Ивент: Али аб Неря в Стране Горячих Песков

На узких улочках шумного восточного рынка, где аромат приправ смешивался с запахом свежей выпечки, блуждала Бьян. Её голубые глаза искрились, словно нефриты, отражающие многогранность окружающего мира. Она остановилась у прилавка с яркими тканями, лёгкие струящиеся полотна, словно живописные реки, завораживали её. Продавец, приветствуя её улыбкой, предлагал нюансы каждого узора, и Лейла погрузилась в его рассказы о древних традициях. Сквозь толпу людей, уставившихся на блестящие сувениры, она пробиралась к витрине, где сверкающие бусы из янтаря перехватывали дыхание. Каждый камень хранил в себе частицу солнца, ловко запечатлённую в прозрачной раме. Бьян выбрала несколько, и их холодные отпечатки были так близки к её сердцу, будто отражали её мечты. Подарки Эйсу и Дьюса были куплены и красиво упакованы, в чем продавцы знали толк. Для них было приятным сюрпризом, когда девушка говорила с ними на их языке, при том, что она была туристкой. Те постоянно шутили с ней, создавалось такое приятное ощущение, что они всю жизнь были знакомы, видимо, это то, что называют «горячий восток». Гуляя по базару, Бьян думала, что можно было бы подарить мистеру Кроули. Да, он мог быть порой просто невыносимым, словно маленький ребенок, даже смел шантажировать ее, вынуждая играть по его правила. Но… Сам рискуя, мужчина принял ее в свой колледж, дал ей кров, возможность хоть как-то обжиться в незнакомом мире. Она ему была сильно благодарна, а потому, надо было найти соответствующий подарок. Мысли крутились в голове, а идеи об подарке не было. Бьян никогда не приходилось покупать подарки мужчинам. В детстве это могли быть рисунки или подделки, но сейчас надо было что-то посерьезнее. Засмотревшись на прилавок, Бьян не заметила как она на кого-то напоролась. Как оказалось, девушка наткнулась на старика. Старик, с его огромным животом и белой бородой, выглядел как хранитель древних тайн. Одет на был в желтую, хлопковую рубаху и коричневые, широкие штаны, подвязанные красной тканью, на подобие пояса. На нем же висела настоящая сабля, убранная в чехол. — А-афан, – запнулась девушка. — Им алахзк. Но на удивление девушки, старик даже не рассердился, а весело посмеялся, от чего его живот весело пару раз подпрыгнул, вызывая на лице девушки легкую улыбку. — Все в порядке, дитя. С кем не бывает. Его голос, глубокий и бархатистый, была приятной усладой для слуха девушки. — Еще раз извините, я не хотел, – извинилась Бьян, переходя на свой язык, раз старик заговорил на нем. — Я не в обиде, – улыбнулся старик, сцепляя руки за спину. — Вы турист? — Да, приехала с друзьями посмотреть на фейерверк, – улыбнулась Бьян, кивая в ответ. — Но пока я смотрю подарок для одного человека. — И как успехи? – спросил старик. — Никак не могу выбрать последний подарок, – досадливо выдохнула девушка. — Тогда, полагаю, Вы не откажетесь от моей помощи? Бьян не могла заметить приятные морщинки вокруг глаз девушки, которые появлялись, когда тот улыбался. — Буду рад.

