Книга первая, «Прекрасное жестоко», глава первая, «Новоиспечённый»

      «Воздух, вода, земля, огонь»... Все мы знаем, как начинается очередная повесть об Аватаре; однако эта будет без прикрас, будет самой грубо и несказочно рассказанной и к тому же самой короткой — лишь три книги по три главы, где-то за тридевять земель от родины самого первого повелителя всех четырёх стихий и спустя сотни, нет, тысячи лет после его смерти и реинкарнации. Для упрощения предположим, что данная история произошла с 1971 по 1986 годы нашей эры. Просим прощения за неточность, наш летописец потерял счёт времени, ведь каждый день в городе Катамарановске тянется как вечность, пока годы летят быстрее секунды. И для нового Аватара с его друзьями каждый такой моментальный год мог стать фатальным. Но начнём сначала.        Началось всё с горящего сарая. Того самого, печально известного каждому жителю Катамарановска и Подболотска. Никто не двигался с места, никто, кроме Игоря. Мальчик осторожно вышел из постройки, пошатываясь от пережитого шока. Первая мысль — сейчас они подумают, что он — следующий в Цикле Аватар. Можно сказать, новоиспечённый. Он честно пытался остановить огонь вокруг себя, но ничего не получалось. Он точно больше одной стихии не призван покорять, только и смог, что выстроить из горючей жидкости щит, рискуя жизнью ещё больше. А они всё ждут и ждут.       — Г-где Серёга? — прохрипел он сорванным от крика голосом. Крика, который никто, кроме него самого не слышал, пока Игорь был обречён, казалось бы, на верную смерть.       Его Серёжка тут же подбежал к нему и взял за руки, пытаясь успокоить плачущего друга.       — Вы чего стоите, пойдём тушить, — внезапно закричал Яша Шершанский. Маленький, неприметный мальчик; казалось бы, если бы не белая шапочка на рыжих волосах, совсем слился бы с местностью. — Если мы с Серёжей из Магов в нашем Агломерате, а Игорь оказался Аватаром, мы сейчас потушим этот сарай!       — Да я н-не Аватар, так, из вод-дных только, — начал словно оправдываться Игорь, который больше не хотел иметь с огнём ничего общего, но Шершанский его уже не слушал.       Мальчик уверенно начал втягивать в руки, словно с помощью лассо, очередной язык пламени — это он пошёл в папу: с детства проявлял невероятный талант к Магии Огня и к своим шести годам уже соревновался в детской команде по местному Магическому Троеборью. Яша был готов в одиночку броситься укрощать родную стихию, как его за рукав рубашки схватила вожатая. Лида отвлекла мальчишку, и огонь так и не долетел до толпы.       — Никуда ты не пойдёшь! Сейчас приедут пожарные и сами разберутся, — она не выдержала и пустила в лицо Яше поток воздуха. Несильный, скорее, воспитательный, но для вспыльчивой натуры очень обидный.       — Пустите вы меня! — выкрикнул Шершанский и топнул ногой.       Все замолчали, перестали шушукаться. Тот чувствовал на себе десятки глаз, но давила не тишина, а осознание того, что он только что сделал. Там, где должен был остаться в пыли небольшой отпечаток детского сандалика, сейчас была приличная лунка, а асфальт вокруг пошёл трещинами.       Никто не может управлять более, чем одной стихией. Никто, кроме Аватара.       Яша молча снял очки и поддержал их потоком воздуха. Слабым, недолгим, но настоящим и вполне себе магическим.       Единственный друг Аватара осторожно прошептал ему.       — Не время понтоваться, рыжик.       — Я не понтуюсь… я проверяю, — голос Шершанского задрожал. — Я не верю в это, Лёнь…       Вечер закончился как-то хаотично: пока взрослые возились с Игорем и выясняли с Целителями, как маленький ребёнок смог подчинить себе брызги скипидара и рассеять их так, чтобы снаружи обойтись лишь парой маленьких ожогов, Лёня сбежал ночевать в корпус, где жил Яшка Шершанский — Вайзенберг был его немного старше, и жили ребята в разных корпусах. Сейчас бы никто не обратил внимания на «переселение» — у мальчиков была вся ночь на обсуждение новых способностей младшего.       — А сможешь меня поднять в воздух?       — Я не знаю, — обречённо вздохнул маленький Маг. — Мне вообще повезло, что я тогда смог удержать очки, клянусь, я не понтовался.       — Блин, ну, а когда научишься… приедешь к нам с бабуськой? Она, блин, типа тоже воздушница.       — Некоторые всю жизнь учатся одной только своей Магии в разных местах, а меня, походу, сейчас по всему Циклу на тренировки погонят, пока мастером не стану. Есть, конечно, шанс, у вас первое время в школу походить, но потом опять одному переезжать надо будет.       Повисло молчание. Оба понимали, что беззаботная жизнь кончилась. Не будет продолжения Багрового Фантомаса, не будет возможности пересекаться в одном районе, а Лёня с бабуськой никогда с их нехитрыми накоплениями не переместятся из Западного Воздушного Владения к Шершанским в Огненный Агломерат — центр города, которому пока так и не дали название — хотели назвать Катамарановском, если маленький Игорь станет новым Аватаром. Так и происходило с «молодыми» городами, деревнями и поселениями, порождавшими следующего в Цикле — их называли только тогда, когда повелитель всех четырёх стихий даст добро родному местечку носить его имя. Последний Аватар, кстати, давняя подруга Розы Робертовны, госпожи бабуськи, под конец жизни не выходила ни с кем на связь и ушла в отшельничество — поэтому-то и никто не представлял, в каком конкретно году умер Аватар из земельного рода — как и не были массы уверены, что следующий Аватар, согласно Циклу, будет рождён в Огненном Агломерате. Все деления на происхождение Магов за тысячелетия стали настолько условными, что иногда казалось, будто сам порядок Цикла давно нарушен.       Чисто теоретически, совпади время, Аватаром мог оказаться и сам Лёня, но после бабушки Розы в его семье не наблюдалось Магов, и мальчик был по сравнению с единственным другом гол как сокол. По крайней мере, о не-магичности сына и невестки, во время одного отпуска скоропостижно скончавшихся (внучок не мог долгое время выговорить это словосочетание и начал просто говорить «скоропостижнувшихся»), говорила сама госпожа бабуська и уверяла Лёню в том, что Магия — слишком большая ответственность, чтобы о ней мечтать. О родителях своих собственных родителей женщина обещала рассказать когда-нибудь попозже, когда мальчик созреет.       — Рыжик?       Лёня подсел на свободную половинку кровати и положил руку на плечо Яшки. Тот посмотрел на друга заплаканными глазами, но всё-таки улыбнулся — если зовёт по кличке, значит, до сих пор не отворачивается, не считает его выпендрёжником.       — Д-да?       — А у тебя же, блин, ну, папа академик? Ты же типа всё знаешь?       — Не всё, но что-то, может быть, смогу сказать, — мальчик старался преуменьшить свой запас случайных знаний из разных областей: не время понтоваться, особенно перед Вайзенбергом, который даже не скрывал, что завидует Яшиным способностям и полной семье. — А что?       — Это же, блин, получается, Ядов подстроил всё зачем-то. С сараем. А Андрей не стал, как он, пламенным? Кто он там, воздушник? Это, блин, как?       — Я слышал, что у него мама Маг Воздуха. Может, у них и раньше кто был, это может проявиться, ну, — мальчик замялся, не зная, как лучше объяснить случайную наследственность Магии. — Короче, даже если много поколений не было таких же, как он. Но это явно от мамаши у него.       — Мне, блин, даже жалко его стало. Он в больничке, папаша у него почти убийца. Жалко и страшно. Яш, за всех нас страшно, блин.       Шершанский взял друга за руку — тот был, как все не-огневики, градуса на два прохладнее на ощупь. Аватар же напоминал Лёне местного кота, которого все дети в лагере подкармливали — тёплый, для своих ласковый, но поначалу — диковатый и зашуганный. Такой мог постоять за себя, несмотря на маленький рост. А Яша стоял ещё и за других.       — Не бойся. Я когда-нибудь с Ядовым разберусь, обещаю. А ты пиши мне обязательно.       — Обещаю, рыжик. Собирай вещички, блин, уже рассвет.       В корпусе вожатых одна кровать оставалась пустой. На улице, в телефонной будке стояла Лида Самсонова и уже второй час подряд обсуждала с Розой Робертовной то, как лучше сейчас обезопасить девятилетнего не-магического свидетеля от возможной мести Ядова-старшего.