Глава 15

— Извините, — в дверь потучали, — Мы, конечно, всё понимаем, но у нас в комнатах стоят камеры. Мы всё удалим, но всё-таки ресторан — не место для подобных вещей. — Вот чёрт! — Хёнджин оттолкнул Сынмина и стал быстро одеваться. — Хе-хе. Зачем они смотрели за нами? — Сынмин тоже оделся. — Такого больше повториться не должно!  — Чтобы нас снимали в общественном месте? — Сынмин чмокнул Хёнджина в лоб, — Не переживай, они же удалят видео с камер. — ДОМА, мы обсудим это дома, — Хёнджин выбежал из комнаты.

***

— Спасибо, за вашу помощь, друзья, — Сынмин сел рядом с Чаном и Чонином.  — Какая помощь? Он о чём?  — Пожалуйста, — кивнул Бан Чан.  — Теперь вы не единственная парочка! Мы с Хёнджином теперь тоже встречаемся! — Вы помогли им сойтись? — спросил Чонин после того, как Сынмин ушёл. — Да, совсем немного с Минхо помогли. — Понятно, завидую. — Чему? У каждого свой путь. Или тебе хотелось, чтобы нам тоже помогли? — Наверное, нет, — Йена лёг Чану на колени. — Ты не занят на выходных? — Нет, у меня свободный график, — Чонин взял руку Чана и начал рассматривать её. — Отлично. теперь появились.

***

— Можно узнать куда мы идём? — Просто так гуляем, взявшись за руки по парку. Хорошо ведь? — Хорошо. Какие у тебя планы на будущее? — Например? — Например, захочешь ли ты поменять работу в будущем?  — На что? Я люблю детей и работать с ними нравиться. О, я не помню, не рассказывал, но у меня среди подопечных есть медвежонок, что появился там совсем недавно. Так вот, он сначала огрызался и ему не нравилось, когда я с ним разговаривал, а теперь он приходит, садится ко мне на колени и просит ему почитать. — Это чудесно. Конечно, как тебя можно не любить? Ты же такая булочка, — Чонин ущипнул Чана за щёку. — Хе-хе-хе, да, да, — Чан стал зацеловывать Йену. — Вы слышали про зверолюдей? — Чан и Чонин прислушались. — Да, слышал, я считаю это совершенной глупостью, — Чан фыркнул. — А то, что правительство собирается выделять деньги на помощь, потому что они такие бедные и несчастные?        "Почему они вообще это обсуждают?" — Чан лёг на траву. — Они собираются выделять им деньги на реабилитацию , помогать с поиском работы и так далее. С какой стати? Потому что у них есть уши и хвосты? Какая нелепость! Может мне тоже уши и хвост отрастить, чтобы мне нашли работу получше?  — Какие же! — Чан зарычал. — Чан, пойдём, — Йена дёрнул его за рукав, — Пойдём, пойдём, пожалуйста. — Ты посмотри эти ушастые совсем осмелели! Даже средь бела дня выползают, — один из мужчин обернулся в сторону Чана и тыкнул в него пальцем. — Я вам врежу, — прошептал Бан Чан. — Ха-ха, ты что там бубнишь? Какой ты зверёк? Ушки у тебя на собачку какую-то похожи. Может тебя за ушком почесать? — мужчина потянулся к волку. — Куда ты свои грабли потянул? — Чан схватил мужчину за руку. — Ай-ай! Отпусти! — мужчина с трудом выдернул руку, потерая раскрасневшеяся место. — Чан, — Чонин приобнял его за плечи, — пойдём домой. Вокруг люди начинают собираться. Нам лучше не привлекать плохого внимания, — он погладил Бан Чана по руке. — А это человек?! — в разговор вступил знакомый первого мужчины. До этого момента они не обращали внимания на Йену. — Ты чего с ушастыми тусуешься? Он тебя вшами не заразил? — мужчины загоготали, как гуси, которые увидели свежую капусту. — Они точно, — Чан стал двигаться в их сторону. — Нет-нет-нет! — Йена держал Чана за руку, — Не смей! Иначе мы не оберёмся проблем! — Эй, малой, пошли с нами. Напишем заявление, что тебя доставал зверочеловек. — С чего вы взяли, что он ко мне приставал? — А что, это неправда? Иначе почему ты с ним крутишься?  — Это не ваше дело с кем и почему я кручусь! — Йена схватил Чана и потащил его в сторону дома. — Эй, мальчик! Если этот зверочеловек тебя очень сильно задолбает приходи к нам, мы поможем! — крикнули в догонку мужчины. — Я к вам никогда не приду! И от этого зверочеловека я тоже никуда не сбегу, потому что люблю его, ясно вам?! — Чонин фыркнул, тащя за собой Бан Чана. — Потому что я люблю его! — Чан ухмыльнулся. — Ой, всё! Теперь до конца жизни мне это припоминать будешь? — Конечно, ведь ты же от меня никуда не сбежишь, — Чан обнял Чонина сзади и поцеловал его в щёку.       Йена стал отталкивать Чана: — Остань, домой. Идём домой, мы привлекли слишком много внимания. — Поцелуешь — уйдём, — Чан вытянул губы.  — Эм, дай подумать... Нет! Домой! — Чонин поцеловал волка в щёку и отвернулся.  — Ладно, можно и так, — Чан отпустил Йену, и, взявшись за руки, они пошли домой.