***

Прогулка с этим стариком была очень приятна для девушки. Тот постоянно погружался в воспоминания, рассказывая о своей молодости и о своих приключениях в далёких странах. Его голос, глубокий и бархатистый, притягивал девушку, которая с удовольствием слушала сказки о бескрайних и весёлых рынках. В один момент, мужчина предложил зайти попить кофе в одной из лавок. Вместо столиков и стульев, били ковры и подушки, которые находились как внутри, так и снаружи, под навесом, лавки. Как выяснилось, готовка кофе – это тоже особая магия востока. Хозяин лавки достал небольшую медную джезву и начал с легкостью обжаривать зеленые зёрна кофе на открытом огне. Аромат свежей жареной арабики наполнил воздух, унося меня в мир восточной утонченности. Затем, с заботливой рукою, он смолол зёрна на каменной мельнице, превращая их в мелкий порошок, как пудра. В джезву он добавил воду, привнося в процесс немного кардамона, что напоминало о солнце родного края. Варить кофе нужно было медленно, позволяя ему наполняться жизнью и поднимая на поверхность зелёное пламя. Когда кофе закипел, хозяин лавки разлил его по маленьким чашкам, не добавляя ни сахара, ни молока — он знал, что настоящий вкус арабского кофе должен раскрываться в своей чистоте. Они сидели на ковре, на улице, погруженные в разговоры, и каждая капля этого великолепного напитка соединяла нас, как тонкая нить времени, переплетая прошлое и настоящее. — Как Вам наше кофе? – с улыбкой спросил мужчина. — Превосходно, – улыбнулась девушка. — Кстати, а как Вас зовут? — Зовите меня друг Адиль, – ответил мужчина, отпивая кофе. — А как Вас, юная леди? От такого заявления, Бьян чуть не поперхнулась напитком, закашлявшись. До этой секунды, старик общался с ней как парнем, как и другие продавцы, но резкое изменение обращения заставило потерять некое равновесие. — Кгм, – поперхнулась девушка, стараясь сделать непринужденный вид. — Кажется, Вы ошиблись Адиль, я парень, а не девушка. На лице мужчины так и цвела нежная, добрая улыбка, свойственная дедушкам. Его лицо, усеянное морщинами, походило на карту жизни, полной дорог, поворотов и открытий. Улыбка всегда играла на его губах, словно волшебный секрет, который он хранил про себя. — Нет, – покачал головой Адиль, отчего короткая его борода едва заметно покачнулась. — Я хоть и стар, и многое в современном мире мне становится непонятным, но мои глаза и разум еще ясны. И отличить девушку от парня я еще в состоянии. Бьян стушевалась, натягивая капюшон сильнее на голову. Который раз она убеждается, что старики видят намного больше, чем молодежь. — Отчего же ты скрываешься? – мягко спросил Адиль, мягко положив руку на плечо девушки. От Адиля веяло спокойствием и… домом. Бьян было так приятно, что в груди защемило, а в глазах неприятно защипала. Бьян и сама не понимала, почему с ней так происходит, когда она видит пожилых людей. — От страха, – выдохнула девушка. — Я не от хорошей жизни прячу свою тайну… И порой, я сожалею… Сожалею, что родилась девушкой, а не парнем. Адиль вздохнул, глядя на Бьян своими зоркими глазами. — Если бы у тебя была возможность родиться снова, кем бы ты хотела стать? — Кроме знаменитостей? — Кем угодно. — Ну... если бы у меня была возможность переродиться... – Бьян задумалась. — Наверно парнем, как мне и хотелось. — Хорошо, – кивнул Адиль. — Ты родилась мальчиком и как ты себя видишь? Твоя жизнь стала лучше? Бьян прикрыла глаза, пытаясь представить себе эту картину. Если бы она родилась парнем, то… было бы хуже, наверное. Она бы никогда не прожила то, замечательное, детство с дедушкой, не познакомилась с Радой и дядей Абдулом, наверняка не познала то прекрасное детство в деревенском доме, с коврами на стенах, с волшебными узорами, с баней, с могучим лесом, куда они, дети, любили бегать во время игр и всех этих шалостей, Бьян бы не прожила. Вместо этого, она бы жила с матерью и отцом, который бы остался с ними. Они бы уехали в город и… Бьян не знала, как бы сложилась жизнь с ними. Но, что знала она точно, это то, что маминых сожителей не было и боль, которую они ей принесли, можно было миновать. — Я не знаю, – пожала плечами Бьян. Адиль обнял Бьян за плечи, притягивая к себе, поглаживая по спине. Со стороны они выглядели как внучка и дедушка, которые приятно проводят время вместе. — Я не знаю, что произошло с тобой в прошлом, но то что ты скрываешь свою сущность, имеет смысла быть, – начал говорить Адиль, непроизвольно, покачиваясь с девушкой. — Но позволь дать тебе совет… Пойми, в этом мире тебя никто не обидит и не причинит боль. И ты, попробуй раскрыться для него… У каждого человека должен кто-то быть. Тот, с кем стоит провести весь остаток жизни. Понимаешь, ты должна быть открыта, чтобы видеть это. И когда ты почувствуешь, что готова принять саму себя, то только тогда, сможешь быть счастливой. Бьян прекрасно это понимала, но липкие цепи страха не давали раскрыться в полной мере. И где-то в подсознании, ей очень сильно хотелось вырвать, кричать о себе, кричать кто она есть… Даже привычная фраза: «Я парень», ощущается некой горечью на языке. Бьян только кивнула. — Хорошо, – сказал Адиль, поднимаясь с подушки и подавая руку девушке. — Предлагаю продолжить наши поиски подарка. — Да, – улыбнулась девушка.

