Глава 6: Властелин подземного царства

Бьян честно не собиралась куда-то уходить, а уж тем более, бродить по коридорам, где на тебя в любую минуту напасть фантомы, которые грозились выйти наружу. Но, видимо, у Судьбы на нее были другие планы. Дождавшись, когда Идия пойдет на поиски остальных, Бьян спокойно разместилась на диване. Она сидела на диване, погруженная в мысли, когда вдруг в тишине раздался тихий, но настойчивый голос.

— Бьян, помоги мне.

По началу, Бьян даже не обратила внимание на голос, ссылаясь на то, что это игры ее уставшего разума. Но когда голос повторился уже настойчиво, то Бьян насторожилась, сердце забилось быстрее. Кто это? Никого не было рядом, но голос был настолько явным, что она могла бы поклясться: он звала именно ее. Она медленно поднялась с дивана и медленно подошла к двери. Каждая секунда тянулась, словно вечность. Она приоткрыла дверь, выглядывая в коридор, который казался пустым и безмолвным. Темные тени угрожающе сгущались вокруг, но её разум отказывался принять это пространство как безопасное. — Эй? – тихо позвала Бьян. Ответа не последовало, только эхо её собственного голоса, отразившееся назад, как будто сама тишина насмехалась над ней. Она снова прислушалась, и голос, теперь более уверенный, вновь произнес:

— Помоги мне, я здесь.

Слова пробрались в её голову, вызывая волну нежности и тревоги одновременно. Девушка поняла, что должна найти источник этого призывного голоса, даже если за пределами её двери скрывалось что-то неведомое и пугающее. «Ох, попадет мне», – досадливо подумала Бьян, полностью выходя в коридор. Девушка медленно шагала по длинному коридору, стены которого были окутаны тусклым светом. Каждый звук раздавался особенно громко — даже стук собственного сердца. Бьян охватывало чувство беспокойства, словно кто-то точно следовал за ней, но обернувшись, она никого не увидела. Спокойствие в ней сменялось волнением, а сердце стало стучать быстрее. Бьян не понимала, почему она чувствует чье-то присутствие, но никого не видит. Это с ней было в первый раз, а потому, надо было быть особо осторожной. Она знала многие истории, когда души с намерением «помочь», заводили людей в смертельные ловушки. Но определить, что или кого представляет из себя голос, было не реально.

— Еще ближе.

Бьян на секунду запнулась, ибо голос стал намного громче, чем до этого. Видимо, она начала приближаться к его источнику. Осторожно, она подошла к углу коридора и, сдерживая дыхание, выглянула, стараясь не издавать ни звука. Пустота перед ней казалась бескрайней, угол, за которым она пряталась, лишь усиливал её тревогу. Странное шептание в голове начинало нарастать, словно давно забытое воспоминание напоминало о себе.

— Иди дальше, не останавливайся.

Голос был знаком, но он не принадлежал никому из её близких. Он был чужим и настойчивым, подгоняя её сделать шаг вперёд. Собрав всю свою волю, она сделала шаг, чувствуя, как щеки горят от страха. Внутри неё зашевелилось нечто, что заставило её продолжать движение. В какой-то момент, Бьян спиной почувствовала, как кто-то прожигает дырку в ее спине. И было холодно. Даже гадать не пришлось, дабы понять, что на нее смотрят мертвые глаза. Видимо, помимо фантомов, в Тартаре покоились гостьи из мира мертвых. Но это могли быть погибшие души, ставшими жертвами фантомов. Может быть, это было любопытство или предчувствие, что за этой таинственной тенью, что следила за ней, скрывалась правда. Оглянувшись, Бьян никого не увидела, но это только подстригло ринуться в бега. Пробегая один из коридоров, Бьян поймала себя на крамольную мысль, что она знает куда бежать, словно ей кто-то уже показывал дорогу. Почти сразу же, Бьян припомнила видение коридоров и уже сама поспешила, желая понять, куда ее ведут. И вот, коридор закончился, а вместо него показался темный проем, куда лестница вела куда-то вниз. Бьян остановилась, немного переведя дыхание, стоя на верхней ступеньке, почувствовала, как холодный воздух поднимается из темного снизу. Посмотрев вниз, между пролетов лестницы, Бьян увидела лишь туман, от которого шло чувство холода. По хорошему, она должна была сейчас же развернуться и уйти, но Бьян ощутила легкое сопротивление страха, но любопытство победило. Затанцевав от неуверенности, она сделала шаг вниз, осторожно упираясь ногой в непривычно холодный холодный камень, который чувствовался через подошву. Звуки вокруг стали явнее: перешептывания, как будто чьи-то голоса сливались в единую гармонию, уносясь в бесконечную тьму. Бьян замерла на мгновение, прислушиваясь, пытаясь понять, о чем они говорят. Звуки становились всё отчетливее, призрачные фразы, наполненные тревогой, заставили её сердце забиться быстрее. —Кто здесь? – спросила она, но ответом ей служили лишь эхо собственных слов. Лестница, словно живая, продолжала уводить её вниз, в бездну, которую она не могла увидеть. С каждой новой ступенькой девушка ощущала всё большее смятение. Стены вокруг неё будто сжимались, а голоса становились все ближе, как будто кто-то вызывал её, маня в свою теневую берлогу. Она знала, что должна остановиться, но желание узнать, что скрыто в темноте, было сильнее, чем страх. Вздыхая, она сделала ещё один шаг, опуская взгляд туда, где чернота сжималась, как коварные объятия, готовые поглотить её целиком.

***

— То есть, хочешь сказать, ты хотел чтобы Бьян влезла в Тартар, чтобы вытащить твоего брата? Да ты в своем уме?! Стоило Идие рассказать об их плане с Бьян, Джамиль начал не на шутку бунтовать, как и остальные. Но, кажется, они упустили мимо ушей, что Бьян вообще не должна была спускаться в Тартар, что Идия и напомнил им. — Она не должна была «влезть» туда! Она вообще не должна была к нему подходит, но нет, ваша подруга и тут найдет проблемы! – возмущался Идии, больше злясь, что Бьян опять подставила его. — Так, не время спорить, – прервал дискуссию Вил. — Может, мы успеем ее перехватить, прежде, чем она спуститься до конца? — Прошло достаточно времени, она уже внизу, – призадумался Идия. — Однако, она не сможет открыть или закрыть Тартар, это может сделать только чета Штрауд. Но сейчас контроль над Цербер находится у Орто, что не очень хорошо. — Что, кстати, с Орто произошло? – спросил Риддл. — Он был таким тихим, а теперь активно выпускает фантомов. — Я и сам толком не понимаю, – покачал головой Идия, опустив глаза. — Возможно, он попал под контроль другого фантома. — Но, даже если так, он же не пустит Бьян в Тартар, верно? – с какой-то долей надежды, спросил Азул. — Цель Орто – это выпустить всех фантомов и Бьян, по сути, для него не представляет никакой важности, это одновременно плохо и хорошо, – ответил Идия. — Поясни? – хмыкнул Леона. — Хорошее – Орто может не пустить Бьян в Тартар, ведь сейчас тот занят другим, – хмыкнул Идия. — А плохая? – спросил Рук. — А плохая в том, что мы как раз не сможем предугадать действия Орто, – досадно пожал плечами Идия. — Если судить странные действия Бьян на камерах, создается ощущение, что она что-то слышала или видела. Сдается мне, это и сподвигло ее ринуться в бега, прямо в сердце Стикса. — И что ты предлагаешь делать? – хмыкнул Вил. — Сидеть и ждать, пока что-то не произошло? Идия устало прикрыл глаза, пытаясь сообразить, какие будут дальнейшие действия. По сути, так оно и было. До тех пор, пока Бьян либо не покинет Тартар, либо не войдет в него, предпринять что либо не возможно. Сигнала тревоги не было, значит она пока на лестнице. Отправить ребят за ней он тоже не мог, дал слово. Ох, как же с этой девушкой трудно, «повезет» же тому, с кем она встречается начнет. Остается только одно… — … ждать. — Что? — Остается сейчас только ждать, – предчувствуя разгневанные споры, Идия поспешил прояснить ситуацию. — Сейчас, пока ничего не произошло, предпринять что либо нельзя. Надо дождаться действий Бьян или Орто и только тогда что-то предпринимать. Каждый из них и так знал, что судьба их подруги лежит в руках судьбы, и от ее выбора зависит, будут ли они продолжать ждать или начнут действовать. Бьян была не из тех, кто легко сдаётся. О её смелости ходили разные слухи, и желание помочь другим часто затмевало здравый смысл. Но именно это и заставляло друзей беспокоиться; опасное дело, на которое она решилась, не сулило ничего хорошего. Взгляды друзей встречались, и каждый из них понимал: сейчас важно не только ждать, но и готовиться к тому, что последствия её действий могут быть непредсказуемыми. Каждая секунда затягивалась, наполняя атмосферу тревогой. В их сердцах росло понимание: время — это не просто ожидание, а момент истины, когда им нужно сплотиться как никогда, чтобы быть готовыми к любому повороту событий. Самое главное, чтобы Бьян сама не натворила делов.

