Глава Восьмая. Орсе, просто Орсе, очень приятно!

Арран, мир каких много. На заре творения и по сей день его жителей, йокаев, привела сюда дева. Ни имени, ни даже прозвища сказано не было, а потому, для народа она стала просто богиней, давшей им кров, еду и магию которой был насыщен этот мир. Она была повсюду: в воде, пламени, земле, деревьях, свете восходящего солнца и даже в темноте ночи. Видя, что йокаи обосновались и способны жить в необычных условиях, а также демонстрируют недюжинный интерес к окружавшей их со всех сторон магии, богиня обучила семерых самых старших из них пользоваться магией и многому другому, чтобы они в свою очередь обучали остальных. С вершины Равенштайн богиня провозгласила семерых первыми и вечными правителями Аррана, повелела остальным слушать и учиться у них всему, после чего на глазах народа, который когда-то привела сюда, исчезла. Великое смятение охватило йокаев. Богиня была для них всем: другом, товарищем, наставницей, матерью. Лишь семеро её учеников не изменились в лицах, зная заранее о решении их учителя. Хоши, первый и самый старший среди всех йокаев обладал глубочайшими знаниями о вселенной, но более всего и лучше всех знал он Арран, мир, где ему и всему народу богини суждено было жить тысячи тысяч лет. С самых первых мгновений своей жизни он помнил богиню, чувствовал её любовь ко всем ним и к себе. Что? Почему? Как? Зачем? – эти вопросы стали визитной карточкой Хоши. Он бы спрашивал всех вокруг, да спрашивать было некого. Только он и богиня находились в том огромном доме на вершине скалы. Время не касалось этого места отчасти, потому что не было даже понятия о том, что что-то может начинаться, а что – то – кончаться. Богиня стала для Хоши всем, но знал он и другое: сотворён он был не ей а Гарретом, она же, богиня, вызвалась помочь его создателю взрастить и воспитать первого Йо – Кая. «Йо»- великую, «Кая» – радость. На любой вопрос он получал подробный и исчерпывающий ответ, любое сомнение она рассеивала с лёгкостью и улыбкой, а любую идею Хоши – поддерживала. — Почему Хоши? «Что побудило назвать меня именно так?» —однажды спросил её нетерпеливый лисёнок, удобно устроившийся на коленях богини. — Потому что ты моя прекрасная звезда…звёздочка — улыбаясь ответила богиня. Хоши вытянулся и блаженно простонал – пальчики богини добрались до самого чувствительного – места за ушками, иногда касаясь самих кисточек. — Просто звё…ох…дочка? — нашёл в себе силы спросить он, борясь со сладкой пыткой. — Нет, имя Хоши что я дала тебе означает «прекрасная звезда.» Она смотрела на него, а он на неё. Ученик понял учителя и всем своим существом возжелал одного: чтобы богиня им гордилась. Своего создателя Хоши не видел никогда и был крайне удивлён, когда, уйдя из дома, богиня вернулась не одна, а вела, держа за руку, существо, одетое во всё белое, как и сама богиня. — Врата миров распахнуты, Хоши. Познакомься, её зовут Рейка — сказала она. Рейка, вторая из семерых была сотворена Гарретом, как и последующие пятеро первородных йокаев. Вначале идею по сотворению данного народа создатель и повелитель ничто не очень-то и приветствовал, но регулярные рассказы богини о Хоши, его весёлом характере, добром нраве и неуёмной тяге к знаниям изменило мнение Рета. — Рей. Ка. Она будет носить имя Рейка – сказал он, держа на руках прекрасное, казавшееся невесомым, тело. — Сияющий цветок? Гаррет, ты становишься через чур мягким — засмеялась богиня. — Ты же назвала прекрасной звездой первого из них? Моя очередь — последовал незамедлительный ответ. Запах, исходивший от Рейки, был точно таким же, как и его собственный. Кроме того, и внешне она практически ничем не отличалась от него если не считать двух выпуклостей в районе груди, как у богини. — Я…Хоши — всё, что смог сказать йокай. Кроме богини он никогда и ни с кем не общался и посторонняя, даже такая же как он сам, стала для него огромной проблемой. — Рейка… сняв белый капюшон с головы, ответила она. Дом, где проживало уже два первородных йокая и богиня, стоял на границе ничто и пустоты, уже созданной Гарретом. Свет, созданный им же по просьбе богини, никогда не