Часть 1. Объект D1306

      Яркий холодный свет беспощадно бил в крепко зажмуренные глаза. Перед закрытыми веками плыли разноцветные круги. Запястья саднили ремни, привязывающие Объект D1306 к ножкам кровати. В горле пересохло. Закашлявшись, Объект D1306 приоткрыл слезящиеся глаза и прохрипел, глядя в видеокамеру на противоположной стене:       — Пить!       Через минуту в комнату, которую все называли палатой, а Объект D1306 про себя именовал камерой, вошёл молодой человек в сером халате и брюках. В руках он держал большой пластиковый стакан с водой. Объекту D1306 в первый же день содержания в «клинике» объяснили, что ему не позволяется пользоваться любыми предметами, которые могут повредить персоналу или ему самому. Поэтому вся посуда и столовые приборы были изготовлены из пластика.       Молодой человек, которого здесь называли M, развязал ремни на запястьях Объекта, позволил ему усесться на кровати и протянул стакан с водой. Объект пил долго и жадно, а M внимательно разглядывал его. Когда Объект допил воду, М посветил фонариком в его зрачки, прощупал пульс, послушал сердце и проверил рефлексы, постучав молоточком по коленям. Всё это были стандартные процедуры, проводившиеся ежедневно.       — Объект D1306, день триста двадцать третий. Испытание депривациейсна. Отклонений от нормы не наблюдается, — невыразительным голосом отрапортовал он видеокамере.       — Где находятся другие объекты? — негромко спросил D1306, по привычке потирая большим пальцем татуировку на предплечье в виде своего номера. Он ненавидел эти иероглифы вкупе с латинской литерой D и хотел бы содрать их вместе с собственной кожей или хотя бы прикрыть так, чтобы они не раздражали.       М поднял на него холодные серые глаза и не ответил. Даже не пожал плечами, не повёл бровью. Объект D1306 и не ожидал реакции, почти за год пребывания здесь он уяснил, что его вопросы будут игнорироваться. Всю информацию, что имелась у него об этих людях и их целях, он почерпнул из кратких разговоров между ними и единственного удачного побега из камеры. В тот раз ему удалось проникнуть в кабинет К, руководителя «клиники». На память об этом событии на груди, спине и правой руке Объекта D1306 остались глубокие рубцы, но ему удалось узнать главное — почему над ним проводят эксперименты.       Когда Объект D1306 ещё был не объектом, а обычным шестилетним мальчиком, учеником младшей школы, ему неоднократно говорили о том, что он необычайно развит для своих лет. Ещё в детском саду он решал математические задачи для средней школы, запоминал прочитанное слово в слово и удивлял учителей глубокими познаниями в самых разных областях. Его называли одарённым, но он и представить себе не мог, что анализ крови на очередном медицинском обследовании покажет нечто необычное, свойственное тем легендарным одарённым, о которых говорили вполголоса и в существовании которых сомневались. Одарённым со сверхъестественными способностями.       Анализ брали ещё три или четыре раза, исследовали в нескольких лабораториях, и в конце концов эти результаты попали к тем людям, которые нарекли мальчика Объектом D1306, а на его левом предплечье появилась соответствующая татуировка. Учёные или врачи, кем бы ни были люди из «клиники» на самом деле, было совершенно ясно, что их деятельность нелегальна. Они носили оружие, шифровали свои записи, с которыми появлялись на глазах «пациента», и держали Объекта D1306 в бронированной камере без окон.       Скудную обстановку камеры составляли кровать, стол, стул и унитаз. Железная мебель накрепко привинчивалась к полу во избежание сопротивления со стороны узника. Кормили его сносно, но ежедневные эксперименты посадили здоровье и без того болезненного мальчика. Объект D1306 почти год не видел солнца и не дышал свежим воздухом. Выраженная бледность конечностей, доходящая до синевы, судороги, выпадающие волосы и слабость стали его постоянными спутниками.       Объект D1306 ни разу не видел других пленников, и в кабинете К не успел найти информацию по этому поводу. Иногда казалось, что он остался совсем один в этом мире, где ему постоянно делают больно. Если вначале он боялся своих мучителей, позже — возненавидел их, то теперь всё чаще голову посещала мысль о смерти. Хотелось умереть самому и забрать учёных с собой.       