***

Бьян, стоя на краю бездны, почувствовала, как ледяной ветер пронизывает её до самой души. Она обняла себя за плечи, пытаясь укрыться от холода, который исходил из глубоких темных недр. Глядя вниз, она увидела мрачные ворота Тартара, украшенные рунами, словно живыми, шевелились на камне, выдавая древнюю мощь, которую они хранили на протяжении веков. Завывания, доносящиеся из глубины, напоминали плач забытых душ, томящихся в вечном плену. В этом месте страха и надежды девушка почувствовала, как её сердце начинает биться чаще. Каждое слово, произносимое в этом мрачном царстве, могло стать ключом к её судьбе. Она не могла повернуться назад — мысли о несбывшихся мечтах и потерянных возможностях гнали её вперед, к этим пугающим воротам. Собравшись с духом, Бьян сделала шаг вперед, ощущая, как холод пронизывает ее до самых костей. Ворота, покрытые мшистой патиной времени, как будто ждут её. Каждая деталь, каждая трещина в камне шептали о земных страданиях и потусторонних тайнах. Она знала, что её судьба уже написана, и теперь оставалось лишь прочитать свою историю, даже если ей предстояло столкнуться с самыми тёмными страхами. — Эй, кто здесь? – спросила Бьян, толком не зная, кому обращается или куда вообще она должна говорить. — Бьян, мы рады тебя видеть. Теперь Бьян смогла распознать детский, почти юношеский голос, которому вторили чьи-то зазывания из недр Тартара. Надо попытаться выйти с ними на контакт. Бьян, аккуратно подойдя к воротам, села на одно колено, уставившись на ворота, пока не решаясь коснуться их: — Кто вы? – резко, без какой либо эмоции в голосе, произнесла Бьян. — Мы? – захихикал голос. — Мы друзья. Неужели ты не узнала меня? Это же я, Орто. Хихиканья монстров, вариации на тему безумия и ужаса, заставляли ее сердце стучать быстрее. Но страх лишь подогревал ее решимость. Она знала, что может заткнуть эти голоса, и с каждым мгновением спасение казалось все ближе. Бьян вспомнила, как Рада, одним движением, могла остановить то драку, то разбой, а иногда и вовсе парализовать руки или ноги. Она учила ее этому, но Бьян не была уверена, что сейчас могло бы получиться, давно она не практиковала. Но эти ехидные смешки ее начинали раздражать. Твердо и резко подняв руку над воротами, Бьян ощутила, как по ней начали знакомо перетекать ее силы. Пальцы ее посветлели, на внутренней стороне ладони начали проявляться руны, точно такие же, как и на ее лице, в воздухе возникла напряженная сфера энергии. Мощный поток останавливал звуки, заведомо ухнувшие из бездны, как если бы она перекрыла поток черного скрытого света. Хихиканья стихли, и лишь легкое покачивание ветра напоминало о том, что тут только что происходило. Не теряя ни секунды, она начала допытывать голос, что исходил из самой бездны. Словно зная, что его нужно поймать, она сконцентрировалась и произнесла: — Ты не Орто. Ее голос звучал уверенно, как клинок, готовый разрубить тьму. — Ты то, что претворяется Орто, завладев его телом и контролируя Цербер, – продолжала допытывать Бьян. — Говори, кто ты? Словно поняв, что их раскрыли, вся комната наполнилась неимоверными криками монстров. Крики монстров раздавались в темном, влажном подземелье, отзываясь эхом от каменных стен. Их звуки напоминали магическую мелодию, но завуалированную отчаянием и ненавистью. Еще больше криков возникали из-за боли, которую им причиняла Бьян. Она чувствовала, как что-то пытается вырваться из ее рук, но лишь билось об невидимые стены, тем самым, неимоверно страдая. — Говори! – скомандовала она, её голос был строг и угрожающий, а каждое слово причиняло им боль, словно натягивающиеся оковы.

— Отпусти, больно!

Нечто притворяющееся некогда Орто, начало проявлять себя. Теперь он звучал низко и хрипло, словно у его владельца был Рак горла и он вырыгивал каждое слово.

— Отпусти, тебя не тронем! Только отпусти, больно!

Судя по тяжелому дыханию, этой твари и правда было больно. Но Бьян не собиралась останавливаться. — Значит так, – Бьян нарочно медленно выговаривала слова, дабы заставить сущность замолчать в напряжении. — Я знаю что ты не Орто, но ты то, что удерживает его там. Зачем тебе он? Ты не желаешь завладеть его телом, зачем тебе душа? Если бы тварь забрала тело, то это могло означать, что оно хотела завладеть им, стать чужой личностью. Но зачем ему душа? На пару секунд все стихло, но вдруг, Бьяг почувствовала некую дрожь под ногами, от чего она подумала, что ворота Тартары были готовы открыться. Но это был всего лишь смех. Сначала она пыталась игнорировать его, но затем смех, переполненный злой радостью, окутал ее, будто невидимая рука сжимала ее горло. Это был смех, который бил из глубины, словно сам воздух вокруг нее становился кривым и жестоким. Сердце Бьян забилось чаще, и она почувствовала, как холод пробегает по спине. Ей казалось, что это не просто звук, а проявление чего-то зловещего, что-то, что поджидало момент, чтобы выползти на поверхность. Смех становился отчетливее, перемешиваясь с шепотом, который звенел в ушах, как насмешка над ее страхами.

— Месть… Семья Штрауд ответит за то, что заточили нас здесь!

Понятно, дело дрянь. Пытаться открыть ворота нет смысла, эта тварь сейчас не пустит ее, пока она здесь. Кажется, ей все таки придется обратиться к ребятам за помощью.