покидал этого места, а времени, как пока что и везде просто не существовало. Рейка оказалась той самой отдушиной, и другом в котором он так нуждался. Богиня была для него всем, но она нередко уходила из огромного дома, в котором они жили. Раз за разом он пытался последовать за ней и не мог, ведь за пределами дома всё было наполнено светом, только светом и ничем иным. Фактически, это была золотая клетка, против которой, однако, Хоши ничего не имел, ведь на все вопросы, что его волновали богиня давала полноценные ответы, которые его более чем устраивали. Теперь же, он, чувствуя ответственность за «сестру», как сказала богиня, обучал и постоянно разговаривал с Рейкой так же, как богиня обучала его, разговаривала с ней так же, как она разговаривала с ним. Вторая из йокаев вскоре проявила себя очень активным существом, которое интересуется многим, а хочет достичь ещё большего. Рейка не просто задавала вопросы и получала ответы, она представляла себя решительницей проблем, которые сама же выискивала в ответах Хоши а порой и в ответах богини, вызывая смех и довольную улыбку последней. — Когда мы сможем выйти за пределы дома, богиня? — как-то спросила она. Хоши, занятый переводом очередных бликов света в слова отвлёкся, с интересом смотря на них. — Когда вас будет можно отпускать, когда вас будет определённое количество и когда решит Создатель — ответила богиня. — Который создал Хоши и меня? —тем не менее спросила Рейка. — Он самый, он самый. Вдвоём первородные йокаи задавали не только вдвое больше вопросов, но и появился смысл соревноваться, зародился дух соперничества. Не знавший поражений Хоши вдруг понял, что Рейка куда лучше разбирается в природе света в то время, как он куда лучше и глубже знает то, что лежит за пределами их дома, а именно- о пустоте. Богиня восприняла подобное с улыбкой и её уроки знаний и жизни стали носить не только всеобщий, но и точечный характер. Она, как вскоре поняли сами йокаи, намеренно разделила те знания, которые давала ранее только одному Хоши. — Каждый из вас должен быть абсолютным мастером в том, что он понимает лучше другого, а вскоре – лучше остальных — сказала она, в очередной раз дав понять, что будут и другие йокаи. — Идёт! Богиня идёт! — на весь дом закричала Рейка, стоя у открытой двери и смотря как девушка, идя по самому свету ведёт под руку кого-то. Кого-то, неизвестного им. — Врата миров распахнуты, Хоши, Рейка. Познакомьтесь, её зовут Руя. Руя, третий первородный йокай отличалась от своих старших братьев и сестры исключительно тихим и мирным характером. Засыпав богиню вопросами, они впервые получили уклончивый ответ – «увидите, когда пора будет увидеть». Бурная и активная Рейка, как ни странно, очень быстро подружилась со своей тихой сестрёнкой, Хоши же стал для новенькой учителем и заботливым старшим братом, старающимся быть для неё и для Рейки примером. Когда же наконец момент подошёл и йокаи увидели вместо света, извечно окружавшего их дом субстанцию, которую сама богиня назвала «океаном воды» Руя словно ожила. Благодаря постоянным урокам с богиней, состоящих как их теории, так и из практики она сама и её брат с сестрой узнали, что Создатель не случайно назвал её именно так. — Все воды вашего дома будут подвластны ей, так решил Создатель и я поддержала его решение — сообщила она им на после окончания очередного урока с Руей. Та, уже могла создавать волны исполинских размеров и так же, непринуждённо и легко возвращать их обратно. — Врата миров распахнуты. Это Нит, это Коюки. Поздоровайтесь. В отсутствии богини троица была занята изучением языка света, которым Хоши владел в совершенстве. Рейка постоянно вертела головой, трудолюбивая и тихая Руя вслушивалась в каждое слово, сказанное старшим братом. Заявление вернувшейся в очередной раз богини стало для них подобно грому среди ясного гнева. Вскочив, троица уставилась на двух абсолютно одинаковых мальчиков в уже привычных для всех белых одеяниях. Нит и Коюки очень быстро вписались в дружную компанию первородных йокаев. Уроков и бесед от богини стало ещё больше, увеличились и практические занятия. Способности Нита, не считая