К сожалению, в этой камере практически исключалась возможность покончить с собой. Не имелось никаких крюков, к которым можно было бы привязать импровизированную верёвку; не было острых предметов или лекарств. Из-за отсутствия раковины даже нельзя было захлебнуться водой. Будь Объект D1306 взрослым здоровым мужчиной, он бы попытался отобрать оружие у охранника, но у тщедушного шестилетки, измученного опытами и допросами, банально не находилось на это сил. Люди, что охраняли его, судя по выправке, имели военное прошлое. Объект D1306 трезво оценивал свои шансы и ни разу не пытался забрать их оружие. Вместо этого в его голове зрело несколько десятков суицидальных планов, которые он, оставаясь наедине с собой, методично взвешивал, оценивал и отметал нереалистичные варианты.       Один раз от отчаяния после особенно болезненных процедур Объект D1306 попытался покончить с собой, разбив голову об угол железного стола. Единственное, чего он добился — это глубокий порез, тянущийся от лба до правого виска и месяц в камере с мягкими стенами в полной темноте. Этот месяц оказался страшнее предыдущих. Абсолютная тишина и темнота давили на психику, Объекту D1306 казалось, что он сходит с ума. Он умолял учёных перевести его обратно, клялся больше не повторять попыток лишить себя жизни, и, в конце концов, его действительно вернули в прежнюю камеру.       После этого инцидента Объект D1306 старался вести себя послушно: выполнял любые требования, не хамил и не закатывал истерики. В награду К даже вернул книги — единственные вещи, которые дали Объекту в дорогу родители. Книги и сейчас лежали ровной стопкой на столе. Все они были перечитаны несметное множество раз и выучены наизусть, но давали возможность отвлечься от мрачной действительности.       Объект D1306 отдавал предпочтение повестям Осаму Дазая и стихотворениям Чуи Накахары. Книги этих авторов выглядели самыми помятыми, потому что их перечитывали больше всего раз. Уголки многих страниц за неимением закладок были загнуты. Объекту D1306 виделось что-то очень родное в произведениях великих литераторов. А совпадение выбитого на предплечье номера с датой смерти Дазая казалось символичным. В страданиях его лирического героя он видел отражение собственных. Одиночество, отчаяние, отчуждённость — эти слова не были пустым звуком для Объекта D1306 даже в те времена, когда он ещё был обыкновенным мальчиком и носил человеческое имя.       Целую вечность назад у него были родители. Несмотря на то, что братьев и сестёр у мальчика не было, его никогда не баловали вниманием и заботой, в сравнении с другими детьми он чувствовал себя нелюбимым. С ним редко разговаривали, из детского сада забирали самым последним, критиковали по любому поводу, а за провинности вроде разбитого цветочного горшка раздавали щедрые оплеухи.       Что бы он ни делал, этого всегда было недостаточно. Успехи мальчика восхищали учителей, но не радовали родителей и не удовлетворяли их амбиции. Они принимали его высокие результаты в учёбе как должное и требовали большего: успехов в спорте, музыке, рисовании. Мальчик пытался их порадовать, заслужить улыбку матери и одобрение отца, но слышал лишь упрёки в том, что он недостаточно хорош и представляет собой сплошное разочарование.       Когда в крови нашлось нечто отличающее его от других детей, родители впервые по-настоящему заинтересовались своим сыном. Участливо расспрашивали о самочувствии, водили по врачам, их впервые занимали его мысли и желания. В душе мальчика поселилась надежда на то, что теперь-то он получит ту любовь, которую на протяжении всей жизни тщетно пытался заслужить. Абсолютной неожиданностью для него стало прибытие неизвестных людей в строгих костюмах и чёрных очках. Отец раскланялся с гостями, а мать собрала стопку книг со стола, сунула ему в руки и холодно сказала:       — Это чтобы ты не скучал.       Будущий Объект D1306 ошарашенно проводил взглядом толстую сумку, перекочевавшую из рук человека в чёрных очках к его отцу. Тот быстро проверил количество стянутых резинкой банкнот, довольно хмыкнул и подтолкнул сына к гостям.       — Теперь он ваш.       