Наручники

Сегодняшний день должен быть тяжёлым — вот такая первая мысль посетила Алину, когда она только открыла глаза. В сумме девушка проспала не больше четырёх часов, в перерывах между раздуванием своих проблем и бессонницей. Эту ночь Алина провела на диване в гостиной, поэтому Аарону пришлось потесниться. Выбор у них всё равно был небольшой. Ключи от других комнат у их владельцев, а ключ Алины от её комнаты в толстовке, которая сейчас где-то рядом с Эндрю. Джостен решила, что испорченное настроение — это совсем не повод пропускать тренировку. Вот только привычную Окружную дорогу, по которой Алина раньше бегала каждый день, она заменила лестницей Лисьей башни. Несколько раз пробежать вверх и вниз оказалось вполне достаточно для того, чтобы Джостен выдохлась. Завтрак показался нападающей совершенно ненужным приёмом пищи и она благополучно его пропустила, поэтому сейчас девушка сидела на диване, в одно ухо слушая какую-то передачу по телевизору. Взгляд её был направлен на экран, но мысли блуждали где-то очень далеко. Аарон ушёл ещё до того как Алина собралась на тренировку, забирать Ники с аэропорта. Он не хотел покидать Джостен, но девушка убеждала его, что она в норме, впрочем как и всегда. — Тебя одну-то оставить можно? — сказал Аарон тогда. Алина осуждающе покачала головой в ответ и выпроводила Миньярда за дверь. Время тянулось как резина. Ожидание прихода кого либо из своих соседей сводило Алину с ума. Девушка практически рвала на себе волосы к тому моменту как услышала звук отпирания замка из соседней комнаты. Нападающая перевела взгляд с экрана телевизора, где скучная передача давно сменилась на какие-то новости, и увидела Эндрю. Он, не оглядываясь аккуратно прошёл на кухню, будто вчера ничего и не было. Джостен предположила, что он просто плохо себя чувствует из-за того, что перепил. Это логично, исходя из того, что Миньярд практически никогда не превышал своей нормы. Джостен в моменте металась между порывом пойти прояснить с Эндрю отношения, и тем, чтобы остаться в зале и продолжить показательно игнорировать Миньярда, вперясь взглядом в экран телевизора. В итоге девушка решила не выбирать, а действовать по ситуации, поэтому пошла на кухню. Уже с порога Алина заметила Эндрю. Он сидел за столом, уложив голову на руки. Судя по виду Миньярда, его сейчас мучила сильная головная боль. Алина вернулась в зал просто чтобы взять из аптечки в ванной комнате коробку с обезболивающим. Девушка, стараясь не слишком привлекать внимания Миньярда, прошествовала обратно на кухню и достала из шкафчика прозрачный стакан. Наполнив его водой, Алина поставила стакан на стол, напротив Эндрю и кинула в парня пачку таблеток. Миньярд отнял голову от рук и поднял туманный взгляд на девушку. Та отвернулась от него, прикидываясь, что вид за окном её волновал намного больше, чем разговор с Эндрю. Вратарь выпил воду из стакана, но таблетки пододвинул обратно к Алине. Девушка удивлённо на него уставилась: — Собираешься терпеть этот кошмар в своей голове весь день? Ну, удачи. — Я не буду принимать эту херь, которую Кевин тащит у Эбби тайком, — ответил Миньярд. — Это другая пачка, ты, новоиспечённый алкаш, — выдала Алина, и чтобы больше не ловить на себе взгляд Эндрю, отвернулась к шкафчикам, решив сделать себе кофе. Кофеин организму уже был не нужен, но смотреть вратарю в глаза очень уж не хотелось. Девушка высыпала себе в кружку пару ложек кофе и поставила чайник. Она услышала какое-то шуршание и поняла, что Эндрю всё-же принял таблетку. На кухне воцарилась полнейшая тишина, и тогда Миньярд внезапно признал: — Я не собирался вчера пить, — начал он серьёзно. — И кидаться обвинениями не хотел. Алина решила занять нападающую позицию. Обернувшись к парню, Джостен сказала: — Ничего себе! Дóжили! Эндрю Миньярд сожалеет о содеянном, — она прикрыла рот в притворном удивлении, как делал это Ники. — Я не сказал, что сожалею, — вратарь наблюдал за изменениями, происходящими на лице Джостен. Притворное удивление сменилось скептическим взглядом. — Я не хотел, чтобы это было так, но раз это всё-же произошло, я не забираю свои слова назад, и я имел ввиду то, что я сказал. Алина не на