—17—

      Рождение дитя - великое чудо. После того, как Нерида родилась, издав первый крик жизни, на глубине океана произошло нечто сверхъестественное.       Воскрешение...       Новая жизнь...              Любовь, предначертанная судьбой...       Кому-то было суждено покинуть этот бренный мир, чтобы вновь быть возрожденным.

***

      — Эвтида...       Безжизненный шёпот русала пронесся по холодному течению, отпугивая всю морскую живность. Глаза, обдающие холодом, открылись, а чешуи разгорелись белым неоном. Амен смотрел неотрывно на солнце, которое рассекало знойными лучами водные просторы. А вслед увидел мельтешащие рыбехи, отчего он недоуменно нахмурился.       — Что за?       Резко приняв сидячее положение, он оглянулся кругом. Заметив вместо ног, плавное движение белого хвоста, из уст Амена выплыло нецензурная брань:       — Блять! Поздравляю, Амен! Ты стал русалом.       Посмотрев налево, он увидел недалеко от себя лоскутья растерзанных брюк. Затем руки прошлись по торсу, снимая с себя непригодное для ношения продырявленную рубашку. Подводная живность полакомилась диковинкой, пока мертвый Амен пролежал в глубине океана на протяжении, грубо говоря, года. Когда разглядел фаланги рук, несвойственные для человека, он парализовался от шока:       — С такими-то когтями я могу налегке выпотрошить врага.       Вспомнив тот случай, когда Саамон нажал на курок, Амен пробубнил:       — Я ведь умер, но как это возможно?       Вслед в голове пронеслись ужасающие крики возлюбленной: Амен! Нет!       — Моя рыбка! — судорожно задышал Амен, затем поднял взгляд к солнцу, что ли сих пор сияло, показывая миру красоту дивную. Оставив позади все волнующие вопросы о перевоплощении, он ринулся верх, отпугивая рыб умеренной скоростью из-за длительного пролежания в одной позе. Из-за воспоминаний о любимой русалке, он не замечал свои огромные преимущества плавания. Благодаря длинному хвосту, который раскачивался волноообразно, Амен выносливо обходил подводные препятствия. Вытянув руки верх над головой, Амен ускорился и наконец достиг нужного места.       Когда его лазурный взор устремился к солнцу, выглянувшего над горизонтом, он примерно посчитал время пребывания сказочного рассвета. Осмотревшись вокруг, Амен убедился, что находится далеко от континента. Бескрайний океан только и тревожило его. В какую сторону плыть, чтобы добраться до Лос-Анджелеса, альбинос понятия не имел. Пораскинув мозгами, Амен предположительно указал для себя ориентиры, вспомнив уроки географии. Там, где рассвет - это восток. А значит...       — Я плыву к тебе, любимая! — проворковав судорожно, Амен бросился на запад. Не успел проплыть и пяти футов, как в желудке началось песнопение "погибающих китов".       — В животе происходит адский пиздец. Нужно подкрепиться!       Понимая, что пока не суждено питаться фастфудом или домашней стряпней, Амен с досадой поджал губы. Издалека зафиксировав скопление жирных скумбрий, он невольно облизнул уста. Мельком, русал усмехнулся, когда в голове всплывали отрывки с Эвтидой. Как она с аппетитом съедала рыбу, как опустошила аквариум, не оставив в нем ни единой живой души, как из её излюбленных уст торчал плавник бедного Сириуса. История повторяется...       Инстинкт самовыживания срабатывал автоматически. Зрачки альбиноса заметно расширились, а на языке ощутился манящий привкус рыбы. Он учуял их запах с дальнего расстояние - плюс одно преимущество в его копилку.       Вскочив с места, Амен молниеносно доплыл до них, но скумбрии были куда уж проворнее, что предчувствовав надвигающуюся опасность, некоторым удалось уплыть. Но русал был не так то прост. Его острые когти резко вонзились в брюхо одной рыбешки, таким образом парализовав и умертвив добычу. Сам не понимал, сколько минут так стоял, не решаясь идти на краю пропасти под названием "отвращение".       — Прости мой чешуйчатый друг, но я тебя, пожалуй, съем.       Ловким движением оторвав голову, зажмурив глаза, Амен откусил мясистую часть рыбы. Медленно прожевывая, он почувствовал необычный привкус на рецеторах языка, отчего его брови метнулись верх от изумления.       — А это, действительно вкусно!       Смакуя божественную пищу, Амен понимал, почему любимая всю свою жизнь ела сырую еду. Потому что, русалкам был присвоен дар, чтобы не умирать с голоду, питаться морепродуктами. Когда он завершил перекус, ему было мало. Амен охотился на рыб до того, пока полностью не познал чувство доедания.       