Чувства

Коридоры, некогда сияющие золотым светом, теперь тонули в тени и разрухе. Они больше не были тем самым домом, что Астерия помнила с детства. Здесь пахло смертью, гнилью, сыростью — как будто сама природа пыталась поглотить этот некогда великий замок. Каменные стены покрывались трещинами, а сквозь них пробивались тонкие извилистые лозы, оплетая колонны и исчезая в темноте. Время не пощадило Соларию. Каждые несколько шагов девушки останавливались, вглядываясь в сумрак, прислушиваясь к каждому звуку. Иногда Астерия бросала взгляд на часы, отсчитывая минуты, как будто время могло дать ей ответ, а иногда просто замирала, пытаясь уловить нечто едва ощутимое — отголоски прошлого, которые бродили здесь призраками.    Восточное крыло.   Сердце Астерии болезненно сжалось, когда перед ней открылся длинный коридор, когда-то освещенный солнечными лучами, что лились сквозь высокие окна. Теперь здесь царил полумрак. Густые виноградные лозы, проросшие прямо сквозь камень, словно тянулись к ней, цеплялись за стены, закрывали мраморные статуи. Она вспомнила, как когда-то бегала здесь босиком, слышала легкий смех сестры, видела, как король Радиус гордо прохаживался, держа её за руку. Тогда этот замок казался вечным. Теперь же перед ней лежала лишь его тень, уродливая и забытая.   — Разделимся, — внезапно сказала Стелла, но в её голосе не было привычной уверенности.   Это было безрассудно, но спорить не имело смысла. Стелла ушла в сторону своей детской, а Астерия направилась к главному кабинету отца. Она открыла дверь, и на неё пахнуло воспоминаниями.   Высокий потолок, массивный стол, тяжёлые шторы, скрывающие огромные окна. Стены, когда-то украшенные знаменами и картинами, теперь выглядели пустыми, безжизненными. Лишь камин оставался тем же — даже спустя годы он хранил тепло их ссор. Она помнила, как стояла здесь, едва сдерживая слёзы, а отец, величественный, строгий, глядя в огонь, безжалостно говорил ей, какой должна быть настоящая наследница. Сколько бы лет ни прошло, она всё ещё ощущала этот взгляд, полный разочарования.   Горло сжалось.   Она моргнула, быстро смахнула выступившую слезу и двинулась к одной из старых книг на полке. Рука интуитивно потянулась к корешку, она сжала его пальцами и слегка потянула. Раздался слабый щелчок. Книжная полка дрогнула, и пыль взметнулась в воздух, оседая золотыми искрами в лучах слабого света.   Тайник.   Внутри — старые документы, запечатанные конверты, пожелтевшие страницы с аккуратными записями. Астерия аккуратно сложила их и вышла, двигаясь глубже по разрушенному замку.  За очередной дверью её ждало нечто странное.   Комната.   Идеально сохраненная. Книга лежала открытой на недочитанной странице, будто кто-то только что оторвался от чтения. Свеча на столе была недогоревшей, восковая капля так и застыла на краю. На тумбочке стояла тарелка — чистая, без единой пылинки. Все в этом месте казалось неправильным. Астерия сделала шаг внутрь. Сердце забилось быстрее.   Она осторожно прикоснулась к краю стола, ожидая, что всё это рассыплется в прах, но предметы оставались нетронутыми. Как будто кто-то до сих пор жил здесь.   Внезапно раздался крик.   Астерия молниеносно вылетела в коридор, рука уже скользнула к мечу.   Стелла.   Она бежала к ней, а позади неё — чудовище.   Обугленное тело, черная кожа, сквозь которую проглядывали алые вспышки жара. Его пальцы были длинными и когтистыми, а рот раскрывался в беззвучном крике, из которого сочился дым.   Сожжённый.   Они двигались слишком быстро.   Астерия развернулась, готовая к атаке, но Стелла резко схватила её за запястье, и обе рухнули в ту самую комнату.   Грохот.   Тварь остановилась у порога, с яростью шипя, но не заходя внутрь.   Что-то удерживало её снаружи.   