Он и она

      — Потанцуем? — в ожидании ответа, Саид, нервно расстегнув пуговицу пиджака, снял его и бросил на стул, стоящий позади него.       Жади удивили предложение и действия мужа.       — Впервые ты… находясь в гостях… снял пиджак… — она с каждым словом всё внимательней следила за тем, что он делает. — Харам, Саид… харам!       Ей сложно было понять, что происходит. Она вдруг испытала непредсказуемый восторг, лихорадочно пытаясь найти хоть какое-то объяснение этой внезапно возникшей эмоции.

«Вероятно, это оттого, что он сейчас ведёт себя не так, как всегда…»

      — Не думал, что тебе знакомо это слово, — Рашид за пару движений правой руки слегка расслабил галстук, вызвав смешок у жены. — Ты долго думаешь, Жади. Потанцуем?       — Нет, Саид. Извини, — Жади, не скрывая улыбки, отрицательно помотала головой.       — Почему? — его вопрос прозвучал грубо. Он приблизился к ней на шаг.

«Ну почему ты такая невозможная женщина!» — напряжение в теле Саида вмиг достигло предела.

      — Я без костюма, Саид, — жена голосом попыталась успокоить мужа. — И без кинжала.

«О нет! Это только моё! Личное!»

      — Они тебе сегодня не понадобятся… — хрипло произнёс Рашид, коснувшись её руки.       Молчание красивой женщины затянулось.

«Да чтоб ты знала… — кадык Саида нервно дёрнулся. — Я не сдамся!»

      — Ты же сама мне сказала, что всё бывает в первый раз! — хрипло произнёс он. Ему стоило больших усилий для того чтобы сдержаться, сказать эту фразу так, чтобы лишние уши её не услышали.       Он хотел сказать ещё пару слов, но передумал.

«Уж лучше бы я молчала... — молодая женщина сцепилась руками за юбку, стараясь выдержать взгляд мужа и успокоиться. — Это было лишним...»

      Тишина затянулась. Чем дольше Рашид молчал, просто смотря на жену, тем отчётливее она понимала, что ей не уйти от ответа.       — Саид, мы не одни, — мадам Рашид не знала, что делать, ей казалось, что все взгляды прикованы к ним.       Её муж подошёл к ней почти вплотную и сказал так, чтобы услышала только она:       — Я что, многого прошу? — собирая всю свою волю в кулак, прошептал Саид.       Жади не могла пошевелиться. Зелёные глаза обжигали её.       — Один совместный танец… — марокканец резко смолк, переживая отказ жены. — Давай порадуем нашу дочь... — чуть громче, предельно мягко произнёс он, делая приглашающий жест рукой.       Жади видела, что Саид ведёт себя не так как обычно. Обычно спокойный, собранный, сосредоточенный, а сейчас он нервный, взволнованный, возбуждённый, хоть и держится уверенно.       Упоминание дочери возымыло эффект, племянница сида Али на секунду закрыла глаза.

«Глубокий вдох… Медленный выдох… …Пять, четыре, три, два…» — она привычным способом пыталась прийти в себя.

      Ей не хотелось танцевать, но она не могла прилюдно отказать супругу в танце. Жади чувствовала необходимость успокоить его, иначе он, не подумав, совершит какую-нибудь оплошность. Ещё она поняла, что может обернуть эту ситуацию в свою пользу. Но главное не это. Жади не нравилось, что за всей этой ситуацией наблюдает Хадижа. Ей не хотелось никаких разборок и выяснения отношений с Саидом при ней.       Молча взяв его за локоть, она заметила, как он улыбается.       Ведя жену в центр зала, Рашид обратился к музыкантам по-арабски:       — Min fadlik qum bitashghil al'ughniat maratan 'ukhraa.       — Hal taqsid al'ughniat al'akhirat ya sayid Saeid? — спросил его приглашённый певец. — Zahma Ya Dunia?       — Na'am.       Он повернулся к супруге. Жади смотрела на него игриво, загадочно, как кошка, которая никогда не скажет, что у неё на уме.       — Ты ни перед чем не остановишься, — она улыбнулась, понимая, что муж находится в предвкушении.       — Верно, — довольно хмыкнул марокканец, вставая напротив супруги. — Танцуй, Жади, прошу тебя, танцуй! — возбуждённо прошептал он.

«Я тебе сейчас отомщу за свои нервы, Саид!» — улыбаясь мужу, мысленно пообещала себе Жади.

