Часть 6

С непринужденным и почти незаметным движением Глеб осторожно открыл дверь в свою палату, стараясь не произвести никакого шума. Его шаги были мягкими и негромкими, словно он находился на границе между реальностью и невидимым миром тишины. Он продвигался с осторожностью, избегая даже наименьшего звука, который мог бы разбудить спящую Арину, которая, несомненно, нуждалась в полном покое. После их продолжительного и глубокого разговора, Глеб ощутил, что Лиля перенесла не одну, а целый ряд тяжелых психологических травм, которые оказали не только моральное, но и физическое воздействие на её состояние. Он понял, что каждый новый день приносит ей больше и больше страданий, и она, словно всё больше и больше утопая в собственных переживаниях, постепенно теряет свои силы и оптимизм. Потеря близкого человека оказалась для неё не просто ударом судьбы, когда он мог бы просто уйти к другой, или переехать в другой уголок мира, оставив её в одиночестве. Нет, это была полная и непоправимая потеря, когда смерть забрала его навсегда, и теперь он не сможет никогда снова позвонить ей, никогда не сможет опять прийти в гости, и она уже ничего не узнает о нем. Это было, несомненно, самое ужасающее, что может случиться с человеком. В связи с этим, Глеб начал рассматривать Лилю с совершенно новой точки зрения. Она больше не казалась ему той же доброжелательной и милой девушкой, которая всегда улыбалась и которая была наполнена жизненной энергией, чьи глаза сверкали счастьем и радостью. Теперь перед ним предстала совсем другая Лиля — девушка, которая, казалось, всегда улыбается, но это улыбка была настолько фальшивая, что видно было, что она делает это лишь для того, чтобы скрыть от окружающих свою внутреннюю боль и горечь потери. В тот момент, когда Лиля, не сумев больше держать накопившиеся эмоции в себе, опустилась на плечи Глеба и начала неистово плакать, раскрывая перед ним всю ту боль, которая так долго мучила её сердце, он ощутил себя не в своей тарелке. Он почувствовал, как его сердце замерло от стыда и отвращения к себе самому, ведь он осознал, что до сих пор не сумел правильно понять Лилю. Он осознал, что не имел никаких прав называть её неспособной к истинной любви, ведь, возможно, он просто не видел ту глубину чувств, которая скрывалась за её внешним посторонним поведением. Ведь каждый человек обладает своей неповторимой сущностью, и каждый из нас держит в себе какую-то тайну, которую не всегда можно увидеть на поверхности. В тот момент, когда Глеб, с глубоким чувством сочувствия и интереса, вглядывался в пронзительные глаза Лили, он, словно проник к её самым сокровенным мыслям, осознал с полной очевидностью, что в её сердце горит непоколебимая любовь к своему молодому человеку, который, к несчастью, был уже не между живыми. Романенко была бы готова отдать ему не только всё, что у неё есть, но и весь мир, если бы это могло бы спасти его и позволить ему оставаться рядом с ней. Но судьба, как всегда, имеет свой уклон, и она решила погубить этих людей, устроив такую жестокую и неподдающуюся пониманию иронику. Её возлюбленный ушел из жизни, оставив после себя лишь осколки разбитых мечтаний и надежд. С каждой речью о своем умершем парне, в её глазах отражалась та боль, которая была настолько глубокой и невероятной, что слова не могли ее описать. Эта боль, которую судьба так беспощадно нанесла ей, словно лезвие меча, прорезала ее сердце и оставила после себя неизгладимые следы. Глеб видел, как каждый раз, когда она перечитывала в памяти моменты их общей жизни, ее глаза наполнялись слезами, которые она с трудом удерживала, и ее голос дрожал от эмоций, которые она пыталась подавить. Глеб, с глубоким смущением и чувством вины, вспоминал тот момент, когда её глаза наполнились слезами, когда она позволила себе проявить истерику, позволила себе проявить такие глубокие и сложные чувства. Её взгляд, наполненный слезами, заставил его осознать, что он совершил нечто непоправимое. Он понял, что не имел права вторгаться в её частную жизнь, не имел права копаться в её душе, вызывать такие сильные и глубокие эмоции. Но теперь, после всего этого, он осознал одну важную истину: эта девушка умеет любить с неподдельной страстью, обладает сердцем, огромным и полнокровистым, полным доброты и открытости. Даже если сейчас это сердце, измученное жизненными испытаниями и трагедиями, кажется, что оно закрылось от всего, что есть вокруг, Глеб чувствовал, что оно все еще бьется, хотя и не так сильно, как раньше. Викторов, в свою очередь, не сможет забыть эту ночь, которая оставила в его памяти неповторимые впечатления. Это была ночь, когда он увидел в ней нечто иное, когда она позволила ему углубиться в её внутренний мир, когда он почувствовал всю тяжесть её переживаний, когда он узнал настоящую Лилю, без масок и маскировок. Эта ночь оставила в нем неизгладимый след, и