***

— Чёрт, чёрт! Не может быть! Это как? Неужели? Я сплю, — Хан вскочил со своего места и ударился коленом о ножку стола. — Ау, чёрт, чёрт. Больно, — он потирал ушибленное место, скача по комнате. — Что происходит? Всё в порядке? — только что вернувшийся Чан услышал ругательства и прибежал в комнату к Джисону. — Я ударился, — Хан сел за стол и снова открыл письмо, — Не может быть. — Чего не может? — Бан Чан подошёл ближе к Джисону и заглянул к нему в компьютер. — Не может быть, не может быть, — Хан постучал себя по щекам, убеждаясь ещё раз, что всё это не сон.  — Вроде не очень похожи на мошенников, — Чан нахмурился, — Хотя, чего только мошенники не выдумывает сейчас. — Чан, ты прям как какой-то старый дед ворчишь. Ты понимаешь? Это одна из самых престижных наград для музыкальных продюсеров! Понимаешь или нет? Это ***** Music Awards! Господи, и меня позвали туда! — Хан подскочил и стал ходить по комнате. — Значит, мне нужно найти что надеть и...  — С тобой пойти можно? — Хан остановился. — Со мной? На награждение? Конечно! Я представлю вас как мою команду и, я думаю, вы сможете пройти, — Хан радостно запрыгал по комнате. — Я поздравляю тебя, Хан, — Чан обнял его. — Хе-хе, спасибо, — Джисон обнял Бан Чана в ответ и запрыгал по комнате, — Он будет проводиться через пару дней, наверное, мне нужен какой-нибудь костюм. — Через пару дней? Разве приглашение на подобные мероприятия не присылают пораньше. — Присылают, — Хан почесал свой затылок, — Только я уже давно не проверял свою почту, — он смущённо улыбнулся. — Понимаю, — Чан потрепал его по голове.

***

— Почитаешь мне книжку? — маленький медвежонок залез на колени Чана. У него не было ушей, на их месте красовались два шрама. — Вы должны сейчас все спать! — Чан усадил медвежонка к себе спиной, — Почему ты не спишь?! — волк наклонился к медвежоноку. — У тебя такие красивые ушки, — мальчик протянул руку и потрогал уши Чана, — У меня тоже красивые, — он потянулся к своим ушам, но потом расплакался.  — Ты чего, маленький? — Бан Чан обнял медвежонка и стал раскачиваться из стороны в сторону, — Малыш, ты очень красивый. Твои ушки тоже красивые, — он дёрнул его за человеческие ушки. — Я хочу к маме! — мальчик кричал, бил Чана в грудь, по его щекам текли неиссякаемые ручьи слёз. — Мальчик мой, дорогой, — Чан поцеловал его в макушку.       Ему пришлось взять мальчика и выйти из комнаты, чтобы не разбудить других детей. — К маме! Где моя мама? Почему ты не хочешь мне показывать мою маму! — мальчик извивался и бился, махал руками и ногами.       "Твоя мама умерла из-за потери крови и перенапряжения. Она очень за тебя переживала", — Чан усадил мальчика на стул. — Послушай, Чарли.  — М? — медвежонок всхлипывал, слёзы ещё не успели высохнуть, но он перестал кричать и уставился на Чана. — Я не знаю, где твоя мама, — "И это правда", — поэтому не могу отвести тебя к ней. Ты многое пережил, — он погладил его по голове, — Многие, живущие с тобой, пережили похожее, хотя я даже не могу себе это представить, — Бан Чан вздохнул и потёр лоб, его волосы намокли, по вискам текли капли пота. — Мама не придёт, ведь так? — медвежонок всхлипнул, вытер свои щёки. — Я... — Скажи правду, — Чарли уставился на Чана.       Волк кивнул. Медвежонок снова расплакался, плечи его тряслись, мальчик всхлипывал, глотал ртом воздух и продолжал плакать. Чан обнял его, он тоже затряся, слеза проделала дорожку до подбородка. "Как? Как мне тебе помочь? Я не могу защитить себя, своих друзей, любимого. А вас — маленьких калек и сирот — кто поможет вам?", — они оба плакали, Чарли уткнулся в грудь Чана, волк прижался щекой к голове мальчика.

