18. Гирлянда

      Поездка в Край рассвета проходила несколько однообразно: утром Сорана раздавала всем различные указания, днём Вика пела матерные песни, затем её в пении меняли Кристина с Кристиной, вечером Белла в очередной раз рассказывала про свои злоключения с некогда другом, а ближе ко сну Леся рассказывала всем страшилки, над которыми Вика постоянно смеялась. По ночам спали не все. Иногда Крис с Беллой ходили и ночью тренировали магию огня, иногда Мисти не спалось и она ходила гулять по лесу. Однажды блондинка в очередной раз пошла дышать свежим воздухом, но когда случайно пришла к месту, где Кристина с Беллой тренировались, резко повернула в другую сторону, но вскоре увидела, как обжимаются Вика и Крисси, из-за чего девушка побежала обратно, попутно крича:       — Катя! Они опять ёбнулись!       Бывали дни, когда надо было заправить автомобиль. Тогда Мисти с Викой отправлялись в ближайший город, где пытались добыть бензин. В такие дни можно было особо ничем не заниматься, но всё же Кира тащила с собой Беллу для занятий магнитной магией, а Сорана то тренировала магию огня с Кристиной, то другую магию, даруемую жезлом, с Секачи. Удивительно, откуда этот не маг знал, что стоит делать с жезлом, который помогает управлять некой новой для Сораны магией. Тем не менее, их тренировки проходили настолько слаженно, что в один из разов Леся, наблюдая за этими голубками, даже не постеснялась сарказмов.       — Слушай, Кать. А как ты думаешь, Вика с Кристиной так же занимались бы, если бы у них была какая-то общая магия?       Катя, сидевшая рядом с Кристиной, всё-таки сказала:       — Лесь, у них есть общая магия. Называется дурость.       Кристина надулась, и Катя заметила это.       — Ой, ну что я не так сказала?       — Что не так? Да всё не так. Начнём с того, что я знаю достаточно много вещей, в том числе эльфийский язык. Да-да, если вдруг нам попадётся нечто на эльфийском языке, то я смогу это и прочитать, и произнести вслух.       — О, классно. Но нам вообще-то тогда понадобится перевод. Ты его сможешь сделать?       Белобрысая стала прожигать взглядом собеседницу, из-за чего та вскоре чуть ли не прокричала:       — Тебя что, твоя подруженция научила смотреть на людей как на говно?       Дни тянулись один за другим. Ребята замечали разные вещи — более холодные поверхности, участившиеся дожди, различные размашистые акции в городах, иней… Как-то раз компания ехала по уже немного заснеженному лесу. Крисси давно уже как сидела не в открытом багажнике, а в салоне автомобиля, в то время как в багажник перебралась Белла, согревавшая себя, Катю и Секачи. Вика лежала на крыше, на которую до этого Мисти постелила плед, чтобы подруга совсем не простудилась, и протяжно говорила какие-то вещи. В какой-то момент дамочка сказала:       — О, ребзя. А го украсим тачку гирляндами? А то я щас смотрю, и в магазинах, оказывается, щас гирлянды продаются по выгодным ценам.       Катя, уставшая слушать различные предложения, бросила:       — Блять, какие гирлянды? Тебе чё тут, Новый Год?       — Ну тут нет, ха-ха. А в интернете уже у многих ёлки в ленте стоят.       — Да блять. Не могут ёлки стоять в лентах. Они стоят на полу, на тумбе, на…       Внезапно Катю осенило.       — Стоп. А… А какой сегодня день?       — 26 декабря.       Услышав дату, Белла неожиданно начала кричать:       — Крис! Ты что, решила вчера промолчать про Рождество?! Эй, где мои подарки?!       Кристина закатила глаза.       — Какие подарки, ёлки? Белла, мы едем в опасное место, неужели нам сейчас нужно устраивать Новый Год?       — ДА!!! И про Рождество не забудь! А после Нового Года опять, кстати, идёт Рождество, про это тоже не забудь!       Кира от услышанного тихо засмеялась.       — О, ты ещё алкоголь попроси в честь Старого Нового Года. Ну всё, хватит тебе быть маленькой, пора уже определяться, какое Рождество ты празднуешь — католическое или православное.       