Неужели Вселенная не любит нас?...

Приём мяча от Ойкавы  и....мяч стремительно летит в аут, меняя свою траекторию.... Сейджо слетают с гонки на национальные... Это был последний шанс третьегодок попасть на соревнования... Команды выстраиваются в шеренги, благодарят противников и тренеров, а, разойдясь, Сейджо поникают, опустив головы и плечи, слегка подрагивающие от рваного дыхания. Мирай на трибуне тоже не может остановить истерику, которую она вымещает на сжатом кулаке и прикусанной губе. Металл, соль и слюни-всё смешалось в противную массу, доводящую до тошноты. Аоба выстроились в шеренгу перед болельщиками и, поклонившись, отблагодарили ревущих и брызжущих слезами и соплями семпаев и кохаев. Мирай махнула головой, выходя из зала, набрала сообщение для Тоору: «Буду около машины», и выскочила из спортивного комплекса. Свежий воздух лишь немного успокоил частое сердцебиение, сбитое дыхание и поток слёз. Через несколько минут после того, как Мира облокотилась о переднее крыло машины, Ивазуми и Ойкава вышли из спорткомплекса в сопровождении своей команды. Никто из них не улыбался, все шли в абсолютной тишине, понурив головы, Кентаро был пасмурнее обычного, от увиденного у Мирай болезненно сжалось сердце. Казалось, никто так не заслуживает национальных как Аоба, но судьба решила иначе.  Девушка слегка поерзала на автомобиле, заметив парней, приближающихся к ней. -Ты чего такая загруженная, что-то случилось?-с натянутой улыбкой громко спросил Ойкава, шмыгнув носом. -Дурак..,- Мирай налетела на парня, крепко сжав мастерку на спине и уткнулась носом в родную шею. Тоору резко сбросил такую привычную и одновременно ненавистную улыбку с лица, несколько раз проморгался, не позволяя слезам высвободиться и будто предупреждая: «Не сейчас!». Он зарылся лицом в распущенные каштановые волосы на шее и крепко обнял девушку. -Мы со всем справимся,-не скоро отозвалась Мира и аккуратно выбравшись из объятий любимого, заключила в новые Ивазуми, который тут же с силой зажмурился, а слезы потекли по щекам и исчезли в рукавах Мирай. Девушка недолго погладила друга по спине и, отстранившись, оглядела парней ещё раз. Красные глаза, шмыганье носом и растрёпанный волосы, которые, видимо, приняли на себя весь удар злости... -Вам сейчас нужно хорошенько поужинать -КАПИТАН! - раздалось со стороны комплекса,- куда вы сейчас? - спросил один из ребят. -К Сазору, увидимся там, парни, приходите все, нужно хорошенько поесть! - отчеканил Ойкава слегка надорванным голосом и, махнув головой, пригласил свою компанию в машину.

***

-Мира, ты почему ничего не ешь? - слезы с девичьего лица капали рядом с огромной тарелкой лапши. -Я..,-девушка немного дёрнулась, схватила было ложку, но тут же осознав, отложила ее и толкнула тарелку пальцами, остановив ее между Тоору и Хаджиме, - «угощайтесь, я не буду»,-кусок в горло не лез, будто вся обида и горе собравшихся игроков нахлынула на неё. -Мира, - серьезно начал Ойкава и краем глаза заметил, как Ива потянулся к тарелке, но вместо ожидаемого получения своей доли от порции, он аккуратно толкнул тарелку обратно к Мирай. -Нужно поесть, - от взгляда «старшего брата» стало не по себе -Я же знаю, что ты сегодня ничего не ела, не пытайся меня обмануть, съешь пару ложек и я от тебя отстану, - Ойкава вытянул руку и переплел пальцы с любимой. -Хорошо, но мне нужно умыться..сейчас приду, - Мирай аккуратно вытянула свою руку из замка и направилась к уборным.

***

Промокнув глаза салфеткой, Мирай остудила прохладной мокрой ладонью лоб и шею, и, как и обещала, она попробовала пару ложек слегка остывшей лапши и вправду пришла в норму, как и парни, что сидели вокруг. Все потихоньку начали бубнить, что-то обсуждать и даже иногда тихонько шутить, но надолго ли? Ночь-время для слез и сожалений. Какими бы сильными волейболистами они ни были, всё равно ночью будет больнее всего. Когда никто не видит, когда всякая поддержка, которая удерживала тебя в адекватном состоянии вдруг исчезает и ты остаёшься один на один со своими сожалениями и болью..