Это были последние слова, которые Объект D1306 слышал от родителей. Сбитый с толку этим внезапным предательством, он даже не сопротивлялся, пока люди в строгих костюмах сажали его на заднее сидение автомобиля, скрепляли наручниками руки и завязывали глаза. Шок прошёл только через несколько часов, когда мальчика уже нарекли Объектом D1306 и заперли в палате-камере. Когда стало ясно, что же с ним произошло, он кричал, барабанил в бронированную дверь, взывал к милосердию похитителей. Сбив в кровь костяшки пальцев, но не дождавшись никакой реакции на свои мольбы, он завернулся в одеяло и горько плакал на протяжении нескольких часов.       Учёные никогда не обращались к мальчику по настоящему имени, со временем и он сам в собственных мыслях стал называть себя Объектом. Мысль о том, чтобы использовать имя людей, которые предали его, казалась невыносимой. Он часто мечтал о смерти мучивших его учёных, но к ним он испытывал трезвую, холодную, как острие ножа, ненависть. Пока они пытали его, он представлял, как перерезает им глотки, одному за другим. Родителей же он ненавидел жгуче, яростно и мечтал убить их куда сильнее.       М закончил осмотр, и в камеру тяжёлой поступью вошли два дюжих охранника. Объект D1306 поднялся с кровати и засунул босые ноги в тапочки. Вся одежда, которую он носил здесь, была безликого грязно-белого цвета, и почему-то на её фоне кожа Объекта выглядела ещё бледнее. Ноги дрожали от усталости, а голова кружилась — на этот раз ему не давали спать трое суток.       В сопровождении охранников Объект D1306 добрался до лаборатории. Этого помещения он боялся с первого визита и не мог подавить страх, несмотря на все старания. Ему не раз делали здесь больно: кололи иглами, били током, щипали, надрезали кожу скальпелем, заставляли бегать до изнеможения, подвешивали к потолку за лодыжки и держали его голову под водой, пока в лёгких не кончался кислород. Самое ужасное заключалось в том, что Объекту D1306 заранее не сообщали, что именно с ним будет происходить сегодня, и сердце бешено колотилось каждый раз, когда он видел медицинское кресло с металлическими браслетами для фиксации рук и ног.       М усадил его на кресло и зафиксировал браслеты. Объект D1306 не дышал в напряжённом ожидании сегодняшнего приговора.       — Объект D1306, день триста двадцать третий. Испытание вспышками света на фоне депривации сна, — невыразительным голосом отрапортовал он.       — Приступайте.       Приказ отдал пожилой мужчина в чёрном костюме, это был К собственной персоной. Он удобно откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и приготовился наблюдать. М быстрыми отточенными движениями надел на «пациента» прибор, похожий на сетчатую шапочку, и приклеил к коже его головы несколько присосок. Перед лицом Объекта D1306 оказалась лампа, свет из которой часто и неприятно моргал. Глаза заслезились, Объект D1306 попытался повернуть голову и отвести взгляд.       — Смотри на лампу, — немедленно отреагировал на это движение К. — Что ты чувствуешь?       — Кружится голова, у меня нет сил, и я очень хочу спать, — ответил Объект D1306. Свет мигал, и перед глазами всё плыло. Тошнота подступала к горлу, но больно на этот раз не было.       — Всё это мне не интересно, — отмахнулся К. — Чувствуешь ли ты что-то необычное в своём теле?       — Нет.       — Никаких отклонений, — подтвердил М. На протяжении процедуры он неотрывно следил за графиком на мониторе.       В течение нескольких минут Объекта заставляли смотреть на мигающую лампу, глубоко дышать ртом, открывать и закрывать глаза, но прибор, на котором на этот раз его испытывали, не показал ничего нового.       — Заканчивайте, отведите Объект в палату. Депривацию сна повторите ещё на одни сутки и снова привяжите Объект ремнями к кровати, чтобы свет попадал ему в лицо, — приказал К.       Свет в камере оставили включённым, чтобы не дать Объекту D1306 заснуть. Однако мальчик так устал, что отключился, едва усевшись на кровати. Его немедленно встряхнули и приказали держать глаза открытыми.       — Неужели вы не видите, я не могу… — пробормотал он. Голова упала на грудь, и он вновь заснул.       