Глава 51: Надежда

– Кто... кто ты? Охваченный мучительной болью, Чхве Хан замечает сферу красного света, говорящую с ним, и спрашивает. – Я единственный, кто может спасти тебя сейчас. – ...Я... Я не хочу, чтобы меня спасали. – Неужели ты предпочтешь умереть так мучительно, чем принять меня? – ... Никто в мире не хочет мучительной смерти, но Чхве Хан считал, что, спасая себя сейчас, он продлевает свои страдания в будущем, поэтому лучше перетерпеть боль прямо сейчас и освободиться от своей тьмы. – Если ты сам решил умереть, мне все равно, но есть кое-что, что беспокоит меня, помимо того, что ты отверг меня, меня, обладающего силой, желанной для стольких людей в мире. – ... Чхве Хан уже отверг помощь этого существа, поэтому не проявлял никакого интереса к тому, о чем тот говорил. – Ты знаешь, как трудно меня заполучить? А тем более, имеешь ли ты право использовать меня? Однако в твоем случае уже есть кто-то, кто заплатил за это, как ты можешь быть таким неблагодарным? – *Угх* Я не понимаю, о чем ты говоришь... просто... заткнись. – Есть человек, который заплатил эту цену, и у него есть сила, как у меня... нет, я уверен, что эта сила равна мне, и поэтому я слышу его душу, душу, которая плачет прямо сейчас. – ...Почему... это... мое дело? – Глупец, ты ничего не понимаешь! Его душа плачет по тебе! И потому что он боится потерять свою семью, это чувство, к сожалению, мне очень хорошо знакомо. Чхве Хан нахмурился и с отвращением посмотрел на световую сферу. – Ха! Спасти меня?... Ты, демон, твоя цель - мучить меня, черт возьми! В этом мире у меня нет никакой семьи, тем более такой, которая плачет по мне! Чхве Хан кричит от обиды и печали, даже у врат смерти ему не дано забыть об этом, даже если он умрет, некому будет оплакивать его, никто не будет скучать по нему, и у него даже не будет могилы, чтобы посетить ее, это смерть в одиночестве, как и жизнь. Юноша с черными волосами, заключенными между цепями и толстыми корнями, безутешно плачет. – Это не ложь! И я не демон, клянусь! Если ты мне не веришь, мы можем заключить пари: прими меня, и если я солгу, я подарю тебе безболезненную смерть ценой своего существования, но если я скажу правду, тебе придется извиниться передо мной за то, что ты назвал меня демоном! – Я не доверяю тебе. – Я знаю, поэтому и поставил на карту свое существование, но тебе нечего терять, ты скоро умрешь, так что даже если я солгу, это будет лучше для тебя. – ...Хорошо... Я... принимаю тебя. Нерешительно Чхве Хан принимает пари, полагая, что дух лжет, но, как он сказал, ему нечего терять. – Хахахахахахахаха Красная сфера разражается громоподобным смехом, а огонь, окружающий Чхве Хана, становится все сильнее и поглощает все вокруг: черное болото, цепи и даже корни деревьев.

—-----------------

Кейл оказывается в чистом белом пространстве, которому, кажется, нет конца, он помнит, что, войдя в огненную колонну, оказался в этом месте, поэтому не пугается. Он оглядывается вокруг, словно ища что-то, а затем устремляется к тому, что обнаружил вдалеке. Кейл смотрит на Чхве Хана, его черные глаза лишены каких-либо признаков жизни, кроме слез, которые беззвучно текут по бледным щекам, а затем он чувствует, как его сердце сжимается. – Чхве Хан – ... Молодой человек, на долю секунды отреагировавший на упоминание его имени, отказывается поднимать глаза. – Чхве Хан... – ... Кейл подходит и садится прямо напротив молодого человека. – Прости... – ... Ты? Пожалуйста, уходи. Увидев, кто это, Чхве Хан, не раздумывая ни секунды, отшвырнул мужчину. – ... *Вздох* Твой взгляд, полный ненависти, все еще... трудно выдержать. – ... Словно готовясь уйти, Кейл встаёт и отходит на несколько шагов, Чхве Хан рефлекторно поднимает голову, затем Кейл оборачивается и говорит. – Думаю, правильнее всего сначала представиться... Приятно познакомиться, меня зовут Ким Рок Су, я лучший друг вашего племянника, Чхве Чон Су. Кейл старается произнести вежливое приветствие в соответствии с традициями своей страны, а затем наблюдает, как ошеломленное выражение лица Чхве Хана сменяется плачем. Чхве Хан неловко пытается прикрыть лицо, но при этом плачет. По правде говоря, Чхве Хан никогда не слышал этого имени, но он уверен, что оно не из этого мира, и ничего не знает о человеке, который, по его словам, является его племянником. Но когда он увидел официальное земное приветствие от него, неизвестное в этом мире, слезы просто неудержимо потекли. – Я трансмигрант из мира, в котором ты жил. – ...я... я... наконец-то... кто-то нашел... меня. В перерывах между рыданиями Чхве Хан бормочет про себя слова утешения. Прошло так много времени, что его надежды давно угасли, и ему ничего не оставалось, как принять собственную смерть как единственный выход из отчаяния. – Ты очень хорошо постарался, выживая все эти годы, и... спасибо тебе за это. Кейл вежливо протянул руку Чхве Хану, но от шока Чхве Хан не мог перестать плакать. – Возможно, ты не сможешь вернуться в дом, по которому тоскуешь, но если ты позволишь, мы построим новый в этом мире. Чхве Хан поднял руку, чтобы взять руку человека, который ласково улыбался ему, но вскоре его надежды на то, что за столько лет он наконец-то обрёл что-то близкое к дому, снова угасли, Чхве Хан в ужасе смотрел на фигуру этого человека, которая начала трескаться, словно кусок фарфора. Кейл протянул руку и потянулся к руке Чхве Хана, которая грозила отступить, и посмотрел Чхве Хану в глаза. – Не волнуйся, это будет больно, но я справлюсь.