время у меня много неприятных встреч. Кто дальше? Отец? — раздраженно говорит Юме.       — И тебе привет, пропавшая наследница.       Перед ней стоят три подростка, примерно ее возраста. И самое ужасное — она их знает, они олицетворения ее прошлого, от которого она так усердно бежит уже три года. Два одинаковых женских лица и парень.       — Что вы тут делаете? — несмотря на злость, Юме спрашивает, относительно, спокойным тоном.       — Думаешь, мы погулять вышли в такую рань? Так еще и одинаковую одежду надели ради смеха? — ухмыляется парень.       Юме думает об своей ошибке: она не нашла информацию про школу и ее учеников. Акио и переезд сбили ее, заставляя думать о других вещах. И вот теперь она стоит перед школой в компании своих знакомых, не зная, что ей делать.       К ним подходят члены Поднебесья, да и вся школа за ними наблюдает. Бесплатный спектакль в понедельник утром — что может быть лучше?       — Все в порядке? — тихо спрашивает Ран, касаясь плеча Юме.       Она кивает, потому что слова застряли в горле. Юме закрывает глаза в попытках подумать над сюрреализмом ситуации, но ее сбивают с ног, отрывая от земли. Мир кружится перед ней и она хватается за чью-то рубашку.       — Подружка! — знакомый голос вызывает у Юме ухмылку. — Ты вернулась! — ее сжимают в крепких объятиях.       — Да, да, да, я тоже рада тебя видеть, но теперь отпусти меня Ичи.       Ее отпускают и перед глазами вырастает широкая улыбка от уха до уха, вьющиеся светлые волосы, серые глаза. Она рассматривает Ичикуру — последний раз они виделись, когда устроили для Совета проблемы.       — Что происходит? — слышит она голос Риндо, который разговаривает с Арису.       — Это друзья Юме. Но вы можете их знать, как наследников кланов, — она пожимает плечами. — Близняшки Накатани Вада и Руи и Такеда Сасаке. Возле Юме Шимоказе Ичикура — вы уже слышали про него.       Накатани Вада и Руи — идентичны в своей внешности, если не считать татуировок. У Вады под левым глазом тату в виде слезы, а у Руи — такая же, только под правым. Их длинные золотые волосы высоко завязаны, а школьная форма идеально сидит. Сасаке постоянно поправляет очки, за которыми скрывается высокомерный взгляд на присутствующих. Каштановые волосы уложены назад, оставляя несколько волосков на лбу.       Ичикура улыбается Юме своей привычной широкой улыбкой, обнажая ровные зубы. Светлые вьющиеся волосы закрывают его лоб, локоны подпрыгивают мои каждом движении парня. Он единственный одет не в школьную форму: белая рубашка и голубые джинсы, что сидят на нем, как на модели. В левом ухе у него сережка из серебра.       Недовольное состояние Юме, которые было несколько минут назад, исчезло с появлением Ичикуры, и теперь девушка ухмыляется очередной шутке. Расслабленность и негодование витает в воздухе. Если Юме чувствует себя в своей тарелки, то Ран хмуриться смотря на свою сестру и ее друга.       — Не нравится он мне, — кивает в сторону друзей Ран.       — Почему? Они с детства дружат и взрослые боялись оставлять их двоих надолго одних — всегда что-то случалось. То дом подожгут, то попытаются утопить друг друга в бассейне, то разобьют машину — было весело за этим наблюдать, — объясняет Арису.       Юме заливается хохотом и все внимание обращается к ней. Она со слезами на глазах просит Ичикуру остановиться и не смешить ее, но тот лишь продолжает свой рассказ. Хайтани удивлены таким поведением, ведь это второй раз, когда они видят Юме такой счастливой и беззаботной. Она смеется от души, радуется, общается со сверстниками.       — Я вижу, вы уже прибыли, — раздается взрослый женский голос за их спинами.       Перед ними стоит высокая женщина с темными волосами и пронзительным взглядом. Она чем-то похожа на Ичикуру, например, своими глазами и формой лица.       — Матушка Ри, какая неожиданная встреча, — отзывается Юме. — Что вы тут делаете?       — Как что? Я пришла на работу, — по лицу женщины ползет недобрая улыбка, от который Юме вздрагивает.       — Это мама Ичикуры, — тихо говорит Арису братьям Хайтани и остальным членам Поднебесья. — Шимоказе Риса. Я просто увидела ваши удивленные лица и решила объяснить.       — Мы удивлены, потому что это наш директор, — тихо говорит Изана.       Риса и Юме ведут зрительную войну, где проигрывать никто не собирается.       — Ваш первый день в этой школе, поэтому постарайтесь не уничтожить ее. Маленькая неприятность, тебе повезло, что твоя мама — моя хорошая подруга, так бы в жизни тебя не приняла в школу.       — Матушка Ри, вы хотели сказать: «единственная подруга», — улыбается Юме.       — Ты не меняешься, — чуть тянет вверх губы, Риса. — Что ж, вы уже знаете в каких вы классах?       — Ангел, в каком мы классе?       Арису виновато улыбается директору, которая в открытую улыбается. Ичикура наклоняется к Юме и кладет локти на ее плечи.       — Подружка, ты со мной в классе, а Арису — в другом.       Юме тяжело вздыхает, побеждено поднимая руки. Она толкает локтем Ичикуру и тот перестает ее трогать.       — Хороший ход, матушка Ри. Но не просчитались ли вы с тем, что разрешили своему сыну учиться со мной в одном классе?       Юме посылает директору взгляд, не предвещающих ничего хорошего. Она берет Арису за руку и направляется в сторону школы.       — Ну вот, теперь он улыбается. Наконец-то — тихо говорит Риса. — Рада вас видеть, хоть и не полном, но прежнем составе, — она улыбается наследникам и не спеша идет в школу.       