шутку испугалась. Она всю ночь думала над его словами и, несмотря ни на что, лелеяла надежду, что может Эндрю на утро просто скажет ей: «ошибся, извини». Конечно, эти слова должны были прозвучать в его индивидуальной манере, но на нечто похожее Алина всё-же в глубине души рассчитывала. Джостен сильно постаралась, чтобы конфликт внутри неё не отразился на её лице. — Тогда давай поговорим, — девушка едва успела остановить себя, чтобы не сказать продолжение фразы: «как нормальные люди», дабы не драконить Эндрю. — Снова начнём игру. Правда за правду, согласен? Помнится раньше Алина лучше следила за своими словами. — Последний ход был за мной. Сейчас твоя очередь. С каждым разом Алина всё меньше удивлялась проявлениям эйдетической памяти Эндрю. Джостен никак не могла избавиться от чувства, что будь она сейчас под лекарствами, её положение в ситуации показалось бы ей безумно смешным. А ведь и правда смешно: Алина, даже без особых усилий смогла провоцировать двух своих близких людей на серьёзные разговоры, которые она терпеть не может. Кажется свои дипломатические навыки девушка оставила где-то в автомобиле с Ичиро, когда торговалась за жизни сразу трёх людей. Алина воскресила в своей голове вчерашний монолог Эндрю. Он говорил что-то о притворстве с её стороны. Алина решила задать вопрос об этом: — Если тебе так не нравится то, что я пытаюсь наладить свою жизнь, хоть ни хрена не знаю как это делается по правилам, тогда скажи: чего же ты хочешь от меня? — Чтобы ты не строила планы на наше совместное будущее, — ответил Эндрю не задумываясь. — Они всё равно не сбудутся. Алина тяжело вздохнула и показательно скрестила руки на груди. — Ой, да брось! Я же знаю, что это не то, что ты хочешь сказать на самом деле, — девушка нахмурила брови. — Ты противоречишь сам себе. Возьмём хотя-бы тот раз, на пляже. — Я не обязан объясняться, но я хочу, чтобы ты знала. После нападения на тебя, я рассказал обо всём Би и она сказала, что тебе нужно срочно сменить обстановку, и когда ты, Джостен, предложила уехать куда-нибудь, я уже заранее знал, что соглашусь, — Миньярд пожал плечами. — Иначе у тебя снова могли быть проблемы со здоровьем. Не заставляй меня перечислять всё, что ты могла бы с собой сделать. Твоё состояние напрямую зависит от внешних обстоятельств и как только с тобой случается что-то из ряда вон выходящее, всем тут же нужно создавать вокруг тебя безопасную атмосферу. Или как ты тогда сказала на пляже: зону комфорта. Эндрю говорил это с абсолютно отстранённым лицом, будто это совсем и не касалось Джостен. Его голос оставался спокойным даже когда он говорил о проблемах со здоровьем нападающей. А ведь Алина действительно забыла, каково было перекидываться с Миньярдом колкими комментариями и задевающими словами, именно на этом были построены их отношения до того, как Джостен стала мягкотелой. Алина была ошарашена таким заявлением. Никакая выдержка не смогла заставить девушку сохранить своё лицо, поэтому Эндрю мог наблюдать за изменчивыми эмоциями Джостен. Из удивлённого, её лицо стало более нахмуренным, а потом и вовсе приобрело агрессивный вид. Алина готова была нападать. — Какого хера ты обсуждаешь "моё состояние" с Добсон? — вспылила она. Эндрю не ответил и лишь пожал плечами. Его не загнало в угол это заявление, потому что он не понимал в чём собственно проблема и почему нельзя обсуждать других людей на сеансе со своим терапевтом. Впрочем и сама Алина грешила тем же, но она хотя-бы не распространялась об этом направо и налево. — Ты докладывал обо мне Бетси, — повторила Алина будто пыталась донести до Миньярда такую простую истину. — Обсуждал меня с ней за моей спиной. Насколько я помню, мы договорились больше не хранить секреты. Эндрю тоже скрестил руки на своей груди, принимая оборонительную позу и вставая из-за стола. — Это не было секретом, — бросил он, прислонившись к стене, остановившись прямо напротив Алины. — И мы договорились, что это ты больше не врёшь. Алина широко раскрыла глаза. Как это так? Сейчас Джостен очень быстро пыталась вспомнить тот разговор на крыше, между ней и Эндрю, сразу после того как девушка ходила к Бетси в последний раз. Как же