***

— ЧЕГО?! Бьян поморщилась от крика парней, уже желея о своем решении. В зале царила тишина, которую нарушали лишь шорохи и треск стульев, когда парни переминались с ноги на ногу. Их взгляды периодически притягивались к двери, словно какая-то невидимая сила требовала сконцентрироваться именно на ней. Каждый ненавязчивый звук – звук шагов, разговоров за пределами зала – вызывал у них напряжение. Они дергали плечами, стараясь сдержать волнующие мысли, но те не оставляли их в покое. Каждый новый звук со стороны двери заставлял сердца учащенно биться. И вот, в коридоре послышались чьи-то шаги, а уже через секунду в зал зашла Бьян. Едва ребята смогли вздохнуть, как Бьян тут же ошарашила ребят просьбой. Ей надо спуститься в Тартар. — Ты совсем с ума сошла?! – Идия тоже не скрывал своего возмущения. — Тартар специально закрыт, а ты хочешь чтобы я его открыл?! Какая муха тебя укусила?! Да и если я попытаюсь открыть, то ты долго там не протянешь! В конце концов, это место не для людей! Не забывай, кто был изначальным владельцем Тартара! Возмущению парней не было предела, и Бьян это понимала. Но выбора у него все равно не было. Игнорирую восклицания парней, Бьян тяжелым грузом упала на диван и, посмотрев на ребят из под лба, тем самым, заставляя из притихнуть. — Я же прошу не из своей прихоти, – ответила Бьян. — У меня для тебя не самые приятные новости. То что, обитает в Тартаре и похитило Орто, не фантом. Слова Бьян не на шутку встревожили юношей, в первую очередь Идию, который явно не понимал, с кем столкнулся в детстве. — А-а кто? – тихо спросил Идия, невольно начиная заикаться. — Попробую вам объяснить, чтобы вы немного поняли о чем я, – вздохнула Бьян, собираясь с мыслями. — Как я поняла, в вашем мире призраки являются бытовым элементом, вы без всяких способностей можете их видеть и разговаривать. А есть пятна, бресерки, которые вы называете фантомами. Однако, дела в моем мире значительно отличаются. Бьян, призадумавшись, невольно, начала прорисовывать в воздухе невидимые фигуры, дабы приблизить ребят к своей теории. — Фантом — это образ чего-либо, душа человека, существо, предмет, обычно из прошлого, – сказала Бьян. — Он может быть «пустым», когда человека уже нет в живых, но из-за странности его гибели сгусток энергии остаётся в определённом месте. Также фантом может быть разумным, если человека уже не стало, но его сознание всё ещё не покинуло Землю, цепляется за воспоминания. Стоило Бьян закончить рассказ о фантомах и вспомнить о той твари, Бьян невольно снизила голос и с нескрываемой ненавистью продолжила: — Сущность — это сверхъестественная тварь, не имеющая телесной оболочки, либо обладающая ею лишь отчасти. Например, это может быть душа или дух умершего человека, либо любого другого существа. Таким образом, основное отличие в том, что фантом — это образ умершего, а сущность — это более общее понятие о сверхъестественных существах, которое может принимать облик близкого человека. — И что ты хочешь сказать? – озадачился Вил. — Стикс по случайности поймали не фантом, а сущность? — Да, – кивнула Бьян, переводя взгляд на Орто. — И эта тварь очень обижена за свое заточение в Тартаре. А сейчас послушай меня внимательно. Эта тварь разумна, в отличии от фантомов, и ее задача, вас, семью Штрауд, убить. Душа Орто все еще жива, но долго она не протянет. Оно будет издеваться над вами, пока вы не сойдёте с ума. Рано или поздно вы можете проснуться и первое, что увидите, это уродливое лицо в паре сантиметров от вас. Тогда у вас просто или не выдержит сердце, или психушка, или смерть любым из видов суицида. Бьян видела, как ребята всё больше бледнеют с каждым ее словом. Она чувствовала, как страх охватывает их разум, порождая панику. Она чувствовала это, и оно должно чувствовать. Значит, скоро существо проявит себя, ведь страх для него, как наркотик. — Пока я не знаю как, но эта тварь взяла под контроль не только Орто, но и всех фантомов, – продолжила Бьян. — Если я смогу избавиться от этой твари, то остановим остальные фантомы, для этого я прошу открыть для меня ворота, чтобы я смогла это сделать. Поэтому я прошу вас о помощи, я не смогу избавиться от той твари, попутно отбиваясь от фантомов. По-хорошему вам надо покинуть Стикс, чтобы не видеть ничего, но я понимаю, что оставить меня здесь одну вы не пожелаете.  Каждый из находящихся в зале почувствовал в воздухе опасный заряд адреналина, предвещающий приключение, о котором будет много разговоров. Казалось, стены шептали о потерянных душах, а тени угрожающе ползали по углам. Тем не менее, их решимость была непоколебима. Они понимали все риски и были готовы встретить то, что должно было случиться. — Если мы хотим помешать их плану разморозке, наш единственный вариант - спуститься туда. Невзирая на опасность, – досадно вздохнул Идия, понимая, что он связан по рукам. — Это действительно звучит как единственный способ, но даже так... – в той же манере вздохнул Азул, будто сомневаясь в действительности плана. — Ты говоришь так, будто в этом нет ничего особенного, – хмыкнул Джамиль. — Так сколько времени пройдет, пока все Фантомы в Тартаре не оттают? – спросил Леона. — Гм ... Около шести часов, – припомнил Идия, уже обращаясь к Бьян. — Я могу попробовать открыть ворота в Тартар, учитывая эту способность нашей семьи, Орто, или кто он там, явно будет сопротивляться. Сколько тебе хватит времени, чтобы вытравить то существо? — Всегда по разному, – покачала головой Бьян. — Это зависит от ранга сущности, но и с пустыми руками я не могу пойти туда. — И что тебе нужно? – озадачился Риддл, явно не ожидая, что все обернется на столько серьезно. — Во-первых, мне нужно зеркало, желательно в полный рост, – сказала Бьян, загибая палец. — Согласно некоторым эзотерическим представлениям, зеркало может быть порталом для потусторонних сущностей. Например, считается, что если в доме покойник, нужно обязательно занавешивать зеркала, так как в них открываются порталы для проникновения различных сущностей из астральных миров. Но одновременно с этим, оно может стать погибелью для сущности, если его разбить, а оно обитает в нем. Бьян хоть и пообещала спасти Орто, но она никак не планировала влезать в смертельную хватку с потусторонним. И какая-та легкая мандражка начала одолевать ее тело. — Во-вторых, свечи сейчас мы фиг пойми где найдем, но можно взять и зажигалку, для подстраховки, – продолжила Бьян. — И в третьих, я хочу вас заранее предупредить, вы не должны не издавать ни звука и не двигаться. То что вы можете увидеть, это не для слабонервных и оно может почувствовать ваш страх, что сделает его сильнее. Поэтому постарайтесь не обращать внимание на его слова. — Хорошо, – кивнул Идия, но, словно что-то вспомнив, залез в карман одежды, и протянул ребятам. — Прежде чем разделимся, возьмите это с собой. — Что это? Идия протягивал ребятам маленькие наушники, видимо для связи, и какие-то пластиковые карточки, служащие в видео пропусков в любые комнаты Стикса. — Вы не можете использовать внутреннюю систему связи здания прямо сейчас. Но аналоговые беспроводные приемопередатчики не требуют подключения к Интернету или ретранслятора сигнала. Вы должны иметь возможность общаться с ними, если они не сильно мешают приему сигнала, – пояснил Идия. — А пропуски позволят вам без проблем передвигаться по зданию и помогают открыть любые двери. — Отлично, – кивнул Риддл, закрепляя наушник на ухо. — Через двадцать минут собираемся здесь же. — Ага, – хмыкнул Леона. — А ты, Бьян, пока посидишь здесь, а то опять попадешь в неприятности. — Да иди ты! – фыркнула на него Бьян. Будь у нее возможность, она бы эти неприятности сотой дорогой обходила, но у Судьбы другие планы. Провожая взглядом парней, глаза девушки остановились на Джамиле, который проходил мимо, словно мгновение застыло в воздухе. Она почувствовала, как сердце забилось быстрее, а время будто замедлилось. Его взгляд был уверенным, а легкая улыбка на губах придавала ему шарма. В этот короткий миг ей казалось, что они понимают друг друга без слов. Бьян не хотелось думать, что эта их последний момент вместе. Она знала что рисковала, но не хотела говорить об этом Джамилю, зная, что он точно ее не пустит. Стоило Джамилю пройти мимо нее, Бьян, словно невзначай, сделала вид, что что-то пробормотала себе под нос. Но это что-то, было предназначено именно Джамилю. — Ла тукхиф, кулу щей саюкун илаа ма юрами. Как и ожидалось, парни не обратили бормотание девушки, зато Джамиль сразу все понял. Он почувствовал, как будто её слова стали маленьким огоньком в темноте его разочарований, противостоящих всем его страхам. Этот огонёк не смог прогнать тени, но заставил их приостановиться, позволив ему на мгновение вздохнуть и осознать, что он не один. Парень понимал, что просто необходимо верить ей, если не ради себя, то ради неё. Он кивнул с лёгкой иронией, почувствовав, как его сердце наполняется непонятной надеждой. Её слова звучали как обещание, и он заметил, что в этом обещании есть что-то большее – может быть, даже уверенность в завтрашнем дне. Дождавшись, когда студенты покинут зал, Идия, не глядя на Бьян, мрачно спросил. — Что здесь будет? — Не знаю, – честно, призналась Бьян. — Но будет определённо весело.