умственных заключались в том, что Гаррет, создавший его даровал ему способность не только, в отличии от Рейки разбираться, но и управлять самим светом, благодаря чему пятёрка первородных наконец смогла под присмотром богини регулярно выбираться за пределы жилища и путешествовать по вселенной. Коюки же хоть и был близнецом Нита был наделён прямо противоположным свойством: в его власти было создавать из ничего холод, замораживать воду Руи и создавать из неё снег, а также ниспослать противоположность свету – тьму. Именно Коюки благодаря знаниям, полученных от богини разделил после появления времени не только свой будущий мир, но и всю вселенную на периоды дня и ночи. Шестым первородным йокаем, которого привела богиня стал Дайс, сила которого была раскрыта много позже, а именно с появлением существ, которые были способны к смерти. Дайс обладал способностью видеть невидимое другим и общаться с духами и душами умерших существ. Знания же, что он получил от Хоши и богини позволяли ему ответить на любой вопрос умершего, даруя ему покой в царстве смерти. — Дети, минуту внимания. Орсе, не бойся, поздоровайся со всеми. Хоши, уже привыкший к тому, что их дом богиня приводит всё новых братьев и сестёр встал и привычно подойдя так и замер с открытым ртом. Аналогичная реакция была и у остальных. Крошка была на голову ниже любого из шести йокаев, а мантия, в которую она была укутана была не белого, а цвета золотого света. В сочетании с существом, боязливо смотрящих на шестерых незнакомых йокаев казалась Хоши настоящим произведением Гаррета. — Орсе — мягко погладив девочку по голове сказала богиня. — Я.…я…Орсе! Просто Орсе! Очень…очень приятно познакомиться! — в прямом смысле слова обняв саму себя и неловко склонившись, представилась девочка. Напряжение, царившее в телах и душах шестерых первородных йокаев ушло как по волшебству. Это была их сестра, младшая, забавная и очень красивая сестрёнка Орсе которую они приняли всецело и без колебаний. Орсе обожала всё, что связано с творением как из ничего, так и из чего-то. Постепенно дом богини наполнился каким-то невероятным числом поделок, статуэток в виде неё самой и шестерых братьев и многим, многим другим. Более того, Орсе обладала способностью видеть прошлое и порой даже мельком заглядывать в переменчивое будущее за что богиня прозвала её йокаем, властным над судьбой, с оговоркой что над своей собственной она не имеет никакой власти. Йокаи как народ появились значительно позже. Во многом это была воля богини, которая возжелала сначала обучить священную семёрку и лишь потом предложить своему создателю, который был занят сотворением вольтеров, сотворить йокаев, но уже как полноценную расу. Гаррет услышав её просьбу внял ей и на тысячи тысяч лет идея о расе существ гуманоидной формы, способных оборачиваться гигантскими лисами канула в безвестность. Священная семёрка, а именно так нарекла своих учеников богиня были живыми свидетелями создания многого, почти всего, в том числе времени как во всеобщей, так и в физическом виде в обличье девушки по имени Часи. Время во всей своей мощи запустило большинство процессов, спящих до него во вселенной, время сотворило начало и конец, время давало отсчёт новой жизни и приводило смертных к её концу – смерти. Царство смерти, духи и души умерших стали основной заботой Дейла, мудрость и знания которого к тому моменту возросли невероятно. Однако ничего, а также никого абсолютного, кроме, наверное, владыки ничто и богини не существовало во вселенной. Время властвовало и упорядочивало над многими, но не над всеми и в первую очередь, не касалось священной семёрки, ведь младше было их оно и младше колоссально. Тысячи тысяч лет прошли в делах и заботах. Тысячи тысяч вопросов, тысячи тысяч ошибок, и ещё больше заданий выполняли они, неукоснительно следуя советам и требованиям богини. Вселенная по-прежнему была практически пустой в те незапамятные времена и решила богиня что пришла пора напомнить своего создателю, который завершил свой труд и создал вольтеров и завершил давно. — Господин, разрешите? — Ты снова пришла и снова не предупредила. — К чему