***

— Здравствуй, Чан. Какими судьбами? — Сэм пожал руку вошедщему в дом волку, — Может хочешь чего-нибудь выпить? Чай? Кофе? — Нет, спасибо, — Чан отрицательно покачал головой. — Ты по делу? Что привело тебя сюда?  — Я хочу, чтобы ты вложил деньги в фонд, помогающий зверолюдям. — Зачем? — Сэм встал, убрав руки в карманы.  — Очень много людей зверолюдей нуждаются в помощи, у нас нет таких денег. Тем более до сих пор не найдены те,кто на нас нападает. И кстати, почему? — Что – почему? — у Сэма дёрнулся левый уголок губ, — Почему – что?  — Ты же упоминал, что поможешь нам! Хотел поговорить о нас в совете?  — Хотел, — Сэм пожал плечами, — Только вот у нас в совете обсуждают не только вас. В городе живут люди и у них есть свои проблемы — мы их решаем, понимаешь Чан? — он навис над Бан Чаном, упёршись на спинку дивана, на котором сидел волк.  — Очень страшно, — Чан встал, его лицо было в нескольких сантиметрах от лица Сэма. Волк Чана стал крутиться вокруг них с Сэмом, лая и рыча. — Уйди отсюда, шавка, — Сэм пнул волка.  — Что ты делаешь? — Чан толкнул Сэма и подбежал к волку. — Ты как? — Бан Чан стал гладить волка, осматривая. — Я думаю, тебе пора уходить, — Сэм подошёл к двери комнаты, — и собаку свою забери, — он поморщился. — Это волк, — Чан взял его на руки и быстро ушёл.        "Как же так? Почему же он не хочет помогать? Раньше он всегда шёл навстречу?" — Чан принёс волка домой. — Йена! — закричал Бан Чан. — Что? Что случилось? — Чонин выбежал из комнаты, проскользив на носках, — Ты чего кричишь? — Ты можешь, пожалуйста, осмотреть его? — Чан протянул ему волка. — Я не врач, Чан, — Йена погладил его по предплечью, — Давай лучше отнесём его в фонд. Думаю, там с большей вероятностью есть специалист, который сможет его осмотреть, — волк жалобно заскулил.

***

— Он сильно ударился о батарею, — Чан погладил его. — С ним всё хорошо, — врач отошёл от волка, — Небольшой ушиб, не более.  — Как хорошо, — Чан, выдохнув, сел на диван. Чонин положил руку ему на плечо. — Будьте аккуратнее. Серьёзные травмы вашего зверя могут навредить и вам, надеюсь, вы это поняли?        Чан и Йена одновременно кивнули.