***

Найти зеркало и зажигалку не составила проблем и вот настало время спускаться в Тартар. Тусклый свет, пробивающийся сквозь туман, создавал зловещую атмосферу вокруг врат Тартара. Ребята, собравшиеся у этого страшного порога, ощущали, как напряжение сжимает их сердца, словно стальные клещи. Чувство неведомого надвигающегося зла настигло их, и каждый из них понимал, что открыл дверь в мир, где страх становится единственным спутником. Каждый звук, каждый шорох в тишине казался предвестником битвы, которая вот-вот разразится. Лица друзей овевали сомнения и мужество. Взоры их блуждали по округе, ловя каждый шевелящийся силуэт, ожидая врага, который, как казалось, скрывался в каждой тени, попутно вздрагивая от криков фантомов. Собравшись, ребята понимали, что им предстоит не просто сражение, а битва за свои души. На них лежала ответственность — защитить мир от зла, которое таилось за этими вратами. Они готовы были сразиться, осознавая, что могут не вернуться. Но это осознание лишь укрепляло их решимость. Впереди их ждали ярость, страх и надежда на победу. Установив зеркало перед вратами, благо сзади зеркала была небольшая подставка, парни отошли на пару шагов, сделав подобие круга, вооружились своими ручками, которых им вернули. Бьян, играя с зажигалкой в руках, медленно начала подходить к зеркалу, глядя на свое отражение. Повернув голову в сторону Идии, Бьян кивком дала знать, что тот мог начинать. Кивнув, Идия, взяв побольше воздуха, прошептал: — «Врата в Подземный мир». Едва парень произнес заклинание, вокруг него закружились тени, и земля задрожала, когда в воздухе возникло свечение. В ту же секунду ворота Тартара распахнулись, и древние силы стали доступны ему. Однако Идия недооценил силу, с которой столкнулся. Из ворот вырвались темные сущности, и он осознал, что за открытием портала могут последовать последствия намного страшнее, чем он предполагал. Медлить больше было нельзя, а потому, Бьян начала действовать. Девушка стояла на краю пропасти, воздух вокруг нее дрожал от нависшей угрозы. Глубоко вздохнув, она собрала в себе всю свою силу, концентрируя волшебство в руках. Врата Тартара, внезапно распахнувшись, выпустили на волю толпы мрачных духов, готовых поглотить мир. Но в этот момент, когда страх и сомнение одолели бы других, она ощутила, как невероятная энергия коренится в ней. Темная бездна споткнулась, замерев под её волей. Её друзья не упустили возможность, проявив свои собственные магические способности. Один закрикнул заклинание, и огненные шары, сверкающие, как звезды, пронеслись сквозь воздух, обжигая ненавистных духов. Другой, с решительным лицом, начал произносить священные слова, вывивая световые пучки, которые связывали и не давали духам вернуться обратно в их темное логово. Мгновение замерло, когда силы дружбы и веры объединились, столкнувшись с хаосом. Они одержали первую победу, но это был еще не конец. Удовлетворено кивнув, Бьян перевела взгляд на свое отражение, с удивлением обнаружив на нем светящиеся руны, которые Бьян с удивлением коснулась рукой. Рукой она их не чувствовала, но Бьян не могла подметить, как они были красивыми. От созерцания своего лица, Бьян отвлекло знакомые завывания и скрежет когтей. Пора! — Оставайтесь на месте, что бы ни произошло, – настойчиво повторила Бьян ребятам. Парни кивнули, видимо поняли всю серьёзность ситуации. Значит, проблем возникнуть не должно. После последних напутствий Бьян заиграла с зажигалкой, то зажигая ее, то гася. Оно ни за что не появится в зеркале, если Бьян будет рядом, учитывая, как она его напугала. Разумеется, были и иные способы, но они требовали времени, а оставлять эту семью еще на день – было опасно. Закрыв глаза и погрузившись в воспоминания прошлого, поднимая из глубин сознания самые ужасные минуты, пережитые Бьян. Минуты, породившие страхи, которые терзали много лет. Снова и снова, Бьян переживала эти мгновенья в голове, чувствуя, как спина покрывается липким потом, а паника застилает сознание. Когда ее начало потряхивать от страха, она открыла глаза. Она увидела его. И не только она, Риддл и Азул, которых Бьян тоже видела в отражении зеркала, вздрогнули от того, что предстало перед ними. Бьян видела, как они сдерживались, дабы не закричать от увиденного, что даже их губы посинели. А боятся было что, особенно нормальным людям. В зеркале показался сгорбившийся старый человек. Это был полусгнивший старик, одетый в лохмотья, что некогда были его одеждой. Лицо его уродовало выражение дикой ненависти. Типичный одинокий старик, озлобленный на весь мир… только немного мёртвый. Он ходил из стороны в сторону, не смотря на Бьян, но той некуда торопился. Вдруг он резко обернулся к Бьян, и из-за другой стороны зеркала, где стояли Леона и Вил, послышался скрипучий смех, который заставил многих вздрогнуть, а Вила что-то прошипеть себе под нос, но не обернуться, что было очень хорошо. На секунду, Бьян прокляла тот момент, когда позволила им остаться. Смех прекратился через пару мгновений, а человек в зеркале уже смотрел на Бьян из угла. Вдруг Бьян услышала шаги за спиной, не задумываясь, она зажгла зажигалку, глядя на старика через огонь. Шаги тут же затихли, но послышалось шипение этой твари, словно ее пригвоздили к стене и огнем ошпарили. Но в тот же момент в Бьян, откуда ни возьми, полетел камень. Бьян ловко увернулась от него, но этого мгновения хватило, чтобы зеркало опустело. Старик исчез. — Сука! Бьян закрыла глаза и стала прислушиваться, пытаясь понять, где искать эту проблему. К сожалению, слышно было лишь тяжёлое дыхание ребят и стук ее сердца. Открыв глаза, Бьян с удивлением обнаружила, что старик вернулся в зеркало, и теперь он скалился на Бьян.