      — Не боишься, что другие мужчины увидят, как я танцую? — прошептала она, приблизившись к нему.       Саид резко остановился.       — А что? У меня есть повод для этого? — он слегка напрягся, разводя руки и щёлкая пальцами.       — Ну-у-у… — задумчиво протянула кокетка, делая лёгкую восьмёрку бёдрами .       — Жади… — предупреждающе прошептал Саид, поворачиваясь в танце.       Племянница Али Адиба кружилась вокруг напряжённого мужа, наслаждаясь тем, что он изводит и мучает себя ревностью.       Жади танцевала в такт музыкальному ритму, то подходя, то отдаляясь от него на шаг. Саид, обуреваемый малоприятными мыслями, всё-таки не выдержал:       — Скажи мне… — с придыханием прошептал он, ревностно следя за тем, чтобы жена не танцевала слишком откровенно, так, как женщины танцуют только для своих мужей. — Я хочу знать, кто этот смертный…

«Зря я пригласил её на танец… Ох, зря…» — ругал себя Рашид.

      Жади, танцуя, встретилась с встревоженным взглядом своей дочери.       Девочка, судя по всему, не понимала, что за спектакль устроили её родители.

«Моя принцесса… прости меня… Аллах, я такая эгоистка… — с печалью подумала Жади. — Ну ничего. Сейчас мы всё исправим!»

      Она весело подмигнула Хадиже, но та лишь робко улыбнулась ей, всё ещё наблюдая за отцом, настроение которого портилось с каждой секундой.       — Я жду! — требовательно прошептал Саид. — Кто этот несчастный отчаянный безумец?       — Боюсь, тебе с ним не справиться, Саид, — Жади повернулась к нему. — Этот человек опасен, хитёр, непредсказуем. Для него нет никаких преград.       — Мне плевать на это! — на лице Саида заходили желваки, глаза горели нехорошим огнём. — Откуда такие подробности о нём? Ты с ним встречалась? — начал допытываться он. — Покажи мне его!       — Высокий мужчина с русыми волосами, который сейчас всех только пугает… — Жади уже успела пожалеть, что вообще затеяла эту игру.

«Это что ещё за загадки?» — медленно двигаясь в танце, Саид смотрел подозрительно-враждебным

взглядом на всех своих потенциальных соперников.

      Мохаммеду очень не нравилось то, что происходит. Взгляд брата, с которым он встретился всего на долю секунды, не предвещал ничего хорошего.       — Латифа, — обратился он к жене, — я боюсь, вечер будет испорчен. Ты посмотри, что твоя сестра делает с моим братом! — не на шутку заволновался он.       — Ну что ты, Мохаммед, — Латифа ласково улыбнулась ему. — Капелька страсти всегда необходима в любом танце!       — Не знаю, красавица моя, не знаю… — засомневался младший Рашид. — Мне кажется, с тех пор, как Саид женился на ней, он забыл, что такое покой и гармония!       — Дорогой… — Латифа слегка обняла мужа. — Поверь мне, всё будет хорошо!       Самира, стоящая рядом с родителями, переживала по поводу того, что мама теперь всё знает. И хоть Латифа пообещала дочери никому ничего не рассказывать, она всё равно испытывала лёгкий мандраж.

«Если я не буду соблюдать осторожность, папа начнёт искать мне жениха… — от этой мысли она вздрогнула. — Я не хочу жить как мама, как тётя Жади!»

      Девушка с интересом посмотрела на танцующих родственников.

«Сколько ревности, сколько страсти… А есть ли любовь?»

      Её брат тем временем думал о своём:

«Придёт время, и я разбогатею так же, как дядя Саид! Когда-нибудь Карла станет моей женой! — размечтался Амин. Он заметил, как его родной дядя смотрит на тётю. — Я должен поговорить с ним, он всегда своего добивается…»

      Сид Али, слышавший разговор Латифы и зятя, наблюдавший за тем, как танцуют Жади и Саид, при этом что-то жарко выясняя, переживал, что напряжение между ними перерастёт в ссору на глазах у приглашённых Мохаммедом гостей, которые итак с интересом смотрели на пару и перешептывались. Али не любил скандалов и ссор. Судя по тому, в каком состоянии сейчас находится Саид, можно было только гадать, что будет дальше.