***

— Как много людей, — Хан озирался по сторонам и постоянно одёргивал свой пиджак. — Хватит его дёргать, — Минхо взял Джисона за руку, — Всё хорошо. Мы здесь все с тобой. Мы не расстроимся, если ты ничего не выиграешь, но раз уж тебя сюда пригласили — тебя точно наградят, — Хан кивнул, но всё ещё озирался по сторонам. — Мистер Хан, — к нему подошла одна из организаторов, — вам нужно пройти на ковровую дорожку для фотосессии. — Я один?  — Да, пройдёмте.       Хан слегка дрожал, он встал, убрав руки за спину. Он очень нервничал и почти не поднимал голову. — Эй, Джисон! — Феликс почти перепрыгивал через ограничительную линию, махал руками и кричал: — Всё хорошо — улыбайся и будь собой.       Остальные ребята, которые стояли рядом с Феликсом, тоже кричали , улыбались и корчили рожицы, чтобы хоть как-то подбодрить Хана и вызвать его улыбку. "Вот дураки!" — Джисон улыбнулся и захихикал. Отовсюду начали вспыхивать камеры и слышаться просьбы репортёров повернуться к ним. — Сидим не близко, — Чан прищурился. — Ты чего щуришься? Ты же хорошо видишь? — спросил Чонин. — Да так. Как будто немного недоволен, — Чан усмехнулся и пододвинул стул Йены ближе.       Дальше следовали всеразличные награды. 

— И теперь за "Лучшую песню года" награждается Хан Джисон и его команда, — объявил ведущий и раздались аплодисменты. — Хан, Хан, — Чан тряс Джисона за плечо, — Хан, тебя назвали. — Я слышал, — Джисон сглотнул слюну, поклонился сидящим рядом гостям, и пошёл к сцене. — Ваша награда, вы можете сказать свою речь, — ведущий пожал Джисону руку, вручил ему награду и выразил поздравления, после чего указал на стойку микрофона.       Хан принял награду, ещё раз поклонился. Он медленно подошёл к стойке и оглядел зал: "А что говорить? Обычно благодарят родителей, но я их несколько лет не видел. И музыкой они мне заниматься не разрешали". По залу пробежался шопот. — Как он здесь оказался? Какой-то школьник! Взял на прокат смокинг. Ничего не понимаю, он что – немой? Кто-нибудь его до этого видел?        "Как много людей! И они все на меня смотрят! Что нужно говорить! Надо что-то сказать, да?!". — Здравствуйте, все! Меня зовут Хан Джисон и я бы хотел поблагодарить своих друзей, которые всегда меня поддерживали и были рядом со мной в сложных ситуациях. Спасибо людям, которые покупали мои работы и помогали мне на моём творческом пути. — У него уши! Он зверочеловек! — закричал кто-то из зала.       "Уши? Какие уши?" — Джисон потрогал свою голову. "На месте? Как у меня появились уши и хвост? Надо уходить!". — Это зверочеловек! Что он здесь делает? Почему он пришёл? Как ему могли вручить награду?! Он её недостоин! Как он вообще вошёл?! — кричали люди. — Надо уходить и быстро, — шепнул Чан Минхо, тот кивнул.       Лино сказал всем по очереди, чтобы они уходили из зала и ждали где-нибудь неподалёку снаружи. — Я сделаю так, чтобы заработала пожарная сигнализация, а ты уводи Хана со сцены, — сказал Минхо. — Понял, — Чан пошёл к сцене. — Я не виноват! — Хан плакал. Он прижимал к себе награду и вытирал слёзы, — не виноват! Меня пригласили — я пришёл. Никто не запрещал мне сюда приходить, — он сел на корточки и положил голову на коленки. — Почему? Разве я виноват? Зачем они кричат? Я квокка? И что? — Джисон говорил себе в коленки и никто его уже не слышал. Он прижал награду к себе ещё сильнее, давя на рёбра.       Ведущий ходил по сцене, говоря с кем-то по рации, и размахивал руками. Люди в зале возмущённо переговаривались, что-то выкрикивали, кто-то кому-то звонил и пытался, крича, пересказать, что происходит в зале.       Звук сирены. Женский голос заявляет о возгорании и просит людей покинуть помещение, не создавая паники. Последние замечание не услышали. Люди уже неслись к выходу, некоторые собирали свои вещи. Девушки в вечерних платьях семенили к выходу. Кричали, визжали, толкались, лишь бы быстрее выйти. — Хан, — Чан подошёл к сцене, — Пошли, нужно уходить, пока все не обращают на нас внимание. — Почему, Чан? Почему они нас так ненавидят? — Джисон забрался на спину Чана. Они пошли к чёрному ходу.  — Не знаю. У меня в голове не укладывается. Мы же кроме как ушами и хвостами от них не отличаемся.       Джисон и Бан Чан вышли на улицу. — Хан, ты как? — к ним подбежал Феликс. — Всё хорошо, — заикаясь, ответил Джисон. — Уходим, пока нас какие-нибудь репортёры не нашли, — сказал Минхо. — Да, как раз какие-то уже идут в нашу строну, — Чан развернулся и быстро пошёл к остановке, — Садимся в первый автобус, по пути разберёмся нужно ли пересаживаться или нет.