Эндрю там сказал? «— Я помогу тебе. Но только если ты пообещаешь, что больше не будешь врать.» И Джостен тогда ничего не смутило? А ещё то, как же легко Эндрю тогда согласился на поездку — это должно было показаться нападающей подозрительным. Похоже та Алина действительно была не слишком придирчивой к словам. Нападающая сделала глубокий вдох и про себя сосчитала до десяти на по крайней мере трёх языках, которые она хорошо знала, просто чтобы не выболтнуть ничего лишнего. Алина заметила, что Эндрю всё это время наблюдал за ней. Сейчас его взгляд доставлял сильный дискомфорт. — Не смотри на меня так, будто я одна здесь не права, — протянула Джостен, подняв взгляд на парня. — Кстати, сегодня уже среда. Может тебе стоит обсудить нашу ссору с Бетси? Уверена, она найдёт, что сказать. Девушка резко повернулась на пятках и быстрым шагом ушла из комнаты, оставив Миньярда и невыключенный чайник на кухне, забыв про кофе. Кажется Эндрю что-то сказал ей в спину, но Алина больше не хотела слушать. На данный момент она услышала достаточно. Джостен вышла из блока переходя с быстрого шага на бег, не особо понимая куда конкретно она бежит, но это действие казалось правильным. Алина остановилась только на лестничной площадке, где-то между вторым и третим этажом Лисьей башни. Девушка окинула взглядом свой внешний вид и поняла, что выходить на улицу босой — вариант такой себе. Нападающая уселась прямо на холодные ступеньки лестницы и уложила голову на колени, зарывшись руками в свои волосы. — Один..два..три...четыре, — Джостен пыталась сосредоточиться, сосчитать до десяти на испанском. — ....Пять, — дальше она уже не смогла продолжить. Джостен не могла понять что конкретно чувствовала. Это была злость на Эндрю за то, что он обманул её доверие или злость на себя за то, что Алина так легко вышла на агрессию. Это точно не была грусть, потому что нападающая могла её отличить и сегодня грустить не хотелось. Была также и нервозность и раздражение и даже какой-то страх. В голове не состыковывались два образа: тот уязвимый Эндрю на пляже и вчерашний Эндрю, который тыкал в неё пальцем и кидался обвинениями. Значит это тоже была игра, когда он говорил те вещи у океана. Всё это было сделано только для того, чтобы Алина попросту не убила себя, внезапно осознав ничтожность своей жизни. А ведь девушка была честна с ним. Эндрю говорил обо всём этом так, будто Джостен слишком слаба, чтобы терпеть испытания, которые преподносила ей жизнь, и на каждую осечку, грозилась покончить с собой. Нападающая уже начала приходить в себя, когда внезапно почувствовала, что её ступни немеют. Лестница, на которой сидела девушка была каменной и соответственно очень холодной. Джостен отвлеклась от своих мыслей, чтобы вернуть кровоток в ноги, начав массировать их. Её дыхание уже нормализовалось, когда снизу послышались чьи-то шаги, а потом Алина услышала знакомые голоса. Ники, Аарон и Кевин поднимались по лестнице в свой блок, когда увидели сидящую на ступеньках Алину. Девушка поняла, что прятаться уже некуда и постаралась сделать как можно более непринуждённое лицо. — Ой, Алина! — удивился Ники. — А ты чего здесь одна? Девушка подняла на Хэммика взгляд и увидела как поменялось его лицо от увиденного. И не только у него, Аарон и Кевин тоже смотрели на девушку с широко раскрытыми глазами. Алина предположила, как она может сейчас выглядеть: красное от злости лицо, растрёпанные волосы, испорченный макияж. Потрясающе. Джостен только сейчас заметила как выглядели парни. Ники и Кевин были плотно загружены сумками и рюкзаками. Точно, они же только приехали. Хэммик выглядел уставшим, но не потерявшим своего оптимизма, а Кевин выглядел серьёзным как и всегда. — Я просто вышла проветриться, — отмахнулась Джостен. — Без обуви? — заметил с издёвкой Аарон. Алина пожала плечами мол: что с меня взять, и поднялась со ступенек. Кевин окинул девушку подозрительным взглядом, но ничего не сказал. — Ну чего вы встали как не родные, пойдёмте что-ли? — Джостен пропустила парней вперёд себя и последовала за ними обратно в блок. Алина чувствовала себя неоднозначно сейчас, но одно она знала точно: она не хотела ввязывать их в