он будет вспоминать её, даже когда будет находиться в уединении, в стенах своего дома. Он будет хранить воспоминания о ней, о том дне, который навсегда останется в его памяти. В последнее время Глеб начал относиться к Лилле совсем по-новому. Он перестал воспринимать ее исключительно как медсестру, чья задача — заботиться о его здоровье. Теперь он стал глубже осмысливать ее как уникальную личность, пытаясь понять, какая она на самом деле. Глеб стал внимательно наблюдать за каждым нюансом ее поведения, за ее эмоциями и реакциями на разные обстоятельства, и вдруг у него возникло чувство дежавю — словно он уже когда-то встречался с подобным человеком. Лиля обладала теми же чертами, которые когда-то делали её похожей на его бывшую супругу, Дашу. Даша отличалась своими темными волосами, однако их характер был похож на удивительное совпадение. Лиля, подобно Даше, отличалась невероятной добротой, которая проявлялась даже в самые сложные моменты. Она обладала удивительной способностью успокаивать людей, даже когда её гнев достигал критической точки. Лиля была человеком, способным прощать безгранично, и у неё не было ни малейшей склонности к долгому сохранению обиды в сердце. Она была полна милосердия и способна была найти в себе силы для прощения даже в самых сложных и конфликтных ситуациях, что делало её особенно ценной. В течение этих нескольких дней, проведённых в реабилитационном центре, Глеб неожиданно столкнулся с чем-то невероятным. Он увидел в Лиле — Дашу. Лиля напоминала ему её в каждом мельчайшем детали: та же невероятная красота, та же нежная улыбка, та же искренняя доброта, и, конечно же, та же искренность, которая была в Даше. Лиля, как и Даша, обладала качествами, которые делают женщину исключительной. Но если Даша была открытой, не скрывающей своих чувств, то у Лили была своя особенность. Она носила на себе защитную маску, словно она была создана специально для того, чтобы скрыть её внутренние переживания и страдания от посторонних глаз. Эта маска не позволяла никому увидеть её настоящую боль, настоящую боль, которая была скрыта за внешним видом. Но на самом деле Лиля была такой же искренней и настоящей, как и Даша, просто она умела скрывать свои истинное состояние. Глеб, медленно и с ощутимым усталостью в каждом движении, тяжело поднимал ноги и медленно, словно против воли, носил их к своей кровати. Время, вероятно, было уже около пяти-шести утра, так как на улице уже царило яркое утро, и он осознавал, что ему крайне необходим хотя бы незначительный отдых. После всего происшедшего, он осознавал, что ему предстоит набраться сил для предстоящих медицинских обследований и лечебных процедур, которые требуют от него полной концентрации и выносливости. Так, Глеб наконец-то уселся на подушку своей кровати, готовясь к тому, чтобы приняться за долгожданный отдых. Он тяжело вздохнул, словно пытаясь выдохнуть все свои переживания и усталость, когда неожиданно его внимание привлек женский голос, который пробился сквозь тишину утра. — Ну что, поговорили вы? — с легкой нотой любопытства в голосе и с некоторым уважением к тому, что происходит, заметила Арина, медленно и аккуратно сев на край своей больничной койки. Её взгляд был направлен на Глеба с вниманием, словно она не хотела нарушать атмосферу их разговора, когда сказала: — У вас был такой увлекательный и глубокий диалог, что я даже не могла решиться вмешаться, несмотря на то, что уже проснулась и могла бы прервать его, сказав, что больше не сплю, — продолжила она, словно пытаясь найти дополнительные слова, чтобы объяснить своё безмолвие. Глеб, который был в состоянии полной неожиданности, казалось, что он оказался в центре невероятного происшествия. Он сидел, и его взгляд был неподвижен, словно он пытался вникнуть в суть произошедшего, смотрел на Арину с глазами, которые были широко открыты. Он осознал, что Арина, несомненно, стала свидетелем их разговора, но в его голове оставался вопрос, с какого именно момента она начала их слушать. Ведь когда Глеб и Лиля нежно и внимательно смотрели на спящую Арину, она казалась настолько умиротворённой и беззащитной, что сложно было предположить, что она могла быть в состоянии что-то услышать. — И как давно ты не спишь? — Глеб, с легким шепотом, словно не желающий нарушать тишину ночного помещения, опустился на мягкую поверхность своей кровати и обратился к Арине с этим вопросом. — Да, вот ты, Глеб, и не представляешь, как долго я уже не могла заснуть, начиная с того момента, когда ты начал так что-то непреднамеренно шуршать бутылкой в угол. Но я старалась не обращать внимание на эти звуки, пыталась забыть их и найти покой в своих мыслях, чтобы наконец заснуть, — Арина, с легкой улыбкой на устах, ответила, добавив: — И теперь, чтобы избежать возможных недопониманий, я хочу заранее заверить тебя, что я слышала всё, что ты делал в углу, и