Пролог.

      Тридцать первого июля 1980 года у Лили и Джеймса Поттеров родились двойняшки: Гарри и Элла. Мальчик был вылитый отец, девочка унаследовала черты матери, но одна деталь не оставляла сомнений в их родстве — глаза. Изумрудные, точно такие, как у Лили.       — У них твои глаза, — тихо сказал Джеймс, глядя на спящих детей.       Но счастье — вещь хрупкая. Его конец наступил в ночь на 31 октября 1981 года в Годриковой Впадине и был окрашен чудовищным, необъяснимым предательством. Тёмный лорд Волан-де-Морт пришёл, чтобы стереть Поттеров с лица земли. Ему удалось убить родителей, но не то, что они защищали ценой собственных жизней, — детей. Случилось невозможное: заклятие «Авада Кедавра», от которого не было спасения, обратилось вспять. Так по волшебному миру поползла легенда о близнецах-которые-выжили.       Альбус Дамблдор, директор Хогвартса, принял решение: сироты отправятся к единственным оставшимся родственникам по материнской линии — Дурслям. Заурядное маггловское семейство, питавшее патологическую неприязнь ко всему необычному, было идеальным укрытием. Пока детям не исполнится одиннадцать и они не получат письмо из Хогвартса, им лучше не знать, кто они и что произошло в ту ночь. Правда подождёт.       Жизнь у Дурслей оказалась безрадостной. Тётя Петунья, сестра матери, была самой терпимой из их семейки. Главными же мучителями стали дядя Вернон и их сын Дадли — упитанный, избалованный мальчишка, находивший особое удовольствие в том, чтобы дразнить двойняшек.       Элла быстро поняла, что её брат — единственная отрада в этом чужом и злом мире. Она вставала на его защиту, не раздумывая. Дадли девочек не трогал, зато от Эллы пару раз получал сдачи, что вызывало оглушительный рёв.       Когда же кузен обзывал её «рыжей уродиной», она парировала, что он — «жирная свинья». Дадли действительно начинал визжать, как поросёнок. «Папа! Мама! Она меня свиньёй назвала!». Петунья причитала: «Ах, мой Дадли-дудли! Да какая же ты свинья? Ты мой маленький лев!» — и бросала на племянницу осуждающий взгляд.       Элла была огненной девочкой не только из-за цвета волос. Её характер — неуёмный, задиристый и абсолютно лишённый подобострастия — никак не вписывался в вылизанную до блеска жизнь дома №4 по Тисовой улице.       Рыжие волосы и зелёные глаза на фоне миловидного лица делали её похожей на ведьму с иллюстраций к сказкам. «В приличные времена тебя бы на костре сожгли!» — гремел дядя Вернон, которого её поведение раздражало постоянно.        Элла имела на всё своё мнение и была готова на всё ради Гарри, что регулярно приводило к стычкам с Дурслями.       Так они и прожили одиннадцать лет, пока не пришло письмо, перевернувшее всё.        Элла до последнего отказывалась верить в реальность происходящего. Даже появление Хагрида, поездка в Хогвартс и Распределяющая Шляпа, отправившая двойняшек на Гриффиндор, — всё казалось слишком невероятным, слишком прекрасным, чтобы быть правдой. Гарри принял перемены куда легче, и ей оставалось лишь довериться брату — своей вечной опоре.       Жизнь в Хогвартсе оказалась полна приключений, далеко не все из которых нравились Элле. Рон Уизли и Гермиона Грейнджер стали для брата и сестры ближайшими друзьями, хотя их знакомство началось с конфуза. Был ещё Драко Малфой, бледный мальчик со вздорным характером, который счел своим долгом их задирать.       — Ещё одна рыжая? Мало им Уизли? — презрительно бросил он у дверей Большого зала, где новички ждали церемонии Распределения.       — Нет, — шагнул вперёд Гарри, заслоняя девочку. — Она моя сестра.       