— Кто ты?

Звук исходил не от зеркала, а из спины девушки, где отражалось это существо. Знающая Бьян не отрывала от зеркала взгляда и, смотря на старика, неспешно щелкала зажигалкой.

— Ты боишься смерти?

Теперь голос был прямо за спиной девушки. Уже привычным жестом, Бьян подняла руку, снова пригвоздив старика на месте и не давая шанса на то, чтобы вырваться. Отражение оскалилось, словно от невыносимой боли, но весь Тартар был в зоне видимости девушки, и старик знал, что Бьян сможет увернуться от любого предмета при повторном броске, а самостоятельно разбить зеркало – означало бы его гибель. Теперь он в ловушке!

— Что тебе надо?!

Его скрипучий голос уже переходил на визг. Как скучно, каждый раз одно и то же… Бьян, по-прежнему не говоря ни слова, смотрела на старика, который метался по зеркалу как загнанный зверь, но не мог покинуть её пределы, пока взгляд Бьяо не отрывался от него. Для того, чтобы ускорить процесс, Бьян начала что-то шептать себе под нос, но разобрать слов не было возможности. Старик зашипел от ярости. Отражение Бьян в зеркале выглядело размазано, как будто сама реальность колебалась от её слов. Девушка стояла неподвижно, погрузившись в свои мысли, глаза её блестели решимостью, когда губы начали произносить заклинание, почти шёпотом, как будто это было нечто интимное и святое. С каждым произнесённым словом в комнате становилось холоднее, и её собственное дыхание прерывалось от напряжения. Старик, казалось, начал ощущать свою кончину, а потому, заревел на все подземелье. Девушка улыбнулась про себя, когда осознала, что вот-вот закончится эта битва. Слова заговора, тщательно подобранные, нашли отклик в самой глубине сущности. В этот миг возникло чувство освобождения — она понимала, что каждый слог был петелькой, связывающей её с тем, что ей было так необходимо. И, когда последняя фраза слетела с её уст, странный свет охватил подземелье, озаряя их на мгновение. Старик извивался и потихоньку исчезал, словно утопая в собственных страхах. Секунда и зеркальна поверхность лопнула, а осколки полетели в разные стороны, чудом не задев Бьян. Бьян, не теряя времени, прыгнула в самую гущу Тартара, уже не слыша криков парней и, толи от усталости, толи на нее так воздействовало большое количество пятен, девушка потеряла сознание. А у парней, тем временем, кажется появились седые волосы, и это не только из-за старика из зеркала. — Идия, вытащи ее от туда! – крикнул парню Джамиль. — Если ты не заметил, то я тут немного занят! – огрызнулся Идия. — Я не могу одновременно держать ворота открытыми и попутно спускаться внутрь. Попробуйте связаться с ней через наушники! На связь Бьян так и не вышла, а спуститься в след за Бьян, Идия не позволил, сдерживая свое слово.

***

Бьян медленно открыла глаза, чувствуя, как зловонный туман окутывает её сознание. Вокруг царила безмолвная тьма, освещаемая лишь мутным светом, отражающимся от реки, которая извивалась перед ней, как змея из человеческих душ. Вода шумела, напоминая прощальные вздохи тех, кто уже покинул этот мир, их эхо разносилось по мрачным берегам Тартара. Девушка соскользнула в незнакомую реальность, теряя ощущение времени и места. На берегу реки стояла лодка, окутанная мрачным ореолом. Харон, проводник душ, величественно двигался, словно сам был частью этой потусторонней сущности. Его глаза, пронизанные мудростью веков, изучали её, и в них читалось что-то большее — понимание, страдание и, возможно, слегка дефицитное сострадание. Он протянул руку, приглашая её в плавание по этому мрачному течению, где каждая капля воды пронизана печалью и утратой. Собирая силы и смелость, девушка сделала шаг к лодке, ощущая, как невидимые руки тянутся за ней, будто пытаясь вернуть её обратно в объятия тьмы. Сев в лодку, Бьян безмолвно наблюдала за плывущими душами, которые то и дело, хватались за лодку. Но Бьян не было страшно. Время здесь не властно и это было очень ощутимо. Бьян, спустившись с лодки Харона, ощутила, как холодные брызги воды окутали её ноги. Она выбрала путь вдоль таинственного берега, где мрак замешивался с светом затмённого солнца. В этом пространстве, усеянном обломками древних кораблей, она заметила тень, которая медленно принимала формы, все более отчетливо проявляясь в полумраке. Цербер, повернув свои три головы в её сторону, изогнул спину, словно любопытный пес, заинтересованный новым гостем. Первой на неё обратила внимание голова с ярко-зелеными глазами, сияющими, как изумруды в темноте. Остальные головы, одна с могучей челюстью и другая с игривым взглядом, последовали её примеру, и каждая варьировала свою реакцию: одна настороженно описывала её силуэт, другая с азартом поджимала уши. Бьян стояла на месте, осознавая, что древняя мифология воплотилась в реальность перед её глазами. Она могла чувствовать, как её сердце колотится, но, несмотря на страх, её любопытство было сильнее. Цербер, вглядевшись в её умиротворённое выражение лица, казалось, раскрыл свои лапы, готовый показать, что кроме угрозы в его природе есть и что-то иное — стремление к общению. Бьян, медленно, не отрывая взгляд от пса, начала подходить к нему, а тот начал опускать свои головы. В отражении его зрачков, Бьян заметила, что руны на лице продолжали святиться, хотя она ничего не делала. Касаться рукой Цербера, Бьян не рискнула, а тот, обнюхав девушку, обдав ту теплым дыханием, сам отстранился, пропуская дальше к величественому сооружению, погруженное в мрак подземного мира. Его архитектура сочетает в себе элементы готики и древнегреческой традиции, создавая атмосферу загадочности и безмолвия. Огромные черные колонны, покрытые загадочными рунными знаками, поддерживают сводчатые потолки, будто бы нависая над посетителями своим мрачным весом. Стены украшены барельефами, изображающими сцены из мифов и легенд, а силуэты душ, стремящихся к свету, создают странное настроение печали и утешения. Внутри дворца царит полумрак, гармонично смешивающийся с таинственным светом, излучаемым жуткими сфинксами, которые охраняют границы его залов. Комнаты, изобилующие роскошью, но погруженные в вечный вечер, словно заморожены во времени. Каждая деталь — от изысканных мозаик на полу до массивных хрустальных люстр, отбрасывающих холодный свет — рассказывает свою историю, сохраняя тайны ушедших эпох. Но самое удивительное в этом царстве — это чувство, которое оно навевает. Здесь можно ощутить глубокую связь с потерянными душами, обитающими в Тартаре, и понять, что даже в этом мрачном уголке существует место для размышлений о жизни, любви и утрате. Дворец оказывается не только символом смерти, но и памяти, воспоминаний, неиссякаемой надежды на встречу с теми, кто навсегда покинул этот мир. Глаза девушки буквально разбегались по сторонам, стараясь запомнить каждую мелочь в этом здании, а потому, она не заметила как оказалась на балконе. Наступила тишина, и Бьян, погрузившись в свои мысли, не заметила, как тихо подошёл хозяин крепости, его шаги были едва ощутимы на каменном полу. Когда он обнял её крепкими руками, она, наконец, ощутила чужое присутствие. Она повернулась, и их взгляды встретились, словно два потерянных мира нашли друг друга вновь. — Аид, – прошептала Бьян, не уточняя, не спрашивая. — Давно не виделись, Видящая, – знакомой, хищной манере, улыбнулся Аид. Бьян не могла заметить явное сходство Аида с семьей Штрауд, что только подтверждало их родственные связи. Но пока стоит задуматься о другом. — Мы раньше виделись? – спросила Бьян, помня слова бога. — Виделись, – кивнул Аид, отпуская Бьян и вставая рядом с ней. — И не только со мной. — Почему же я этого не помню? – скомкано, прошептала Бьян, коснувшись своего лба. — Что-то моя память часто меня подводит. — То что случается однажды, никогда не забывается, – улыбнулся Аид. — Ты была еще ребенком и то что случилось с тобой, способствовало тому, что многое из твоей памяти стерлось, вот ты и вспомнить не можешь. Да, неустойчивая детская психика могла сказаться на ней. И почему-то, Бьян ничуть не удивлена. Она даже пальцем не будет показывать, кто этому поспособствовал. — Полагаю, ты пришла за этим. От самокопания, девушку отвлек Аид, который протянул девушке маленький, голубой огонек, похожий на то, что носил Орто в груди эндоскелета. Бьян потянулась в ответ, забирая душу Орто, чувствуя холодное покалывание в руках. — Думаю, пришло время ему вернуться назад, – хмыкнул Аид. — Я думала, те кто покинул нас, не имеет права возвращаться, – прошептала Бьян, не отрывая взгляда от Орто. — Его срок не пришел, – пояснил Аид, сложив рука за спиной. — Живым нет места среди мертвых. Почему-то эти слова показались Бьян знакомыми, словно ей их уже говорила. — А он здесь есть? Бьян не хотела говорить кто именно, боялась, что не сможет сдержать вырывающийся плачь наружу. А Аид, словно поняв девушку, ответил: — Есть… Пока есть. — Пока? — Скоро его срок придет и он уйдет на путь перерождение, примерно через пару десятку лет, – пояснил мужчина. — Почему же он тогда не приходил, когда я звала? – с неприятным чувством преданности, спросила Бьян. Такое чувство, будто ее предали во второй раз. — Кто знает, я не отвечаю за желание мертвых появляться на зов или нет, – пожал плечами мужчина. — Тебе надо поспешить, живым не следует тут оставаться на долго, да и душа мальчишки без тела долго не протянет. Однако… В честь нашей новой встречи, могу выполнить одно твое желание. Подводя итоги ситуации, Бьян хотела попросить, Бога мертвых, вернуть ей дедушку. Он ведь всемогущ, так что, вернуть одного человека ему не представит сложности. Но… Бьян не покидало ощущение, что если она так поступит, то сделает большую ошибку. Были ведь те люди, которые нуждались в этом желании куда больше. — Есть одно…