Астерия медленно выдохнула и посмотрела на сестру.   — Ты в порядке?   — Нет, я просто великолепно, — с сарказмом бросила Стелла, отряхиваясь. — Я всего лишь столкнулась с чертовым ходячим костром.   Астерия коротко усмехнулась, но её взгляд уже метался по комнате.   — Почему он не заходит?   Стелла задумчиво огляделась.   — Здесь нет пыли… всё как будто… защищено.   Астерия кивнула, соглашаясь.   Стелла подошла к массивному шкафу, провела пальцами по гладкой деревянной поверхности, а затем нажала на одну из резных панелей.   Глухой скрежет.   Шкаф дрогнул, и в стене позади него открылся тайник.   Внутри стояла капсула. Прозрачная, окруженная тонкими линиями арканической энергии, похожей на морозные узоры.   А внутри…   Девушка.   Её кожа имела бледно-золотистый оттенок, а черные волосы с темно- синими прядями плавно колыхались в воздухе. Веки девушки подрагивали, но она оставалась без сознания.   Стелла сделала шаг назад, испуганно взглянув на Астерию.   — Что за мымра? — усмехнулась Астерия. — Наверное одна из многих, которая клеилась к твоему … этому как его. — старшая сестра начала щелкать пальцами. — Его зовут Некс,Некс.Так сложно запомнить имя моего парня?- она повернулась. — А вот и она, собственной персоной, не думала, что отец выделит ей такую комнату. — Отец? Ты о чем вообще? — спросила темноволосая. — Моя милая сестренка, если бы ты чаще приезжала домой, знала бы, что это твоя так называемая бывшая сводная сестра. Видишь ли когда ты познавала искусство меча и все такое, наш любимый отец под воздействием метки Валтора. — она растянула последний звук.   — Хватит! — возразила девушка — У меня нет времени на твои препирания. Скажи коротко. — Ну если короче, то ее мать заставила нашего отца женится на ней, а позже превратила меня в ужасного монстра. Ох, моя бедная кожа так настрадалась. — она подошла к зеркалу и накрасила губы. — Я так понимаю все проблемы из-за нее?- в ответ получила знак молчания, он означал согласие. — Ты сможешь сделать из меня ее? — Что прости? — спросила она. — Из меня ее сможешь сделать, сейчас?—повторила Астерия. — Сестра, из твоего прекрасного лица такое уродство не сделаешь.-ответила она,усмехаясь. — Стелла, мне не до шуток. Сделай из меня ее, мы введем этой так называемой мымре снотворное, она проснется через 3 дня. Перенесешься вместе с ней и потом закроешь ее в комнате, смотри чтобы она не сбежала. Ты поняла меня? — И что будет дальше?-спросила она, роясь в своей сумке и доставая все что нужно. — А дальше решим. Астерия глубоко вздохнула, замедляя биение сердца, позволяя магии течь сквозь каждую клетку её тела. Она закрыла глаза, сосредотачиваясь на ощущениях — как энергия наполняет её, как каждая её черта начинает меняться, кожа становится светлее, волосы темнеют, но в них появляются синие отблески. Фигура принимает точные очертания Химеры. Это было не просто изменение внешности, это была иллюзия, совершенное перевоплощение. Когда трансформация завершилась, Астерия шагнула вперёд, открывая капсулу. В этот момент Стелла уже тянула настоящую Химеру к порталу. — Сделай это быстро, — тихо сказала сестра, бросая беспокойный взгляд на Астерию. Астерия не ответила. Она шагнула внутрь, и дверца капсулы мягко закрылась за её спиной. Сквозь слой жидкости она едва уловила вспышку портала, когда Стелла и Химера исчезли. Веки стали тяжелыми. Сознание погрузилось в тишину. Она не видела снов. Не было ни воспоминаний, ни мыслей, ни ощущений. Только лёгкое, едва уловимое дремотное состояние, в котором время теряло смысл. Затем раздался щелчок. Тусклый свет проник внутрь капсулы, заливая пространство слабым золотистым сиянием. Астерия с трудом разомкнула веки. Перед ней стояла Кассандра. Женщина с