я обещаю тебе, что никому, и в особенности Лиле, я ничего не расскажу. Ты можешь быть спокоен в этом вопросе. — Ты бы хоть знак какой-нибудь подала, что ты не спала, а то мы тут разговаривали, орали тут, — Глеб, несомненно, испытывал некоторое ошеломление и даже недоумение, когда осознал, что Арина, несмотря на видимость глубокого сна, слышала каждое их слово, каждый тон, каждое мгновение их беседы, что оставляло его в состоянии некоторого внутреннего смятения. На первый взгляд, можно было сделать вывод, что Арина — это не тот тип личности, которая, столкнувшись с полученной информацией, будет стремиться поделиться ею с окружающими. Она не была склонна к таким расплывчатым разговорам, особенно если речь шла о том, что она случайно услышала. И если бы она что-то почувствовала, то, безусловно, не стала бы обсуждать это с Лилей, не поддаваясь искушению рассказать о том, что прослушала. Тем не менее, в некоторой степени Глеб был виновен в том, что Арина не могла найти покой, чтобы заснуть. И самое удивительное — она даже не высказала ему никаких претензий, не попросила его умолкнуть, даже несмотря на то, что его шумы мешали ей наслаждаться тишиной и покоем. — Спасибо, Арин, а то она меня точно убьёт, — с легким смехом и несколько натянутой улыбкой Глеб отошёл от разговора и, словно пытаясь найти удобное положение, устроился на подушке, которая, казалось, должна была обеспечить ему некоторую комфортность. В этот момент Арина, словно ожидавшая подходящего момента, обратилась к нему с важным уроком, который, по её словам, мог бы стать ключевым в его дальнейшей жизни. Она с грустной усмешкой на лице и с некоторым раздражением в голосе заявила: — Перед тем как ты начнёшь свой покой, я хочу дать тебе один ценнейший совет, который, несомненно, пригодится тебе в будущем. Не следует, под каким-либо предлогом, говорить девушке о её недостатках в чувствах или о том, что она не умеет по-настоящему любить. Лучше укроти свои слова и держать их в тайне, ведь каждый человек несет в себе что-то особенное и до тех пор, пока ты не узнаешь её поближе, не следует вмешиваться в её внутренний мир. Похоже, что Лиля — очень добрая и терпеливая девушка, ведь она, кажется, уже простила тебя. Но, думаю, что другая, менее терпимая девушка в её ситуации, возможно, послала бы тебя куда подальше и вообще отказалась бы от дальнейшего общения с тобой. Поэтому, Глеб, цени Лилю, как есть, и не позволяй себе вновь вторгаться в её личные чувства и не говори ничего лишнего. Спокойной ночи, Глеб. — Спокойной ночи, Арина. — ответил Глеб, кивая головой в знак согласия и укрыл себя в уют и тепло одеяла. В этот момент Глеб осознал, что ему действительно стоит изменить своё поведение и больше не позволять себе вмешиваться в чужие души и говорить те слова, которые он недавно произнёс Лиле. После их разговора он по-настоящему понял, что наилучшим решением будет молчание и ожидание, пока люди сами не решат поделиться с ним своими чувствами и мыслями, а уж потом, на основе полученной информации, он сможет сделать более обоснованные выводы о характере их отношений. Он не мог точно определить, что происходит с ним, но было очевидно, что Лиля занимает в его жизни особое место. В течение этих нескольких дней, проведенных в больничной палате, она превратилась для него в нечто большее, чем обычная медсестра, которая лишь выполняет свои прямые обязанности по уходу за его здоровьем. Викторов испытывал непреодолимое желание продолжать беседы с ней, желал видеть её не только по поводу медицинских процедур, но и просто так, без каких-либо особых причин. Он мечтал о том, чтобы она заходила к нему в палату, чтобы он мог наблюдать за её жестами и выражениями лица, когда она говорила с ним. Возможно, это чувство возникло из-за того, что Лиля производила на него впечатление не просто компетентной профессионалки, а искренне хорошего человека. Кто знает, может быть, в глубине души он уже почувствовал, что она притягивает его не только своим профессионализмом, но и личностными качествами, которые находят отклик в его сердце. *** — Слушай, моя любимая подружка, я с полным вниманием прислушиваюсь к каждому твоему слову, — сказала Карина, удобно устроившись на мягкую спинку дивана в уютной сестринской комнате, где царила атмосфера тепла и доверия. Она слегка улыбнулась, и в её глазах играла искра любопытства, когда она задала вопрос: — Расскажи, что же именно происходило здесь между тобой и Глебом? — Ничего особенного, — в ответ на волнующий вопрос Карины, Лилия произнесла слова, которые звучали несколько уныло и безжизненно, словно она пыталась скрыть что-то важное или же просто не могла найти нужных слов, чтобы объяснить происходящее. Ее губы были слегка прижаты, и в ее глазах отразилось некоторое смятение. Лилия обладала особенностью, которая, пожалуй, могла бы быть названа сверхспособностью, если