Часть 1

Кайя не был фанатом ночных клубов, но сегодня его друзья и коллеги все-таки уговорили его оторваться. Как никак у него был день рождения, на который он благополучно забил бы, но друзья настояли. Они пили чистый виски, виски с колой, пока сам Кайя по-прежнему выбирал чистую колу. Был у него однодневный срыв, когда они с Суной всё-таки развелись, но потом им с алкоголем стало вновь не по пути. Он протрезвел, поговорил с мамой и дедом, сказал, что хочет вернуться в Лондон. Вот уже как год он директор и владелец своего собственного ювелирного дела. Халис дал ему деньги для открытия, но сегодня Кайя как раз перевёл последний лир долга. Это было еще одной причиной, почему он пошел с друзьями в клуб. Было что отметить. Сейчас его друзья уже неплохо выпившие о чём-то шутили и обратили его внимание на девушек, которые появились на танцполе. На них были только шорты, бюстгалтер и обувь на высоком каблуке, и Кайя прекрасно знал, что это только начало вечера. В свою молодость он часто бывал в таких заведениях, знал, что чем позже, тем меньше на девушках одежды. Но его взгляд все равно задержался на девушках, что-то в их танце всё-таки было. Особенно внимание привлекала стройная девушка с темными средней длины волосами. Чем дольше Кайя смотрел, тем более знакомой казалась россыпь родинок на груди. Когда она повернулась спиной, поднимая руки в изящном движении, он поймал еще одну слишком схожую черту. Её тату он помнил очень хорошо, и если только в мире не существовало еще одной девушки с точно таким тату в том же месте, то сомнений не оставалось. – Я отойду, – бросил он друзьям, которые уже присвистывали на откровенные движения девушек, пока ему хотелось найти диджея и остановить музыку, но это только после того, как он будет уверен. Сомнений не осталось, когда он добрался до самой сцены и они встретились взглядом. Она вероятно не видела его, так был настроен свет в клубе, но он не сомневался, что узнал её взгляд.

