Ивент: Тамашина Мина в Закатной Саванне

Легкие горят, но Бьян упорно отбивала удары Лилии и изредка шла в отаку. Сколько прошло время, Бьян не знала, но солнце начало медленно опускаться за горизонт. — ...Ладно, достаточно. Все, подойдите сюда на минуту, – наконец объявил Леона, подзывая ребят к себе. — Ну как они себя показали, Леона? – спросил Калим, который все это время сидел и наблюдал за представлением вместе с Гримом. — Лучше всех из вас троих себя показал Лилия. То, как он атаковал и защищался, совсем не похоже технику любителя. Без сомнения он станет нашей основной фигурой, – подвел итог Леона. Не сказать что Бьян была разочарованна, но приятного было мало. Но она прекрасно понимала, что долгое отсутствие тренировок должны были повлиять на ее. И естественно, основной фигурой турнира ей не быть. — Основной фигурой? Что это значит? – озадачился Калим. — Этот термин относится к ценным фигурам в шахматной игре, – задумался Лилия. — Да. К таким фигурам можно отнести ферзь и ладью, – кивнул Леона. — Вау! Значит, Лилия и вправду очень крут! – восторженно захлопал в ладоши Калим. — Ку-фу-фу. Если вы и дальше продолжите хвалить меня, то я могу начать краснеть, – смутился Лилия. — Есть также второстепенные фигуры, например, конь и слон. Они менее ценные, чем основные фигуры, но тоже имеют свой вес, – продолжил перечислять Леона. — В нашей команде это Вил, так как его способности уступают Лилии. С вами двумя, я уверен, что наша команда одержит две уверенные победы, против среднего противника. Всё в соответствии с планом. — Честно говоря, я рад это слышать. Хотя мне не очень нравится та часть с «менее ценной фигурой», – недовольно хмыкнул Вил. — А обо мне что скажешь? – спросила Бьян. — Ты и Лилия стоишь на одном уровне, однако, ты не бьешься в полную силу, а постоянно сдерживаешь удары, – Леона недовольно дернул ухом. — Ты постоянно отступаешь, а в турнире многое не сделаешь отступлением. Бьян это и сама знала. Она прекрасно помнила, как ее не сдержанность лишила ее будущего и планов. И сейчас ей было просто страшно бить в полную меру, боясь причинить боль. — Опасно развязывать мне руки, – пробормотала Бьян, потирая вспотевший лоб. — Ты же дерешься с зверолюдьми, а тут главное не сдерживаться, – сказал Леона. — Но даже если ты не очень сильна физически, ты способна изучить соперника за пару секунд и застать его врасплох. Если постараешься бороться в полную мощь, то станешь одной из сильных фигур, а пока... Ты пешка. — Как-то ты ее слишком низко принизил, – попытался вступиться за девушку Вил. — Похоже, ты ожидаешь от Бьян многого... – Лилия положил на плечо девушки руку. — Бьян, дам тебе совет, не надо сдерживаться. Даже я заметил, что ты стараешься не вкладывать всю силу в удары. Я конечно признателен, но эта ситуация, когда надо сдерживаться. К тому же, тебе же не надо добить противника, а лишь схватить бусы. — Попробую, – кивнула Бьян, окончательно приуныв. — На этом тренеровка окончена. Возвращаемся в отель, – сказал Леона, разворачиваясь в сторону автомобиля.