бы не ее негативные последствия. Как только она оказывалась в состоянии только что проснувшегося человека, и ее окружали другие люди, готовые к разговору, ее мозг, словно бы под воздействием какого-то магического заклинания, замирал. И в эти моменты Лилия теряла контроль над своими словами, которые тогда улетали из ее уста, словно без ведома своего хозяина, и порой оставляли за собой следы смущения и недоумения как у неё самой, так и у окружающих. — Подожди, дай мне минутку, я сейчас всё объясню, — с некоторой неловкостью и сразу же попытавшись оправдаться, Леля обратилась к своей подруге, пытаясь избежать возможных недоразумений и нежелательных выводов. Она осознала, что в предыдущем разговоре произошла некоторая недопонимание, и теперь ей было крайне важно устранить все возникающие вопросы и предотвратить возможные негативные последствия. Однако, когда она встретила взгляд Карины, она поняла, что ее подруга уже начала строить некие предположения, которые могли привести к недоразумению. В ее глазах, похожих на лисьи, было видно хитрое мерцание, что указывало на то, что в голове Карины уже развернулась активная умственная работа, что не могло не вызвать беспокойства у Лили. К тому же, когда на лице Карины появилась непринужденная и загадочная улыбка, которая была настолько заметна, что не могла остаться незамеченной, Лилия почувствовала некоторое смущение и неловкость. Она понимала, что теперь ей предстоит еще больше усилий, чтобы разъяснить ситуацию и предотвратить возможные нежелательные выводы в голове ее близкой подруги. — Ну, я вчера спала, никого не трогала. Мой телефон был неподвижен, не издавая ни звука, ни звонка, когда вдруг, как будто из ниоткуда, произошёл звонок от Глеба. Он обратился ко мне с просьбой приехать к нему, и, несмотря на все мои сомнения и опасения, я не могла отказать ему, ведь он был настолько искренне серьёзен в своей просьбе. Так что, бросив все дела, я рванула к нему, и мы некоторое время откровенном разговоре, в котором он признался в своих ошибках и извинился. Так что, Карина, не придумывай ничего такого, все было очень просто и ясно — мы просто поговорили. А потом я решила не ехать домой, и поспала тут. — Слушай, это очень интересно, однако, — продолжала Карина, не сдаваясь и стремясь выяснить всё до мелочей. — Но что именно ты имеешь в виду под разговором по душам? Какой был тот искренний разговор? — её любопытство было столь велико, что она не могла остановиться на достигнутом. — Я пытаюсь понять, но в голове у меня это всё какое-то не укладывается. Глеб обидел тебя, извинился, а ты так легко его простила? — Карина, я пришла к выводу, что я не должна обижаться на его поступки, ведь он мой пациент, и в любом случае, я обязана следить за его состоянием и прогрессом в его лечении в течение всего времени, пока он остаётся в реабилитационном центре. Он же обещал мне, что таких моментов больше не повторится. — Лиля объясняла, в то время как она встала со своего места на диванчике в сестринской и аккуратно надела на себя традиционный для медсестёр белый халат. — Ну, вот это да, какой же он провинившийся мальчик, — сказала Карина, не скрывая свою ирония и с легкой улыбкой на губах, — извинился и даже пообещал, что больше так не повторит. Несмотря на то, что Карина придавала свои слова иронический тон, временами даже добавляя в них легкий оттенок сарказма, она все же с нескрываемой радостью отметила, что между Глебом и Лилией наконец-то наступает время, когда их отношения могут стать более дружелюбными и конструктивными. Карина, которая испытывала после поступка Глеба некоторое отчуждение и даже неприязнь, теперь, казалось, готова полностью переосмыслить свои чувства и, возможно, даже с усмешкой на губах, предпринять рядовую попытку помочь ему в его борьбе с зависимости. Она была готова вложить все усилия, чтобы Глеб смог преодолеть свои пороки и вернуться к здоровому образу жизни. Лилия, в свою очередь, обладала особенной способностью не упускать из виду главное и не позволять мелочам разрушать их дружбу. Она не была человеком, который мог долго злиться или обижаться на кого-то. Даже в те времена, когда они вместе занимались в медицинском колледже, и Карина, непреднамеренно затрагивая тему, которая была для Лилии болезненной, последняя не могла сохранить обиду на долгое время. Лилия, по-видимому, не могла прожить и целый день в отчаянии или злости, и Карина, осознавая свою ошибку, всегда находила в себе силы извиниться. В результате, их дружба всегда возобновлялась с новой силой, словно ничего не произошло. Таким образом, Лилия, казалось, была воплощением идеала добра и прощения. Она была поистине ангельской фигурой, обладающей невероятной способностью прощать и стремящейся к тому, чтобы вокруг царило мир и взаимопонимание. Её добрые намерения и отзывчивость делали её человеком, который всегда мог быть