***

Музыка заканчивается, девушка останавливается в финальной позиции и тут же чувствует, как чья-то сильная рука снимает её со сцены. – Отпустите меня! Что вы себе позволяете? – сопротивляется девушка, ударяя мужчину кулаком по спине. Она висит головой вниз, перекинутая через его плечо и надеется, что он поставит её на пол раньше, чем ее стошнит. Но он игнорирует её слова и уверенно движется в сторону приватных комнат. – Да кто вы такой? Немедленно отпустите меня! Он резко открывает первую из дверей, опуская девушку на пол, и также резко закрывает. Только после этого она наконец видит лицо похитителя. Кайя. – Суна, что ты здесь делаешь? – интересуется он, резко снимая с девушки маску. Предполагалась, что эта маска должна защитить их от того, чтобы их узнали. Но это не сработало. До этой секунды он еще надеялся, что обознался, хотя уже почти убедился, что нет, когда почувствовал её запах. Каким-то образом из всех ароматов клуба, алкоголя, кальяна, людей вокруг, он смог почувствовать именно её запах, пока нёс её на руках. – Работаю, – надменно отвечает она, вырывая маску из его рук и пытаясь звучать убедительно. – Но личные услуги я не оказываю, обратитесь к бармену, он подскажет вам девочек, которые могут вам помочь, – она надевает маску и пытается выйти, но Кайя подпирает дверь. – Мы уходим, – говорит мужчина после десяти секунд раздумий. Его пиджак тут же оказывается у нее на плечах. – Не неси бред. Я тут работаю, я не могу никуда уйти. – Ты здесь больше не работаешь. И мы уходим. Точка. – Да кто ты такой, чтобы говорить мне, что делать? – возмущенно спрашивает Суна. – Немедленно отойди с дороги и дай мне вернуться на работу. – Ладно, я предлагал тебе по-хорошему, но ты не хочешь, тогда будем играть по-другому, – он снова поднимает её на руки, забрасывая на плечо. Суна успевает подумать о том, что этот мужчина стал намного сильнее. – В какой стороне твоя гримерка с вещами? Надо забрать хотя бы твои документы. – Оставь меня, я пойду сама, – сопротивляется девушка, но Кайя больше не поддаётся. Он замечает, где скрываются другие девушки и идёт следом, по-прежнему неся сопротивляющуюся Суну на руках. Он опускает её на пол ровно на столько времени, сколько ей нужно, чтобы забрать вещи, а потом она снова переброшена через плечо, пока он несёт её и ее рюкзачок с вещами к своему кабриолету. Выглядит не слишком эстетично и может даже не совсем этично и красиво по отношению к девушке, но провожающие их взгляды – это явно не самые худшие взгляды в жизни Суны. Кайя усаживает девушку в машину, мысленно радуясь, что она сама пристёгивается, пока он обходит автомобиль. Он срывается с места так резко, что Суна благодарит Аллаха, что она вообще успела пристегнуться. – Ты с ума сошел? – бросает озлобленный взгляд на бывшего мужа Суна, но он не реагирует. Ночь в Лондоне выдаётся достаточно сырой и холодной, так что Кайя закрывает крышу. Суна неотрывно смотрит в окно, но взгляд не фокусируется на том, где или куда они едут. Кажется даже, что Кайя просто давит на педаль газа, исправно игнорируя все скоростные ограничения, будто пытаясь выпустить пар. Суна не понимает, что именно его так взбесило. Они давным давно друг другу никто. Они не имеют права вмешиваться в жизнь друг друга. Он не снится ей каждую ночь. Суна продолжает смотреть в окно, но от закрытой крыши быстро чувствует, как салон наполняется запахом Кайи. Хотя скорее всего этот запах всегда там был, это ведь его автомобиль, просто она не сразу заметила. Дышать становится невозможно. Перед глазами живо стоят картинки их первой ночи, когда он успокаивал, заботился и боготворил её одновременно. Ночи, когда она на время поверила, что из этого брака что-то может получиться. Потом сама ведь всё испортила. Суна почти задыхается от нахлынувших воспоминаний, так что даже не спрашивая открывает крышу автомобиля, запрокидывая голову, устремляя взгляд в небо и жадно глотая воздух. Возможно ей кажется, но она замечает падающую звезду. Не думает, что успела загадать желание, но если исполнится то, о чём она думает, то её ждет еще одна первая брачная ночь с Кайёй. Она усмехается этой мысли. – Ты замёрзнешь, – неожиданно говорит парень, как будто только сейчас понял, что сделала Суна. Или он молчал и украдкой наблюдал за ней. – Не замёрзну. Да и какая тебе разница, замёрзну, сгорю? Кайя резко останавливает машину, и Суна повнимательнее присматривается. Она узнаёт район. Не самый дорогой в Лондоне, но, как ей известно, и здесь есть квартиры по миллиону долларов. – Ты пойдешь сама или мне снова придётся тебя нести? – спрашивает Кайя, выходя из машины. – Я никуда не пойду. Раз уж ты лишил меня зарплаты сегодня, то дай мне деньги на такси, и я поеду домой. – Аллах, ну за что ты досталась мне такой упрямой? – Я досталась тебе? – Суна сама не знает, почему она так взрывается, что даже выходит из машины, резко захлопывая дверь. – Никто не просил тебя этого делать. Ты там отдыхал и наслаждался шоу? Надо было продолжить. Захотел трахнуть кого-нибудь, не сомневайся, там полно девушек, которые дали бы тебе или отсосали бы, не знаю, что ты предпочитаешь, хотя что я рассказываю тебе, ты сам лучше меня знаешь этот город. – Выговорилась? – Кайя забирает вещи девушки, закрывает крышу и автомобиль, и чуть взяв девушку за локоть ведёт её к дому. Когда Суна оказывается в пентхаусе бывшего мужа, она не сомневается, что эта квартира из тех, что стоит миллион. В интерьере переплетены черный и бежевый, кофейный цвета – цвета, которые она когда-то ассоциировала с ними. – Где ванная? – неловко спрашивает Суна. – В конце коридора, – кивает в нужное ей направление Кайя. Она чувствует острую необходимость переодеться. Казалось бы, двадцать минут назад она не стеснялась полного клуба мужчин, а сейчас стесняется бывшего мужа, который видел намного больше, чем позволяет её нынешний образ. Когда Суна возвращается, то на ней уже джинсы и свитер, ни капли макияжа, и Кайя даже не узнаёт в ней ту девушку, которая привлекла его внимание в клубе. Она замечает на столе две чашки с кофе и улыбается мысли, что Кайя всё ещё джентльмен. – Может уже скажешь, для чего я здесь? – интересуется Суна, забирая кофе и делая глоток. Нужно признать, что даже кофе у него вкуснее, чем она может себе позволить.– Или я здесь пленница, ты сейчас запрёшь меня в одной из спален и сделаешь личной шлюхой? – она истерично смеётся. – Хотя я определенно переоценила себя. Если ты можешь позволить себе такую квартиру и машину, то и шлюху можешь найти подороже, – Кайя прикрывает глаза, пытаясь осознать, откуда эта девушка вообще узнала такие слова. – Ну и такую, в отсутствии венерических заболеваний у которой ты будешь уверен, – эти слова добивают его. – Замолчи! – он не готов себе представлять всех тех мужчин, с которыми трахалась Суна. Нет, не его Суна. Не та фея, в которую он однажды влюбился. – Вторая по коридору спальня гостевая. Иди спать, Суна. И я тоже пойду к себе. – Вот как, – бросает она ему уже в спину, когда Кайя уходит. – Я стала настолько противна тебе? Больше даже не возбуждаю и не годна на то, чтобы ты выпустил пар со мной, а не в душе. Интересно, а хотя бы танец был достоин того, чтобы ты вспомнил его, пока будешь мастурбировать. – Блять, – срывается Кайя тут же оказываясь около девушки и целуя её. Его руки так привычно на её талии, пока он вжимает её в своё тело, одновременно прижимая к кухонному столу. Он целует глубоко и развязно, прикусывая губу, проникая языком так глубоко в рот, что Суне кажется, что она задохнётся, как и Кайе. Но он отступает. – Даже сейчас, даже сейчас, когда ты в красках описала мне свою жизнь в последнее время, я всё еще не могу взять тебя силой. Не могу, понимаешь. Так что просто ложись спать, Суна. Он уходит, а она понимает, что справляться с возбуждением в душе будет не только он, но сначала она допьёт этот вкусный кофе.