***

По дороге в отель, Бьян сидела погрузившись в свои мысли и глядя на мелькавши в окне пейзаж. Слова Леоны сильно расстроили девушку, но понимала, что иначе быть не могло. Лучше уж быть пешкой, чем избить человека до больничной койки. — Хм? Кто это стоит перед комнатой Джека? От раздумий девушку отвлек Калим. Оказывается, их компания уже вернулась в гостиную и остановились у веранды. В коридоре, ведущий к гостиничным номерам, у двери Джека стояла какая-та женщина. Она что-то говорила в приоткрытую дверь. — Это медсестра, которую позвал Кифаджи, чтобы позаботиться о Джеке, – Леона дождался когда женщина подойдет ближе. — Как он поживает? — Его состояние значительно улучшилось, сейчас он отдыхает, – отозвалась женщина слегка склонив голову. — Понятно. Дождавшись ответного кивка, женщина поспешила удалиться. — Приятно слышать! – улыбнулся Калим. — Я так голоден! Давайте что-нибудь поедим! – воскликнул Грим. — Сейчас, когда ты об этом сказал... Я тоже чувствую голод, – смутится Лилия. — Ужин скоро подадут. Сегодня на ужин подадут барбекю, – объявил Леона. — Не могу дождаться! Пойдёмте скорее! – Грим начал активно зазывать ребят, ринувшись к площадке под барбекю. — Вау, тут так много мяса! – Калим от восторга даже рот открыл. — ...Я представлял себе немного другое, – поджал губы Вил, глядя на разнообразие мяса. — Что вы имеете ввиду? Это самое обычное барбекю, – недоумевал Леона. — Здесь есть свинина, говядина, курица... Стейки, колбасы, кебабы, рёбрышки, ветчина, бекон... – Вил начал злиться. — Исключительно мясо!!! Разве вы не используете овощи и морепродукты для барбекю?! Это полная противоположность сбалансированному питанию! Дай угадаю, это твоих рук дело, не так ли, Леона? — Хех, кто знает, – Леона начал открыто насмехаться над Вилом, явно веселясь с его недовольством. — Не беспокойтесь. По распоряжению камергера Кифаджи сейчас подадут и другие, не мясные, блюда, – заверил Вила шеф повар, который решил успокоить модель. — Будь проклят этот Кифаджи. Я так старался быть тактичным и накормить всех феерией из мясных блюд, – недовольно проворчал Леона. — Спасибо за заботу камергера, – теперь пришла очередь Вила улыбаться. — Этот стейк такой вкусный! Он такой красивый и мясистый, всё как я люблю, прямо в точку! – с полными щеками воскликнул Грим. — Мы словно сошли с ума, съедая эти огромные стейки, которые готовятся прямо перед нами на гриле! Какое замечательное чувство, – улыбнулся Лилия, наслаждая вкусом дымка от мяса. Бьян тоже решила себя порадовать, наложив себе пару кусочков мяса с каким-то вкусным соусом. — Это прелесть барбекю. Вы бы не смогли съесть что-то подобное в обычном ресторане, – довольно согласился Вил. — А так как шеф-повар готовит прямо перед нами, тут царит атмосфера роскоши, которой нет на обычном барбекю. — Похоже, тебе понравилось несмотря на то, что ты больше всех ворчал из-за того, что здесь есть мясо, – припомнил тому Леона. — Конечно же я не против мяса. Но есть исключительно его я не хочу. Однако, на удивление, эти мясные блюда очень даже не плохи. Их можно даже назвать полезными, так как весь лишний жир стекает прямо в гриль. Вил демонстративно отвернулся от Леоны, который продолжал ухмыляться.

***

После плотного ужина, ребята разошлись по комнатам. Однако, неожиданно, Леона позвал девушку за собой и, к удивлению, повез ее обратно во дворец. И тут Бьян вспомнила, что обещала Чеке встретиться вечером и Леона решил сплавить племянника на неё. — После того как Чеку заберут спать, далеко не уходи, – неожиданно попросил Леона. — Зачем? – удивилась Бьян. — Я хочу провести еще одну тренировку, – кратко объяснил Леона не отрываясь от дороги.