примером для подражания и источником вдохновения для окружающих. Лиля всегда отличалась не только своим внешним изяществом, но и внутренним благородством, благодаря чему она завоевала любовь и уважение окружающих. Ведь за её добротой стояла великолепная и воспитанная тётя Василиса Андреевна, которая с детства внушала ей важность быть добрым человеком, несмотря на то, что в мире встречаются и те, кто позволяет себе быть агрессивным и злым, не щадя других и не сдерживая своих эмоций. В жизни Лили не раз сталкивалась с людьми, которые, казалось бы, не заслуживали её доброго отношения, однако Лиля всегда держалась верхом и не позволяла себе отступаться от своих принципов. Она была неспособна к злобе и коварству, она была не злой стервой, а настоящим добрым ангелом, который всегда готов помочь нуждающимся. Карина, напротив, была своего рода ярким контрастом к своей подруге. Она обладала способностью быть не только милой и доброй, но и могла проявлять агрессию и злобу, если её или её близких обижали. Карина не боялась вступать в конфликт и даже шла на открытое противостояние, если это казалось ей необходимым. В такие моменты, когда у Карины возникали серьёзные трудности, Лиля всегда приходила на помощь, умело взяв управление ситуацией в свои руки и стараясь найти мирное решение конфликта, чтобы избежать возможного столкновения. Лиля обладала уникальным даром умиротворения, которое она использовала для поддержания гармонии в отношениях и налаживания взаимопонимания. Несмотря на то, что если принять во внимание и Глеба, то он тоже представляет собой полное воплощение противоположности Лили. Не следует забывать, что в определенных ситуациях Глеб может проявлять некую степень добрых чувств, особенно когда речь идет о его преданных фанатах, о близких ему людях или о друзьях, с которыми он разделяет теплые отношения. Однако, в то же время, он способен проявить столько же злобы и агрессии, что его присутствие в одном и том же помещении может вызывать ужас и дискомфорт. Карина, в отличие от Лили, обладала глубокими знаниями о Глебе, она была в курсе всех его поступков и поворотов судьбы, благодаря чему она могла с легкостью и без особых эмоциональных потрясений реагировать на его внезапные всплески ярости и агрессии. Лиля, напротив, была лишь поверхностно знакома с творчеством Глеба, она слушала его песни, но не проявляла особого интереса к его личной жизни. Её интересовали только его музыкальные композиции, а биографические данные о певце она не изучала. Возможно, именно поэтому её реакция на слова Глеба была столь интенсивной и полной обиды, ведь она не обладала полной картиной о его личности. Однако, несмотря на все происшедшие инциденты, в итоге все было выяснено и всем стало ясно, что всё складывается благополучно. Лиля, несмотря на свою склонность к быстрому прощению, не могла долго питать обиду на Глеба. Она не была человеком, который умел долго злиться на других, однако, если какая-то тема затрагивала её особенно болезненно, это могло вызвать у неё сильные эмоциональные переживания. — Ну, я действительно надеюсь, что Глеб в глубине своей души осознал все свои прошлые ошибки и что он, наконец, пришел к пониманию того, что больше никогда не будет причинять тебе боль и не будет задевать твои чувства, — с легкой улыбкой на губах и в голосе, наполненном искренним желанием, произнесла Карина, направившись к своей подруге, чтобы обнять её по-дружески за плечи. — А теперь давай, Соня-засоня, которая спит на работе, нам пора приступить к работе, — добавила она с улыбкой, показывая свою усталость. — Мг, — ответила блондинка, и, не утратив улыбки на лице, она аккуратно и с вниманием поправляла свои волосы, внимательно смотря в зеркало, чтобы убедиться в своей привлекательности и уходе за собой. Лиля, в свою очередь, с полным доверием и надеждой в сердце, надеялась на то, что с Глебом у нее наконец-то будут установлены нормальные, дружелюбные отношения, в которых не будет места ссорам и конфликтам. Она мечтала о спокойной и гармоничной атмосфере, где каждый будет уважать и понимать другого. И в случае, если эти надежды не оправдаются, Лиля была готова принять серьезные меры: взять отпуск и провести его в уединении, пока Глеб не придет к пониманию и не выпишется из рехаба, чтобы избежать дальнейшего конфликта и сохранить свое душевное равновесие. *** Прошло уже две недели с того момента, как Глеб начал своё восстановление в стенах реабилитационного центра, и он, постепенно, но уверенно, приступал к сложному, но необходимому процессу избавления от алкогольной и наркотической зависимости, которые были его мучениями. Со временем, Глеб все глубже и глубже проникался в душу Лили, в её внутренние чувства и эмоции, и он прилагал все усилия, чтобы не наносить ей боль, даже когда в его душе кипела невыносимая агрессия, которую он пытался направлять в