Бороздя по просторам Тихого Океана, Амену удалось изучать красоту подводного мира. Встречал на пути разновидность фаунов морских обитателей, а чтобы не голодать питался рыбешками и водорослями. Когда случайно наткнулся на "необитаемый" остров, он вылез на берег, чтобы полакомиться фруктами, растущие на деревьях. Так как кокосы росли высоко в пальмах, альбинос думал, какихм способом их достать.       — Раз я превратился в русала, то почему бы не воспользоваться магией?       Амен понимал, можно сказать, ощущал прилив сверхъестественной энергии. В жилах текла бешеная магия, отчего глаза загорелись синевой. Приставив ладонь к стволу пальмы, Амен закрыл глаза и сосредоточился.       — Внутреннее умиротворение...— полушепотом говорил он, но получалось ужасно плохо. Как вдруг вспомнил Эву, которая жалобно плакала, прося у Саамона пощадить любимого, её печальный образ только и поспособствовало ему вспыхнуть как спичка из-за неподдельной ярости. И эта ярость преобразовалась в магию, способная передавать смертельные импульсы. Пальма задрожала как осиновый лист и чуть-ли не разгорелась голубым пламенем. Но Амен быстро пришёл себя, резко отдернув руку. Получилось!       Амен ликовал словно дите, который смог раздобыть любимую игрушку с игрового автомата. Когда подобрал упавший плод, он присел под тенью, затем попробовал разломить кокос руками. И это у него отлично получалось, пронзив когтями скорлупу, с треском разломил на пополам. Наслаждаясь минутной трапезой, вдруг он услышал обрывчатый гулеж людей по ту сторону глуши джунглей.       — Черт, надо удрать!       Прошипев сквозь зубы, Амен ринулся на берег словно пресмыкающийся. Успел. Высунув голову на водой, русал хотел убедиться в том, что ему не мерещилось. И он был прав. Смуглые, прилично одетые двое мужчин о чем-то спорили друг с другом. Амен не мог разобрать вереницу их слов, поскольку не был знаком с языком. К счастью он чётко слышал их словесную перепалку, несмотря на шум бьющихся волн океана. Когда один из них заговорил на английском, в его душе стало легче. Уловив из его уст название острова "Фиджи", русал понял, в каком месте оказался.       Два дня спустя.       Дождавшись отплытия туристического лайнера, Амен с облегчением тронулся в путь. Не упуская с виду крупного путеводителя в Америку, Амен думал о ней. О любимой Эвтиде. Её золотистые глаза, горящие искорками счастья, роскошное свадебное платье, подчеркивающее идеальные изгибы тела, её любовь слов, выражающая из пухлых уст. Вспоминал первую встречу, её стремление защитить Дебру от нелепой ситуации. Амен горько усмехнулся, будто ощутил на себе жёсткий удар швабры по голове. После этого понял, что она была особенной, иначе говоря, со своей изюминкой. Интерес холостяка к ней стремительно возросла, а искренняя любовь стала проявляться по ходу событий. Чистая, светлая душа русалки покорила его сердце. Амен бесповоротно влюбился в нее, вычеркнув тёмное прошлое из своей жизни. Эва изменила его, превратив из хитрого волка в пушистого милого котёнка.       Порой Амен не узнавал себя. То что говорил Тизиан, он мысленно подтверждал много раз. Амен изменился так во внутреннем, так и во внешнем амплуа. Эвтида - русалка, ставшая для неё предметом воздыхания. Она для него все.       — Я отомщу за тебя, рыбка.       Отомстит он непременно, но как же быть с трансформацией? Неужели ему суждено вечно скитаться в морях, быть изгоем цивилизованного общества? Как спасти свою любовь? Амен терзал себя сложными вопросами, не зная, как на них отвечать. Если бы Эва была рядом, возможно он смог бы использовать свои способности против зла. Она научила бы его усовершенствовать навыки, разобраться с методом перевоплощения, контролировать силу.       Новичкам было несвойственно владеть магией просто так. Сперва нужны время, выдержка и полное умиротворение. Но что его мучало больше вашего - это причина перевоплощения. До этих пор, Амен жил как обычный смертный, который не верил в волшебство. И по какому поводу, он превратился в русала? Может быть это чудо? Вполне возможно.       — Есть ли вероятность того, что Эвтида отдала мне частицу магию, чтобы я мог достойно защищаться от пидора? — предположил русал, не отводя взгляд от лайнера, которая неспешно плыла прямо по курсу. Амен вспомнил первую ночь с возлюбленной, как она страстно отдалась ему, возбуждая мелодичными стонами и раскованными движениями тела. Её истинный облик дурманил его, гладкость чешуи взбудоражила. За день до свадьбы он просил у неё трансформироваться, чтобы вновь любоваться её божественной фигуркой.       От пошлых воспоминаний чешуи русала заискрились неоном, в голубых глазах загорелся очаг любви. Амен скучал по своей рыбке, безрассудно тосковал. Когда же они встретятся? Ответ на этот вопрос знал только Бог.