Неожиданно Кире ответила Мисти:       — Кир, мы вообще-то обычно празднуем Новый Год по-кавказски. Это когда празднование Нового Года начинается с посиделок в Сочельник перед католическим Рождеством и заканчивается посиделками на посошок после Крещения.       — Ого. С Рождества и до Крещения? А это не жирно? А то щас на фоне такой жирности оливье станет низкокалорийным продуктом.       Мисти хотела было ответить что-то ещё, но ей пришлось резко затормозить. Если бы Сорана не обратила её внимание на дорогу, возможно, девушка бы сбила незнакомку, гулявшую по лесу в одиночку. К счастью, незнакомка отделалась лёгким испугом. Тем не менее, Мисти со злости высунула голову в окно и прокричала:       — Эй, осторожнее можешь быть?       Незнакомка захлопала глазами. Поправляя розовые кудряшки, девушка нервно ответила:       — Ой, да что вы говорите. Вот вы едете себе на такой скорости и даже не замечаете, что где есть. Ещё и на бедных пешеходов вину валите за то, что, видите ли, вы не ожидали здесь никого увидеть…       — Так я и не ожидала, потому что права такие будешь на пешеходном переходе качать, а здесь ты не пешеход.       Девушка надулась.       — Да вы знаете, кто мой папа?       — Кто? Министр Накамари? Не пизди.       В салоне машины тихо засмеялась Крисси.       — О, Мисти. А спроси её, не Пушинян ли её папа. Или там Эгейц.       Мисти удивилась.       — Эгейц? Может ещё Юхансен? Моя фамилия, так-то.       Но повернувшись к окну, Мисти вскрикнула — оказывается, незнакомка успела уже подойти к окну водителя и услышать, что говорит водитель. Девушка стояла с широченной улыбкой, с которой и сказала:       — Так это ты, Мисти? Ой, я думала, я тебя больше никогда не увижу, ы-ы-ы.       Услышав это, все повернулись посмотреть на эту девушку. Даже Соране было так интересно, что капитанша в итоге тихо спросила:       — Извините, а… Вы кто?       — Я? Сестра Мисти, Ирис.       В отличии от остальных, Мисти недовольно закатила глаза.       — Если честно, то я прям надеялась, что мы никогда не увидимся.       На секунду Ирис загрустила. Но вскоре девушка вновь заулыбалась и даже стала теребить Мисти щёки.       — Ой, ну ты такая милая, прям как и когда-то. А ты ещё и с короткими волосами, о-ой. Тебе бы наоборот, длинные пошли бы больше, чтобы закрыть щёчки.       В этот момент на крыше гадко засмеялась Вика.       — Ха-ха! Мисти, ты чё, хомяк? Ха-ха! Вон, к Кате иди, будете вместе щекастиками.       Катя тут же кинула в Вику сапогом. Дамочка резко поменялась в лице.       — Э! Я и то только по пьяне бросаюсь сапогами, ты чё?       — А нехуй пить. Может, тогда и мозг разрушаться перестанет.       Сероволосая уже пригрозилась спрыгнуть с крыши в багажник, чтобы окончательно расставить все точки над и. Но Секачи нервно выпалил:       — Эй, вы чего? Из-за того, что у вас есть жемчужины Края, ваши трупы всё равно не повезут ни в какой Край рассвета!       Вика, уже свесив ноги, бросила:       — Да мне похуй. Мой труп будет ехать на этой колымаге как украшение.       — Не будет. И труп Кати не будет. И башка твоей мамы не будет.       Молчание. Спустя некоторое время, дама, наконец, полезла обратно.       — Ладно. Мать, в конце концов, жива.       — Ага да, жива, как же…       Неожиданно Кира достала какой-то ящик, стоявший в салоне, затем открыла его и показала оттуда спящую голову страшной синеволосой женщины. Секачи закричал от испуга и даже несколько подскочил на месте. Кира с Беллой же засмеялись с его реакции, после чего Кира убрала голову обратно. Пока Леся уже начинала читать девушкам нотации, Ирис испуганно спросила:       — Ой, а вы что, чью-то голову с собой везёте?       Неожиданно Мисти вышла из машины, взяла сестру под руку и резко повела её куда-то.       — Так, всё. Насмотрелась, наслушалась — и хватит с тебя. Щас домой тебя верну, и больше мы с тобой никогда не увидимся, поняла?       Ирис заныла:       — М-м, ну почему? Мы же только встретились…