более безопасное русло, избегая, чтобы она не обрушилась на его медсестру. Глеб старался поддерживать с Лилей отношения на уровне уважения и спокойствия, избегая резких слов и высказываний, которые могли бы её ранить. Он стремился к тому, чтобы их общение было равноправным и дружелюбным, и всё больше и больше он осознавал, что Лиля для него стала не просто медсестрой, занимающимся его лечением и помогающим врачу в его работе. Она превратилась в человека, который играл в его жизни значительную роль, может быть, даже в другую, но она была для него гораздо больше, чем обычная медсестра. Глеб с удовольствием проводил с Лилей время, слушая её разговоры, интересуясь её личными переживаниями, желая узнать, как проходит её день, и какие события происходят в её жизни. Особенно он ценил моменты, когда Лиля ставила ему капельницу, потому что это был повод для разговора о её собственной жизни, о новостях, которыми она хотела поделиться, и о происходящих в ней событиях. Лиля, в свою очередь, также начала привыкать к Глебу, её отношение к нему стало более теплым и заботливым, чем прежде. Она стала относиться к нему с большим вниманием и добротой, и когда она замечала, что Глеб испытывает стремление вернуться к своим привычкам, она находила в себе силы что-то успокаивающее сказать, чтобы помочь ему сохранить спокойствие. Она пыталась действовать так, как это учит психология, и старалась применить все свои знания, чтобы Глеб смог успокоиться и не упасть духом, находясь на таком сложном пути восстановления. В жизни Лили, казалось, наступил период стабилизации и благополучия. Она с невероятной радостью и ожиданием приходила на работу, где каждый день наслаждалась беседой с Глебом, обмениваясь с ним мелочами жизни, такими как обновление очков или небольшие семейные истории. Лиля с удовольствием делилась с ним самыми незначительными, но для неё важными событиями из её повседневности, рассказывала о том, что происходило с ней каждый вечер, и какие незначительные, но важные для неё моменты она переживала. Однако если глянуть на картину жизни с другой стороны, оказывается, что всё не так просто и радужно, как кажется. Если бы не одно маленькое, но весьма существенное «но», Лиля могла бы наслаждаться полной гармонией и счастьем. Но, к большому сожалению, судьба, кажется, имеет свои собственные планы, и они не предусматривают для Лили спокойную и безмятежную жизнь. Если быть честными, Лиля даже не могла предположить, что в её жизнь вновь вернется человек из далёкого прошлого, о котором она давно забыла и который не возникал в её мыслях уже годами. Но так бывает, иногда судьба играет с людьми таким образом, что она, словно ирония, вновь приносит этого человека в её жизнь, и он начинает мешать ей жить спокойно и уютно. Уже две недели он, к сожалению, вносит свои коррективы в её жизнь, делая её нестабильной и напряженной. В жизни каждого человека встречаются те, кто оставляет неизгладимое впечатление, и Антон был одним из таких людей для Лили. Он был не просто знакомым, а настоящим лучшим другом Вани, хотя, к сожалению, это уже относится к прошлому. В первые же минуты знакомства Лиля была уверена, что перед ней стоит человек с добрым сердцем, чуткий и готовый помочь, но обстоятельства сложились так, что его последующее поведение не позволило ей продолжать считать его достойным доверия. Не только Лиля, но и Ваня были в шоке от его неожиданного поступка, который можно было описать как предательство. Антон, зная о серьезных отношениях Лили и Вани, все же решился на отчаянный шаг, по-своему, так сказать, «взять» Лилю у Вани, начав с ней встречаться. Он стал преследовать её, используя при этом всевозможные комплименты, и даже дошло до того, что он пытался приставать к ней, что и стало точкой, когда Лиля осознала, что что-то идёт не так. Она делилась своими подозрениями с Ваней, и тот, не колеблясь, решился на разговор с Антоном. Однако, к сожалению, этот разговор не привёл к урегулированию конфликта, а закончился дракой, которая не принесла ничего хорошего. После этого Ваня и Лиля приняли решение прекратить любые контакты с Антоном, запретив ему общаться с ними. Лиля сама не могла найти в себе силы, чтобы иметь дело с человеком, который так жестоко предал их многолетнюю дружбу с Ваней, пытаясь увести любимую девушку. Этот поступок Антона был не просто неожиданным, но и абсолютно неприемлемым для Лили, ведь она не могла понять, как человек, с которым они провели столько лет в дружбе, мог совершить такой ужасный поступок. Лиля Романенко, быть может, и в самом сокровенном своём желании не мечтала о том, что судьба ещё раз предоставит ей возможность встретиться с Антоном. В её сознании укоренилось мнение, что он, вероятно, уехал в какой-то уединённый уголок мира, и они больше никогда не пересекутся, ведь жизнь, как известно, часто распоряжается так, что даже самые