***

В коридоре дворца эхом раздавался смех Бьян и Чеки. Мальчик заливался смехом, убегая от Бьян, которая наступала. И вот, на очередном развороте, Бьян сумела поймать Чеку, слегка закружив в своих объятиях. Вывернувшись в руках девушки, Чека обнял ее за шею в ответ, все ещё смеясь от детского восторга. Светлые волосы Чеки растрепались от бега, а в глазах плясали искорки восторга. Бьян улыбнулась, и эта улыбка, казалось, озарила все вокруг. В ее движениях сквозила легкость и грация, словно она была феей, сошедшей с небес, чтобы поиграть с ребенком. За последние пару часов, они строили замок из песка, и Бьян терпеливо объясняла мальчику, как правильно утрамбовывать песок, чтобы стены были крепкими. Мальчик увлеченно повторял за ней, его маленькие ручки старательно выводили башенки и арки. Она смеялась над его забавными ошибками и хвалила за успехи, поддерживая его энтузиазм. В какой-то момент он сорвал ромашку и протянул ей. В ее глазах отразилось удивление и нежность. Она приняла цветок с благодарностью и заплела его в свои волосы. В этот момент они казались двумя беззаботными детьми, наслаждающимися простыми радостями жизни. — С тобой очень весело Бьян! – хихикнул мальчик. — А ты останешься подольше после турнира? — Нет, Чека, – Бьян поставила мальчика на землю приглаживая его влажные волосы. — После турнира я уеду, но я постараюсь ещё как нибудь приехать. — А куда ты поедешь? – продолжал расспрашивать девушку Чека. — Не знаю, просто в путешествие с моим молодым человеком. На лице девушки снова расцвела нежная улыбка. Она сама не ожидала, что будет так сильно скучать по Джамилю, даже не смотря на то, что они находятся так близко. У них даже не было возможности позвонить друг другу, но Бьян надеялась что они дополнят это в путешествиях. — У тебя есть парень? — Да, есть. — Мне тоже нравится одна девочка, – поделился секретом Чека. — И когда я вырасту, она станет моей невестой! Такое заявление Чеки вызвало у Бьян ещё один приступ смеха. — Надо же, такой маленький, а уже невеста есть, – Бьян снова взяла Чеку на руки, усадив его себе на руку. — Любить это хорошо, Чека, но запомни одну вещь, нельзя заставить человека любить насильно. Когда повзрослеешь, спроси, нравишься ли ты ей или нет? Этого будет вполне достаточно для начала. — Ага, – кивнул Чека. — Чека-сама, Вам пора спать. Голос прислуги раздался так неожиданно, что Бьян даже успела вздрогнуть. Чека тут же приуныл, но покорно отдался в руки служанки. — Не грусти, ещё завтра поиграем, – заверила мальчика Бьян, щипнув за щеку мальчика, вызвав у него чувство щекотки. Помахав уходящему Чеке рукой, Бьян позволила себе подойти к окну коридора и присесть на подоконник. Каким бы Чека не был милым ребенком, он сильно измотал девушку. — Ну? Как провели время? Бьян опустила голову вниз, откуда исходил голос, и обнаружила сидящего на земле Леону, который кажется задремал. — Не плохо, – кивнула Бьян. — Но признаю, твой племянник умеет выматывать. — Вот поэтому я и недолюбливаю этот комок шерсти, – Леона поднялся с земли, разминая затекшее тело. — Надеюсь у тебя останется сил на тренировку. Леона помог Бьян спуститься со стороны улицы, благо это был первый этаж. — С чего это ты захотел провести дополнительную тренировку? – все ещё недоумевала девушка. — Хочу кое-что проверить. Леона упорно вел Бьян по коридорам дворца, которые потихоньку начинали вести куда-то на нижний ярус. И вот, перед Бьян предстали большие белые двери, которые Леона отворил без труда. Яркий свет солнца на секунду ослепил Бьян, но проморгавшись девушка с восторгом начала рассматривать новое место. Спортивный зал во дворце поражает великолепием и функциональностью. Высокие потолки украшены лепниной, а огромные окна, находящиеся почти под потолком, впускают море салящегося солнца, отражаясь в глянце паркетного пола. Современные тренажеры из хромированной стали и черной кожи расставлены с безупречным вкусом. В одной части зала располагается зона для кардио-тренировок с беговыми дорожками и эллипсоидами, оснащенными сенсорными экранами. В другой – силовые тренажеры для проработки различных групп мышц. Зеркальные стены позволяют контролировать каждое движение. — Времени нет, поэтому перейдем сразу к делу. Бьян в последний момент успела увернуться от кулака Леоны и едва не запутаться в ногах. — Ты чего?! Бьян недоуменно смотрела на Леону, попутно уворачиваясь от его кулаков. Она честно недоумевала, что происходит и ей начинало становится страшно. И этот испуг сыграл с ней плохую шутку. В очередной раз, когда Леона попытался ударить Бьян, девушка окончательно повалилась на землю, откашливаясь от поднятой пыли. — Плохо, – мрачно заключил Леона, поднимая Бьян на ноги. — Многие зверолюди довольно быстрые и должна быть готова ко всему. — Просто это случилось слишком неожиданно, – смутилась Бьян, осознавая, что это было начало тренировки. — Зверолюди не всегда будут предупреждать о нападении, – Леона снова замахнулся на Бьян, но она успела подставить предплечье в качестве щита. — И тебе надо научиться давать сдачи. — Леона, – Бьян тяжело вздохнула, опуская руку. — Ты просто понятия не имеешь, что делаешь своим разрешением действовать в полную меру. — Иначе никак, – продолжал наступать Леона. — Закатная Саванна – это не то место, где сдерживаться. Здесь как в природе, выживает только сильнейший. А теперь попробуй ударить меня. Бьян занесла кулак, но вместо Леоны, рука рассекла воздух. Его грива развевалась в такт уклонениям, а глаза, зеленые и насмешливые, следили за каждым ее движением. Бьян наносила удар за ударом, но каждый раз ее кулак рассекал лишь воздух. Леона, как настоящий кот, грациозно танцевал, играючи избегая ее атак. Внезапно, Леона перехватил ее руку, сжав запястье в своей мощной лапе. Бьян попыталась вырваться, но хватка была железной. Одним быстрым движением Леона подставил ей подножку, и Бьян, потеряв равновесие, рухнула на землю. Воздух выбило из легких, а в глазах потемнело от неожиданности. Лев стоял над ней, его тень накрыла ее тело, и в этот момент она почувствовала себя беспомощной добычей в его лапах. — Начинаешь меня разочаровывать, – продолжал насмехаться Леона. Бьян начинала потихоньку выходить из себя. Быстро вскочив на ноги, Бьян с новым рвением начинала наносить удары, от которых Леона теперь не только уворачивался, но уже и отбивал. — Уже не плохо, – довольно хмыкнул Леона, перехватив кулак девушки в свою ладонь. — Удар почти такой же, как при первой нашей встречи. Значит, чтобы ты билась в полную силу, тебя надо вывести на эмоции? Только сейчас Бьян догадалась, что Леона ее провел. — Да что ты за человек?! – Бьян раздраженно вырвала руку из чужой хватки. — Не смей играть на моих эмоциях! — Если бы ты нормально дралась, я бы не играл бы! – Леона тоже начинал злиться. — Я же сказала, это опасно! И это не просто слова – это факт! Я готова быть пешкой, но не надо так делать! Бьян отвернулась от Леоны, вдыхая воздух сквозь зубы, пытаясь успокоиться. Сейчас ей надо успокоиться, пока она не наделала новых ошибок. Девушка устало съехала по стене на пол, уткнувшись лбом в согнутые колени. Рядом послышался другой глухой звук, Леона упал рядом с Бьян и что-то обдумывал. — Это как-то связано с тем, что ты покинула спорт? – спросил Леона. Бьян кивнула и, чуть погодя, сказала: — Два года назад я не знала другой жизни без спорта. У меня были планы на будущее и те соревнования должны были быть решающими в моей жизни. Но до судьей дошли информация, что я избиваю своих соперников до больничной койки. По итогу, они посчитали это немыслимым и запретили мне участвовать в тех соревнованиях, чтобы я «подумала над своим поведением». А для меня это был конец. Мне казалось, что что-то во мне сломалось. Все мечты, планы, будущее… Все было разрушено одной подписью моим тренером, который стал на их сторону. И я решила окончательно покинуть спорт. Какой смысл дальше бороться? Леона слушал Бьян не перебивая и понимая. Чем-то они все-таки были похожи. — Но дело было не в самих соревнованиях? Верно? У Леоны были смешанные чувства. Бьян так жаждала учавствовать в соревнованиях, жила спортом и после одного провала бросает дело своей жизни. Что-то тут было не так. — Эти соревнования должны были быть решающими. Если бы я хотя бы попала в них, то я бы смогла уехать из города. Теперь пазл сложился. Бьян была готова драться, лишь бы уехать из родного города. — Неужели жизнь с матерью была настолько невыносимой? — Очень, – кивнула Бьян. — Мне было невыносимо находиться в одном городе с ней. А эти соревнования, гарантия моей свободы. Я бы уехала из города, мне бы предоставили обучение… Но этого не произошло. Теперь Леоне стало немного легче понять девушку. Она боялась снова сорваться. Но Леону не покидало ощущение, что Бьян боялась ещё чего-то. И девушка пока не собиралась рассказывать об этом. — Тебе просто надо научиться вкладывать свои эмоции в движения, – Леона поднялся на ноги. — Пошли продолжим. Тренировки продолжились, но что-то изменилось. Каждое движение – воплощенная ярость, каждое касание – взрыв энергии. — Видишь? – прорычал он, повернувшись к девушке. – Не сдерживай себя! Ярость – это не враг, а оружие. Просто направь его. Первый удар был робким, неуверенным. Но с каждым следующим движением ее глаза загорались, тело наполнялось силой. Ярость, копившаяся внутри, вырвалась наружу, преобразуясь в мощные, точные удары.