резкими, утончёнными чертами, её седые волосы были идеально уложены, а тёмно-бордовое платье с высокими плечами подчёркивало аристократическую строгость её фигуры. Лицо хранило надменное выражение, но в глазах вспыхнуло удовлетворение. — Проснулась, моя дорогая? — её голос был низким, почти мурлыкающим, но в нём слышалась холодная властность. Она протянула руку. Астерия на секунду замерла, а затем медленно вложила свою ладонь в её пальцы. Кассандра сжала её чуть крепче, чем следовало, и мягко потянула из капсулы. Тонкая плёнка жидкости стекала по коже, капли оседали на полу, но Астерия не дрожала. Она заставила себя держаться уверенно. Роль только начиналась. — Милая, ты о чем-то задумалась? Поделись с мамой. — улыбнулась та. Девушка прочистила голос: — Да нет, ни о чем, просто так хотелось бы выходить почаще, я устала быть в одном и том же наряде. — жалобно сказала Астерия. — Не переживай, когда эта старшая девка умрет, а затем и младшая, ты станешь принцессой Солярии. — Я понимаю, мама, скажи сколько я уже нахожусь, я потеряла счет во времени?- Астерия демонстративно упала на кровать и приложила руку ко лбу. Графиня сразу же подбежала и обняла её. — Сладкая моя, я все понимаю, но пока чаще чем раз в три дня я не могу тебя навещать-это слишком опасно. Пока я не избавлюсь от этих двух ты не сможешь выйти, поэтому подожди еще чуть-чуть, говорят старшая находится при смерти, осталось лишь разделаться с младшей и ты станешь принцессой. — она приложила ладонь к лицу девушки, ей хотелось отвернутся, она находилась при смерти?  Вот это новость, но  надо играть роль прилежной дочери. — Ну а теперь тебе пора вернуться.  Астерия снова оказалась в капсуле.   Её сознание угасало, погружаясь в тёплую, вязкую темноту. Время перестало существовать. Всё, что оставалось, — ощущение лёгкой дремоты, бесконечной и бесформенной.   Но затем, как и в прошлый раз, раздался звук — механический щелчок, шипение выходящего воздуха.   Дверца капсулы медленно отворилась, выпуская её наружу.   Перед ней стоял Брендон. Тёмно-синий костюм плотно облегал его тело, подчёркивая рельефные мышцы. Ткань мягко поблёскивала в приглушённом свете, а волосы были чуть взъерошены, как будто он только что снял шлем. В глубине карих глаз вспыхнуло что-то неуловимое — смесь напряжённого ожидания и едва скрываемого отвращения. Но Астерия быстро поняла: это было не к ней. Это было к Химере, в облик которой она была вынуждена облачиться.   — Ты что здесь делаешь?— спросила девушка. — Пришел за тобой. — ответил парень. — Ты чем вообще думал, когда решил прийти. — девушка ткнула пальцем ему в лоб, тот лишь рассмеялся и поцеловал ее руку. — Такой галантный аж тошно. — фыркнула та. — Это на тебя так повлиял этот образ, знаешь, я конечно понимаю,что ты хочешь меня, но такие образы меня совершенно не возбуждают, милая. — тот подмигнул. И молча протянул руку.   Астерия посмотрела на неё, затем на его лицо, после чего аккуратно вложила свою ладонь в его ладонь. Его пальцы были тёплыми, крепкими, но хватка оставалась осторожной, словно он не хотел к ней прикасаться дольше, чем необходимо.   Но прежде чем они успели сделать и шаг, издалека донеслись звуки — резкие, приближающиеся.   Солдаты?   Стража?   Астерия мгновенно среагировала, вырвала руку из хватки Брэндона и стремительно шагнула к стене.   — Сюда! — прошептала она, нащупывая скрытую кнопку за картиной.   Раздался лёгкий щелчок, и прежде чем Брендон успел что-либо спросить, пол ушёл у них из-под ног. Они рухнули в узкий, тёмный проход. Пространство было крошечным.  Грудь Брэндона прижалась к её спине, его дыхание коснулось её шеи, и она почувствовала, как он невольно вздрогнул от столь тесной близости. Тепло его тела пронзало её даже сквозь ткань одежды.   