невероятные события становятся реальностью, заставляя нас пересматривать свои первоначальные предположения. Прошло около двух недель, когда Лиля заканчивала свой трудовой день в реабилитационном центре, и, как обычно, она заходила в палату Глеба, чтобы пожелать ему спокойной ночи и хороших снов. После этого она выходила из здания, и, казалось, что она уже собиралась отправиться к своему автомобилю, когда внезапно её задернул незнакомый человек, который схватил её за локоть и, словно в порыве страсти, прижал к себе. Лиля, естественно, оказалась в состоянии полного шока. Первоначально, в её глазах отразилось страшное ужас и беспомощность перед возможными последствиями: что если её ударят, или ещё хуже, что если она станет жертвой насилия? Но в этот миг она узнала в незнакомце своего старый знакомый — Антона. Этот момент оказался таким неожиданным и полной противоположностью её предыдущих ожиданий, что слова не могут передать всю глубину пережитого шока и волнения, которые охватили Лилю в этот миг. Он с некоторой напряженностью прижал её к себе, и в то же время начал говорить, словно пытаясь выразить всю глубину своих чувств и знаний. Он утверждал, что в его распоряжении есть информация о том трагическом событии, о котором Лиля знает о смерти Вани. Он не просто сочувствовал ей, он проникся глубокой соболезнованием, и в этот момент Лиля почувствовала, что что-то не так, что он нашел её не просто так, а с какими-то особыми намерениями. Он, кажется, решил напомнить ей о смерти Вани, словно копаясь в её груди, где царила непрекращающаяся боль, которая никогда не утихала. И, к счастью, Лиля оказалась абсолютно права в своих предположениях. Он, действительно, от неё требовал что-то, и это требование было не просто так. Антон, с его неприглядным, скользким характером и мерзкими манерами, был человеком, которому Лиля не могла относиться иначе, как с глубокой ненавистью. Она была одной из тех людей, которые всегда проявляли доброту и терпение, словно ангелы, но в его лице она чувствовала такие сильные отторжение и отвращение, что её мысли опускались до мысли о том, чтобы зарезать его ножом и вскрыть глотку, чтобы избавиться от этого ненавистного существа. В течение последних двенадцати дней, которые казались невероятно долгими и напряжёнными, он неустанно следил за ней, не оставляя задним числом её в окрестностях реабилитационного центра, где она трудилась с утра до вечера, внося свой вклад в восстановление здоровья людей. Его присутствие было постоянным, и каждый вечер он ожидал её, стремясь обменяться словами, но Лиля категорически отказывалась вступать с ним в диалог. Она ясно дала ему понять, что между ними не может быть никаких отношений, а тем более романтических. Несмотря на все его попытки, она не могла простить его, и он не вызывал у неё никаких чувств, которые могли бы породить желание встречаться с ним или строить с ним какие-либо серьёзные отношения. Лиля надеялась, что он в конечном итоге осознает бессмысленность своего преследования и оставит её в покое. Однако, к её глубокому сожалению, он либо не понимал, либо действительно желал получить от неё что-то, и несмотря на все её просьбы, он не отступал. Однажды Антон даже позволил себе сказать, что с исчезновением Вани его шансов на завоевание её расположения стало больше, ведь он очень её любил, уважал и ценил. В ответ на такие слова Лилия, не выдержав, нанесла ему мощный удар по щеке, выражая своё негодование и отвращение к его бесцеремонному отношению к Ване. С того момента она не желала иметь ничего общего с этим человеком и отказывалась от всяких попыток его сближения. Она прилагала все усилия, чтобы полностью игнорировать каждое его послание, каждый звонок, каждый его визг и крик, которые он издавал, следуя за ней, когда она входила в больничные помещения. Она старалась создать видимость, будто он для неё не существует, будто он — не более чем пустое пространство вокруг неё. И вот, сегодня утром, когда она прибыла в реабилитационный центр, она не могла сказать, что находится в отличном настроении. В глубине души она опасалась встретить его около больницы, но к её великому облегчению, он там не оказался. Это немного подняло её дух, и она даже начала уверенно верить, что он по-настоящему отказался от преследования её. Её настроение немного улучшилось, однако, если бы она только знала, куда он ушел и где он находится в данный момент, она бы не так легко радовалась и не столь уверенно рассчитывала на хорошее настроение. Романенко, с легкой улыбкой на устах, прошла в больничные помещения. Она сняла свой повседневный наряд и аккуратно переоделась в медицинский халат, который так хорошо подчеркивал её профессионализм и заботу. Затем она вышла из сестринской, направившись к палате, где её ожидали пациенты. Но внезапно, в самый неожиданный момент, её руки были схвачены за талию, и она