***

      Юме не верит в судьбу или карму. Она считает, что все, что происходит лишь последовательность выборов человека, его поступков и мыслей. Но Юме начинает верить в высшие силы, когда попадает в один класс с Хайтани, Ичикурой и Изаной. Она уже придумывает план по мести для директора за такую компанию.       Юме мысленно закатывает глаза, когда видит свое место. Справа сидит Ран, слева Ичикура, а сзади сидит Риндо. Хвала, что хоть Изану не посадили рядом — этот класс бы не выдержал такого напряжения.       — Хочешь мармелад? — спрашивает Ичикура.       — Конечно. Итак, Ичи, как ты уговорил матушку Ри на место возле меня?       — Слезно умолял день и ночь, — Ичи садится на стол Юме.       — Переведу: «Я залез в ее кабинет и исправил расстановку», — по смеху Ичикуры, Юме понимает, что права. Она поворачивает голову к парте Риндо, где общаются братья Хайтани. — Хотите мармелад?       — Это мой мармелад, — говорит Ичикура.       — Наш, — подмигивает Юме. Она садиться на стол так, чтобы видеть всех троих. — Где в этом здании место для курения? Я, конечно же, могу пойти спросить директора, но думаю, она не оценит.       — Я покажу тебе, — одновременно говорят Ран и Ичикура.       Юме переглядывается с Риндо, хмуря брови в замешательстве. Ран и Ичикура смотрят друг на друга проницательными взглядами. Оба привыкли чувствовать себя победителями, как и быть ими. Но что происходит, когда на территорию одного вожака, входит другой? Начинается битва за власть.       К ним подходит Изана, который теперь тоже наблюдает за войной.       — Что за битва альфа-самцов? — тихо спрашивает он Юме. Курокава крутит в руках пачку сигарет и разноцветную зажигалку.       — Если бы я знала. Но выглядит забавно. Ставлю на Рана: он выиграет.       И она выигрывает, когда Ичикура первый поворачивает на нее голову с замешательством в глазах. Он прищуривается, когда понимает, что попал на наживку.       — Это было подло, — улыбается он.       — Что не сделаешь ради победы.       Ичикура смеется, разнося по кабинету бархатный смех, наполненный сладким запахом. Он взъерошивает волосы девушки.       — Разве она не чудо? Это девушка обожает меня, клянусь.       — Ненавижу тебя.       — Лгунья. Ты души не чаешь во мне. Мы прекрасная команда, но если ты вдруг передумала, то мое предложение в силе.       Юме громко стонет, зарываясь лицом в колени. Она сквозь смех кричит, чтобы тот заткнулся раз и навсегда.       — Какое предложение? — Риндо ворует очередную сладость, пока все заняты спором и представлением.       — Неважно! — Юме отрывает лицо от колен и, с криком, произносит эти слова.       — Неважно? Подруга, удар в самое сердце, — Ичи театрально хватается за сердце. — Когда мы были детьми, я предложил ей свои руку и сердце. Подруга, ты разбиваешь мое сердце своим отказом.       — Становись в очередь моих фанатов. Ради всего святого, прекратите предлагать мне свои сердца — я их заберу, — она спрыгивает со стола и подкидывает зажигалку вверх-вниз. — Но не ради вашей любви, — говорит она направляясь вон из класса.       Все направились за ней. Мысли можно было чувствовать, протянуть руку и дотронуться до них.       — И много у тебя женихов? — равняется с ней Риндо.       — Достаточно. Отдать одного?