Очнувшись, Объект D1306 не сразу сообразил, где находится. Он лежал на чём-то холодном и гладком, окружённый белыми стенами, покрытыми кафелем. Внезапно сверху на него обрушился поток ледяной воды. Объект вскочил, попытался уйти из душа, но его грубо толкнули обратно и заставили стоять под ледяной водой.       — Выйдешь, когда перестанешь зевать, — ровным голосом сообщил К.       Объект D1306 огляделся в поисках директора, но увидел лишь динамик и небольшую камеру рядом с ним. Мальчик поёжился от стыда и порадовался тому факту, что с него не стали снимать больничную одежду, а поливали прямо в ней. Маячивший в дверях охранник погрозил ему прикладом автомата, и Объект D1306 сразу считал угрозу: не будешь стоять под душем, получишь по голове.       Как же он ненавидел их за жестокость и самого себя за слабость и беспомощность! Он не мог оказать достойного сопротивления мучителям, оставалось лишь слушаться приказов, словно он был не человеком, а псом.       Пришлось стоять под ледяной водой до тех пор, пока кожа не посинела, а зубы не начали клацать так громко, что даже К решил, что на сегодня достаточно. Объект D1306 провёл без сна ещё одни сутки, по истечению которых свалился с высокой температурой и сильным кашлем. Он надеялся, что болезнь убьёт его, но реальность не собиралась избавлять от мучений: после нескольких дней в бреду он пошёл на поправку, и учёные вновь принялись за эксперименты.       Через некоторое время, прошедшее после выздоровления, Объект D1306 заметил, что раздражительность учёных сменилась радостным оживлением. Судя по всему, им удалось что-то узнать о способности, и это оказалось напрямую связано с его телом. У Объекта D1306 теперь брали гораздо больше крови на анализ, а также учёных интересовали соскобы слизистой рта, кусочки кожи, волосы и даже пропитанная потом одежда Объекта D1306. Забрезжила надежда, что теперь, если его и никогда не выпустят отсюда, то по крайней мере, будут обращаться лучше, ведь он представляет собой ценность.       Рано утром триста сорок второго дня заключения Объект D1306 впервые встретился со своим собратом по несчастью. Облачённый в точно такую же, как у него самого, грязно-белую одежду, со шрамом на щеке и диким взглядом чёрных глаз, мальчишка производил впечатление отъявленного хулигана, который привык решать любой вопрос на кулаках. На его предплечье значился номер Е2709.       М приказал им встать на расстоянии нескольких метров лицом друг к другу и объявил в камеру:       — Объект D1306, испытание огнём.       Названный немедленно заозирался в поисках огнемёта или какой-то машины, которая выпустит в него пламя, но удар пришёлся совсем с другой стороны: Объект Е2709 зло прищурился, встряхнул кистью правой руки, и из его пальцев неожиданно хлынули направленные струи огня. Объект D1306 не успел отшатнуться, лишь рефлекторно прикрыл лицо тыльной стороной ладони, но огонь, соприкоснувшись с его телом, вдруг исчез.       — Отлично! Это то, что нужно, — раздался из динамика довольный голос К. — Е2709, повтори, увеличь силу огня.       Объекту D1306 казалось, что он спит и видит страшный сон. Из руки второго мальчика вырывался, судя по жару, самый настоящий огонь, как у тех одарённых с боевыми способностями, о которых слагали городские легенды. Но ему самому никакого вреда этот огонь не причинял. О такой способности он никогда прежде не слышал.       — D1306, попытайся остановить огонь, не подходя к Е2709, — приказал К. — Можешь вытянуть руку или сделать что-то, что подскажет тебе тело.       В третий раз огонь вырвался из пальцев Е2709, и Объект D1306 попытался остановить его поднятой рукой. Пламя вновь исчезло при соприкосновении с кожей. К хотел иного, он приказывал отменить действие способности Е2709 с расстояния, но Объект D1306 никак не мог этого сделать. Он концентрировался на пальцах противника, махал руками, пытался не моргать, чтобы остановить пламя, но всё это не работало.       — Ясно, ты этого не можешь, — разочарованно протянул К, когда Объект D1306 совсем выбился из сил. — Принесите манекен.       В лабораторию внесли модель человека, выполненную из какого-то огнеупорного материала. К приказал Е2709 запустить огонь в манекен, и пока тот выполнял требуемое, из динамика раздалось:       — D1306, коснись его кожи.       