ссору с Эндрю. Это было только между ними и парням не нужно было занимать чью-то сторону. Когда они поднимались на свой этаж, парни то и дело бросали подозрительные взгляды на Джостен, но та старалась не обращать на это внимание, а сосредоточиться на онемевших ногах, которые совсем не хотели слушаться. Жизнь каждый день заставляет нас сталкиваться с кучей дерьма. Но не всегда мы можем дать отпор, вовремя прикрыться, чтобы не получить в морду. Мы не всегда имеем силы и возможности. А ещё право. Наши руки порой бывают связаны, причём добровольно. Ты будто протягиваешь свои руки человеку, который надевает на твоё запястье наручник, а второе застёгивает на своём. И укрыться нечем, спрятаться не за кого. У нас есть только маски — наша погибель и спасение в них. Кому-то легче так, а для кого-то это просто пытка. Тем не менее, мы все надеваем маску хотя бы раз в жизни. Знаете такое ощущение, когда так сильно накрутил себя и истратил все нервы, что уже просто плевать? Примерно тоже самое произошло и с Алиной. Предохранитель в голове сработал и теперь Джостен куда как больше походила на прошлую себя под таблетками. Такой она была ещё до депрессии. Сейчас она даже улыбалась, хотя смешного ничего вроде и не было. Алина ничего больше не чувствовала потому что исчерпала весь свой запас эмоций всего-то за день. Весь день нападающая полностью игнорировала присутствие Эндрю в комнате, будто его там вовсе и не было, а когда он пытался привлечь её внимание, она особо агрессивно предлагала ему отъебаться. Приезжие, включая Аарона не понимали, что происходит, но очевидно Миньярд-нормальный уже сделал своё предположение. Несмотря на то, что Эндрю утром уже высказал претензии к Джостен, он будто не понимал, что они с ней в ссоре и делал вид, что всё как обычно. А когда Ники спросил его, что происходит, он ответил: — А что-то происходит? И никто так и не добился ни от кого хорошего аргументированного ответа. Днём Алина рассказывала Ники про их с Эндрю поездку к океану, избегая всяческих упоминаний об Эндрю. Девушка подарила Хэммику магнитик, купленный на ярмарке в городе рядом с отелем, а также послушала рассказ Ники. Он поделился с ней различными подробностями их жизни с Эриком. Некоторое Алина слушать не очень хотела, но поддержала друга, когда он начал рассказывать о родственниках своего парня. Вечером позвонил Мэтт и Алина болтала с ним несколько часов. Признаться, Джостен нарочно тянула время, расспрашивая Бойда о Нью Йорке. Девушка не хотела оставаться наедине ни с Эндрю, ни со своими мыслями, поэтому когда Аарон попросил Алину помочь ему с ужином, после того как Джостен наконец сбросила звонок, она удовлетворённо согласилась. Хотя может быть она слишком быстро ответила ему, потому как вызвала у него какие-то подозрения. — Всё нормально? — спросил Аарон, разламывая спагетти пополам. Так как вернулся Кевин — это означало, что лисов снова ждала особо агрессивная пропаганда здорового питания. Дэй уже разобрал холодильник Монстров, оставив в нём ровно ничего, кроме сладостей Эндрю. Что поделать? Эндрю умел запугивать Кевина. — Конечно, — ответила Алина, улыбнувшись. Где-то сзади с раскрытыми ртами стояли Кевин и Ники, хотя Эндрю тоже был несколько удивлён. Джостен конечно знала, что их новоиспечённая дружба с Аароном вызовет много противоречивых эмоций, но чтобы это произвело такой фурор девушка и не подозревала. Впрочем, парни пока не вмешивались. Алина не была уверена, что они долго продержатся, и была права. — Давно ли ты перестала игнорировать существование моего близнеца, Джостен? — На кухне появился Эндрю. Он заглянул в холодильник, сканируя его содержимое, после чего достал из морозильника пинту шоколадного мороженого. — Я игнорировала его не больше чем ты, за всю свою жизнь, — фыркнула Алина. — А что? Думаешь, не повлияет ли это на моё состояние? С тех пор как я начала общаться с Аароном, мне кажется, я стала меньше хотеть убить себя. Алина почувствовала на себе три нервных взгляда, как происходило всегда, когда нападающая переходила границы. На кухне вновь воцарилась тишина. Аарон отмер первый и продолжил готовить ужин. — Алина, мы уже говорили об этом, — сказал он. — Тебе действительно пора заканчивать с такими шутками. То, что Аарон назвал нападающую по имени заставило Ники отмереть. — Алина? — удивился Хэммик. — Так значит это не одностороннее общение, — подтвердил Дэй, щёлкнув пальцами, будто это могло подтвердить его слова и отвернулся будучи незаинтересованным в продолжении разговора. А вот Ники не отступал. Он дождался, когда Эндрю вернётся в свою комнату и только потом сел за стол на кухне, заговорчески подложив кулак под подбородок. — И так, что мы пропустили, пока нас не было? — спросил Хэммик, переводя взгляд то на Алину, то на Аарона. — Ты пропустил..