Часть 5. Вечер.

1. По всему столу были разложены фотографии его семьи. Саске пристально вглядывался в каждую: вот родители стоят у входа в поместье, на руках у мамы младенец. «Я? А нет, Итачи. У папы на лице слишком мало морщин», — он перевёл взгляд на другое изображение. Старший брат заботливо держит его за ворот кофты, а он пытается самостоятельно идти на встречу фотографу, а тут они с мамой сажают грушевое дерево, это кадр с первого дня в Академии, Наруто с дурацкой гримасой, за ним улыбается большелобая розоволосая первоклассница. «Знал ли я, что эта надоедливая девочка станет моей женой?"-Саске усмехнулся. -Ты пришёл так рано? — Сакура удивлённо смотрела на Учиху, стоя в дверях с увесистым новым альбомом для фотографий. -А что, не надо было? — Саске огрызнулся быстрее, чем подумал, стоило ли это её дальнейшей реакции. Сакура осеклась, как-то сгорбилась и повернулась к нему спиной. -Сними обувь, я сейчас подам тебе ужин. Сарада вернётся завтра утром, Мицки заболел, они с Боруто у него переночуют. -Последнюю часть твоего послания мне знать не обязательно, — Саске расстегнул сандалии, — ладно, я пошёл к себе, когда еда будет готова позови. -А убрать за собой? — крикнула вслед поднимающемуся на второй этаж мужу. -Сама с этим справишься. 2. POV Саске. Почему я сначала говорю ей какую-нибудь гадость, а только потом думаю зачем? Я ведь был не таким, ну высокомерно вёл себя с ровесниками, мало кого уважал, но границы не переходил. Карин тоже от меня досталось, а она спасла Сакуру и помогает теперь моей дочери. Почему я не могу общаться с женой нормально? Как все нормальные люди. А какие люди среди моих друзей нормальные? Шикамару, потерявший учителя, Ино, у которой погиб отец, Хината, терпевшая всё детство пренебрежение и даже унижения от близких или может быть Наруто? Ну, этот идиот вообще кроме себя никого вокруг не видел, а я? То же самое, месть, месть, сплошная месть. А для мирной жизни знаний и опыта не хватило. Все мы, покалеченные этими бессмысленными войнами и законами, вечная конкуренция, оттого что Удзумаки стал Хокаге легче шиноби не стало, просто теперь их не хватает, для защиты мирных жителей. Десять лет прошло, а миссии-это единственное время, когда я чувствую себя в своей тарелке. И Сакура не от большого желания пашет как проклятая. Она так развилась в медицинском искусстве, а я даже сказать ей не могу, что горжусь её успехами, хотя сам только и ждал похвалы от близких. И дочь она воспитывает, как положено в моём клане. Мне нужно с ней поговорить, заставить себя «через не хочу». Заставить себя побыть один вечер с женой? 3. POV Сакура. Опять в ответ холод. Хотела как лучше, а получила… А на что я рассчитывала, создать иллюзию нормальной пары? В путешествии с ним я ни о чем не думала, лишь бы только он был рядом, спал рядом, говорил изредка со мной. В итоге- родилась дочь, которая усомнилась, мать ли я ей. Хреновая мать я, если не могу научить Сараду отношениям. Моя вера в лучшее превратилась в идею фикс. Что толку стараться, если тычок в лоб-самое нежное, на что можешь рассчитывать? Дочь спрашивала, целовались ли мы. Да, и не только, а теперь и всё то немногое сошло на нет. Жить по инерции, закопать себя в тридцать три года, даже пожаловаться нет возможности, пусть подруги завидуют. 4. Убирая обувь и плащ мужа Сакура краем глаза заметила цветок в горшке, одиноко стоявший при входе. Её прошиб холодный пот. Муж принёс ей подарок, а она сама, своим дурацким вопросом с претензией в интонации всё испортила. Бережно подняв благоухающий гиацинт, она отнесла его на кухню. Сарада обрадуется, будет ухаживать за ним, может, пересадит на клумбу. Женщина снова посмотрела на разложенные фотографии, надо бы вклеить их в новый альбом и добавить общих снимков, хоть их не так уж и много. -Ты ещё не ложишься? — Саске стоял в дверях, прислонившись к косяку. -Я, я только уберу всё со стола, — Сакура замешкалась на мгновение, — кстати, спасибо тебе за цветок. Саске только открыл рот, что бы передать послание Ино, как вдруг осекся и посмотрел на подарок. В голове промелькнула мысль, а что, если это и есть повод? Он неспеша прошёл по мягкому ковру и уселся на диван. Наклонившись над столом он выбрал фото. -Сакура, подойди сюда, пожалуйста, давай я тебе помогу, — слова давались с большим трудом, будто он говорил на незнакомом ему языке. Жена послушно села рядом с ним и раскрыла новый альбом. В руке Учихи был снимок, сделанный незадолго до трагедии. Мама, папа, Итачи и маленький улыбающийся мальчуган. -Знаешь, — Саске передал жене фотографию, и та стала вклеивать её аккуратно на первую страницу, — мама говорила, что отец, когда они вдвоём, постоянно про меня говорит. Мы тоже постоянно говорим о Сараде, но иногда я пытаюсь донести до тебя совсем не то, что должен отец, каким я хочу быть. -Я тоже слишком забочусь об её безопасности, прости, что спорю с тобой, перегибаю палку… -Вовсе нет! , — резко прервал жену Саске, — у тебя-то как раз есть право на своё мнение в вопросах воспитания. Меня не было с вами почти всё её детство, и то, что я пытаюсь наверстать с ней упущенное, говорит вовсе не в мою пользу. Я просто хватаюсь за Сараду, как за соломинку, ведь с тобой я так и не научился говорить на равных. Сакура уставилась на мужа, вот сейчас она услышит «спасибо» и «прощай».