***

По дороге домой в машине царила гробовая тишина, даже Ойкава, способный на неуместные глупые шуточки, спокойно рассматривал улочки, из последних сил сдерживая слёзы, которых за весь вечер накопилось не мало. -Приехали, - Мирай остановила машину около дома Ивы, чем потревожила парней, ушедших в свои мысли. Ивазуми выбрался из машины и достал следом за собой спортивную сумку. -Хаджи...,-резко развернувшись назад окликнула его Мира. -Да?-парню пришлось наклониться, держась за крышу и дверь машины. -Ты ведь будешь в порядке? -Хах,-он улыбнулся слабо, но искренне, всегда ведь приятно, когда о тебе волнуются,-«да, всё будет хорошо»,-заверил Ивазуми и захлопнул за собой дверь. Он протянул кулак в открытое окно Тоору и, получив поддержку друга, пожелал им обоим доброй ночи и скрылся за калиткой дома. -Спокойной ночи..,-тихо отозвалась Мирай, а потом, встряхнув головой, продолжила путь. Они все втроём жили в одном районе, поэтому тишину вскоре нарушил глубокий вздох Тоору. -Не хочешь остаться сегодня у меня? - неожиданно спросил парень, когда они подъезжали к его дому. -Оу, а как же твои родители, они не против? -Мама с папой уехали на неделю в командировку, поэтому..там сейчас совсем пусто..»,-звучало как: «спаси меня от одиночества» или «не оставляй меня сегодня одного», Мирай и сама не хотела бы после такого ужасного дня ещё и засыпать в одиночестве, зная, что в нескольких кварталах так же засыпает тот, кто мог бы быть рядом. -Конечно, я останусь, - почти шёпотом ответила девушка и слабо улыбнулась.