Объект D1306 подошёл и схватил Е2709 за шею. Пламя немедленно исчезло, но сам Е2709 рассвирепел и, размахнувшись, ударил его по скуле прямо под правым глазом. Было очень больно, глаз не открывался, и в первую минуту Объект D1306 испугался, что ослепнет. Он упал на колени, держась за лицо; горячие слёзы струились между сведёнными пальцами.       — Е2709 — в изолятор, нечего попусту кулаками махать. D1306 — в палату, — распорядился К.       Когда Объекта D1306 оставили в камере одного, он понемногу успокоился, проморгался правым глазом и задумался о том, что только что увидел и ощутил. До сих пор, несмотря на все свои мучения, он сомневался в том, что на самом деле обладает какой-то сверхъестественной способностью. И действительно, у него не было впечатляющей силы или скорости, он не умел бросаться огнём или останавливать пули в воздухе — последнее предположение отмели после того, как охранник выстрелил ему в плечо во время попытки побега.       Однако оказалось, что некая сверхспособность у Объекта D1306 всё же есть — он может обнулять действие чужих способностей прикосновением. Эта сила не защищала от пуль и кулаков, но сегодня спасла его от огня. С другой стороны, если бы не она, он бы по-прежнему жил обычной жизнью, ходил бы в школу, возможно ему даже удалось бы завести друзей. Объект D1306 почувствовал одновременный прилив благодарности и ненависти к этой странной силе, концентрацию которой он до сих пор ощущал на кончиках пальцев.        Захотелось как-то назвать эту способность. Объект D1306 перебрал в памяти пафосные названия способностей героев комиксов, но большинство из них содержало слова вроде «супер», а это ему не нравилось. Жалкий и ничтожный, с разбитым лицом, Объект D1306 совсем не ощущал себя кем-то вроде Супермена. Блуждающий по камере взгляд упал на обложку книги, которая лежала поверх стопки — «Исповедь неполноценного человека», и Объект D1306 тотчас решил, что это название идеально отражает его чувства и подходит для способности, которая сводит на нет силы других.       Глубокой ночью Объекта D1306 разбудил треск автоматной очереди. Какие-то люди бегали по коридорам, кричали и ругались. Объект D1306 вихрем сорвался со своей кровати и подлетел к двери, принимаясь громко стучать в неё и звать на помощь. Кем бы ни оказались нежданные гости, их прибытие означало избавление от учёных и их ненавистных экспериментов.       Дверь вдруг с силой распахнулась — Объект D1306 едва успел отскочить в сторону — и в камеру хлынул яркий свет. Вошедший оказался высоким иностранцем с длинными светлыми волосами, собранными в хвост, и в чёрной шляпе. За его спиной маячил другой иностранец — шатен и чуть пониже первого. Блондин окинул Объекта D1306 внимательным взглядом, поднял его левую руку, прочитал номер, покачал головой и отступил в коридор, что-то сказав своему визави по-французски. Дверь начала закрываться, Объект D1306 успел загородить собой проём и крикнул:       — Не оставляйте меня здесь!       — Прости, парень, но ты не тот, кто нам нужен, — сказал блондин. Удивительно, но он говорил по-японски без малейшего акцента.       — Просто позвольте мне сбежать отсюда! Я не буду вам мешать! — взмолился Объект D1306.       Блондин пожал плечами, вполголоса переговорил со своим спутником о чём-то и улыбнулся, распахивая перед Объектом D1306 дверь.       — Удачи на воле, парень! — мягко сказал странный иностранец, на прощание отсалютовав ему двумя пальцами.       Объект D1306 проводил удаляющихся вторженцев взглядом и только сейчас заметил, что они вооружены до зубов. У обоих на левом боку болтались автоматы, из-за пояса выглядывали рукояти пистолетов. На полу в странных позах скрючились пятеро человек в серых халатах и один — в чёрном костюме. Объект D1306 подошёл к последнему и с мстительным удовлетворением узнал в нём К. Глаза его слепо уставились в потолок, из углов рта стекали струйки густой тёмной крови. В груди зияли четыре аккуратные дыры. Объект D1306 присел на корточки рядом с телом главного мучителя и принялся обшаривать его карманы. В одном из них он обнаружил ключ-карту, забрал её и прошёл по коридору по уже знакомому маршруту к кабинету К.       