Бонус

Солнечный лучик, пробившийся сквозь задёрнутые зановески проскользил по кровати и попал на мордочку Мартина, заставив его недовольно наморщиться и заворочиться. Однако же врывающийся через окно свет оказался слишком настойчивым, из-за чего мышонок всё же оказался вынужден проснуться, чтобы прикрыться ладонью. В первые секунды, пока сон и реальность ещё путались в голове мальчику показалось, что все недавние события - это просто кошмар. Однако же попытавшись пошевелиться и почувствовав ноющую боль пониже спины, а затем и увидев Файвела, мирно спящего по соседству, он был вынужден признать, что всё произошло на самом деле. Попытавшись тяжело вздохнуть - Мартин едва не поперхнулся пустышкой, о которой совсем забыл ночью, но теперь смог от неё избавиться сплюнув в раздражении. Вновь накатившие воспоминания о пережитом унижении заставили стиснуть кулаки, гневно уставившись в потолок. "Всё из-за этого Эйджесса! Кто, вообще, разрешает продавать лекарства кому попало? Если бы я не сумел достать мочегонное - ничего бы не произошло", - клубились в голове мальчика злые мысли. Погрузившись в себя он почти пропустил момент когда открылась дверь и в комнату вошли Ангелина, Нелли и Симона, о чём-то оживлённо разговаривающие между собой. Впрочем, заметив как Мартин вздрогнул и повернулся к двери они прервались, полностью переключая внимание на детей. - О, наши милые пупсики уже проснулись! - радостно произнесла Симона, подходя к кровати для того, чтобы подхватить на руки всё ещё сонного Файвела. - Проснулись-проснулись, - подтвердила Нелли, подходя к Мартину, чтобы наклониться и ухватить его за щёки. - Верно, самый вредный хулиган? Хорошо выспался сегодня? Мальчик хотел было вырваться и огрызнуться, но встретившись взглядом с мамой осёкся и решил, что перетерпеть это унизительное сюсюканье будет проще и безопаснее для собственного хвоста. - А знаете, что сегодня будет? - заговорщическим тоном спросила Ангелина, сделала небольшую паузу и торжественно провозгласила: - Мы поедем на пляж! Кроме Мартина. Последние слова были произнесены более хмурым тоном, разом обрезав возникшее было воодушевление. - Но... - хотел было возмутиться мальчик. - Мне нужно объяснять - почему так? - вздёрнула брови и наклонила голову женщина, всем видом показывая, что просто так выходку сына прощать не намерена. - Но не стоит расстраиваться: у вас, юноша, найдётся немало дел дома. И вообще, я обо всём договорилась: за тобой присмотрит тётя Шрю. "Что? Нет-нет-нет-нет! Только не эта противная толстуха! Кто угодно: только не она. Лучше Дженер... Хотя - нет. Это всё же слишком", - метались злые, растерянные, испуганные мысли в голове Мартина. - Не беспокойся, сахарный, - постаралась подбодрить мальчика Симона. - Мой племянник - Тони придёт с тобой посидеть. И Бриджит поможет за вами присмотреть. Вместе вы точно не соскучитесь! - Вот и отлично, - хлопнула в ладоши Нелли. - Чего же мы ждём? Скорее, давайте одеваться! - Не спеши, - подняла руки в останавливающем жесте Ангелина. - Нам всё равно нужно дождаться тётю Шрю. - Кто-то обо мне говорит? - донёсся голос из коридора, после чего в комнату заглянула землеройка. - А я уже здесь. Ну, и где же наш поросёночек? - Хи-хи... - Нелли прикрыла рот ладошкой, затем наклонилась к Мартину и снова ухватила его за щёчки. - Вы правы: он пухленький как поросёнок. С неумолимостью асфальтоукладочного катка, с неспешностью знающей себе цену женщины, тётя Шрю подошла к кровати и, оттеснив всех остальных наклонилась к Мартину, хватая его за щёки, чтобы оттянуть их в стороны. Губы мальчика растянулись, обнажая белые зубы, а в глазах начала плескаться паника при виде многообещающей улыбки, словно бы говорящей "Вот ты и попался, малолетний вандал". ...В памяти мышонка вспыхнули образы разбитого окна и цветка в глиняном горшке, упавшего с подоконника сломав толстый стебель. Тогда ему удалось сбежать, но, как подозревал Мартин, его всё же заметили и запомнили, затаив обиду. "Она ведь не будет мстить? Это ведь была... случайность. Да? Я ведь извинился... Ну, я точно думал о том, чтобы извиниться", - промелькнули в голове панические мысли. ...Шумные сборы прошли достаточно быстро и почти не задели самого Мартина. Когда же двери позади отбывших на пляж закрылись и мальчик остался один с новой нянькой и её помощниками - предвкушающе ухмыляющийся Тони наклонился к его уху. - Своей выходкой ты чуть было не опозорил Файвела на весь город. Но теперь ты на своей шкуре поймёшь, каково ему было. - Тётя Шрю. Тётя Шрю! - позвала старшую няньку Бриджит. - Не пора ли кормить малыша? - Хм, - землеройка задумчиво приложила пальцы к подбородку, скосила взгляд на своего малолетнего подопечного и хмыкнула. - Думаю, ты права, милая. - Вот бутылочка, тётя Шрю! - воскликнул Тони, бросившись к стоящему у входа в комнату столику, на несколько долгих секунд закрыв своей спиной то, что делал. - Мартину это точно понравится. - Ты что-то сказал, милок? - спросила старшая нянька, неспешно подходя к мальчику. - Чего ты там возишься? - Всё готово, - обернувшись к женщине, Тони протянул ей бутылочку с уже надетой соской. - Вот. Я