***

Солнце, утомленное долгим днем, медленно опустилось за горизонт, окрашивая небо в багровые и золотистые оттенки. Последние лучи скользили по верхушкам деревьев, прежде чем окончательно раствориться в сумерках. Наступала ночь. В длинном коридоре дворца, на широком подоконнике, сидела Бьян в ожидании Леоны, который должен ее отвести обратно в отель, но куда-то запропастился. Ее силуэт едва различим в полумраке, но вот взошла луна. Серебристый свет коснулся ее лица, высвечивая тонкие черты, печальные глаза. Лунный луч, казалось, ласкал ее щеки, шею, плечи. Она смотрела на луну, словно видела в ней отражение собственных мыслей и чувств. Холодный свет ночного светила успокаивал ее, дарил надежду. Вокруг царила тишина, лишь отдаленный шум ночного города доносился сквозь толстые стены дворца. Девушка продолжала сидеть, погруженная в свои раздумья, под лунным светом, который был ее единственным собеседником в эту ночь. Вдруг, Бьян почувствовала дрожь в кармане. Это оказался телефонный звонок. Только прочитав имя контакта, Бьян, ни секунды медля, тут же ответила на вызов. — Привет, Джамиль, – первая ответила Бьян, расплывшись в улыбке. — Привет. Бьян слышала что парень тоже улыбался, но одновременно с этим, она чувствовала как сильно он вымотался за целый день, бегая и давая указания слугам. Сама Бьян тоже была выжата, Леона очень хорошо постарался. Остается надеяться, что это принесет свои плоды. — Как ты там? – в трубке послышался шорох, видимо, Джамиль лег на кровать и наверняка поставил телефон на громкую. — Ну, как? – Бьян невольно обвила взглядом коридор. — Не плохо. Но я безумно скучаю. — И я скучаю. Уже завтра начнется турнир, а после я передам свои дела старшей прислуга и мы рванем в путешествие. — Буду ждать, – Бьян с улыбкой посмотрела на луну. — Но что-то мне подсказывает, что мы встретимся намного раньше чем думаем. — Надеюсь на это. Ладно, мне надо идти, я позвоню завтра после турнира. — Хорошо, удачи. — Спасибо. Бьян, не хотя, убрала телефон с уха, откуда послышались неприятные гудки. Честно, Бьян хотела встретиться с Джамилем в отеле, но решила повременить, поскольку не хотела «добивать» Джамиля ещё одной новостью. Лучше будет, если они встретятся после турнира. Вдруг, рядом послышались медленные, неторопливые шаги, с легким шаркающим звуком. Оглянувшись, Бьян увидела Кифаджи, направляющегося к ней. — Прошу прощения за беспокойство, но кое-кто хочет Вас видеть. — Кто? – удивилась Бьян. — Король Закатной Саванны, Фарена-сан.