***

— Думаете, ему это подойдет? – спросила Бьян, убирая подарок в сумку. — Да, – кивнул Адиль. — Шелковый город гордится не только шелками и специями, но и украшениями. Каждое украшение здесь имеет свою ценность, так как каждый мастер вкладываю свою душу в изделие. — В этом я не сомневаюсь, – сказала Бьян. — Просто, я не так давно знаю этого человека и не знаю, что ему подарить, в качестве благодарности. — Даже малейшее внимание к выбору подарка – это уже приятно, – сказал Адиль, подняв глаза на часы, висящие на стене одного из прилавка. — К сожалению, здесь нам придется расстаться, мне пора возвращаться. — Спасибо Вам большое, Адиль. Я бы без Вас пропала. И… Ну, за тот разговор… Адиль одарил девушку доброй улыбкой, взлохматя волосы девушки. — Не за что. Если повезет, мы еще встретимся, – сказал он, скрываясь в толпе людей. Бьян же на прощание подняла руку, глядя в спину этого необычного человека. Девушка уже и сама подумывала возвращаться в общий сбор, где они договорились встретиться с ребятами, но резкая хватка на запястье остановила девушку. Бьян хотела обернуться, понять, кто это такой смелый, но с следующую секунду, ее потащили за собой, почти переходя на бег. Перед глазами мелькали разные палатки и голоса людей, отчего Бьян начинала теряться. Но вот, остановившись у старого здания, Бьян наконец рассмотрела того, кто протащил ее почти через весь рынок. — Наджум?! Девочка лучезарно улыбалась, поднимаясь по лестнице заброшенного здания. — Иди за мной. Восточный ветер, обдувающий пустынные просторы, приносил с собой шепот заброшенного здания. Когда-то это была величественная усадьба, но теперь её стены были пронизаны трещинами, а окна, как глаза, безжизненно смотрели в бездну времени. Крыша провалилась, оставив только обрывки воспоминаний о торжественных званых ужинах и весёлых смехах. На полу – пыль и остатки мебели, покрытые слоем паутины, как символ утраченной роскоши. В центре комнаты стоял старинный рояль, клавиши которого давно потеряли звучание и лишь напоминали о мелодиях, когда-то звучащих в этих стенах. Поднимаясь по лестнице здания, глаза девушки встретились с окном, из которого светило солнце, озаряя лицо Бьян. Её русые волосы переливались, как разлитое золото, а каждая черта лица была обрамленной нежным светом. Глаза, словно два ярких небесных озера, сверкали от солнечных лучей. Улыбка, распускающаяся на её губах, отражала тепло, словно утренние лучи пробуждали всё вокруг. Само солнце начинало медленно садится за горизонт, уступая место вечеру, который сегодня будит просто незабываемым. — Ой! Неожиданный вскрик Наджум заставил Бьян быстро обернуться на нее. Сама девочка стаяла у противоположной стены, глядя на Бьян широко раскрытыми глазами, закрывая рот ладонями. — Что случилось? – спросила Бьян, с волнением оглядывая девочку, на наличие травм. Но Наджум молчала и не сводила глаз с девушки. — Наджум? Бьян уже хотела сделать шаг к Наджум, но та сама начала идти на встречу, смотря на Бьян настоящим шоком. — Так ты девочка, – не то с шоком, не то с досадой сказала Бьян, глядя на совершенно другие черты девушки. — Но как? Разве в Ночном Вороне учатся девушки? Бьян неловко улыбнулась, опять же, не зная, как реагировать. — Это долгая история…

***

— Вот значит как, – протянула Наджум, дослушав рассказ Бьян. Две девушки сидели на подоконнике одного окна, глядя на базар сверху вниз. — И что? Вернуться домой никак не получится? – спросила Наджум. — Директор ищет способ, но я не особо хочу возвращаться, – сказала Бьян. — Я еще так многое не знаю об этом мире, столько всего еще не увидела… Было бы обидно вернуться домой, так ничего и не узнав. — В таком случае, я буду рада встретиться с тобой на следующих каникулах! – воскликнула Наджум, спрыгивая с подоконника на пол. — Считай, что у тебя появилась первая подруга в Twisted Wonderland! Я тебе покажу такие места Шелкового города, которые ты ещё не видела! И со своими друзьями познакомлю! — Хорошо, – улыбнулась Бьян, глядя на девичий восторг. Видимо, тот факт, что Бьян оказалась девушкой, не сильно обидел Наджум. Наоборот, она с новым восторгом смотрела на человека из другого мира, словно она какая-то диковинка. Они даже обменялись контактами, для дальнейшей связи. И по пути на пункт встречи, слушая смешные небылицы от Наджум, Бьян чувствовала знакомое чувства тепла, которое давно ее покинули. А также чувствовала страх, который напоминал ей, что случилось Лизи и из-за чего они перестали общаться.