Часть 3

      Все мавы как мавы, у них нет проблем с засыпанием, а Номер 63 частенько страдала от бессонницы. Нет, ну не то чтобы страдала — неудобства от её ночных бдений скорее испытывали остальные обитатели «теплицы». Не в меру активная мавка попросту мешала им спать. Ну сами посудите: то громко засмеётся над каким-нибудь видео, то ещё оглушительней вскрикнет, если что-то из увиденного покажется ей пугающим, то просто начнёт комментировать всё подряд без разбора.       А мавы ведь как и люди — ночью спят и даже видят сны. И кому, простите, приятно насмерть перепугаться в момент какого-нибудь (зачастую общего для всех) сновидения? Правильно, никому.       Люди разрешали Номеру 63 коротать ночи с планшетом, да и без него она тише не становилась (мавы пробовали отбирать — толку не было), поэтому они придумали одну замечательную уловку — колыбельную.       В тот день шебутную мавку даже на скамью усадили с трудом, иначе проплясала бы всю ночь, а к утру свалилась бы от истощения. Поэтому старшая из мавок, Номер 4, когда-то давно выпросившая у людей музыкальный инструмент, взяла его в руки и, усевшись поудобнее, завела какую-то странную, тягуче-мелодичную песню. Струны звучали приятно, звонко и успокаивающе, а низкий мерный голос — и подавно:       «Бай, бай, бай-люлю,       Лялю в люлю укладу,       Спи-ко, Лялюшка, усни,       Угомон себе возьми,       Да поболе порасти…       О-о-о-о-о…»       Кажется, дальше Номер 4 слов не знала, а придумать свои не могла, поэтому просто повторяла и повторяла один и тот же куплет до тех пор, пока другие мавы, тихонько ей подпевавшие, не дали знак, что Номер 63 спит.       Старая мавка улыбнулась и, ещё пару раз проведя пальцами по струнам, закрыла глаза.       При этом в момент коллективного пения анализаторы состава воздуха уловили какие-то новые химические соединения. Они явно имели снотворное действие.