***

Бьян покорно шла за Кифаджи, при этом нервно сжимая кулаки. Вот, зачем нынешнему королю желать с ней встречу? Может, он узнал о том, что она заткнула Кифаджи и очень зол? Навряд ли, Кифаджи не тот кто будет жаловаться. А может Леона что-то сболтнул? А смысл? Да и что он мог сболтнуть? От всех этих мыслей у Бьян снова разболелась голова. Шли секунды и, наконец, Кифаджи остановился напротив больших дверей с золотыми ставками. — Вам сюда, – Кифаджи учтиво кивнул на дверь. — Что-то у меня плохое предчувствие, – пробормотала Бьян, неловко подходя к двери. — Не стоит бояться. Кифаджи постучал в дверь, которую кто-то открыл с той стороны, тем самым пропуская девушку внутрь. И как оказалось, Кифаджи привел Бьян в, что-то напоминающего, зала заседаний. Высокие арочные окна, обрамленные резным камнем. Стены украшены гобеленами, изображающими сцены из истории Саванны: от легендарных вождей до подписания мирных договоров. В центре зала – люстра из факелов, которые и освещали комнату, не давая ей погрузиться во мрак. Но Бьян привлекло внимание то, что происходило в середине комнаты. В комнате стоял массивный, крупный стол. И выглядел так, словно дерево разрубили по полам, приделали ножки и поставили в зал. Вокруг стола – кресла, обтянутые кожей цвета слоновой кости, каждое с гербом государства. Но стол не был пустым. Бьян сразу узнала Леону, развалившегося на одном из кресел и, к удивлению Бьян, со всей серьезностью смотрел в какие-то документы. Бьян также привлек его собеседник. Это был ещё один зверочеловек лев, лет тридцати, с ярко рыжей гривой, с украшениями на руках и на шее. Одет он был в белую ткань, на манер древней Греции, что очень красиво подчеркивало его подкаченное тело. Он нависал над столом и что-то напряжено пытался рассмотреть перед собой. «Видимо, это и есть брат Леоны, Фарена», – подумала Бьян. — Ты скоро дырку прожжешь в столе, – обратился к собеседнику Леона, не отрываясь от бумаг. — Я хоть что-то пытаюсь придумать! Нервны Фарены видимо сдали и тот, выдохнув сквозь зубы, зарылся в свою шевелюру. И вот, он заметил Бьян, которая старалась слиться со стенкой, но сильно выделялась за счет белой футболки. Мужчина хотел уже что-то ей сказать, даже улыбнулся, как тут же на лице мужчины появилось знакомое замешательство, медленно переходящее в шок и неловкость. Огонь в масло начал подливать Леона, с явным весельем глядя на мужчину, словно издеваясь. «Скотина, лучше бы мне помог», – мысленно кричала на парня Бьян. Не важно, как сейчас ведет себя Леона, но надо было соблюсти банальные правила приличия. Какой бы вежливой Бьян не хотелось быть, но садиться в реверанс она не собиралась. Она ограничилась лишь медленным кивком головы. — Приветствую Вас, Фарена. Голос Бьян вывел Фарену из гипноза и тот соизволил наконец хоть что-то сказать. — Здравствуй, ты, вероятно, и есть тот самый, кхм, извиняюсь, та самая Бьян Баш. Ты проходи, не стой на пороге, – Фарен очень активно начал подзывать Бьян, словно они были давними знакомыми. Бьян покорно подошла к столу, все еще не сводя взгляда от Фарены, который по прежнему продолжал улыбаться. — Для меня честь познакомиться с другом Леоны, – Фарена, как настоящий джентльмен, поцеловал ладонь девушки. — Правда он утаил что Вы девушка. «Да ты вообще не должен был знать о моем существовании», – подумала Бьян, но, естественно, так не сказала в слух. — Я его попросила, – кивнула Бьян, решив перейти к сути. — Но зачем Вы хотели меня видеть? — О, прошу, зови меня просто Фарена, – попросил мужчина. — А позвал я тебя по одной просьбе. Мужчина слегка отошел в сторону, давая девушке больше пространства у стола. Подойдя ближе, Бьян сразу увидела множество карт столицы, какие-то линии на них, словно изображали чей-то путь, а главное, на столе лежали бумаги с прикрепленными фотографиями к ним. И к своему испугу, Бьян обнаружила что на фотографиях изображены дети. «Пропавшие дети», – догадалась Бьян. — Думаю, ты уже слышала о пропаже детей в Закатной Саванне? – Фарена снова уперся руками в стол, прожигая уже ненавистные фотографии. — Хотелось бы попросить у тебя помощи в поисках. — И чем бы я могу помочь? – недоумевала девушка. — Я рассказал ему что ты Видящая, – подал голос Леона, откинув бумагу на стол. — Детей ищут уже пару месяцев и никаких улик. — Положение у нас бедственное и мы готовы даже привлечь самые необычные способы расследования, – закончил за братом Фарена. — Ты сможешь хоть что-то узнать? По хорошему, Бьян должна была рассердиться на Леону, но ее гнев развеялся, как только она узнала причину. Она понимала чувства Фарены и знала, что она обязана помочь хоть чем-то. Бьян аккуратно взяла одну из бумаг и начала рассматривать фотографию маленького мальчика, примерно лет пяти. Судя по маленьким ушам, в черно-белую полоску, это был ребенок зверочеловек зебра. Мальчик был щупленьким, черноволосым и с голубыми глазами. Обычный пятилетний мальчик, ничего особенного. — Думаю, я смогу, – кивнула Бьян, присев на стул и не сводя взгляда с глаз ребенка. — Мне нужно пару минут тишины. — Да, конечно. Однажды в детстве, Бьян слышала от Рады, что «глаза – это зеркало души». Глядя в глаза, можно было многое сказать о человеке, но также можно было и увидеть. Бьян часто видела, как Рада, смотря человеку в глаза, могла предсказать ему будущее. Сама Баш такое не пробывала, а потому, была не уверена, справиться ли она? Однако, она согласилась помочь, а значит, она не могла подвести. Бьян склонилась над фотографией, всматриваясь в глаза мальчика. В них была какая-то пугающая пустота, от которой по спине пробегали мурашки. Она словно проваливалась в этот взгляд, теряясь в его глубине. И вдруг – вспышка.