слова, сэр, вы ведь, итак, знаете когда я приду к вам. — Пустой разговор, богиня, я тебя слушаю. — Господин, они готовы, время пришло, я уверена и ручаюсь за них – улыбнувшись, сказала она, внимательно глядя в глаза своему создателю. Глубокая морщинка прорезала некогда гладкий и ровный лоб Гаррета. С минуту он смотрел то ли на богиню, то ли сквозь неё, либо вообще – внутрь своего творения, в самую душу. — Смотрю я на тебя и вижу неприкрытую гордость и величие за тех, кого ещё нет, пока нет, богиня. — Это не гордость, Гаррет, это удовлетворение. Ведь только теперь знаю я, что мои ученики справятся с любой задачей. — И с этой тоже? — И с этой тоже, мой создатель. Голос богини прозвучал особенно уверенно, однако Рет уловил в нём еле заметные нотки грусти. Не желая вступать в тяжёлый диалог, Гаррет поспешил перейти к самому главному. — Завтра же приступаем к сотворению йокаев как расы. Но помни- они- твоя идея и твои любимчики. — Как ваша идея и ваши любимчики — вольтеры — сразу парировала богиня, однако, низко склонившись перед Создателем. — Она ушла. Мы будем достойны её. Всех вас прошу быть той священной семёркой, которую знала и воспитала богиня. Орсе. Младшая из семёрки поклонилась и вышла вперёд, на всеобщее обозрение. Там, вдалеке, как на ладони, перед ней простирался Арран, её мир, её дом, её вотчина. Она хорошо помнила времена, когда в голом и пустом мире были лишь они, как готовили его к приходу своих младших братьев и сестёр. Каждый из священной семёрки за тысячи лет обучения у богини не просто научился многому, они стали понимать друг друга без слов. Малейшего взгляда друг на друга хватало как для вопроса, так и для получения ответа. Хоши задавал ритм, Рейка распределяла роли, остальные — исполняли, а она после проделанной работы несмотря на свой возраст и положения младшей — констатировала результаты и выявляла ошибки, пользуясь своим главным даром. Сейчас же на неё смотрело десятки тысяч пар глаз и во всех было одно: тревога. Голос высшего йокая, усиленный магией, зазвучал мягко и плавно: он словно гладил душу каждого, юноши и взрослого, матерей и дочерей, грудных лисят и тех, кто появился первыми после них в этом мире. — Гордый народ богини. Пришло время нам самостоятельно жить и трудиться в этом месте, мире, который подарила нам наша богиня. Я вижу ваши страхи, вижу сомнения, вижу…скорбь и душевную боль. Богиня однажды вернётся, а до тех пор как вы слышали сами она в своём величии передала нам, ваших старых товарищей и друзей не роль правителей, а роль учителей и старших товарищей. Не знайте страха, богиня научила нас не всему, но очень и очень многому. Великий Арран не падёт и будет величайшей державой, если вы примете нас, и пойдёте за нами, первыми учениками богини. Что скажете? Что вы решили? Голос Орсе имел кроме успокоительного ещё и множество скрытых эффектов. Каждый йокай, стоящий на огромной площади, слышал в единой речи то, что хотел услышать. Для кого-то ключевыми словами стали процветание, чьи-то души резонировали и находили утешения в том, что высший йокай разделяет с ними боль и скорбь, переполнившую из в связи с внезапным уходом богини, третьи и вовсе слышали, что могут достичь того же уровня что и они, их старшие товарищи. Один за другим на многотысячной площади йокаи один за другим опускалась на колено признавая в Орсе и остальной священной семёрке своих учителей, наставников и правителей. — Расходитесь с миром, жители Аррана. Благодарим вас за доверие и клянусь богиней, мы его оправдаем— сказал Хоши, встав рядом с Орсе. Площадь быстро опустела. Только после того, как последний йокай покинул её, Орсе поняла, что едва не оглохла от стука своего собственного сердца. Повернувшись, она заметила такой знакомый, добрый, но с ноткой строгости, взгляд старшего брата. — С…спасибо, Хоши. Я думала, что прямо тут потеряю сознание. — Это было бы фиаско, Орсе. Не за что — притворно нахмурившись ответил ей йокай. Это выражение лица она хорошо знала, как знала и то, что Хоши и остальные придут ей на помощь. Это бесконечное доверие друг к другу и сделало их не просто священной семёркой, а настоящей семьёй.