«Знал бы ты, брат, какая твоя дочь сорвиголова… как она любит ходить по краю… как она любит щекотать нервы, играть с огнём…»

      — Дядя Али, а почему папа так странно себя ведёт? — спросила его Хадижа, умело скрывая волнение. — Почему он не радуется? Почему он так смотрит на всех?       — Тебе тоже интересно это знать? — сид Али с прищуром посмотрел ей в глаза.       — Я никогда его таким не видела… — призналась Хадижа. — Наверное, это всё не просто так... — она прикусила губу, видя, как папа что-то сказал маме, а она чуть отстранилась от него.       — Не переживай, радость моя! — сид Али по-доброму ей улыбнулся. — Я думаю, твой папа просто следит за тем, чтобы у какого-то из присутствующих мужчин не возникло лишних мыслей.       — А-а-а… — шумно выдохнула дочь его племянницы. — Это всё потому, что мама очень красивая, и папа её любит! Поэтому он сейчас такой… Я права?       — Ну вот, ты сама всё поняла, — дядя Али подмигнул, весело хмыкнув.       Саид, закончив свой осмотр, слегка наклонившись к Жади, свистяще прошептал:       — Здесь только темноволосые арабы, блондинов нет, — он вцепился взглядом в свою партнёршу по танцу. Для него русый человек — это всё равно, что блондин. — Он точно араб? Может быть, бразилец? — шёпот мужчины окрасился в обманчивую мягкость.       — Да. Он точно араб, — Жади удержалась оттого, чтобы не закатить глаза, вместо этого она провела рукой по скуле и подбородку Саида. — Это мой муж. Отец моей дочери.       Рашид несколько раз моргнул. Ещё никогда он не чувствовал себя так глупо. На секунду закрыл глаза, мимолетно прижав супругу к себе. Придя в себя, улыбнулся, гадая, что происходит с его женой. Ведь он не помнил, чтобы она так себя вела рядом с ним.       Сид Али облегчённо выдохнул, он увидел, что Саид заметно расслабился и смотрит теперь только на Жади.       Мужчина переживал, что семья его старшей племянницы распадётся из-за жгучей ревности Рашида, из-за его стремления вернуться к прошлому, из-за желания открыть ящик Пандоры. Ведь дядя Али понимал, если Жади вспомнит свою первую любовь и снова испытает эти чувства, то её уже не остановишь. Она, как ураган снесёт всё на своём пути. И у этого всего будут серьёзные последствия.

«Аллах… пошли нам всем терпения, — мысленно молился он. — Направь Жади и Саида на правильный путь…»

      — Ой, смотрите, как они танцуют! — Хадижа тут же позабыла всё, что её тревожило пару минут назад. Она снова повеселела, ведь заиграла одна из её любимых зажигательных песен, которая всегда играла на всех семейных праздниках: El Alem Allah.       — Ты сегодня так красива… — Саид по глазам жены понял, что она смеётся над ним, но ему было всё равно. Главное, что сейчас она улыбается ему.       Он любит моменты, когда у Жади было хорошее настроение. Он всегда подмечает и запоминает это. Всегда. В такие особенные, бесценные минуты Саид чувствует себя по-настоящему счастливым.       Он любит касаться её кожи, волос. Он касается её при каждом возможном случае. Её прикосновения приносят ему истинное наслаждение. На её прикосновения его тело реагирует особенным образом, таким, что это может понять только тот, кто был на его месте. Когда влюблённые и любящие люди касаются друг друга, это одно, ты знаешь, что твоя любовь взаимна. А когда любишь только ты один, то ощущения от прикосновений любимого человека умножается на много-много раз. Это сложно описать. Рашид и не собирается это делать.       Он не любит сыпать красноречием. Раньше Саид говорил Жади: «Я люблю тебя», но это было редко. Он говорил эти слова только тогда, когда был повод, например, в серьёзном разговоре. Вот только после этих слов все разговоры резко прекращались. Жади просто отворачивалась от него. Ему такая реакция жены совсем не нравилось. Поэтому для выражения своих чувств Саид практически не использует слова. Только в крайнем случае. Для него обилие любовных слов — это просто пустозвон. Он считает, что слова ничего не значат. Считает, что болтать может любой. А ему легче показать свои чувства глазами, жестами, поступками, подарками, делами — всем, чем угодно.       Танцуя с Жади, Саид никого не видел, только её одну. Его осязание и обоняние обострились. Он хотел остаться с ней наедине.       В завершении праздничного вечера всем желающим было предложено потанцевать под весёлую народную песню — Salma Ya Salama. Все поддержали эту идею.       Жади заметила, что движения Саида замедлились, он стал задумчивым.       — Что с тобой? — женщина внимательно посмотрела мужу в глаза. Ей казалось, что Саид не с ней, настолько он был погружён в себя.       — Почему ты остановилась? Почему не танцуешь больше? — хрипло произнёс мужчина.       — Я жду твоего ответа на свой вопрос.       — Ничего… — Саид через силу улыбнулся ей.       До него доносились слова египетской народной песни. Эту песню можно трактовать по-разному. Она имеет записи на нескольких иностранных языках в исполнении замечательной певицы Далиды. Для Жади, как и для большинства людей, её смысл заключается в том, что некий житель песков покидает свою страну, чтобы найти своё счастье. А для Саида именно в арабском варианте она имеет другой смысл: в ней красавица Далида поёт о том, что она объездила весь мир, но когда её позвал любимый мужчина, она бросила всё и вернулась к нему. В этой песне она поёт:       Мир тебе! Здравствуй! Мы расстались, но, слава Богу, встретились снова!       Саида пробила крупная дрожь.       — Да что с тобой такое, ты мне скажешь или нет?! — потеряв терпение, Жади взяла его за предплечья.       — Ничего, всё хорошо, — как можно спокойнее произнёс он. — Ты не хочешь больше танцевать?       — Нет. Я хочу знать, что с тобой происходит.       — Жади… — у мужчины застрял комок в горле.       — Говори, Саид, говори. Я тебя слушаю, — в знак поддержки она провела ладонями по его рукам.