***

Студенты, стоя у входа в Тартар, переглядывались с тревогой. Сердца их бешено колотились, стоило Бьян исчезнуть и не выходить на связь. Она исчезла в темноте, приняв вызов, который многим казался безумством. Но для них это было не просто задание — это был выбор, который достоин настоящего дружества. Они были готовы идти за ней в любое царство, даже если это означало столкнуться с шахтами ужаса и неведомыми существами. Внезапно, из затворенных врат донесся мощный свет. Он слепил глаз, и юноши в миг обернулись, полные страха и надежды. На грани видения они заметили силуэт знакомой фигуры, вскинувшей голову, полную решимости и энергии. Это была она — Бьян. Всего мгновение назад они готовы были к отчаянному шагу, но теперь их сердца наполнились облегчением и радостью. Свет рос, и девушка, выплюнутая из царства мертвых, приземлилась на землю, что-то отчаянно прижимая к своему телу. Она была измотана, но непобедима. Ребята бросились к ней, обнимая и поддерживая, забыв о страхе. — Идия, – сквозь зубы, выдохнула Бьян, протягивая недоумевающему парню огонек. — Бегом к телу Орто, без тела, оно долго не протянет. Повторять дважды не надо было. Идия, аккуратно, подхватив огонек, ринулся вверх на лестницу, попутно что-то крича в наушник сотрудникам, видимо, позвав медицинскую помощь остальным. — Ты как? – спросил Риддл, помогая Бьян устоять на шатающихся ногах. — Теперь, в порядке, – кивнула Бьян, чувствуя неприятное головокружение. — Но прилечь, я бы не отказалась. Хватит на сегодня приключений.

***

Идия влетел в лабораторию, его дыхание резко прерывалось от волнения и страха. Сердце колотилось в груди, словно хотело вырваться на свободу. Вокруг него метались теневые силуэты — приборы, обозначения, формулы, которые когда-то казались такими далекими. Но сейчас он видел только одно: тело младшего брата, лежащее на столе. Взгляд застыл на неподвижном лице, и он почувствовал, как мир вокруг затихает. Собравшись с силами, он подошел к брату, бледному и безжизненному. Внутри него ворох эмоций смешивался с решимостью. Он знал, что должен действовать, он, подойдя к телу, приложил руку с огоньком к груди, тем самым, помещая душу в свое тело. Идия закрыл глаза, вспомнив их совместные моменты, смех, игры. Это было не просто спасение, это было возвращение к жизни. Собрав всю свою мощь, он начал вкачивать в Орто часть своей силы. Энергия заполнила комнату, наполнив её сверкающим светом. Тело Орто начало светиться, и в этот момент он почувствовал, как душа брата начинает соединяться с телом. Лаборатория наполнилась невероятным ощущением тепла и надежды. Орто резко открыл глаза, и Идия, затаив дыхание, увидел в них ту искру жизни, которой так долго не хватало.

***

Следующие события нескольких часов, превратились в сплошное пятно. В первую очередь, ребят проверили на наличие травм в медпункте, в то время как солдаты уничтожали фантомов, которым удалось вырваться наружу, благо, это были мелкие и слабые. Также, было принято решение, вернуть ребят обратно в колледж, но перед этим, Бьян попросила вернуть ее одежду, в чем ей не отказали. И вот, переодевшись в своей комнате, Бьян услышала легкое постукивание по двери. — Открыто, – ответила Бьян, застегивая последние пуговицы на пиджаке. Она даже не удивилась, увидя на пороге Идию, в след за которым зашел и Орто, которые опирался об плечо старшего. Видимо, от долгого лежания, мышцы его еще очень плохо слушались. — Орто! – обрадовалась Бьян, едва завидя младшего. — У нас все получилось! — Да, спасибо тебе, – улыбнулся мальчик и на сей раз, Бьян смогла увидеть эту улыбку. Улыбнувшись, Бьян подошла к Орто и обняла. Какое же это было настоящее счастье, почувствовать тепло тела, а не холода от робота. Орто и сам потянулся к девушке, но из-за слабости, тот почти повиснув на девушке, благо Бьян и Идия смогли удержать его и посадить на кровать. — Мы пришли сказать тебе спасибо, за то что спасла меня, – лучезарно улыбался мальчик. — Любой бы рискнул, – улыбнулась Бьян. — Я, кстати, сама хотела с вами поговорить, до того, как мы вернемся в колледж. Завидя удивление на лице, Бьян поспешила рассказать: — Когда я оказалась в Тартаре, я встретилась с Аидом. Удивление на лицах Штраудов, невозможно описать словами. Первый очнулся Идия: — А-аид? Сам Аид?! Его голос дрожал от волнения, а глаза светились неподдельным удивлением. Орто же уставился на Бьян, не веря своим ушам, и замер на мгновение. — Да, – кивнула Бьян. — Не буду вдаваться в подробности, но есть кое-что, что касается вас. Уж не знаю, что за жест щедрости, но Аид исполнил одно мое желание: «Отныне чета Штрауд свободна от проклятия ворот Тартара». Иными словами, вы свободны и можете сами строить свои судьбы, но это не значит, что ворота останутся без внимания. За ними теперь могут присматривать ваши сотрудники и открывать, в случае очередных экспериментов или заключения новых пятен. Парни слушали Бьян, но ее слова словно пролетали мимо нее. Сердца их переполняло радостное волнение; вековая тяжесть, словно каменный блок, свалилась с плеч. Они смотрели друг на друга, и в их взглядах читалось не только удивление, но и чувство единства. Прошедшие поколения рассказывали истории о страданиях и утраченных мечтах, об надежде, которая неугасимо горела несмотря на безысходность. Теперь, стоя перед открытыми возможностями, парни ощущали, как внутри них пробуждается та самая надежда, о которой говорили предки. Как бы ни были они разрознены раньше — каждый со своими страхами и переживаниями — теперь они стали частью чего-то большего. Тут уже пришла очередь удивляться Бьян. Она увидела, как Идия внезапно сделал шаг вперед и обнял ее. Этот неожиданный жест стал открытием, перевернувшим все ее представления об Идии. Его застенчивость окружающая всегда воспринимала с легкой иронией, но Бьян понимала, что за этой оболочкой скрывается нечто большее. И это большее, сейчас обнимало ее с особой силой, пытаясь показать всю свою благодарность. — Спасибо, – послышался шепот у уха девушки. — Мы в долгу перед тобой. Улыбнувшись, Бьян обняла Илия в ответ, и пользуясь возможностью, потрогала его волосы на спине.