***

      — Я удивлена, что вы не знаете про наследников, вы же в этом болоте вертитесь, — с искренним интересом говорит Арису.       Весеннее солнце приятно целует своими лучами кожу школьников. Обеденные перерывы — излюбленное время для всех учащихся. Можно поесть, пообщаться или просто отдохнуть от компании одноклассников. А можно посидеть в кругу друзей или знакомых, и пообщаться на различные темы, узнать друг друга или рассказать старую историю, наполненную приятными, или не очень, воспоминаниями.       Юме обедает с членами Поднебесья и Арису на улице, пряча свое лицо в тени высокого дерева; Арису наоборот выставляет молочную кожу навстречу солнечным лучам. Они сидят в небольшом круге: Арису, Какучо, Изана, Ханма, Риндо, Ран, Юме и Шион.       — Нас не посвящают в такое, — буркнул Изана.       — Потому что такие, как вы — играют в песочнице. Мелкие драки на заброшенных мусорках и избиение детей — очень высокий уровень, — с очевидным сарказмом сказала Юме.       Раздражение Юме от сегодняшнего дня чувствовали все. Колкие замечания, недовольное лицо и тяжелые вздохи — даже слепой заметил бы ее настроение. Девушку неистово бесили ее же оплошности: не проверила школу и ее учащихся.       — Ты очень злая сегодня.       — Разумеется, я злая, Ангел. С нами учатся наследники, директор этой школы — нынешний глаза клана Шимоказе. На мне ужасная форма и мы выглядим все так, будто сидим в психбольнице.       — Ты рада их видеть, — утверждает Арису.       Юме поднимает руки, принимая свои проигрыш. Она отворачивает голову и закуривает сигарету. Конечно, Юме рада, но афишировать это не обязательно. Они все детство провели вместе, ссорились, вытворяли сумасшедшие поступки, веселились и просто были детьми, друзьями. Семьей.       Помимо Арису, Ичи стал ее первым другом, попытавшись отобрать ее домик на дереве. Юме пришлось защищать свою территорию путем нападения — так Ичикура заработал вывих ноги и шишку на затылке. Потом он пришел с извинениями, которые девушка охотно приняла, но Ичикура больше к домику на дереве и близко не подходил.       — Итак, сколько всего наследников? — жуя свой бутерброд, спрашивает Ханма.       — Сейчас я все расскажу, — Арису широко улыбается, и наклоняется вперед, словно собирается рассказать тайну вселенского масштаба. — Всего семь кланов.       — Было восемь, — бурчит Юме. — Клан Ямагаши был уничтожен его же главой. После смерти своего первого и единственного сына, Хиро, глава клана — его мать Миранда — сожгла Дом клана вместе с его членами, — она расстроенно смотрела на небо. — Хиро был нашим другом.       — Что произошло? — после паузы спрашивает Ран.       — Хиро упал с обрыва в ледяную воду и утонув, но перед этим разбился об камни. Сломал позвоночник и большую часть костей. Мне было семь, когда мы пытались достать его из ледяной воды — он зацепился одеждой за балку и мы думали, что еще можем ему помочь. Руи и Вада отправились за взрослыми пока мы стояли по грудь в воде, ломая пальцы об дерево и холодную одежду Хиро, — она тяжело вздохнула и жестом попросила Арису продолжить.       — Но сейчас кланов семь. Сейчас первый клан — клан Шимоказе. На втором месте клан Юри, дальше — Щии, — Арису понимающе улыбнулась Юме, — после них, на четвертом месте клан Накатани. Потом Сасаке. На шестом клан Харука и на седьмом Макото.       — И ты знаешь всех наследников, — утверждает Какучо.       — Небо голубое? Вода мокрая? Трава зеленая? — отвечает Юме.       — Наследники общаются между собой, хоть и пытались это скрыть, их быстро разоблачили.       — Спустя пять лет. И все из-за Руи с Вадой — оставили ноутбук открытым, а там фотографии с нашей поездки в лес.       — В клане Щии наследником считается Юме, хоть и покинула его. Она перестанет считаться таковой, как только умрет. Ичикура — наследник, но второй и если его мать скажет — именно он станет главой. Какая-то неразбериха с бастардами и тому подобное, — Арису поворачивается к Юме. — А что с кланом Накатани?       — Руи отказалась принимать обязанности главы, если рядом не будет Вады. Их мягкотелая мать разрешила. Руи родилась раньше, а значит она и должна быть наследником, но ради них переписали Закон клана и теперь они обе считаются наследницами. Грубо говоря, они — один человек. И отвечая на вопрос в ваших глаза: нам отказали в этом.       В глазах Хайтани, да и членов Поднебесья, плескался вопрос: почему же они с Акио так не сделали? Делали, они много раз просили об этом. Близнецы хотели править вместе, рука об руку, принимая решения заодно. Ради них не переписали Статут клана, оставив возможность партнерства позади.       — Да, как-то так. А с вашим главой вы должны быть знакомы. Разве нет?       — Видели его пару раз, — Изана коситься на Юме. — Но кто мы такие, да?       Юме усмехается. Ее взгляд подсказывает парню, что тот попал в точку. Она меняет положение и складывает ноги в позу «лотоса», что приводит в соприкосновению с коленями Рана. Дрожь и жар в этой области заставляет Юме много думать о возможных болезнях сердца. Ран же кидает быстрый взгляд на нее. Шион, предусмотрительно, сел подальше от девушки. На всякий случай.       — Я и Ран знакомы с ним. Мы познакомились в Васаки из-за отца — брал нас на встречи и приемы. Он вроде закрытый парень и необщительный.       Юме давится смехом.       — Васаки? Закрытый? Необщительный? Вы уверены, что с тем Васаки знакомы? Этот парень не пропустит ни единой вечеринки или проблемы, — все еще сдерживая смех, говорит Юме.       — Это уж точно. Васаки — тоже самое, что и Ичикура. Только, будем честны, от Юри проблем меньше и он продумывает свои проделки, а не действует впопыхах.       Они разговаривают весь перерыв, нежась в весеннем солнце. На уроках Ичикура с Юме шутит, разговаривает и обменивается с Раном подозрительными взглядами. Риндо, в какой-то момент, ворует еще одну пачку мармелада и, наслаждаясь, ест его на задней парте.       В классе Арису обстановка спокойнее. Руи и Вада интересуются делами девушки, спрашивают про маму и дедушку, да и про события в целом. К ним присоединяются Какучо и Ханма и очень быстро вливаются в коллектив: Ханма своими шутками, а Какучо — умением поддержать разговор.       В соседнем классе тихо и спокойно. Шион и Сасаке не общаются между собой, предпочитая игнорировать друг друга.

***

      Первый школьный день не обещал быть легким. Заданий хватило на пол вечера и ночь. Хайтани и Юме сидели на заднем дворе, решая английский, математику и японскую литературу. Риндо и Юме обязались объяснять Рану базу выученного.       После третьего зевка Риндо собрал свои вещи и, бросив на Юме поддерживающий взгляд, направился в дом. Он достаточно раз помогал Рану с заданиями и учебой, чтобы понять — это ни к чему не приведет пока Ран сам не захочет это выучить. Поэтому они придумали правило: Риндо три раза объясняет и, если Ран не понимает, то «урок» прекращается и те расходятся по комнатам.       Теперь всунуть в голову Рана школьную базу пытается Юме. К ее удивлению, она не злится, а старается изложить свои мысли проще, на сколько это вообще возможно. Она приводит метафоры, похожие ситуации, направляет представление Рана в нужную сторону.       — Теперь понял почему мы используем эту формулу? — спрашивает она, придвигая к себе пепельницу.       На поворачивает на нее голову и кивает.       — Перерыв, — объявляет он, закрытая тетради. Ран ставит локоть на стол и кладет на руку голову, смотря на девушку.       Юме лишь кивает, откидываясь на спинку лавочки. Она смотрит на него, играя в гляделке.       — Почему ты не сменила фамилию?       — Хочешь дать мне свою фамилию? — прищуривается Юме. — Не знаю, действительно не знаю.       — Ладно.       — Прости что? Ладно? К чему был этот вопрос?       — Было интересно. Давно вы знакомы с этим Ичикурой?       Юме смотрит минуту на Рана и раздается смехом. Чистым и искренним, тем, который заставляет Рана улыбнуться. Она вытирает слезы и раскрасневшегося лица.       — Хайтани, к чему этот опрос? Что ты хочешь услышать? — наклоняется она к нему, улыбаясь. — Мы с ним друзья. Да, у меня есть друзья, как видишь.       — Он сделал тебе предложение.       — Я же не сказала «да», — она пожимает плечами.              