«Ты скоро увидишь его… И всё начнётся снова…»

      — Моя мама… — он с болью сглотнул. — Она часто пела эту песню… — Рашид на секунду закрыл глаза. — Она очень любила танцевать под неё. Это то, что я отчётливо помню…       Жади ожидала услышать что угодно, но к такому откровению она не была готова.

«Мама… — громко выдохнул Саид, — если бы ты была жива… — он посмотрел в глаза Жади. — Если бы ты знала, как я живу, что бы ты мне сказала?»

      — Она, наверное, очень часто танцевала? — нежно ему улыбаясь, спросила Жади.       — Постоянно. Практически каждый день, — Саид не смог сдержать ответной улыбки.       — Представляю, как это было, когда ты был маленьким мальчиком! — улыбка Жади стала шире. — Уверена, она была счастлива. Скорее всего, поэтому тебе нравится смотреть, как танцуют женщины? — глаза Жади кокетливо засверкали.       — Мне нравится смотреть, как танцуешь именно ты, а не какая-то другая женщина, — Саид поднёс руку Жади к своим губам. — Спроси любого, Мохаммеда, например, он тебе с уверенностью скажет, что для него лучшая танцовщица на свете — это его красавица Латифа.       Жади улыбалась, слушая комплимент мужа. Подумав, она решила спросить:       — А кто из вас троих похож на маму? Ты?       — Назира. Она её чистая внешняя копия.       — Наверное, поэтому она всё ещё не замужем? — засмеялась Жади. — Вам с Мохаммедом не хочется расставаться с «мамой».       Саид отрицательно помотал головой.       — Нам хочется найти ей лучшего мужа. Она наша единственная сестра.       — Вы слишком долго его ищите. Я уже думаю, что Назира сама себе быстрее вас найдёт себе мужа.       — Что ты такое говор… — хотел возразить мужчина.       — Пора бы уже отпустить её, Саид, — продолжала гнуть своё Жади. — Позволить ей стать счастливой. Позволить ей стать матерью. Позволить испытать радость от материнства, пока не поздно.       — А ты сама счастлива, что стала матерью? — не удержался от вопроса Рашид.       — Конечно, Саид, — легко ответила Жади, — тебе для этого не нужны доказательства. Ты сам это прекрасно знаешь, — она провела рукой по его груди, почувствовала биение сердца.

«Почему твои прикосновения имеют такую власть надо мной? — Саид, чувствовал, как на движения рук Жади стремительно реагирует всё тело. — Это когда-нибудь пройдёт?»

      — Жади, Саид, до свидания, — к ним подошёл сеньор Альбиери вместе с женой, нарушив их уединение.       — Всего доброго, — Саид развернулся и крепко пожал руку доктору. — До встречи.       — Вы так красиво танцуете! — донна Эдна перевела восхищённый взгляд с Жади на Саида. — Мне всегда нравилось смотреть, как танцуют пары… — она мечтательно улыбнулась. — Рада знакомству с вами.       Саид ответил ей доброжелательной улыбкой. Ему эта женщина была приятна. Чего не скажешь о её муже докторе, при виде которого у Рашида в мозгу всплывало то пренеприятнейшее воспоминание о недавней беседе в ресторане, в ходе которой этот мужчина ненароком упомянул своего крестника.       — Взаимно, — Жади приобняла её. — Приходите к нам ещё!       За танцами и беседой супруги Рашид не заметили, как быстро прошло время, намекая, что скоро наступит ночь: музыка больше не играла, а гости постепенно расходились по домам и, прощаясь со всеми, благодарили за приятный праздничный вечер.       — Поехали домой? — вполголоса предложил Саид жене, обнимая её за талию.       — Хорошо, я позову Хадижу, — она развернулась в сторону, где сидели дети.       — Я думаю, это не очень хорошая идея… — ещё тише произнёс мужчина, не позволяя ей уйти. — Уверен, она будет рада остаться здесь.       — Саид…