Драко

      — Черт, — выругался Драко, когда он задел свой чемодан, а тот повалился на пол с грохотом.       — Что случилось? — Астория тут же встрепенулась, садясь на кровати, из-за сна не понимала, что происходит. — Драко, ты… куда-то уезжаешь?       — Да, — кивнул жене Малфой. — Начальник прислал письмо, что нужно явиться во Францию на благотворительный вечер, будто бы нам мало благотворительности в Англии.       — Ну ты же понимаешь, что это нужно, — тепло улыбнулась ему Астория. — Нужно возвращать имя семье, ты сам говорил, что ради Скорпиуса…       — Да, все так, родная, — кивнул Драко, складывая в чемодан костюм и свою парадную мантию.       Возвращать имя семье. Да, его отец натворил дел. Если бы не Поттер и Грейнджер, род Малфоев бы прервался, а точнее сказать загнил бы в тюрьме.       Во время суда Гарри и Гермиона высказались в их защиту. Драко был как никогда удивлен подобным поступком, и уж чего совсем не ожидал, что освобождение от наказания будет распространяться и на Люциуса. Хотя, конечно, их семья до сих пор расплачивалась за свою свободу.       Люциуса посадили под домашний арест. Ему было запрещено покидать дом следующие десять лет, а также пользоваться магией. Ко всеобщему удивлению местом своего заключения он выбрал Австралию.       Драко до сих пор не понимал мотивов отца. Его никогда и ничего не связывало с Австралией. Становясь старше и начиная вникать в семейный бизнес, Драко понимал, что даже магловских партнеров из Австралии у него не было. Он в целом знал (и то заочно) одних людей, которые были в Австралии — родители Грейнджер, которым она смогла вернуть память, но возвращаться они не захотели. Люциус же сказал, что просто хочет красиво провести старость, уйти от дел. Он уехал совсем один, оставив Нарциссу помогать Драко.       К его великому сожалению мать без отца не прожила долго. Война сказалась на ней сильно, ослабила здоровье, а за год до рождения Скорпиуса Нарцисса заболела Драконьей оспой. Болезнь слишком быстро унесла ее жизнь.        На Драко же сразу свалилось слишком многое. Его суд не помещал под домашний арест, лишь повесили обязательство благотворительности. Этим Драко и занимался по сей день, ведя семейный бизнес, который передал ему отец, а львиную долю дохода отдавал на благие дела.       Кроме бизнеса Люциус оставил ему еще один приказ, которого Драко не мог ослушаться. Продолжение рода, а также брак с девушкой из уважаемой чистокровной семьи, чья репутация не была подорвана. Такой девушкой стала Астория Гринграсс, которая вот уже пять лет является его женой, а их общему сыну на днях исполнится три года.       — Когда у тебя портал? — спросила Астория, подходя сзади и обнимая его.       — Через два часа, — Драко кинул взгляд на часы на своей руке. — Успеем позавтракать.       — И не только позавтракать, — ласково сказала Астория, начиная вести руками по его телу все ниже.       Он уважал свою жену, но не любил. Это был вынужденный брак. Пусть Астория так не считала, но Драко знал, что не способен испытывать к этой прекрасной девушке романтические чувства.       Его родители жили так же. Он видел, что мать любила отца, а он ее нет. Их отношения строились на уважении и взаимопонимании, но в них не было того тепла и любви. Для Драко такая семья была нормой. Его все устраивало, и менять ничего не хотелось.       В школе он был уверен, что в целом не способен испытывать ни к кому любви. Вот только в восемнадцать она накрыла его с головой. С того самого момента прошло уже десять лет, а он был все так же влюблен, без памяти, с замиранием сердца.       — Нет, Астория, — остановил руки жены Драко. — Целители сказали, что тебе вредны сильные эмоции.       — Негативные эмоции, Драко, — жалобно проговорила Астория, которая явно себя чувствовала не в своей тарелке, буквально выпрашивая у законного мужа секс. — Ты серьезно считаешь, что занятия любовью с любимым мужем могут навредить мне?       — Я не хочу рисковать твоим здоровьем, — сказал Драко, разворачиваясь к ней и целуя ладошку. — Твое проклятие дает о себе знать все чаще.       Драко не знал, какую отмазку от близости с матерью использовал отец (наверное, работу), то ему жизнь подкинула недуг Астории. Он чувствовал себя гадко, что прикрывается заботой о ней (хотя, разумеется, она присутствовала, он не хотел, чтобы Скорпиус в таком раннем возрасте лишился матери), но не мог по-другому. Астория была для него будто младшей сестрой, он не смотрел на нее как на женщину, не смотрел на нее как на ту, которую хотел всегда до дрожи в коленях.       — Драко, но… — Астория почти плакала.       — Асти, пожалуйста, не начинай снова этот разговор, — поморщился Драко. — Я хочу успеть перед отъездом провести время со Скорпиусом.       — Как скажешь, — сказала Астория и захлопнула дверь в ванную, и прежде чем из крана полилась вода, он услышал всхлип.       Драко тяжело вздохнул и направился к Скорпиусу. Если с женой его отношения оставляли желать лучшего (он ни разу не слышал, чтобы мать упрекала отца в подобных отношениях, кажется, Астория была более волевая, не боялась высказывать ему свои претензии), то в сыне он души не чаял. Он рос очаровательным мальчишкой, а Драко надеялся, что его сыну не придется отдуваться за ошибки их предков, что он сможет жениться по любви, а не по надобности. Впрочем, здесь все зависело не от одного человека. В жизни всегда все было слишком сложно.       — Ну что, проснулся, пират? — рассмеялся Драко, подхватывая Скорпиуса и сажая себе на плечи, ведь сын не спал, а тихо и самостоятельно играл в своей комнате с игрушками.       — Да, — завистливо рассмеялся мальчик. — Папа, ты сегодня не пойдешь на работу?       — Пойду, сокровище мое, — грустно сказал Драко. — Я еду во Францию, но если хочешь, я привезу тебе оттуда сладости.       Да, если он пошел по пути отца с женой, то вот с сыном ему получилось настроить более близкий контакт. Он не хотел быть тем, кто заставляет его лишь учиться. Хотел, чтобы отношения были доверительные. Хоть Скорпиус был еще маленьким, но, кажется, у него получалось установить ту связь между отцом и сыном.       — Когда тебя ждать обратно? — спросила Астория, поправляя ему мантию, когда портал был готов активироваться.       — Завтра в десять, — ответил Драко. — Обычно эти благотворительные вечера превращаются в ночи.       — Удачной поездки, дорогой, — Астория оставила поцелуй на его щеке.       Драко потрепал по макушке Скорпиуса и активировал портал. Он соврал Астории. Благотворительный аукцион начинался в одиннадцать утра, а весь вечер у него будет свободным. Точнее, свободным от рабочих дел. Ведь на этом аукционе будет она, она его организовывает.       — Мистер Малфой, — поприветствовали его на входе, выдавая ему его номерок. — Мы рады видеть такого гостя в наших рядах.       — Благодарю, — улыбнулся Драко. — Надеюсь прикупить у вас чего-нибудь эксклюзивного.       — О, не сомневайтесь, сегодня много товаров, которые могут Вам приглянуться, — улыбнулся мужчина. — Располагайтесь, закуски и шампанское в Вашем распоряжении.       Драко вошел в зал. Кажется, он прибыл один из первых, но сидеть в гостинице ему не хотелось. Хотелось увидеть ее, она, как организатор, уже должна быть здесь.       — Мистер Малфой, — послышался за ним родной голос. — Рада Вас приветствовать.       — Что Вы, миссис Грейнджер-Уизли, — Драко специально сделал акцент на ее второй части фамилии, она его одновременно раздражала и заводила. — Как я мог пропустить такое событие, тем более, что меня пригласили лично Вы.       — Позвольте, я покажу Вам наши экспонаты, — Гермиона повела его вглубь зала, рассказывая о сегодняшних товарах.       Он едва мог дышать рядом с ней. Это случилось впервые, когда они поговорили по душам. В тот год в школе, когда они решили вернуться, чтобы закончить обучение. В тот год, когда ее дружки бросили ее, и она осталась одна. В тот год, когда его сердце стало биться чаще при виде нее.       Они оба понимали, что не смогут быть вместе. Драко говорил о необходимости брака с Гринграсс, Грейнджер не могла бросить Уизли, ссылаясь на его состояние после потери брата. Но их отчаянно тянуло друг к другу.       Глубокие и душевные диалоги переросли со временем в страстный секс. Они думали, что все прекратится, когда они женятся на своих вторых половинках. Но даже маленькие дети не стали помехой.       Каждый раз, встречаясь в Министерстве или на других мероприятиях, они не могли оторваться друг от друга. Минута в лифте в Министерстве, пятнадцать минут на обеде, час личного приема в ее кабинете. Всегда.       Вот и сейчас. Он идет рядом с ней, а по телу проносится ток. Ее заумная речь об экспонатах еще больше возбуждает. А это неприлично короткое и обтягивающее эти сексуальные бедра платье. Нет, он больше не может…       — Иди сюда, — зарычал Драко, когда они проходили мимо туалета.       Он затащил ее в кабинку, вжал ее всем своим телом в стену, начиная кусать и целовать ее сладкие губы. Грейнджер издала тихий стон прямо ему в рот, начиная расстегивать его ремень. Мерлин, что бы сказал его отец, узнай он, чем Драко занимается в общественных туалетах? Он ненавидел Грейнджер с самого первого курса, стоило Драко о ней заикнуться. Но в такие моменты ему было плевать на все. Когда она позволяла задрать свое платье и доставлять ей удовольствие. И это только начало. После этого гребанного аукциона они до утра запрутся в его номере в отеле.       — Я соскучился, — прорычал Малфой ей на ухо, расставляя шире ее ноги, и резко вошел в нее.