была прижата к стене с такой силой, что едва могла дышать. И, конечно же, это был Антон, который, казалось, никогда не терял надежду на возвращение в её жизнь. — Опять ты! Да что же тебе от меня так нужно? Две недели от меня не отстаешь, отвали ты уже! — Лилия прилагает все усилия, чтобы сдержать свой гнев и не напугать пациентов, которые только что покинули свои палаты, или медсестёр, которые быстро пробегают по коридору, чтобы помочь нуждающимся. — Помимо всего прочего, как ты вообще смог проникнуть сюда? Что ты здесь затеял? — Я пришёл к тебе, чтобы поговорить, — с легким ухмылкой на губах шатен держит её за руки, прижимая её к холодной стене все ближе, что заставляет Лилию чувствовать, как её спина впивается в прохладную поверхность. — Лилечка, а ты что, совсем не рада видеть меня? — Да я тебя знать не хочу, не говоря о том, что уже видеть! Я тебе на русском языке и не раз объясняла, что я не желаю с тобой общаться, и что между нами не может быть никаких отношений, ни дружеских, ни каких-либо других. Отвали от меня, давай же! — Лилия, используя все свои хрупкие силы, отталкивает его от себя с такой силой, что он едва не упал на плитку кафеля. — Просто исчезни из моей жизни и никогда не позволяй мне увидеть тебя снова, я тебя ненавижу. — И вот, моя милая, теперь ты мне кажешься ещё более привлекательной. Ты уже не просто ангел, ты ангел воплотившийся перед моими глазами. Неужели ты не замечаешь, как я уже целых две недели без устали следую за тобой, стараюсь найти каждый возможный способ, чтобы наши чувства друг к другу стали ещё более глубокими и искренними? — Антон продолжал говорить, используя свой знаменитый мерзкий тон, который ещё больше возбуждал и выводил из себя Лилю. — Хватит нести эту чушь! Ищи другую девушку, которая будет рада твоим ухаживаниям, или попробуй уговорить одного из своих друзей поделиться с тобой её вниманием. Ведь ты, очевидно, обладаешь немалым опытом в этом деле, — отвечала Романенко, словно пискульная змея, её голос был наполнен глубоким злобом. — Но если ты не уйдешь отсюда, я не остановлюсь перед призывом охраны, чтобы тебя, мой дорогой, из этого места выпровадили с помощью некоторой физической силы, и, возможно, ты узнаешь, что значит ощущать пинки под своим задом. — Я твёрдо убеждён, что тебе не нужно никого, кроме меня, Лилечка. Ты оказалась для меня не просто интересной, ты захватила моё внимание и сердце настолько, что я не могу представить себе жизнь без твоего присутствия. Я не собираюсь отступать и отставать от тебя, — Антон, словно зачарованный, медленно приближался к ней, его взгляд был наполнен страстью и желанием, и он, не скрывая своих чувств, тянулся к ней, чтобы осуществить своё желание — поцеловать её в губы. Однако Лиля, обладая быстрым и точным рефлексом, моментально оценила ситуацию и, не колеблясь, использовала свою коленку, чтобы нанести удар в самое чувствительное место Антона. Он немедленно скругляясь от боли, отступил назад. — Понял?! — с громким, наполненным гневом голосом крикнула Лиля, когда убедилась, что в близости нет никого, кто мог бы стать свидетелем этого инцидента. В тот момент, когда Глеб, имея в виду простой и естественный поступок — отправиться в туалет, чтобы осуществить необходимую процедуру помывания рук, он неожиданно столкнулся с этой картиной, которая разыгрывалась прямо перед его глазами. Он увидел, как некий молодой человек, демонстрируя неприемлемые манеры, стал преследовать Лилю, и ситуация достигла такой точки, что она была вынуждена прибегнуть к крайним мерам, нанеся удар по его самым уязвимым и чувствительным точкам. Глеб, немедленно оценив обстановку и ощутив, как в его вены влилась некая злобная энергия, с невероятной скоростью приблизился к этой несчастной паре. Он с гневом в глазах смотрел на того парня, который, казалось, собирается оправиться от ощутимого удара, и в его уме были только мысли о том, чтобы мгновенно сломать его, чтобы он больше не мог совершать подобные действия. Глеб ясно видел, как этот молодой человек с каштановыми волосами не упускал возможности приставать к Лиле, а та, в свою очередь, прилагала все усилия, чтобы как-то отбросить его от себя, и единственным действием, которое она могла предпринять, было нанести удар в самый уязвимый и болезненный для парня орган. — Лиля, ты в порядке? — Глеб произнес этот вопрос, который, однако, был не столько настоящим вопросом, сколько утверждением очевидного, ведь Глеб прекрасно осознавал, что у Лили в данный момент не всё в порядке. — Глеб! — с восторгом и надеждой в голосе выразилась Лиля, когда она увидела Глеба, словно он был её спасителем и последней надеждой на выход из этой неловкой ситуации. Она быстро подбежала к нему, ища защиты за его широкие плечи, в то время как Антон, не в силах перенести боль, которую он испытал, ушел, пытаясь облегчить свои страдания. — помоги мне!