3.

      Я была в состоянии шока и не могла поверить в то, что услышала. Мне трудно найти объяснение происходящему, поэтому продолжаю смотреть в телевизор, словно загипнотизированная. Во рту пересохло, поэтому, подскочив с места, иду на кухню. Смерть головного мозга...       Я открыла кран и поставила под него стакан. Закрыв глаза, попыталась избавиться от образов вчерашней ночи. "Хину съело чудовище", - шепчу я, словно в трансе. Но разве это не было всего лишь плохим сном? — Рин... — Всё это было не по-настоящему... Правда? — то, как она умерла во сне, и смерть, описанная в новостях, отличаются. Всё это было просто совпадением. — Рин! — внезапно чья-то рука легла мне на плечо, и я испуганно отпрянула. Повернувшись, я увидела маму, которая тянулась закрыть кран. — Господи, мам, как ты меня напугала, — выдохнула я, всё ещё ошеломлённая. — Ты сегодня сама не своя. Что случилось? — спросила она, вытирая пролитую воду. В горле у меня перехватило дыхание. Я хотела рассказать ей все свои страхи, пожаловаться, расплакаться и спрятаться в её объятиях, чтобы мама меня защитила. Я выдохнула и попыталась начать разговор, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Всё хорошо... Насмотрелась вчера на ночь ужастиков, — ответила я, стараясь звучать уверенно. Мама смеялась, не подозревая, что это ложь.       Мне нужно было выбросить все эти мысли из головы. Это был всего лишь плохой сон. Пока я помогала маме с завтраком, вспомнились парни, которых я встретила в кошмаре. Все ли с ними в порядке? Существуют ли они на самом деле?

***

      Я сижу перед компьютером и наблюдаю, как мигает курсор на экране. Весь день я пытаюсь избавиться от тревожных мыслей, которые не дают мне покоя. Существует ли связь между реальным миром и миром снов? Могут ли кошмары стать явью?       Я устало потираю глаза и бросаю взгляд на часы. Оказывается, уже одиннадцать вечера. Ощущение сонливости вновь охватывает меня точно так же, как и в прошлую ночь. Курсор на экране продолжает мигать, а я борюсь с собой, пытаясь нажать клавишу ввода.       Все силы направлены на то, чтобы не уснуть, но я успеваю заметить, что стрелки на моих часах застыли на месте.

***

      Открыв глаза, я поняла, что снова вернулась в тот кошмарный коридор, где погибла Хина. Моё тело напряглось, и могу поклясться, что волосы встали дыбом. Я услышала голос Намджуна, который обеспокоенно окликал меня, и приподнялась, стараясь не всхлипнуть. Все трое были здесь. — Юнги... — позвала я парня, который скрестил руки на груди и приподнял бровь. — Очнулась наконец? — фыркнул он в ответ. Откуда этот снисходительный тон? — Как ты? — и хотя поначалу я восприняла его вопрос как сарказм, теперь я видела, что он искренне беспокоится. — Я в норме, — тихо ответила я, отводя взгляд в сторону. Но в следующее мгновение слёзы, которые я пыталась скрыть, вырвались наружу и полились по щекам. — Ну чего ты плачешь? — осторожно спросил Намджун, нежно касаясь моей щеки и вытирая большими ладонями капли. — Не толпитесь вокруг неё, — вмешался Юнги. А потом повернулся ко мне и тихо спросил: — Ты поранилась? — Нет, я просто... — не могу успокоить всхлипы. — Хина... Я не понимаю, как это произошло. Всё это выбило меня из колеи, — прикусываю губу, чувствуя, как глаза защипало, когда слёзы начали подсыхать.       Чонгук гладил меня по спине, пытаясь ободрить. — Думаю мы все испугались и были потеряны, когда узнали о смерти Хины, — сказал Юнги, положив свою горячую ладонь мне на голову. — Новости описали события очень сухо... Гораздо тяжелее, когда ты знаешь, что действительно произошло в этом месте, — я лишь шумно выдохнула, смотря в темноту, и пообещала Хине, что мы узнаем причину её смерти. — Пока предлагаю вернуться в комнату, с которой всё началось, — я отметила про себя, что этот парень, хоть и любит командовать, в то же время на удивление добродушнен.

***

— Я весь день думал об этом, — говорит Джун, плюхаясь на пуф в углу комнаты. — Если мы здесь погибнем... значит, умрём и в жизни, — заключил Чонгук. До этого момента я всячески старалась не думать об этом, но сейчас реальность наваливалилась на меня. — Сон и сновидение являются функциями центральной нервной системы. Нам нужно понять, как это место влияет на наш мозг, и как мы можем использовать это знание, чтобы вырваться отсюда, — Юнги задумчиво потирает подбородок. — Ты прав. Если мы просто будем отсиживаться здесь, не продвинемся и просто погибнем, — киваю ему я. — Предлагаю начать снаружи здания, — но от мысли, что за дверью может ждать тот монстр, по спине побежали мурашки. К тому же... действительно ли наша вылазка изменит что-нибудь? Юнги, будто читая мои мысли, успокаивающе погладил меня по голове. Он понимал мои страхи и сомнения, но был полон решимости найти выход из этой кошмарной ситуации.       Настроившись на положительный лад, мы приняли решение исследовать таинственное место. — Ты готова, Рин? — улыбнувшись, спросил меня Джун. — Как никогда, — хихикнула я. Мы подходим к двери. — Если разделимся, то найдём подсказки быстрее, — продолжил Юнги. — Давайте встретимся здесь через полчаса, — роясь в карманах, продолжил он. — Но как мы узнаем время? — спросил Джун, и я кивнула. — Секундомеры? — я снова удивилась находчивости парня. — Именно. Я подумал, раз уж часы не могут сообщить нам который час, мы хотя бы можем отсчитать отрезок времени, — довольно улыбался он, пожимая плечами и раздавая нам их.       Мне даже стало немного стыдно перед ним. Пока я теряла время, пытаясь отрицать реальность, Юнги занимался подготовкой, на случай, если мы снова окажемся здесь. — Это отличная идея Юнги, ты гений! — восторженно вскликиваю я. — Я заменил батарейки, поэтому уверен, что хватит надолго. — Давайте проверим, что из этого выйдет, — Намджун хватает секундомер в руку, и мы внимательно наблюдаем, как он нажимает на кнопку. На дисплее с бешеной скоростью начинают мелькать цифры, отсчитывая потраченные нами секунды.       Пока мы радуемся работающему механизму, Чонгук выходит из комнаты, включая фонарик. — Чонгук, постой, — крикнула ему я, но оглянулся и жестом показывает на восток. — Я проверю там, — проигнорировав меня, сказал парень. — Хорошо, — отозвался Юнги. Чон кивает и исчезает в темноте коридора. Неужели он не боится?