***

— Мы нашли самолет, который готов к отправке в док номер один, – сказал один из сотрудников. — Студенты колледжа Ночных Воронов, приготовьтесь к посадке. — Ладно, что ж... Все на борт ... если не против, – в своей манере, прошептал Идия, в душе радуясь, что наконец избавится от них. — Наконец-то мы возвращаемся домой, – довольно потянулся Вил.   — Да. Мы все вместе вернемся в школу, – удовлетворенно кивнул Рук. — Надеюсь, доберемся без приключений, – зевнул Леона. — Меня не волнует, на чем мне придется добираться. Я просто хочу вернуться в общежитие и упасть в постель, – с усталостью в голосе, сказал Джамиль. — Полностью согласен, – досадно кивнул Азул. — Столько усилий и истощения, а у меня нет ни единого таумарка, чтобы показать это. Какой это был кошмар.  — Ну, теперь кошмар закончился, – улыбнулся Риддл. — Это точно, – кивнула Бьян. — Хватит на меня приключений… Ближайших на пару лет. На улице ребят уже ждал небольшой транспорт, мало чем напоминающий самолет. Не было ни крыльев, ни хвоста, а лишь сплошная кабина, где сидели солдаты, и сама корпус, на котором были небольшие окна, видимо, им позволят лететь не в темноте. Этот изящный аппарат, напоминает ярких насекомых, имеет обтекаемую форму и покрыт специализированной светодиодной пленкой, сияющей всевозможными цветами. Солдаты-роботы, управляющие этими летательными аппаратами, оснащены искусственным интеллектом, созданным из древних заклинаний и современных алгоритмов. Каждый из них способен анализировать ситуацию, воспринимать угрозы и принимать решения с молниеносной скоростью. Их крошечные размеры не мешают им быть высокими бойцами, способными на точные манёвры и стратегические атаки на противника. Эти маленькие самолеты выступают не только как средства передвижения, но и как системы разведки и поддержки. Оснащенные магическими радарами и проекционными модулями, они способны передавать информацию о ситуации на поле боя, а также создавать обманные изображения, снижая вероятность удара по своим войскам. — Ну, Идия... Увидимся в школе, – в неком прощальном жесте, махнул Вил. — Ага, – кивнул Идия. — Ты разве не с нами? – удивилась Бьян. — Люди, вероятно, привлекут меня к ответственности как вдохновителя всего этого инцидента ... – замялся Идия. — И я готов к этому ... К тому же, мне нужно уладить оставшиеся дела, прежде, чем я вообще смогу вернуться в колледж. Хоть Идия прямо не сказал, но Бьян и сама поняла, что им надо с Орто наверстать упущенное. Внутри самолет был обит мягкими сиденьями у окон, с небольшими телевизорами, дабы занять себя на время полета. Подойдя к одному из кресел, она села за то, что было близко к окну. Ребята тоже начали рассаживаться по своим местам, готовясь к полету. Когда самолет начинает взлетать, в кабине пилота царит атмосфера сосредоточенности и уверенности. С увеличением скорости взлета начинается захватывающий момент, когда все силы физики становятся наглядными. Пилот аккуратно выводит самолет на оптимальную скорость и, не дожидаясь, когда колеса оторвутся от земли, нажимает на ручку управления. В этот момент самолет начинает подниматься, и пассажиры ощущают легкое притяжение. Фюзеляж наклоняется вперед, а за окном раскрывается панорама взлетающего города. Яркий свет и ребята уже летят над бескрайнем океаном. За просмотром полета, Бьян не сразу заметила, кто именно сидел рядом с ней. Девушка, приятно удивленная соседством, почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она украдкой бросила взгляд на Джамиля, чьи глаза смотрели в ответ. В этот момент они были прикованы к друг другу невидимой нитью, и всё вокруг словно растаяло. Шумные объявления из динамиков и треск ремней безопасности стали отдалёнными, и она только ощущала тепло его пальцев, обвивающих её руку. Самолет спокойно продолжал свой путь, и Бьян не могла не заметить, как её тело расслабилось, когда она положила голову на плечо Джамиля. Его аромат, лёгкий и свежий, обволакивал её, создавая уютную атмосферу безопасности. Они находились в своем маленьком мире, вдали от забот и суеты, где казалось, что время останавливается.