***

Темная комната, тусклый свет одинокой лампочки, свисающей с потолка. От ее мерцающего света тени на стенах казались живыми, танцующими призраками. Ряд железных кроватей, скрипящих под тяжестью детских тел. Мальчик, тот самый с фотографии, сидит на своей кровати, обхватив колени руками. Вокруг него – другие дети, с такими же потухшими взглядами. Страх и безнадежность витают в воздухе, пропитывая каждый уголок этого мрачного места. В этой же комнате, словно из воздуха, появилась белая дымка, вскоре преобразовавшись в тело молодой женщины. Она обвела взглядом детей, но дети даже не обратили на нее внимание. Они не видели ее. Вдруг, женщина, словно почувствовав что на нее кто-то смотрит, резко подняла голову.

***

У Бьян неожиданно возникло желание выкурить трубку, как часто это делала Рада. Видение было настолько ярким и реальным, что она чувствовала запах сырости и затхлости этой комнаты. — Ну что? – спросил Леона. Бьян поднялась и склонилась над столом, начиная перебирать фотографии детей. Фотографий было всего семь и введении Бьян их тоже было семь. А это означало… — Они живы, все семеро, – облегченно выдохнула Бьян, узнавая каждого ребенка на фотографий. — Они находятся в какой-то темной комнате, кроме кроватей и лампочки, там ничего нет. — Это хоть радует? – кивнул Фарена. — Но где именно, ты знаешь? Учитывая, что Бьян считывала с глаз мальчика картинку, это значит, что мальчик сам не понимал, как оказался там. Либо разум сыграл с ним плохую шутку. К тому же, не стоит забывать и о женщине бело. Бьян понимала, она не живая, потому и дети ее не видят. Но что ей надо от них. — Нет, – к сожалению, Бьян покачала головой. — А что вообще известно о похищенных детях? — Обычные дети, ничего общего, – нахмурился Леона. — Все дети из разных городов и не разу не пересекались, ходили в разные детские сады и школы, разных видов зверолюдей. Вообщем, ничего общего. — Изначально мы думали, что детей похитили в качестве выкупа, – продолжил Фарена. — Родители имели разный достаток, зависимо от города, но никаких посланий не последовало. — А как дети вообще пропали? – спросила Бьян, задумавшись над ситуацией. — Неужели никто ничего не видел? — Все по разному, – Леона протянул Бьян фотографию одного из детей, кажется, это был маленький ягуар. — К примеру, Джейми, он пропал по дороге в булочную, куда отправила его мать. Продавец видел мальчика и сам отдал ему заказ, а после мальчик пропал, не дошел до дома. Больше свидетелей не было. Остальные дети пропадали по одному сценарию, когда родителей и свидетелей не было рядом. — Правда последнее похищение произошло прямо в доме, когда вся семья спала, – подхватил Фарена. — Это все что пока известно. Бьян призадумалась. Да, дети все разные, их возраст колеблется от пяти до семи лет, жили в разных городах и все разных видов. Одна догадка была у девушки, но о ней было страшно думать, но она напрашивалась сама собой. Любопытствуя, Бьян потянулась к карте, которую Фарена помог подвинуть ближе. На карте были изображены города Закатной Саванны. Здесь были названия улиц, дома, сады, больницы и многое другое. Тут же были обведены красной ручкой дома, в которых проживали дети. Да, дети из разных городов, хотя двое были из одного, но судя по всему, проживали на разных концах. От домов вели такие же красные дорожки и круги, где предположительно были похищены дети. Придраться было не к чему. Теперь ясно, почему братья так отчаялись, что решили обратиться к Бьян за помощью. Вдруг, Бьян спиной почувствовала леденящий холод, который опалил ей спину. Оглянувшись через плечо, Бьян замерла, боясь пошевелиться. За спиной Бьян стояла та самая девушка из ее ведения. Теперь Бьян могла ее разглядеть подробно. Белое платье, некогда роскошное, теперь свисала белой тряпкой, колыхавшейся в такт невидимому ветру. Длинные темные волосы, рассыпавшиеся по плечам, скрывали бледное лицо, на котором застыла тень былой красоты. Глаза, если их удавалось разглядеть в полумраке, горели холодным огнем тоски, отражая бесконечность потерянного времени. Ее движения были плавными и бесшумными, словно дыхание осеннего листа. В ее присутствии воздух становился прохладным, а в сердце зарождалось необъяснимое чувство утраты. — Ты чего? Бьян почувствовала, как Леона потряс ее за плечо, но она даже не думала отрываться от призрака. Сама женщина начала медленно приближаться к Бьян, а подойдя, обошла девушку, нависая над картой, над которой до этого мучалась Бьян. — Тут девушка, – прошептала Бьян, медленно разворачиваясь обратно к столу. — Какая девушка? – растерялся Фарена, не до конца понимая, о ком говорила Бьян. — Мертвая, – выдохнула Бьян. Фарена вздрогнул, наконец осознавая, что Бьян говорила о той, кого может видеть только