Астерия выдохнула, прижимаясь к холодной каменной стене, но это не помогло — Брендон оставался слишком близко, слишком ощутимо.   В следующую секунду он наклонился ниже.   Губы почти коснулись её уха.   — Ты это нарочно? — его голос был низким, приглушённым, но в нём слышалось напряжение.   Астерия усмехнулась, не поворачиваясь.   — О чём ты?  Брендон медленно, лениво выдохнул, и его горячее дыхание пробежалось по её коже.   — Ты знаешь. Ты всегда знаешь. Его рука скользнула вдоль её талии, останавливаясь чуть выше бедра. А затем он и вовсе бесцеремонно схватил своей холодной рукой за внутреннюю часть бедра. Девушка выдохнула. —  Тебе ведь нравится, когда я вот так дышу тебе в ухо? Когда говорю тебе грязные вещи? Её пальцы непроизвольно сжались в кулак.   Чёрт.   — Брендон…— её голос был чуть севшим, но она пыталась сохранить самообладание.  Она ухмыльнулась и еще больше прогнулась в пояснице и потерлась о его пах. Руки парня еще сильнее сжались и она закрыл глаза, опять надевая пошлую маску. — Что, принцесса? — его губы скользнули чуть ближе к её шее, но не коснулись. — Неужели тебе не нравится? Она чувствовала, как напряглось его тело.  Чувствовала, как его желание становилось всё сильнее, как его пальцы чуть крепче сжали её талию.   И ей это нравилось. Телепортация выдернула их из тьмы, будто резким рывком оторвав от того момента, что мог перерасти во что-то большее.   Астерия не оглядывалась.   Её шаги были быстрыми, целеустремлёнными — она уже шла к Силве,зная, что дальше времени на глупости не останется. Но прежде чем она успела сделать и пары шагов, её резким движением остановили.   Сильная рука сомкнулась на её запястье.   — Подожди. Брендон. Его хватка была твёрдой, но не грубой. Она чувствовала жар его ладони, чувствовала напряжение, исходящее от его тела.   Небо над ними было тяжёлым, свинцовым. Густые тучи сжимались, будто мир затаил дыхание перед грозой. Ветер с силой бил в лицо, взметая её волосы и заставляя одежду прилипать к телу.   Астерия резко выдернула руку.   — Чего ты хочешь? Она встретилась с ним взглядом.   Он был выше её — выше почти на пятнадцать сантиметров. Слишком высокий, слишком мощный, слишком реальный.  Но она не отступила. Вздернув подбородок, Астерия впилась в него взглядом — в упор, прямо в глаза. Брендон молчал.   Она видела, как он пытается найти слова, как губы чуть шевелятся, но он не может их произнести.   Это был тот самый момент. Либо он делает шаг. Либо она. Либо они опять притворяются, что между ними — только пустота. И играются с чувствами друг друга. Но черта уже была перейдена.   — Заткнись и скажи уже, что ты хочешь. Брендон зло выдохнул:   — Я хочу, чтобы ты прекратила делать вид, будто тебе плевать. Астерия засмеялась. Глухо, горько.   — Серьёзно? А что насчёт тебя? Ты, блядь, вообще когда-нибудь был честен со мной? Или только когда ты пытаешься раздеть меня? — Не начинай. — А кто начал, Брендон? Её голос звенел от напряжения. Брендон сжал кулаки.   — Ты. Ты всегда. Ты тянешь меня обратно, снова и снова, а потом бросаешь, как будто это ничего не значит. — А что, значит? Она сделала шаг ближе.   Её грудь почти касалась его груди.   Глаза в глаза.   Они дышали в унисон,тяжело, срывисто, будто боролись за кислород.   — Ты, блядь, знаешь. — Знаю? Она усмехнулась.   — Тогда скажи это. Её голос был вызовом, но в глубине души она ждала. Ждала, что он скажет. Что разрушит эту чёртову стену. Но он промолчал. Секунды тянулись вечностью. А затем она сорвалась.   — Знаешь что? Иди нахуй. Развернулась на каблуках.   — Астерия… — Нет. Ты — трус. Он взорвался. — Да пошла ты. Её дыхание сбилось.   Но она не остановилась.  Она шагнула вперёд.   Он шагнул назад.   И оба пошли в разные стороны.