всё сделал. - Умница, - взяв бутылочку, женщина потрепала молодого помощника по голове и вернулась к кроватке. - Ну, малыш, давай без капризов. Скажи "А-а-а". "Как же это унизительно", - промелькнуло в голове у мышонка, но он всё же подчинился и обхватил соску губами. Сперва всё шло неплохо и Мартину даже понравился вкус: если бы не способ, которым его кормили, он даже мог бы сказать "спасибо". Однако же не успел мальчик расслабиться, как случилось что-то нехорошее... - Похоже кто-то совсем не может терпеть и держать всё в себе, - проворчала Шрю, передавая бутылочку в руки маленькой помощницы, чтобы подхватить подопечного подмышки. - Хм. Полный подгузник напрудил, негодник. - А...? - опустив взгляд Мартин увидел, что на ранее просто белой ткани проступили рисунки голубых цветочков, из-за чего его мордочка начала стремительно краснеть. - Может быть его нужно сперва помыть? - предложила Бриджит, блестя озорным огоньком в глазах. - Я приготовлю воду. Мартин не был в восторге от идеи оказаться голым перед посторонними, но в этот раз его мнение никого не интересовало. Сопротивляться же всерьёз он не решался из-за угрозы наказания, обещание которого легко читалось во взгляде старшей женщины. В ванной, куда мальчика отнесла землеройка уже была налита горячая вода с пеной, а также стояла доска для стирки белья. Когда же нянька начала его тереть - мышонок не выдержал и закричал: - Прекратите! Это издевательство! Я всё расскажу маме и она вас... бу-бу-бу. - Кому-то надо помыть рот с мылом, чтобы грязные слова не вылетали, - ехидно заявил Тони, прижав мочалку к мордочке Мартина, из-за чего он почувствовал густую пену на языке и в горле, заставившую закашляться и начать отплёвываться. После мытья, которое стало самым унизительным в жизни Мартина, его вытерли грубым как щётка полотенцем. Как же ему хотелось врезать по носу либо наглому и посмеивающемуся Тони, либо же самой Шрю. Однако же страх снова быть выпоротым никак не желал отпускать мышонка, из-за чего оставалось лишь сжимать кулаки в бессильной злобе. ...Прежде, за все его хулиганства мама если и шлёпала, то ладонью, ну или же щёткой для волос, что было скорее обидно чем больно. Из-за этого он, возможно, потерял осторожность и стал чуточку самоуверенным, веря в почти полную безнаказанность.Пока же Мартин витал в своих мыслях - его надушили какими-то духами, намазали непонятным маслом, щекочущим нос и заставляющим чихать. Но хуже того было то, что от всех этих манипуляций шерсть стала пушистая, словно у какого-то хомяка, ну или девчачьей мягкой игрушки. Мышонка уложили на пелинальный столик, где надели толстый и неудобный подгузник, мешающий даже ноги свести. Старшая нянька, смотрящая на подопечного с нехорошим удовлетворением наклонилась и, схватив мальчика за щёки, потянула их в стороны приговаривая: - Вот и чудно. Нам удобно? Сухо и комфортно? - Фрефратите ифдеваться! - возмущался Мартин, сердито смотря на женщину. - Он фе февфяфий! На розовом подгузнике была нарисована принцесса на ковре-самолёте, летящая куда-то вдаль, но в сравнении со всем уже пережитым - это было не столь унизительно. - Что-то ты какой-то невесёлый, - проворчала тётя Шрю, затем неприятно улыбнулась и добавила: - Сейчас мы тебя немножко взбодрим и развеселим. Подцепив край подгузника со стороны спины, женщина оттянула его, чтобы Мартин, уже какое-то время крутивший в руках маленькую резиновую рыбку, обмазанную мылом, успел сунуть её внутрь. Несмотря на то, что это была просто игрушка - ощущалась она скользкой и холодной, словно настоящая, из-за чего мышонок испуганно вскрикнул. Подскочив, Мартин начал дёргаться и пытаться избавиться от рыбки, глядя на что Бриджит стала напевать мелодию песни "У меня белки в штанах". *** ...Тем временем шумная компания располагалась на песчаном пляже: взрослые расстилали полотенца и устанавливали зонтики, дети надували мячи, матрасы и другие игрушки, а Файвел остался предоставлен сам себе. Впрочем, мышонок не был недоволен этим фактом и, воспользовавшись возможностью, отошёл посмотреть на накатывающий волнами прилив. "Красота. Интересно, а вода тёплая?", - прищурившись от бликов солнца на волнах, забывшийся мальчик решил войти на мелководье, но не успел сделать и шага как был подхвачен на руки Симоной. - И куда это ты собрался, юноша? - состроила насквозь фальшивое сердитое выражение старшая мышь, затем улыбнулась и укоризненно произнесла: - Ну и зачем ты убежал? Мог же утонуть. Мальчик хотел было возразить, что уже не маленький, но тут же вспомнил о своём положении и роли, из-за чего погрустнел. Женщина же успела отойти от воды и уселась на скрипнувший под её весом раскладной стульчик. Достав из сумочки салфетку, Симона стёрла губную помаду, а затем вновь накрасила губы, но уже в розовый цвет с блёстками. Файвел, понимая к чему идёт дело сглотнул и попытался сбежать, но не смог освободиться и тогда просто зажмурился. - А сейчас, для закрепления урока, я сделаю так, - объявила белая мышь и мальчик почувствовал слюнявый поцелуй, от которого мысли попытались сбежать в пятки, оставив в голове одну только пугающую пустоту.