Причины высокомерия Малфоя были Элле ясны — всё то же желание самоутвердиться, что двигало и Дадли. Поэтому симпатии он у неё не вызывал. Гарри относился к нему так же, и Поттеры быстро сплотились против общего раздражителя.       Первый курс дался Элле тяжелее всего. Новый, незнакомый мир, полный скрытых угроз. Она старалась не отпускать Гарри далеко, и он отвечал ей той же преданностью. Доверяла она, помимо брата, только Рону и Гермионе.       А в конце года Гарри едва не погиб, столкнувшись лицом к лицу с призраком прошлого — лордом Волан-де-Мортом, который, как оказалось, не умер. И помогал ему не кто иной, как профессор Квирелл. Элла была в ярости и отчаянии: если учителям нельзя доверять, значит, и этому месту тоже. Она готова была бежать хоть к Дурслям — там, по крайней мере, его жизни ничего не угрожало.       Тогда Дамблдор пригласил близнецов в кабинет и рассказал правду: Волан-де-Морт — убийца их родителей. Тот, кто разрушил их жизнь. Тот, кто возвращается.       После этого директор попросил Эллу остаться.       — Гарри и ты — избранные, — начал он. — Но есть нечто, что отличает вас друг от друга. Ты догадываешься, что это?       — Шрам, — не задумываясь, выпалила Элла. — У Гарри на лбу. Вы про него?       — Элла, — в глазах Дамблдора мелькнула усмешка. — Оберегай Гарри. Он очень важен Тому-Кого-Нельзя-Называть. Тот нуждается в нём, чтобы жить.       Тогда она не до конца поняла его слов, но холодный страх сжал её сердце. Однако Дамблдор сумел уговорить Эллу остаться и не увозить брата в тщетной попытке спрятаться.       Второй курс едва не стал последним. Открылась Тайная комната, не открывавшаяся пятьдесят лет. Она чуть не забрала жизни Гарри и Джинни Уизли, младшей сестры Рона, к которой Элла прониклась почти сестринской нежностью. Том Реддл, призрак юного Волан-де-Морта, натравил на школу древнего василиска. От его взгляда каменела даже мысль, и одной из жертв едва не стала Гермиона. Но и на этот раз Поттеры остались в Хогвартсе. Как ни крути, они оба прикипели к этому странному, опасному и прекрасному месту и к людям, которых здесь обрели.       Третий курс начался с побега Сириуса Блэка, предателя, который, как считалось, заложил Поттеров Тёмному Лорду. Страх витал в воздухе, но для Гарри он был отравлен иной, горькой эмоцией. Впервые в жизни у него появился шанс встретить того, кто знал его родителей, кто был частью их мира. Даже если это был их убийца.       А потом правда перевернула всё с ног на голову. Сириус Блэк оказался не предателем, а жертвой, гончей, загнанной в угол настоящим предателем — Питером Петтигрю, живым и здоровым, скрывавшимся двенадцать лет в облике крысы Рона.       Профессор Люпин, лучший учитель Защиты от Тёмных Искусств, у которого близнецы нашли понимание и поддержку, вынужден был уйти, раскрыв свою тайну оборотня.       Теперь угроза нависла над ними совершенно явно. Люпин уехал, Сириус скрывался, слуги Тёмного Лорда активизировались, пытаясь вернуть его к жизни. Мир снова стал зыбким и опасным.       — Гарри, — раздался негромкий голос сбоку. — Сколько ставишь на то, что этот год будет спокойным?       Парень оторвался от созерцания осеннего пейзажа за окном кухни Норы.       — Нисколько, — усмехнулся он. — Даже поставь я один галеон — всё равно проиграю.       — Верно… — Элла тихо вздохнула, и в углу её губ дрогнула лёгкая улыбка. — Будет ли у нас год в Хогвартсе без приключений?       — Вряд ли, — Гарри потянулся и поднялся со стула. — Пойду разбужу Рона. Скоро выдвигаться.