Ран хмуриться. Он перебирает в голове ее слова, но не прекращает смотреть в ее глаза. Когда последний раз в этой беседке было приятно сидеть, — думает он.       Хайтани меняет свое положение, придвигаясь к девушке так, что их колени касаются друг друга.       — Расскажи мне что-то, — просит он.       — Что я получу взамен?       — Чего желаешь, наследница? — его голова опускается ниже, на губах вырастает улыбка.       Юме трет уши и благодарит мир за то, что сейчас ночь и Ран не видит ее красные уши.       — Чуть больше личного пространства, — хрипит она.       Она тянет руку к зажигалке, но за правое запястье ложатся пальцы. Длинные и теплые пальцы, приятно обволакивающие кожу. Второй рукой Ран берет зажигалку и подносит огонек к сигарете, к зажатой в зубах Юме. Их глаза не отрываются друг от друга, пока она делает затяжку.       — Расскажи мне про аварию.       — Меня сбили и большая часть удара пришлась на руку, — выпаливает Юме. — Я не только упала на нее, но по ней еще и проехались. Я лежала в больнице под присмотром дедушки Арису.       — Почему ты не отомстила своему брату? Тебя переехали на машине, так почему ты не нанесла ножевое ранение в ответ?       Юме не удивлена тому, что Ран знает зачинщика ее травмы. Ее поражает лишь то, что она рассказывает ему свои тайны, секреты, что оберегала, как мать свое дитя. Она — продавец информации, но сейчас раздает ее направо и налево, наплевав на свои слова, что не расскажет никому — особенно Рану — себя.       Как и в том закоулке, на свадьбе, Юме хочет поделиться чем-то важным для нее, чем-то сокровенным и тайным. Она думает, что это из-за прикосновения к запястью или влажного воздуха.       — В твоем вопросе есть ответ: он мой брат. Даже, если он ненавидит меня сильнее, чем отца — мстить я не буду. Я, скорее, нанесу ножевое себе, чем ему.       — Зато мы с Риндо не простим ему этого, — он продолжает тереть ее запястье.       — Почему?       Такие вопросы возникают постоянно. «Почему она мне не рассказала?» или «Почему он так поступил со мной?». Кто-то произнесет это с яркой улыбкой, в духе: «Почему вы не сказали, что устроили мне вечеринку?»; другие будут сдерживать слезы и закусывать губу: «Почему ты это сделал?». А кто-то, чаще всего дети, будут невинно наклонять голову и с заинтересованным взглядом спрашивать: «Почему это так работает?».       Юме сейчас третий случай. Интерес и любопытство.       — Потому что мы семья, — как очевидность, произносит Ран. — Людям, вроде бы, нравится, когда о них заботятся. Разве нет?       — Возможно, ты и прав. Людям нужны люди, даже, если они их не заслуживают.       Ран убирает выпавшую прядь Юме за ухо, задерживая там пальцы.       — Я считаю, что разгадал тебя на пять процентов, — шепчет он.       — До Японии у твоих ног еще далеко, — вторит она его тону.       — Думаю, награда будет получше, чем Япония.

***

      Школьные дни идут. Днем Хайтани и Юме учатся в школе, общаются с друзьями, веселятся. Вечером Риндо и Юме обучают Рана, стараясь вложить в его голову хоть-что стоящее. Риндо, как и всегда, уходит рано, не желая сбить режим, и Юме с Раном остаются вдвоем. Они разговаривают и учатся, меняют темы, сигареты, обмениваются мыслями и идеями, изредка — тайнами.       Теперь Юме знает, что Ран терпеть не может Кисаки. Знает, что он мечтает стать известным за границей и писать вместе с Риндо музыку, а может и открыть бар. Ран рассказал ей, что выбрал телескопку, как оружие, потому что понравилась сцена из фильма. Хайтани не любит манго и авокадо, но обожает зеленый чай и шоколад. Ран рассказывал, как было в тюрьме и как они познакомились с Изаной и Какучо, с Шионом и Мучо.       Юме рассказала Рану про свои поездки с наследниками, про их взаимоотношения и дружбу. Ран знает часть детства девушки, те ужасные вещи, что происходили за стенами родного дома; знает про забавы Акио и Юме. Харуаме рассказала и про свое первое убийство в десять лет, когда прошла посвящение в клан, хоть и такое «мероприятие» проводиться на тринадцатый день рождение члена клана. Ран теперь знает про учителя наследников, что учил их обороне, нападению, тактике боя и различным техникам.