она. Вот она, сила Видящей. — Сможешь описать? – поинтересовался Леона тоже невольно напрягшись. Он никого ре видел, но ощущал, как в воздухе стало на пару градусов ниже. Но в Закатной Саванне всегда тепло, даже зимой, а тут прохлада, словно из холодильника. — Молодая, лет тридцати, черные волосы, голубые глаза и белое платье, – описала ее Бьян, вглядываясь в спину девушки. — Я видела ее в видении, она была с детьми… Она хочет помочь. Девушка оглянулась на Бьян, тем самым говоря, чтобы та подошла ближе. Бьян ничего не оставалось, как подчиниться. Встав рядом с девушкой, Бьян начала следить за тем, как девушка, подняв свою тощую ручонку, начала медленно вести пальцами по карте, пока не остановилась на одном из домов. Бьян хотела прочитать название улицы, как девушка прошептала: — Начинайте здесь. Идите туда. Сказала и растворилась в воздухе. Бьян судорожно вдохнула воздух, только сейчас осознавая, что все это время она боялась даже вдохнуть. Не теряя времени, Бьян быстро нашла точку, на которую показала призрак. — Что здесь находится? – спросила Бьян, поставив пальцем белое здание. Братья глянула через ее плечи, присматриваясь к зданию. — Сова-Мед, – отозвался Леона. — Самая крупна клиника в Закатной Саванне. Эта клиника считается одной из лучших, поэтому туда съезжаются люди со всех городов. А что? — Она сказала ехать туда и начинать поиски от туда, – Бьян задумчиво потерла лоб. — И, кажется, это то что мы искали. — То есть? – недоумевал Фарена. — Смотрите, если эта клиника такая хороша, что туда приезжают даже из других городов, значит там могли быть и наши пропавшие дети с родителями, – потихоньку, Бьян начинала осенять. — Семьи детей имели хороший достаток, значит им хватило бы средств на дорогу. Родители могли конечно обратиться в клиники в своих городах, но любящие родители никогда не станут экономить на здоровье ребенка и, естественно, захотят обратиться в одну из самых лучших клиник. Так, почему бы туда не могли приезжать наши похищенные? Бьян расползлась в улыбке, стоило осознать, что первая зацепка была найдена. Фарена был такого же мнения, ну и Леона от части. В глазах мужчин вспыхнул огонь, измученных бессонными ночами и отчаянием, когда на столе появилась первая, такая долгожданная зацепка. Это был не просто проблеск надежды, это было пламя решимости, опаляющее сомнения и усталость. — Кифаджи! – крикнул на дверь Фарена. Дверь тут же приоткрылась и и из-за двери выглянула голова Кифаджи. — Слушаюсь, – кивнул он. — На рассвете отправь поисковую группу в Сова-Мед, выясните, состояли ли дети на учете, к какому врачу они числились, выясните все что сможете! — Слушаюсь, – повторил Кифаджи и снова скрылся в коридоре. Едва дверь закрылась, как Фарена подхватил Бьян на руки, закружив в своих «смертельных» объятиях. — Бьян, ты настоящая находка! Спасибо тебе! Теперь дело сдвинется с мертвой точки! — Н-не за что, – с трудом прохрипела Бьян, пытаясь выбраться из объятий. «Теперь понятно в кого пошел Чека», – промелькнуло в мыслях девушке. Леона раздраженно подошел парочке и ловко вытащил Бьян из «объятий», поставив на место. — Да-да, теперь ты сможешь продолжить поиски, – Леона сказал это так, словно его это никак не касалось. — Полагаю, теперь мы можем вернуться в отель. — Да, конечно, – кивнул Фарена. — Но, Леона, мне бы хотелось переговорить с тобой о некоторых делах страны. — Нет, – тут же отозвался Леона, начиная злиться. — Ты просил позвать Бьян, я позвал, более я тебе не обязан. — Но как принц, ты тоже обязан участвовать в развитии своей страны и народа, – продолжал настаивать Фарена. — Какой смысл пытаться, если я даже не в состоянии издать свой собственный указ, без твоего вмешательства?! Взгляд Бьян был прикован к разворачивающейся перед ней драме. Два брата, две стороны одной медали, сейчас казались совершенно чужими. В воздухе повисла густая тишина, прерываемая лишь резкими, обидными словами, каждое из которых, казалось, ранит её глубже, чем самих братьев. Бьян видела в них отражение прошлого, счастливого и беззаботного, когда их единственным оружием были шахматные фигуры, а сражения заканчивались объятиями. Сейчас же в их глазах горел огонь непримиримости, отравляющий всё вокруг. Пора заканчивать это представление. «Я же обещала, что возьмусь за вас», – по лицу девушки расползлась хитрая улыбочка. Братья Кинсолард так бы и продолжили ругаться, как оба почувствовали как не могут вымолвить ни слова, а тела словно окаменели. — Оба сели. Спокойный, но строгий голос Бьян разрезал короткую тишину. Братья просто не могли сопротивляться, а потому, покорно сели на свои места. Бьян вальяжно села между ними, начиная складывать бумаги в одну стопку. — Я долго следила за вами и у меня есть к вам серьезный разговор.