***

Бьян проснулась от чувства тряски, которая свидетельствовала о том, что они прилетели по адресу. Вот, тряска начала утихать, толчок и вот они на земле. — Уф... Наконец-то мы на месте, – проворчал Леона, первый покидая самолет, потягиваясь после долгой сидящей позы. Как оказалось, ребят высадили на поле, недалеко от колледжа, видимо, чтобы не пугая учеников еще больше. Но Бьян с необъяснимым трепетом разглядывала остроконечные макушки колледжа. Вдруг, в дали показались какие-то точки, которые стремительно к ним приближались, а чуть погодя, послышался крик: — ЛЕОНА! И вот, Бьян уже смогла отчетливо увидеть запыхавшегося Рагги, в компании Джека и Эпеля. — Тебе удалось вернуться целым и невредимым! И ты все так же раздражающе высок, как всегда! Я боялся, что ты можешь не вернуться, и тогда все то время, которое я потратил, подлизываясь к тебе, было бы потрачено впустую... Фух! Что за обуза! – сразу напал на льва с претензиями Рагги, но как бы то не было, Бьян знала, что тот был рад его видеть. — Твое приветствие только что перечеркнуло все подлизывания, которые ты когда-либо делал, Рагги, – непринужденно хмыкнул Леона, словно это не ему сказали обидные слова. — Ой, простите меня. Наверное, я был так рад, что мой босс вернулся, что просто вырвалось! — скукожился Рагги, повиснув уши, видимо поняв, что сболтнул лишнего. — Хм. Наглость у этого парня. Пока у этой парочки Саваналоу была своя атмосфера, Бьян уже во всю обнималась с Джеком и Эпелем, которые безумно были рады встретиться вновь. — Рад что с тобой все в порядке, – слезными глазами, сказал Эпель, повиснув на шее Бьян, а та, в свою очередь, обнимала его в ответ. — А я-то как рада, – сказала Бьян, уже обнимая Джека. — Кажется, мы всех переполошили. — Есть такое, – кивнул Джек. — Давайте уже расходится, – недовольно проворчал Леона, дергая ушами. — Мне хватило «изгнание беса» с головой. Я хочу поесть, принять ванну и лечь спать. Эй, Рагги. Приготовь мне что-нибудь. Мне все равно, что это такое, главное, чтобы в этом было хоть какое-то мясо. Бьян с легкой усмешкой покачала головой. Что что, а Леона ничуть не изменился. Вдруг, мимо Бьян рещко пролетала какая-та белая фурия, которая что-то кричала, а в следующую секунду, оно налетело на бедного Джамиля, повалив того на землю. — Джамиль! Я так рад, что ты в безопасности! Ты знаешь, как я волновался?! Ты ранен?! Дай-ка я на тебя посмотрю! Белой фурией оказался Калим, который в наглую уселся на животе тяжело кряхтящего Джамиля, который пытался скинуть своего старосту. — Ну, теперь, когда ты набросился на меня, у меня определенно болит спина, – недовольно проворчал Джамиль. — Что случилось?! Нет, мы можем поговорить позже! Я позову лучшего врача во всей стране! – взволнованно затараторил Калим, пытаясь найти на Джамиле хоть какие-та травмы. — В этом нет необходимости! Блин ... – тяжело вздохнул Джамиль. — Никогда не думал, что почувствую облегчение, увидев твое лицо. В любом случае, ты меня раздавил. Не мог бы ты, пожалуйста, отвалить?  — Извини, я думаю, у меня подкосились ноги от чистого облегчения... – извинился Калим, слезая с бедного юноши и почти сразу налетев на Бьян, благо не повалив на землю. — Бьян! Ты тоже вернулась! Мы все безумно испугались за тебя! А потом Джейд сказала, что худшее, возможно, уже случилось, и это напугало меня еще больше!  — Я просто озвучил возможность. Я не хотел никого еще больше расстраивать. Едва Бьян смогла отойти от резкого появления Калима, как, откуда не возьми, за спиной Бьян появились братья Лич, один из которых обнял ее из-за спины. — Наконец-то Креветочка вернулась, – довольно протянул Флойд. — Джейд, я бы предпочел, чтобы вы не списывали людей со счетов, даже гипотетически, – фыркнул Азул на ранее заявление Джейда. — Прошу прощения, – улыбнулся Джейд. — Я рад видеть, что вы все живы и здоровы. — Ахаха! С возвращением, Азул, – переключился на своего босса Флойд. — Ты вернулся довольно быстро. Ты только что обуздал этих придурков и вернулся сам?  — В этом было что-то еще, но, по сути, да. Надеюсь, вы управляли Mostro Lounge в мое отсутствие? – сразу перешел к делу Азул. — Да, но, учитывая, что в кампусе последние два дня царил хаос, у нас не было посетителей.  — Что? Он работает в минус два дня подряд ?! Это ужасно. Завтра первым делом мне придется отправить Стиксу запрос о возмещении ущерба. Давайте вернемся в гостиную, чтобы я мог просмотреть… — Притормози, Азул. Сначала надо предупредить учителей, что мы вернулись, – притормозил Азула Риддл. — РИДДЛ! Ты в порядке? Теперь к Риддлу прибились Трей и Кейтер, которые с волнением начали осматривать своего старосту. — Ах, Трей. Кейтер. Извините, что побеспокоил вас, – извинился Риддл, который был рад встретиться со своими друзьями. — Мне было интересно, из-за чего весь этот переполох. Я вижу, вы все вернулись! Рад видеть, что все целы и невредимы, – послышался посторонний голос за спинами друзей. Обернувшись, Бьян увидела приближающих к их месту сборища Лилию и Маллеус. — Я думал, прошло всего два дня с тех пор, как вы пропали, – задумался Маллеус и, чуть погодя, перевел взгляд на Бьян. — А, Бьян, ты вернулся. ... Мм, да, ты совсем не выглядишь опустошенной. — И я безумно рада видеть тебя, – улыбнулась девушка парню. Хоть общая атмосфера дарила чувства радости, Бьян все равно не покидало ощущение, что она про кого-то забыла. И словно услышав ее мысли, Бьян услышала, как кто-то из далека начал звать ее по имени. — Бьян! Бьян даже не успела разглядеть, как кто-то буквально налетело ей на лицо. Что-то теплое и пушистое. — Бьян! – заревел Грим. — Наконец вернулась! Отцепив Грима от лица, Бьян вже увидела рядом запыхавшихся Дьюса и Эйса. — Привет, я вернулась, – улыбнулась Бьян, но почти сразу получая подзатыльник от Эйса. — НЕ ГОВОРИ МНЕ "ПРИВЕТ, РЕБЯТА", ТЫ АБСОЛЮТНЫЙ БОЛВАН.  — Эй! — Замолчти! Будь благодарен, что я легко отпускаю тебя! Хоть Эйс и возмущался, но Бьян могла понять его. Они волновались за нее и рассказывать о ее «подвигах, вообще не стоит. — Вы двое в порядке? – спросила Бьян, замечая пластыри и бинты на парнях. — Да, теперь нам всем лучше... – кивнул Дьюс, заключая девушку в объятия. — Рад что с тобой все в порядке. — Взаимно, – кивнула Бьян. — Ты... Ты действительно вернулась... – шмыгнул носом Грим. — Я так боялся, что больше никогда тебя не увижу, ребята, Я... Я просто... ВААААХ! Не в силах сдержать эмоции, из глаз Грима потекли крокодиловы слезы, которые Бьян ласково убирала. — Поверь, от меня вы теперь фиг избавитесь, – хихикнула себе под нос Бьян. Наблюдая за всей ситуацией со строны, Лилия просто не смог не сдержать тихий смех. — Хи-хи-хи. Вот что значит быть молодым.  — Люди и вправду, очень необычные существа, – улыбнулся Маллеус, делясь со своими мыслями. — Это правда, – согласился Лилия. — Человеческие жизни так же эфемерны, как шелковая нить на прялке, — и так же легко обрываются. Но их хрупкость может оказаться благом. Переплетение и наслоение этих нитей создает прочный, эластичный гобелен их истории. Таково существо по имени человек — сосед нас, ночных созданий. 

***

Весна, это время пробуждения и обновления, начинает постепенно уступать место лету, и в воздухе ощущается смена настроения. Утренние росы, блестящие на траве, исчезают под ярким солнцем, которое все увереннее заявляет о своих правах. Птицы, заполнившие нас свои радостными напевами, начинают собираться в стаи, готовясь к долгому пути. Листья, теперь уже насыщенно зелёные, начинают терять свою свежесть, приобретая более зрелый оттенок, как будто осознавая, что их время тоже подходит к концу. Всады начинают радуга распустившихся цветов понемногу увядать. Тюльпаны и нарциссы, некогда гордо стоящие в своих цветных одеяниях, склоняются под тяжестью времени. Ароматы свежей земли и цветущих деревьев сменяются горячими духами клубники и малины. Каждый день приносит с собой всё более яркие и тёплые лучи солнца, предвещая, что лето уже на подходе, и время весенних радостей уходит в небытие. С закатом весны приходит тихая меланхолия. Прощаясь с этой прекрасной порой, люди начинают задумываться о том, как быстро пролетело время. Но вместе с этим приходит и ожидание новых приключений. Однако… Для Бьян конец весны всегда являлся настоящим наказанием. И зная, чем закончится очередная весна, ей становится тошно от себя самой. Она ненавидит весну.