Дверь легко открылась ключ-картой, внутри никого не было. Объект D1306 включил свет и подошёл к рабочему столу. В лежащей на нём стопке документов обнаружился список с номерами заключённых и перечислением их способностей. Всего Объект D1306 насчитал одиннадцать человек. Его собственный номер был густо обведён синим цветом, напротив было аккуратно выведено: «обнуляет способности прикосновением, подходит для создания сыворотки против одарённых». Самым первым в списке значился некий А5158, его номер был дважды подчёркнут красной ручкой, в графе способностей значилось загадочное «управляемая сингулярность». Был здесь и известный ему Е2709 со способностью управления огнём. Объект D1306 аккуратно сложил листок и засунул в карман штанов.       Он вдруг заметил на стене зеркало и подошёл к нему. Отражение выглядело настолько отвратительно, что Объект D1306 вздрогнул и не поверил тому, что это и есть он сам. Шрам возле правого глаза и налившийся под ним синяк выглядели ужасно. Больничная одежда висела мешком на исхудавшем теле, волосы сильно отросли и спадали на лицо и шею жалкими грязными паклями. Вероятно, именно из-за плачевного вида иностранцы не стали запирать узника в камере, а отпустили на волю.       Объект D1306 порылся в шкафу рядом с зеркалом и выудил оттуда чёрную рубашку. Она была ему велика и больше напоминала платье, но выбирать не приходилось. Быстро скинув собственную больничную кофту, Объект D1306 облачился в новую рубашку и подвернул рукава. О последнем он тут же пожалел, потому что в глаза бросился выбитый номер на левом предплечье и рубцы от побоев — на правом. По телу пробежала дрожь отвращения, Объект D1306 поспешно отвёл взгляд и огляделся по сторонам в поисках того, чем можно было бы закрыть руки.       В углу стоял шкафчик со стеклянными дверцами, внутри лежали различные медицинские принадлежности, и в их числе — упаковки бинтов. Объект D1306 в несколько слоёв обмотал обе руки до локтя, убедился, что рубцы и татуировка не просвечивают сквозь ткань, а сами повязки плотно зафиксированы. Потом он снова подошёл к зеркалу и обмотал бинтом голову и правую половину лица, закрывая повреждённый глаз и шрам над ним. Остатки бинтов Объект D1306 сложил в карманы штанов, присоединив к ним ключ-карту и пистолет, найденный в столе К. Он выдвинул по очереди все ящики письменного стола, перерыл содержимое шкафов и карманов одежды К, но не нашёл ни денег, ни чего-либо, представляющего ценность. После недолгого размышления он захватил с собой лишь небольшую чёрную сумку для вещей.       Объекта D1306 передёрнуло от мысли о возвращении в камеру, но делать было нечего — он не желал оставлять в этом месте свои драгоценные книги. Осторожно высунув голову в коридор, он огляделся по сторонам. Не считая трупов на полу, в коридоре никого не было. Объект D1306 молнией метнулся в камеру, схватил книги и, запихнув их в сумку, поскорее выбежал наружу.       Он долго плутал в поисках выхода, его тапочки и края штанов намокли от чужой крови. Уже почти отчаявшись, он, наконец, наткнулся на нужную массивную дверь, за которой ждала свобода. Он взялся за ручку и вдруг услышал резкий окрик позади себя:       — D1306! Стоять на месте!       Это был М. В одной руке он держал нож, а второй зажимал кровоточащую рану на боку. Объект D1306 легко мог просто уйти, тяжело раненый М не успел бы задержать его. Но при взгляде на учёного тело сразу заныло, вспоминая все те болезненные эксперименты и наказания, которым М равнодушно подвергал его.       — Я больше не D1306, — ответил он громко и отчётливо. — С этого момента моё имя Осаму Дазай.       Не дав М и шанса ответить, он крепко сжал в руках пистолет и выстрелил учёному в голову. Это оказалось неожиданно просто. Он почувствовал отдачу, но не ощутил никаких мук совести или чего-то подобного. Мелькнула абсурдная мысль: гордились бы родители, если бы узнали, что их сын с первой попытки убил взрослого человека? В голове отозвался строгий голос отца: «Он был всего лишь один, и серьёзно ранен. Так бы любой смог, в тебе нет ничего особенного».        М покачнулся, неловко упал на стену и съехал по ней на пол, оставляя за собой размазанный багровый след. Новоиспечённый Осаму Дазай выдернул из его пальцев нож, брезгливо отёр его о ткань брюк М, и, подхватив сумку с книгами, вышел на улицу.