***

За дверью кабинета разгорался нешуточный спор. Голоса, то повышаясь до крика, то опускаясь до зловещего шепота, проникали сквозь толстые дубовые панели. Кифаджи, уже не скрывая своего любопытства, прислонился к двери, невольно вздрагивал от каждого особенно громкого выпада. — Что за крики? Кифаджи вздрогнул, но узнав голос, тут же поклонился. — Ваше Величество. К Кифаджи подходил старый, но все еще мужественный лев, чью темную гриву тронула седина, а на лице выступили морщины. Но глаза льва по прежнему горели огнем. — Вам не о чем волноваться, просто… Кхм, воспитательная беседа. Кифаджи замялся, толком не зная, как мягко объяснить Его Величеству, что его сыновей сейчас «воспитывала» какая-то девушка. — Воспитательная беседа? – старик недоверчиво поднял бровь, продолжая улыбаться. Кифаджи хотел тут же исправить свое выражение, как громкие крики буквально перебили его, полностью оглушая собеседников. — Да как ты не понимаешь?! Если мы проведем банальное водоотведение, жизнь людей в Саванне преобразиться! — Это ты не понимаешь! Провести водоотведение – это означает раскопать пол Саванны и в результате мы можем лишиться нашей природы, которой мы так гордимся! — А ну-ка успокоились оба! Тут уже пришла очередь Его Величества заинтересованно прислушаться к разговорам. Но, в отличие от Кифаджи, мужчина осмелился приоткрыть дверь.

***

Бьян устало потирая ноющие виски. От этих криков ее голова начала конкретно побаливать. Вот, зарекалась не вмешиваться в семейные разборки, но нет, мы благородные, нам мало приключений! Но кто же знал, что с этими львами так трудно! — Можно пойти по альтернативе, – попыталась успокоиться Бьян, говоря медленно и монотонно. — Водоотведение можно провести не только в дома жителей, но провести и по городу. Они будут служить в качестве автополива. То есть, природа сохраниться в первозданном виде. К тому же, у Вас есть подземные реки, проходящие через всю страну, вам не обязательно раскапывать землю, чтобы провести воду. Легче всего установить скважины в каждом доме. То есть, у жителей появится неограниченное количество воды, в шаговой доступности и без очереди. Краем глаза, Бьян заметила как братья задумались над этой идеей, которая, кажется, приглянулась им обоим. — Попробовать стоит, – согласился Фарена. — Ну, вот, – устало вздохнула девушка. — Пол дела сделано. — Пол дела? – удивился Леона. — Да! – огрызнулась Бьян. — Вы че думали, я отстану от вас только из-за одного приказа? Ха, щас! У меня многое к вам накопилось. И разрешить их надо сейчас, потому что, если я веду, все вернется на круги своя. Братья Кингсолард хором обреченно выдохнули. Кажется они уже пожалели, что вообще связались с ней. — Не вздыхайте, сама не в восторге, – хмыкнула Бьян. — Раньше начнем, быстрее закончим. И начнем пожалуй с самого главного – ваши взаимодействия и участие в правлении страны…

***

Его Величество бесшумно закрыл обратно дверь и обратился к Кифаджи, сложив руки на спиной: — Не мешай им. Этот разговор давно должен был состояться и вот выпал шанс. И принеси им кофе, разговор им предстоит долгий. И выдели нашей гостье комнату в замке, пускай отоспится у нас.