Глава 4

      Наступил день сделки. — Сынмин, давай ты всё же не пойдёшь туда! Пожалуйста, ты ещё не совсем выздоровел! Давай я скажу Чану, что ты не можешь пойти? — Хван, мы уже это обсуждали! Я пойду заранее, буду в доме, и не собираюсь высовываться, если не пойму, что Чану что-то угрожает, — Хёнджин сел на кровать, скрестил руки на груди, отвернувшись от Сынмина. — Неужели ты обиделся? Хёнджин, эй, не переживай, всё будет хорошо, — Сынмин обнял Хёнджина со спины и положил ему голову на плечо.       Сердце Хёнджина ускоренно забилось. «Как он может так себя вести? У меня когда-нибудь так инфаркт случится! Конечно, так я на всё что угодно соглашусь!» — поэтому он оттолкнул его и сказал: — Я не обиделся! Иди уже! — но на лице у него осталось недовольное выражение.       Сынмин покачал головой и спустился вниз, где его ждал Чан. — Ты не высовываешься, только если не поймёшь, что мне угрожает опасность. Понятно? — Чем больше ты это повторяешь, тем больше желание поступить наперекор тебе. — Я понял. Может ещё раз обсудим план действий? — Может ещё раз обсудим план действий. — Отлично, — Чан не понял сарказма и поэтому начал воодушевлённо рассказывать план. — Мы приходим на ферму. Ты сразу идёшь в дом и располагаешься на втором этаже у окна, из которого тебе всё будет видно. Я установлю стол на улице и там разложу продукты. Человек должен приехать где-то через полчаса. Я постараюсь стоять с ним с одной стороны стола, чтобы не быть на линии огня. Всё ли я сказал? — Да, да, Чан, не переживай! У нас всё пройдёт хорошо. Если бы люди хотели нас убить, они давно бы это сделали. Так что ты зря переживаешь, всё будет хорошо. — Спасибо, Сынмин. Я постараюсь не переживать.       Когда ребята пришли на ферму, Сынмин помог Чану приготовиться к приезду человека. «Почему все так переживают? Те люди были так удивлены моему появлению, когда мы в первый раз встретились. Они стали меня избивать только после того, как я не захотел им рассказывать кто я и откуда появился. Наверное, надо было рассказать это Чану, тогда бы он меньше переживал».       К дому подъехала машина. Из неё вышел высокий мужчина. Он был одет в длинное кожаное пальто, которое почти волочилось по земле, широкие джинсы и оверсайз футболку. Видимо пока ехал, он успел закурить сигарету, ведь сейчас она находилась у него во рту и слегка дымила. «Зачем ему пальто? Разве на улице холодно?» — Сынмин продолжил наблюдать за человеком. — Воу, Чан! Сколько лет, сколько зим. А где Минхо? Обычно он меня встречает. — Привет, Фанг, — Чан выдавил из себя улыбку, — Минхо не смог сегодня прийти, поэтому вместо него я. — Что-то у вас тихо в доме и на огороде я никого не вижу. Случилось чего?       Чан посмотрел на окно, где сидел Сынмин. «Что? Разве что-то не так? Мне казалось, вы просто говорили? Он уронил банку с огурцами? Зачем? Шум? А-а-а!» — Сынмин сбежал вниз; включил свет в гостиной, воду на кухне, телек и музыку. — А мне показалось, что тихо. В доме какой-то кипиш. — Да, со всеми всё в порядке. — Чан, ты не подумай, — Фанг наклонился к уху Чана, — Я, как обычно, собирался проехать через пост, где есть мои знакомые ребята, но там никого не оказалось. Мне пришлось изрядно попотеть, чтобы найти пост с охранниками. Разве стало безопаснее? Почему вдруг стало меньше военных? — Я ничего про это не знаю. Письма от правительства не было и я им ничего не посылал.       «Так, они о чём-то шепчутся. Интересно…» — Сынмин пододвинулся ближе к окну. — Ладно, давай решим по поводу денег, — Чан и Фанг начали обсуждать что-то.       «Ладно, что-то долго, но, вроде, ничего необычного…».       Уже подходя к машине, Фанг вдруг развернулся, пробежался глазами по дому, и резко в его руке появился пистолет, который он достал из-под пол своего пальто. Ещё раз пройдясь по окнам взглядом, он выстрелил в окно, где сидел Сынмин. Хотя он не мог его увидеть, так как солнце светило прямо в окно, отражаясь от стекла, создавая блики. Звон разбивающего стекла, лицо Чана исказилось, он сдерживал себя, чтобы не наброситься на Фанга. — Интересно, что никто не испугался, — Фанг выбросил сигарету и, затушив её ботинком, уехал.       «Чёрт, потому что я успел наклониться», — Сынмин прижимал свои уши к голове и тяжело дышал. — Дела плохи, — Чан вошёл в комнату к Сынмину. — Ага, я тоже рад, что остался жив, — Сынмин встал и приковылял к кровати, на которую упал, уставившись в потолок. — Да, только он заметил, что людей, охраняющих территорию, стало меньше. Так я пытался у него выяснить: знает ли Фанг что-нибудь про это. Но он мне ничего не сказал, даже не намекнул. — И что? Может он и в правду ничего не знает. — Такое ощущение, что с моим человеком из правительства что-то случилось. — Разве, если бы он почувствовал угрозу, он бы тебе об этом не сообщил. Ведь обычно он присылает письмо, когда планы меняются. — Сынмин прав. Вряд ли с человеком в правительстве что-то случилось. Мне кажется, под ним ещё насколько уровней социальной лестницы, и что-то случилось на одном из них. — Чонин?! Что ты здесь делаешь?! Разве я не сказал вам оставаться в домике в лесу, — Чан припёр к стенке, только что зашедшего в комнату, Йену. — Не трогай его. Это не он решил сюда прийти. Тем более мы наблюдали за сделкой из леса. — Вы наблюдали за сделкой из леса? — Чан молча опустился на кровать, его брови поднялись, он начал заламывать руки. — Зачем? Зачем вы подвергли себя опасности? Разве я не сказал оставаться в лесу?       Минхо и Чонин переглянулись. Тяжёлый вздох, Минхо отбивал какой-то музыкальный мотив на стекле окна, у которого стоял, сказал: — Я… Не знаю почему пришли, хотя мы знали, что ты будешь злиться. — Мы оба переживали за вас! Почему вы решили, что мы сможем спокойно сидеть в доме, пока ты с Сынмином подвергаете себя потенциальной опасности! — Поэтому вы решили подвергнуть ей и себя? — в разговор вступил Сынмин, который сидел оперевшись на свои руки, поставив их за спину. — Но ничего не произошло! — На удивление, — как будто выплюнул слово Чан на возражение Чонина. — Всё равно это подозрительно, — Минхо повернулся к ребятам. — Фанг наверняка знает сколько стоят наши уши и хвосты на чёрном рынке. Почему он вдруг не воспользовался возможностью, узнав, что нас плохо охраняют. Он мог без проблем убить нас и вывести части наших тел для продажи. — Так, уносим ноги как можно быстрее! О каком ты ритуале говорил Йена? — Я знал, что ты спросишь! — вдруг лис из ниоткуда достал книгу и раскрыл её на столике рядом с кроватью. — Напомни, как он проводится, — Чан наклонился над книгой. — Тебе нужно будет начертить своей кровью знак, — Чан толкнул Сынмина и кивнул в сторону двери. Сынмин недовольно закатил глаза, но через пару минут всё же вернулся с ножом. — Спасибо, — Чан взял его и не мешкая резанул себя по ладони. — Что ты делаешь?! — к Чану подскочил Чонин, схватив одеяло и попытавшись им остановить кровь, стал зажимать рану.       Чан медленно отодвинул руку Чонина. — Чем быстрее мы с этим разберёмся тем лучше, — Чан опустился на пол и начал рисовать символ.       Все напряжённо наблюдали за движениями рук Чана, который спокойно, уверенно выводил на полу символ своего рода. Но это было не так: если бы они внимательно присмотрелись к рукам Чана, то заметили бы, как периодически, от сильного напряжения, его руки дергались. — Всё, знак нарисован. Что дальше?— Чан встал с пола, с него капала кровь. Его взгляд прослеживал проделанные им линии, убеждаясь в том, что он сделал всё верно. — Может, обработаем твою руку? — Чонин хотел взять Чана за руку, но волк резко дёрнул руку, прижимая её к себе. — Нет, давай продолжим, — Чан голосом выделил слово продолжим. — Хорошо. Вставай в центр знака, — Чан встал в центр и Йена попросил его повторить слова ритуала.       Чан послушно всё выполнил. Прошло несколько минут, но ничего не произошло. — Твой ритуал не работает, — Чан хотел выйти за пределы знака, но вдруг рухнул на колени. — Что происходит? — Минхо дёрнулся помочь Чану. — Нет. Так и должно быть, — Чонин схватил Минхо за плечо и оттащил подальше от знака.       Раздался душераздирающий крик. Он был настолько громкий, что ребятам пришлось заткнуть свои уши. Чан, чтобы хоть как-то заглушить свои крики, зажал себе рот рукой. И хоть это сделало его тише, его стоны, а иногда и крики, всё же были слышны. Он извивался на полу и выгибался, вторую руку, которой Чан затыкал рот, волк прогрыз до крови. Наконец лёгкий дымок начал подниматься от тела Чана. Дымок медленно перемещался от тела Чана на место рядом с ним в пределах знака. — Это волк, — и в правду, как заметил Сынмин, в облаке дыма рядом с Чаном очертания начал приобретать волк.       