эм..ничего? — ответила Джостен даже не повернувшись в сторону Ники, продолжив нарезать овощи. — Не-ет, — протянул защитник. — Я пропустил что-то важное. Что-то, что заставило вас двоих сблизиться, не так ли, кузен? Аарон отвлёкся от помешивания макарон в кастрюле и обернулся на двоюродного брата. Тот улыбался ему. Миньярд-нормальный пожал плечами и отвернулся, вернувшись к готовке. Алина настолько увлеклась избеганием своих мрачных мыслей, что решила заняться уборкой сразу после ужина. Девушка сначала прибралась на кухне, а потом перешла к своей комнате. Джостен разбирала свой рюкзак, когда нашла в нём слишком знакомую зелёного цвета пачку. Как ни странно, она была закрытой. И тут Алина вспомнила, что после обещания, данного Эндрю, Джостен выбросила все старые упаковки с таблетками, оставив лишь одну пачку со слабительным. Её нападающая взяла с собой в поездку с Эндрю и ни разу ей не воспользовалась. Дело было в том, что девушку успокаивала мысль, что у неё ещё есть шанс похудеть. Возможно она им никогда и не воспользуется, но шанс этот будет с ней. Алина воровато оглянулась по сторонам, высматривая своих соседей по комнате, и не обнаружив взглядов, обращённых в её сторону, спрятала зелёную упаковку обратно в рюкзак, засунув на самое дно. Остаток дня прошёл как ни в чём не бывало. Алина и Аарон продолжали пожимать плечами на вопросы Ники, а Джостен всё ещё продолжала игнорировать присутствие Эндрю в комнате. Кевин смог поймать Алину только вечером, когда девушка умывалась, подготавливаясь ко сну. Он постучал в дверь ванной и когда Джостен ему открыла он сразу же приступил к делу. Вопрос, который Кевин хотел задать, мог показаться сейчас неуместным, но Алина избегала оставаться с ним наедине, поэтому сейчас он не упустит этот момент. — Зачем ты приехала? — спросил он. Алина в непонимании захлопала ресницами. Кевин не мог определиться — придуряется она или правда не поняла вопроса. — Я позвонил тебе, когда ты была в отеле и ты сказала, что должна приехать, потому, что это очень важно. Кевин наблюдал как Алина вернулась к зеркалу, продолжая наносить на своё лицо какой-то крем для ожогов. — Забудь, — отмахнулась она. — Я просто перенервничала, там ничего важного. Может поговорим потом? Я сейчас занята. Кевин не знал, что ответить, поэтому просто кивнул. Он уже собирался уходить, как вспомнил ещё кое-что. — Помнишь, что мы уежаем совсем скоро? — спросил напоследок он. — Да-да, конечно, — раздражённо ответила девушка и выпихнула его за дверь. Алина всё ещё помнила об их разговоре, она должна ему рассказать, но это не должно было произойти сегодня. Ни когда Алине настолько всё равно на убийство Рико. Хотя Рико безусловно заслуживал её равнодушия, а вот Кевин нет. Джостен решила отложить разговор с Дэем на неопределённый срок, по крайней мере до тех пор, пока они с Эндрю не уладят свои отношения, а это могло затянуться. Закончив в ванной, Алина легла спать. Её кровать показалась ей самой удобной на целой планете, если сравнить её с диваном, на котором она провела прошлую ночь. Девушка вспомнила свою первую ночь в Лисьей башне, когда она в первый раз легла на кровать, после стольких лет в бегах. Чтож, к хорошему быстро привыкаешь — это факт. Засыпая, Алина игнорировала Эндрю, лежавшего всего в паре метров от неё на своей кровати. Она и не подозревала, что Миньярд не спал. Он думал о Алине, о том, что ему возможно не стоило начинать всё это дерьмо между ним и Джостен. Но он в любом случае уже не мог остановить себя. Для наручников всегда нужно две руки