***

      Хан лежал на своей кровати и рассматривал награду, стоящую рядом на прикроватной тумбочке. "Неужели мне не должны были её вручать? Разве я её достоин? Наверное, я её не достоин!". — Можно войти? — в комнату вошёл Минхо, руки он держал за спиной. — Ты уже всё равно зашёл. — Чего грустишь? — Минхо встал перед кроватью Джисона. — Думаю, правда ли я достоин этой награды? — Хан провёл рукой по волосам. — Это тебе, — Лино достал из-за спины букет.  — Мне? Почему? — Джисон сел и принял букет, — Вкусно пахнут. — Хотел подарить их тебе после награждения, но кое-что пошло не по плану. Награду ты получил абсолютно заслуженно и я хотел тебя таким образом поздравить. — Спасибо, — Хан улыбнулся и зарылся лицом в цветы. "Как это приятно! Вот бы таких моментов было больше". — Понравился букет? — Минхо сел рядом с Ханом на кровать. — Да, очень. Это был приятный сюрприз! Хи-хик, — Хан убрал волосы за уши. — Хи-хик? — Минхо рассмеялся. — Эй! Ты чего смеёшься? — Хан пихнул Лино в плечо. — Просто, — Минхо вытер слёзы, — не ожидал я такой реакции. — А какую реакцию ты ожидал? — Хан приблизился к лицу Минхо. — Да-да, не знаю, — Минхо отклонился назад.       "Ой, я слишком близко пододвинулся", — Хан засуетился, запутался в своих руках и упал вперёд на Минхо. — Знакомая ситуация, не находишь? — Лино ухмыльнулся. — Э-э-э, — "Виндовс сломался, виндовс сломался. Помогите!" — Хан становился всё более и более красным. — Вставать не собираешься? — Минхо убрал руки за голову. — Да, — Хан попытался встать и снова упал. — Силёнок не осталось? — Джисон снова попытался встать, но Лино обнял его и опустил его на себя, — Давай полежим так немного.       Они лежали в тишине какое-то время. "Что происходит? Я ничего не понимаю! Надо вставать! Но в его объятиях так хорошо. Мерное биение сердца. От него ещё и вкусно пахнет".  — Ты что – только что понюхал меня?? — Нет! Я ничего такого не делал! — Хан отвернулся от лица Минхо, поднявшись на руках. — Как скажешь, — Лино заулыбался.        "Какая красивая улыбка!". — Ты снова говоришь вслух. Твоя улыбка очень красивая, — Минхо провёл пальцем по скуле Джисона. — Надо вставать. Чан обещал скоро принести ужин, — Лино поднялся и снова сел на кровати.       "Интересно, моё сердце всё ещё стучит или я уже в раю и это мои несбыточные мечты?". — Эй, ты чего? Неужели сломался? — Минхо помахал рукой перед лицом Хана. — Почему ты это делаешь? — Джисон схватил Лино за руку. — Делаю что? — Букет, по лицу провёл и.. — Мне хочется и нравится это делать, — Минхо пожал плечами, — А что не так? — Ничего, — буркнул Джисон, — Это всё? — Да, а надо было что-то ещё сказать?  — Мне большего не надо, — "Нельзя надеяться на большее! Это всё глупости!".       Хан встал с кровати и хотел было уйти, но Минхо схватил его за руку, потянул на себя. Хан приземлился на край кровати между ног Минхо. — Или ты на самом деле хотел услышать что-то другое? — Лино шептал Джисону на ухо, обнимая его сзади. — Что я хотел услышать? — Хан запинался, пока говорил. — Ребят? Вы идёте есть? — в комнату вошёл Чан. — Оу, видимо, я не вовремя, — волк развернулся, чтобы уйти. — Нет, всё нормально, — Хан подскочил и выбежал из комнаты. — Чан, Чан, ты и в правду не вовремя, — Минхо похлопал Чана по плечу и облизнул свои губы. — Я иногда сомневаюсь, что ты кролик.