***

      Неделю спустя.       Путешествие Амена благополучно завершилась на берегу Лос-Анджелеса, когда лайнер держал курс до самого Сан-Франциско.       Малиновый закат окутал мегаполис таинственностью и неким волшебством. Амен с грустью смотрел на свой дом. Все так же. Ничего не изменилось, за что он был безмерно рад. Ностальгия хлынула как морская волна, что от этого ему стало трепетно.       Теперь ему оставалось пройти самое сложное испытание. Как превратится в человека и рассказать Тизиану о случившемся?       Отчаянно схватившись за платиновые волосы, длина которых достигала до уровня лопаток, он прикусил губу.       — Как же мне быть?       Кажется, чудо свершилось. Неподалёку от берега мужчина в черном смокинге шагал навстречу к русалу. Амен сощурил глаза, сфокусировав орлинное зрение на незнакомца или же... Он узнал его. Серые глаза пришедшего лучистые, светлые, а улыбка ослепительно прекрасная. Посох, что держал в правой руке, созерцал безымянным оттенком. Альбинос, судя по его ухмылке догадался, что тот прибыл с добрыми намерениями. Может быть это ангел, спустившийся с небес?       — Приветствую тебя снова, Амен Уэйнрайт.       — Здравствуй, библиотекарь, — парировал Амен, медленно плывя к берегу, но тот остановил его, протянув руку к нему.       — Нам предстоит долгий путь.       Пока Амен недоумевался о каком пути шла речь, мужчина подошел к альбиносу несмотря на то, как дорогой костюм промокал до ниточки, не жалея его качества пошива.       — За мной, сын Джиневры — обойдя его, мужчина окунулся в воду. Я, блять, правильно расслышал? Он знаком с моей мамой?       Яркая вспышка под водой ещё больше озадачила Амена. Неуверенно погрузившись в воду, он смотрел на того мужчину уже в истинном облике, а вместо посоха знакомый держал трезубец.       — Меня зовут Палладий. Я - бывший советник покойного царя Нерея, — громогласный тон русала слегка удивил Амена, потому что ощутил в нем огромную власть, будто сам Нерей управлял его голосом. — Есть у тебя желание узнать горькую правду, которую не знаешь ты?       — О чем ты мелишь, старик? — возмутился Амен не на шутку.       — Если расскажу ты не поверишь. Может сама Атлантида покажет твою историю, что на это скажешь?

