Спонсор

Схватившись пальцами за лодыжки ног, Амала прогнулась прижимаясь грудью с собственным коленям, принимая асану Уттанасана. Рядом послышался тихий выдох. Скосив глаза, девушка наблюдала как Ширли Баррет проделывает тоже самое, но в совокупности с завязыванием густых непослушных волос. — Значит богатый, достопочтенный индус. Ну и вкусы у тебя, Кхан. — Не преувеличивай, Шир. Я ведь серьезно не помню, как делала те фото. Может это вовсе и не был прибывший мистер Дубей. Поравнявшись, девушки сделали шаг, готовясь к позе воина, растягивая внутреннюю часть бедра и лодыжки. Чувствуя как расслабляются мышцы таза, Амала еще раз мысленно поблагодарила Баррет за побуждение. Идея посещать йогу после лекций была исключительно ее идеей. — Дорогая тот незнакомец точно индус. Я эту блестящую загорелую кожу и идеальный разрез глаз ни с чем не перепутаю. — Неужели мои глаза так же идеальны? Амала усмехнулась в ответ на закатанные глаза подруги. Она прекрасно помнит, что именно из-за подобного комплимента на первом курсе и состоялось знакомство этой дружбы. Ширли Баррет все время твердила ей, что смешанная кровь подарила ее глазам необычный насыщенный ореховый оттенок с черными крапинками в зрачке. Темные волосы и густые ресницы оттеняли глаза, делая взгляд еще более выраженным. Создавая притягательный образ. Амала не отрицала, но и не принимала комплименты. Она по своему любила и ненавидела быть своего рода экзотикой. Мать и бабушка, будучи чистыми индусками всегда избегали упоминания своих корней и прежней жизни. В далеком прошлом они уехали из страны, сторонясь родного менталитета. Но Амала даже выросшая с белым отцом, не покидала усилий сблизиться с культурой своих предков. Оставаясь при этом чужой как для британцев, так и для выходцев из Индии. Она потерялась среди людей. — К сожалению, не настолько, чтобы пленить одного… — Я просто фотографировала людей на приеме. На этом все. — Ага, чтобы потом пол ночи искать его имя, — пробормотала Ширли. Амала ее не услышала. Сворачивая свой коврик, девушка поспешила к выходу из зала. Обсуждая задания на следующий день, девушки шли коридором кампуса, стараясь быстрее добраться до общежития, когда их остановила аспирантка. Амалу вызывал к себе профессор Сандерс, передавая, что это касается ее работы и встреча не терпит отлагательств. Прикинув путь к ее комнате и время, что нужно было потратить на дополнительные сборы, Амала решила идти так. Причесав влажные, достающие до поясницы волосы, она поправила лосины для йоги и двинулась к кабинету навстречу. За большим деревянным столом в глубоком кресле сидел седой мужчина, копошась в своей бороде. Мистер Сандерс всегда так делал, когда волновался. Разве с ее магистерской появились такие серьезные проблемы? Увидев девушку в дверях, мужчина приподнял брови в удивлении. — Добрый день, профессор. Прошу прощения за непрезентабельный вид. Я только после тренировки. — Ничего страшного. Это моя вина. Я застал вас врасплох, — развел руками мужчина. — С моей работой какие-то проблемы? Все дело в последних расшифровках? Амала старалась задавать вопросы осторожно, боясь напороться на череду обсуждений и перечень ее ошибок, но в ответ услышала лишь тихий хмыканье. Но не преподавателя перед ней. А человека сидящего позади. Преждевременно краснея за свой внешний вид, девушка медленно развернулась в правый угол, откуда доносился голос гостя и самбурно выдохнула. В кожаном кресле, возле высокого книжного шкафа, сидел тот незнакомец с ее фотографий. Ширли ошибалась. Идеальным в нем были не только глаза. Нахмуренные брови нависали над изучающими ее с ног до головы глазами. Он свободно восседал в кресле, оперевшись о спинку с широко разведенными коленями. Рука подпирала подбородок, позволяя мужчине смотреть из-под лоба. Делая его еще более скрытым. Взгляд цеплялся за индийские мотивы, вышитые черными нитками на черной ткани строгого пиджака. Понимая, что мужчина смотрит на ее неподобающий светской жизни образ, девушка поспешила отвести взгляд. Ей казалось, что она ясно видела неодобрение в глазах гостя. — Господин Дубей, позвольте представить Вам одну из лучших студенток курса — Амала Кхан. Девушка особо тонко ощущает истоки индийской философии. Предвещаю ей блестящее будущее в качестве переводчика с санскрита. Профессор произнес это с легким волнением, так что могло показаться будто он не слишком уверен в своей правоте. Но в ответ позади лишь скрипнуло кресло. — Вы мне льстите, проффесор. — Ни чуточку! Мисс Кхан, может хотябы Вы сможете заставить господина Дубея отведать нашу лекцию? Пусть полюбуется результатом того, во что смог превратить этот курс. Девушка растерянно подняла голову, заламывая пальцы правой руки. Сердце застучало быстрее, когда она почувствовала что мужчина позади поднялся, приближаясь поближе. Он все время молчал, поэтому его голос заставил неожиданно дернуться. — Доверюсь вашему слову, проффесор. Коротко и почти без ощутимого акцента сказал он, пожав руку мистеру Сандерсу. Его голос был низким и без лишних красок. Амала не сдержав интереса быстро скосила глаза в его сторону. Дубей с каменным лицом развернулся к двери, даже не задержавшись на ней взглядом. Брезгует? Маякнуло в голове у Амалы. Несмотря на то, что в Индии давно отменена Кастовая иерархия. Она все еще сохраняется в сфере ритуалов и частной жизни. И несомненно представитель наивысшей из них без лишнего утруждения распознал в ней беднячку. Не так давно она не имела бы права даже смотреть ему в глаза. Не говоря уже о явной разнице в их внешнем виде. Сейчас решение прийти сюда в форме для йоги не казалось ей таким обдуманным, как раньше. — Это впервые, что он отведал мой кабинет с момента его спонсорства, — заговорщицки начал преподаватель. — Вы себе даже не представляете какой он ценный человек для нашего курса. Это просто везение, что сам наследник брахманской семьи решил курировать именно институт в Англии. Господин очень заинтересован в просветлении местной диаспоры. Слушая восхищенные рассказы Сандерса, Амала даже не старалась вникать в суть. Ее глаза были прикованы к окну, где появилась фигура уходящего Амрита Дубея в окружении двух охранников. Надо же, мужчина, взгляд которого заколдовал объектив ее камеры, оказался человеком, оплатившим ее учебу в университете. Все годы ее студенческой жизни она провела благодаря его спонсорству. Да еще и чистой случайностью. Она до сих пор помнит тот день, как с надеждой подавала документы на факультет истории, (зная что семья никогда в жизни не потянет таких затрат) когда ей попался доброжелательный консультант, посоветовавший курс индологии. Рекомендательное письмо и усердная работа над научной статьей и вуаля — стипендия у нее в кармане. Карма в тот день была на ее стороне. Но действительно, что привело сюда именитого Дубея? Зачем семье брахманов поддерживать какой-то факультет в Британии? Индийские общины и так достаточно закрыты и тесны, чтобы впускать в них еще каких-то выходцев из диаспор других стран. Может он как чиновник, заручился уважением здесь и искал доверенное лицо среди местной власти?