***

Провернув ключ в замочной скважине, Тоору пропустил Мирай в дом и, зайдя следом, включил свет. За несколько месяцев отношений Мирай ни разу не была у Ойкавы дома, они виделись каждый день где угодно, но только не у него. Взору открылся светлый коридор в богато-бежевых тонах, напольные растения, обувь аккуратно расставленная в специальном шкафчике, стойка для зонтиков и остальные вещи, которые обычно должны находиться в коридоре довольно обеспеченно семьи. Разуваясь, Мира рассматривала пространство вокруг себя, пока не услышала за своей спиной горький всхлип. Обернувшись, она обнаружила Ойкаву, сползающего по двери на пол, он запустил руки в каштановые волосы и с силой сжал их. Грудь, плечи и спина вздымались в такт рваному дыханию из – за рвущихся наружу слёз. -Тоору.., - Мирай, откинув свою обувь, рухнула на колени рядом с парнем и, запустив одну из рук в его волосы, остановила кулак, дергающий локоны,-«тише, тише, не надо так...» Ноги загудели из - за неудобной позы, Ойкава, предвидя это, притянул любимую ближе к себе и усадил рядом, так близко, что воздуха на двоих едва хватало. Горячее дыхание парня щекотало щеки, развевая девичьи локоны. -Милый мой...,-убедившись, что Тоору ослабил хватку свои волос, Мирай начала медленно гладить его по голове, успокаивая. Вскоре парень закрыл лицо руками, продолжая сдерживать всхлипы и слёзы, что было заметно по крупной дрожи тела. Казалось, ещё немного и он просто разорвётся от напряжения и давления. -Не терпи, пожалуйста, хватит мучать себя, здесь только я, Тоору, ты должен выплакать всю свою обиду..,-прежде, чем Мирай закончила Ойкава прыснул громким всхлипом и облокотился на руку, выставив ее впереди себя, жадно глотнул воздуха, и слёзы градом полетели на темный пол. Он наконец искренне заплакал, не стыдясь громких звуков. Мира натянула рукав до пальцев и захватив его, протерла от слез виднеющуюся половину лица Тоору, парень вцепился в ее руку мёртвой хваткой и без сил уткнулся сначала лбом в ключицу, а потом и сполз до подобранных под себя ног. Ойкава уложил голову на бёдра любимой и снова прикрыл лицо руками, защищаясь от яркого света комнаты. Мира видела, как он зажигал свет, и заметила специальный регулятор, который по счастливому стечению обстоятельств оказался прямо над ее головой. Основной свет потух, но взамен зажглись дополнительные лампочки, тускло обрамляя комнату тёплым светом. -Всё хорошо, - она снова запустила руку в каштановые волосы, а другой подобралась к раскрасневшемуся лицу, чтобы успокаивающе погладить мокрую щеку и длинные пальцы. - Э-это был мой-й мяч..,-еле слышно сквозь всхлипы проревел Ойкава,- если бы я только его принял...э-это..м-моя в-вина - Тоору, никто не виноват, просто так вышло, - сразу нашлась Мирай, продолжая гладить парня по голове. - Я подвёл своих парней...я же капитан...я обещал им, что проведу их на национальные... - Тоору, - тихо начала Мирай,-«если бы последний мяч не принял кто-то из ребят, ты бы винил их?» Всхлип... - Нет, - незамедлительный ответ. -Тогда почему ты винишь себя? Почему ты так строг? - тихо продолжала Мирай, - это же мяч, площадка, воздух, пот, руки, - Мира аккуратно подняла одну из его рук и подушечками пальцев провела по поверхности, которой волейболисты отбивают мяч, - у них есть изгибы, способные изменить траекторию мяча! Почему ты винишь одного себя, даже если это была случайность? -Потому что так легче, - пауза, - так ты сразу знаешь, кто виноват в том, что мы не прошли на национальные..., - Тоору с силой ударяет кулаком об пол, от чего Мира слегка дергается, - а винить случайность...почему тогда эта случайность не позволила НАМ выиграть? Почему она решила помочь Карасуно, а не моей команде? - слезы новым потоком застилали глаза так, что даже моргания не помогали. - Именно поэтому я предпочту думать, что виноват сам, чем то, что Вселенная не любит нас... У Мирай не было слов. И вправду невозможно подобрать слова, когда около тебя абсолютно разбитый человек, сказать: «всё наладится»-эгоистично, «ты будешь в порядке», «мы с этим справимся??»- никто не дает такой гарантии. Оставалось только гладить его руки, волосы и спину, иногда сжимать тело, впитывая хоть немного той боли... -Давай я отведу тебя в кровать? Хочешь горячий чай, может, кофе? - Мирай нагнулась вперёд, чтобы заглянуть в любимые глаза, которые даже в полумраке были янтарными от слез. Длинные волосы немного щекотали щеки и покрасневшие веки. -Пойдём в комнату,-без сил ответил Тоору, он не без труда снял обувь, и Мира помогла ему подняться на ноги. Парень поднял сумку с пола, взял Мирай за руку и повёл целенаправленно на второй этаж, не специально игнорируя интерес девушки к фото на стенах, растениям на полочках и другим комнатам с открытыми дверьми, и это не осталось незамеченным. -Принцесса..,- слабым голос позвал Ойкава, переступая последнюю ступеньку,- можно я завтра тебе всё здесь покажу и расскажу? -Конечно, просто, я впервые у тебя дома Тоору сильнее сжал ее руку, выражая благодарность. Комната Ойкавы была не очень просторной, но всё содержалось в идеальной чистоте, за исключением наверное рабочего стола, который был завален бумажками с тактиками и планами движений игроков. Мирай молча проследовала за Тоору, который достал из большого шкафа одну из своих больших футболок. -Хочешь штаны, или, может, шорты? - тихо спросил парень. -«Штаны,-не задумываясь ответила девушка и, получив свои вещи, оставила рюкзак около двери, а свои вещи на нем. Пара переодевалась параллельно друг с другом, отвернувшись в разные стороны. Через минуту Тоору, уже включив подсветку на потолке, лёг в кровать, отогнув одеяло для Мирай. Девушка шустро заползла в «гнездышко» и уткнулась носом в мужское плечо. Он вкусно пах чистым бельём и приятным одеколоном. Глаза Ойкавы неумолимо жгло, а он сам зверски устал, учитывая сегодняшний день-это не удивительно. Парень успел лишь, извернувшись, уткнуться лбом в ключицы и грудь Миры, подставляя голову под теплые и нежные руки девушки. -Всё хорошо, ты не один...я рядом,-тихо промурлыкала Мирай, успокаивающе поглаживая голову и плечи любимого. После нескольких рваных вдохов, дыхание Тоору пришло в норму, и парень погрузился в слегка беспокойный сон, вдыхая родной запах кожи. Мирай ещё долго следила за неконтролируемыми вздрагиваниями плеч, но потом и сама заснула, продолжая аккуратно перебирать нежные каштановые волосы.