31.

      Стон звучит всё громче и громче. Мы невольно сбиваемся в кучку и тревожно глядим по сторонам.       Но почему? Я думала, что монстр исчез навсегда… В этот самый момент земля под нашими ногами начинает грохотать. Почему всё это происходит? Возникает бесформенная вязкая масса и прямо на наших глазах начинает увеличиваться. Стоило мне обрадоваться тому, что я никогда больше не увижу этого отвратительного монстра, как он снова появляется прямо передо мной. — Монстр всё ещё жив?!       Бесформенное тело монстра мечется по сторонам и растёт. Теперь он ещё выше, чем в прошлый раз, когда нападал на Чонгука. Монстр делает рывок, и я чувствую, что теряю самообладание. — Юнги! — Меня трясёт от страха, но я заставляю себя вернуться к парню. — Я хватаю его за руку, и мы вместе убегаем. — Рин!… — Я почти не могла пошевелиться, ноги онемели, а сердце колотилось в груди, как бешеное. Мы ведь должны вместе вернуться в реальный мир. — Я обещала, что никогда тебя не оставлю, помнишь? — Мы продолжаем бежать без оглядки.       Голос монстра звучит ближе, чем я думала. Нам нужно ускориться! Я собираюсь ещё крепче схватить руку Юнги, когда вдруг… Его рука выскальзывает из моей. Я нерешительно оборачиваюсь. Вокруг наступает белый шум, и лишь вижу сцену перед моими глазами.       Я не могу пошевелиться, будто кровь в жилах превратилась в лёд. На мгновение показываются когти монстра, и я чувствую, как лицо заливает что-то тёплое. Лицо пощипывает от струящихся слёз. Упав на колени, я понимаю, что мы вступили в битву, которую не могли выиграть. Какой безумный мир. В свои последние мгновения я думаю о том, как бы всё могло сложиться иначе… — Мы должны вместе встретиться с ним лицом к лицу. — Вдруг раздался надомной голос Юнги. — Рин… — Парень смотрел на меня с надеждой в глазах. — Извини, но я не могу позволить тебе получить все лавры героя. — Чонгук кладёт мне свои руки на плечи, обращаясь к Мину. — Всё-таки там Джун. Я должен сделать это ради него.       Его голос звучит очень уверенно, но когда он берёт меня за руку, я чувствую, насколько она ледяная. Я смотрю ему в глаза, плотно сжав губы, и он кивает мне с улыбкой. — Мы пообещали Рин. Мы дойдём до самого конца. — Вместе. Мне нравится, как это звучит… — Тэхён берёт меня за руку, и наши взгляды устремляются вперёд.       Мы стоим рядом, соединив руки, и чувствуем, как тело наполняет энергия нашей крепкой связи. И кажется, будто ничто уже не сможет нас остановить.       Монстр, с пронзительным криком, бросается на нас. Взгляд, полный решимости, я бросаю ему в ответ, вкладывая в него все эмоции, всю боль и скорбь, которая меня переполняет. Я мысленно обращаюсь к Намджуну и Хине, чьи имена уже стали синонимом боли и утраты. "Я никогда вас не забуду," – шепчу я, ощущая тяжесть их груза на своих плечах.       Страх Хины, его пронзительная тревога, страх быть одиноким, брошенным, без родительской заботы, - всё это проступает в моих воспоминаниях.       Воспоминания Намджуна, полные вины, мучительной вины за то, что он не смог защитить своих близких, не смог уберечь их от этой страшной участи. Эти воспоминания, насильственно вырванные из нашей памяти, хранят в себе боль и страдания. Они кажутся нам невыносимыми, но мы знаем, что они часть нас самих. Они формируют то, кем мы являемся, какими мы стали.       В разгар битвы, перед лицом неумолимого врага, я вижу призрачные образы. Это Намджун и Хина, улыбающиеся и светящиеся в лучах неизвестного света. Они парят над нами, подбадривая и успокаивая. Я чувствую, что их души наконец-то обрели покой. Они с нами, в этой беспросветной битве.       Теперь мы вместе, мы едины. Мы крепко сжимаем руки, чувствуя в себе небывалую силу. Монстр кричит, и всё вокруг озаряется ослепительной вспышкой света. Это сверкание настолько яркое, что мои глаза слепнут. — Не отводи взгляд! — кричит Юнги, и я вжимаюсь в его руку, боясь отпустить её хоть на миг. Мы отступаем, но не сдаёмся. Монстр не намерен отступать, он будет бороться до конца. И мы тоже. Мы будем бороться за свою жизнь, за свою волю, за свою память. Мы будем бороться за тех, кого утратили, за тех, кто в нашей памяти остаётся живым. Мы будем бороться за то, чтобы наша история не была забыта. Мы будем бороться до победного.       Сердце колотилось в бешеном ритме, отсчитывая секунды, оставшиеся до конца. — Держитесь вместе! — кричал Юнги, его голос дрожал, но он был полон решимости. Мы отступали ещё на шаг, но страх, как холодная рука, сковывал нас. Монстр, чудовищная тень, воплощение кошмара, приближался. Его пасть, полная острых, как бритвы, клыков, открывалась, исторгая яростный стон. От вида его зубов мурашки бежали по моей коже, и я невольно сжимала руки, сцепившись с товарищами, надеясь найти в их прикосновении силу, необходимую для противостояния. — Всё будет хорошо. Просто сохраняй спокойствие. Будь спокойна. — шептала я себе, стараясь унять панику, которая рвалась наружу.       Внезапно из пасти монстра вырвалась яркая вспышка света. Он, словно обожжённый, начал уменьшаться в размерах, издавая пронзительный стон боли, который эхом прокатился по всему пространству. Мы, охваченные надеждой, наблюдали, как он, медленно тая, превращается в мутную жидкость, стекающую к нашим ногам. — Теперь уже точно сработало? — несмело спросила я, ещё не веря в победу.       Мутная лужа исчезла, и в этот самый момент, словно из ниоткуда, до нас донёсся еле слышный шепот. — Спасибо вам. — прозвучало, нежно, как дыхание ветра. — Хина? Намджун? — прошептали мы, вглядываясь в пустоту, где секунду назад стояли наши друзья. Их лица, полные улыбок, растворились в воздухе. — Мы никогда не забудем вас двоих. — вновь прошептали мы, сердца наши сжимались от боли. В глубине души я мысленно молилась за них, за их души. — Кажется, это значит, что мы победили? — выдохнула я, чувствуя, как напряжение спадает с плеч. — Да, похоже, что так! — подтвердил Чонгук, и на наших лицах, измученных страхом и усталостью, засияли улыбки. Но радость нашей победы оказалась недолгой.       Земля под ногами вдруг начала дрожать, и трещины, словно змеи, поползли по земле, окружая нас. — Что на этот раз?! — закричал Тэхён, невольно отступая назад. — Мир кошмаров рушится, — произнес Юнги, его голос, был спокоен, но в его глазах, углубленных от бессонных ночей, была печаль.       Трещины расширялись, и над нами сгущался мрак, угрожая поглотить нашу последнюю надежду. Внезапно в земле открылась пропасть, и я с ужасом увидела, как из неё вырываются тёмные сущности, бесформенные и злые. Они хватались за нас, стараясь утащить в бездну. — Рин! — крикнул Чонгук, и я увидела, что прямо у меня под ногами в земле образовалась трещина.