***

      — Здравствуй, братишка.       Замечательный друг, брат названный, потерянный жених... Кто только не называл Амена после пропажи, но Тизиан звал его просто "братишкой", потому что для него имело большое значение. Мужчина обомлел от шока, подумав, что ему мерещится его образ. Тот же взгляд, та же поза... Это действительно был он.       Без промедления, Амен крепко обнял Тизиана, похлопав ему по спине, таким образом вывел его из ступора. Смуглый осознавал, что друг вернулся, что он живой и здоровый. Обняв его в ответ, Тизиан пролил скупу слез и всхлипнул.       — Ты жив, братишка.       — Жив, брат. Жив.       Их идиллию счастья встрял жалобный визг Нериды и убаюкивающий, но охрипший от плача голос Герсы. Отпрянув, Амен встревоженно посмотрел в сторону зала. Тизиан молча пропустил его внутрь, указывая рукой на дверь. Как альбинос неспешно достиг порога комнаты, он остолбенел. Смотря на ребёнка, Амен ощутил тесную связь, будто магнитом затягивала его к нему. Когда Герса обернулась и увидела вернувшегося с того света, кажется, забыла дышать, отчего лицо стало ещё бледнее и искаженее.       Лёгкой поступью преодолев расстояние, Амен плавно протянул руки.       — Не бойся меня Герса. Дай мне ребёнка.       Герса сначала замялась, будто сомневалась в его намерениях. Когда Тизиан одобрительно качнул головой, она послушалась. Передав ему Нериду, Герса неохотно отошла. Амен прижал кроху к мощному торсу, с теплотой глядя на свою дочь. Невидимая нить между ними укрепилась, запах граната и мирта, что таился в её волосиках, дал Амен очевидное доказательство того, что ребёнок является для него родным.       — Её зовут Нерида, — сказал Тизиан с горькой ухмылкой. Нерида?       Со скоростью света в его голове вспыхнули воспоминания о Эвтиде, о той ночи, когда она придумала для малышки имя. После этого он точно уверял себе, что матерью этого ребёнка была любимая женщина.       — Моя дочь...— буркнул Амен, подтверждая при свидетелях свое отцовство. Малышка захныкала, когда смотрела опухшими глазками на отца. Как её смуглая ручонка схватила его за указательный палец, Амен почувствовал лихорадку, идентичная той, которая Эвтида страдала ею на целые сутки.       За три месяца обучения владения магией под руководством Палладина, Амен узнал многое о своих навыках. Лучи рассвета и бескрайний океан вовсе не понадобились ему, чтобы излечить недуг дочери. Были на это исключения, но метод должен будет сработать, потому что он был настроен к этому.       Сосредоточившись до максимума спокойствия, Амен нежно прильнул губами в лобик малышки. Закрыв глаза, он передал ей все, чему она нуждалась: исцеление, отцовскую любовь, успокоение души. Малышка начала сопеть, захлебывая его магию как молочный нектар. Чешуйки ребёнка начали высвечивается изумрудом, а волосы сиять до бела. Амен забрал её недуг себе, и благодаря волшебным силам, ему удалось искоренить его. На теле Амена происходили изменения так же, как и у Нериды. Тизиан с Герсой в отрешении наблюдали за этой сказочной картиной, ведь до этого, они не сталкивались с подобным явлением.       Прошло некоторое мгновение. Нерида заснула крепко, а Амен завершил процесс наподобие заклинанию. Мягко уложив ее на люльку, альбинос покачивал мебель, мягко проговаривая:       — Спи, моя Нерида. Больше тебя никто не потревожит.       — Амен, что э-это все значит? — заикнулся Тизиан, разинув рот от удивления. Герса ослабленно рухнула на кресло, отчего заставила всех переволноваться. — Птенчик, ты чего? — Тизиан присел рядышком и обнял возлюбленную за плечо.       — Я позже обо всем вам расскажу, хорошо? Но сначала спрошу у тебя об одном. Клуб ещё работает? — сказал он предельно тихо, чтобы не будить спящую малютку.       — Да. Почему ты спрашиваешь? — смуглый нашёл себе силы ответить на его простой вопрос.       — Отныне я больше не буду управлять им. Теперь клуб принадлежит вам, — взглянув на красавицу дочь, Амен доложил свой план кратко и ясно. — Я возвращаюсь в ЦРУ.