Ещё где-то минуту продолжались мучения Чана, и вот он в последний раз встрепенулся, резко выдохнул и обмяк. Волк рядом с ним завилял хвостом, высунул язык и начал переступать с лапы на лапу. — Какой хороший мальчик! Иди сюда! Иди! — Сынмин попытался его подманить, волк вдруг зарычал и отступил ближе к Чану. — Почему он не хочет идти ко мне —Сынмин сложил руки на груди и поджал губы. — Я не знаю. Я вообще не понимаю, почему ему было так больно!Наверное, его связь с внутренним зверем слишком сильная. В книге написано: что нельзя ни в коем случае входить в область знака, пока Чан сам не выйдет. — И что? Сколько он так пролежит? Мы должны наблюдать, как он истекает кровью? Посмотри на его руки! Они все в крови! — Минхо, я не знаю что делать! Не знаю! Не знаю! — Чонин закричал, на его глаза проступили слёзы, и он схватился руками за голову. — Тише, тише, — Минхо обнял его, — Прости, я не хотел на тебя давить. Всё будет хорошо. Если ты сказал не заходить, значит не будем. Подождём, пока Чан сам очнётся.       Чонин, всхлипывая, прижался ближе к Минхо, и какое-то время они стояли так.       Чаще всего лисы в общинах зверолюдей являлись некими шаманами. Они проводили ритуалы по исцелению или связи с предками. Чонин как раз происходил из рода таких шаманов. Его семья помимо того, что занималась колдовской деятельностью, была врачами. Отец Чонина настаивал на том, чтобы его сын пошёл по его стопам и стал врачом. Чонина такой расклад не устраивал, и он сбежал из дома вместе с Чаном и его друзьями. Но Йена не перестал увлекаться магией. Его старший брат периодически присылал ему книги, где он мог изучать интересующий его материал. В одной из таких книг, как вы уже догадались, Чонин нашёл ритуал. — Посмотрите на волка, — Сынмин пальцем указывал на него. Минхо и Чонин повернулись.       Волк подошёл к Чану и начал облизывать его руки. Раны на глазах у удивлённых «зрителей» начали затягиваться. — Это что за магия? Чонин, что ты нам ещё не рассказал? — Я не знал… Я…       Раздалось кряхтение и Чан потянулся. Волк весело залаял и запрыгал. — Хей, хороший мальчик, — Чан почесал у волка за ухом и сел, охая. — Чан! — Чонин дёрнулся, чтобы подойти к нему, но Минхо его остановил. — Нельзя! Пока Чан сам не выйдет! — напомнил он.       Чан огляделся. Он осмотрел свои руки и был очень удивлён, обнаружив что они целые. Сынмин стал восторженно рассказывать, как появился волк, как он потом вылечил руки Чана, лизнув их. Чан с трудом встал с пола и с удивлением спросил: — Вау, ты, малыш, умеешь исцелять раны?       Волк радостно залаял и начал запрыгивать на Чана. — Ты живой, — Чонин стиснул Чана в объятьях и уткнулся в его плечо. — Ты же сам говорил, что ритуал безопасен? Ты плакал? Почему? — Чан поднял лицо Чонина. Его глаза были красными, он пытался их спрятать, всё время отводя взгляд. — Да, ты лежал без движения пару минут. Я подумал… — Чан не дал ему закончить и обнял его, поглаживая по спине. — Заставил же ты нас напрячься! Как ты тут кричал и корёжился, — Минхо покачал головой и сел на кровать. — Это было чертовски больно! Как будто кто-то переломал мне все кости и не переставая резал, чтобы вытащить сломанные кусочки. — Что-то я теперь не хочу в подобном участвовать! — брови Минхо сошлись и он провёл рукой по волосам. — Нет! Не факт что у тебя будет также! Надо провести много экспериментов! Допустим: как далеко Чан сможет отойти от своего зверя? Или какими ещё качествами обладает его зверь? — Хорошо, давай всё порядку. Начнём с того, как далеко я смогу отойти, — Чан попросил своего волка оставаться на месте, а сам начал отходить от него. Но не успел он даже дойти до лестницы, как волк ринулся к нему, пренебрегая запретом. — Видимо, не далеко, — Чан вернулся в комнату. — Интересно, а как вернуть тебе твоего зверя? — В смысле? Ты предложил ритуал не зная как его обратить, если что-то пойдёт не так? — Минхо повысил голос и наклонил голову набок. — Да, я… не был уверен, — Чонин опустил взгляд и запинаясь пробубнил себе это под нос. — Я предлагаю не винить Чонина. Он узнал об этом ритуале из книги, но насколько она достоверна? — Чан развёл руками, — Поэтому, давайте все порадуемся, что всё получилось, и покажем результат остальным. — Давайте. Остальные, наверное, уже на потолок залезли из-за своих переживаний, — Сынмин первым вышел из комнаты.