5. Испытание клинка

Он медленно открыл глаза, и первое, что он ощутил, был холодный, сухой воздух. Парень, чье истинное имя было забыто и заменено прозвищем Мироходец, медленно осмотрел комнату, в которой оказался. Свет, проникающий сквозь тонкие, пыльные занавески, рассеивал мрак, озаряя уголки и подчеркивая слои старой пыли. Его память оставалась мутной, как вода после бури. Он отчаянно цеплялся за обрывки прошлого, пытаясь вспомнить, как и почему очутился здесь. С каждой секундой в его сознание возвращались фрагменты событий, и с ужасающей ясностью он осознал: его жизнь только что "возродилась". Не воскресла, а именно начала свой новый цикл, как это случалось уже много раз. Творение в Забвении И, как это всегда бывает, после каждого цикла следовало навязчивое желание создать нечто совершенное. Его воспоминания внезапно перенесли его в темную шахту, где в толще камня мерцали кристаллы и раздавались лишь загадочные, ритмичные шорохи его инструментов. Там, вдали от солнечного света, Лололошка начал свою работу над самым великолепным мечом, который только можно было выковать. Он выбрал материалы с дотошностью алхимика: чистейшая сталь, закаленная в водах ; редкие камни, собранные в шахтах, для украшения рукояти; и, самое главное, таинственный порошок, хранящий в себе остатки магии из забытых времен, чтобы насытить клинок мощными заклинаниями. Мироходец работал дни и ночи напролет, погружаясь в огонь кузни и стук молота, забывая обо всем, кроме своего творения. Наконец, после многих изнурительных недель, меч был готов. Его клинок сиял ослепительным серебром, отражая свет факела так, словно в его полированной стали запечатлелось само дневное небо. Массивная рукоять была инкрустирована россыпью драгоценных камней, каждый из которых излучал уникальный, пульсирующий свет. Мироходец поднял свой "Шедевр" над головой. Его сердце наполнилось острой, почти болезненной гордостью. Он создал не просто инструмент убийства, а подлинное произведение искусства, совершенный проводник воли. История этого меча только начиналась, но его истинное предназначение уже было предначертано. Так как он не нужен ему для самообороны то.. Навязчивый Ритуал Прошло несколько тревожных дней с тех пор, как Мироходец завершил свое творение. Но в его голове, как черви, поселились навязчивые мысли. Мысли о завершении, о необходимости проверить пределы своего возрождения. Это был порочный круг, который всегда замыкался. Он знал, что нужно действовать. Свет меча, которым он так гордился, вспыхнул в его руках. Не дрогнув, он нанес удар. Острое лезвие прорезало ткань и вонзилось в его живот. Он почувствовал острую, жгучую боль, словно его внутренности обжигал огненный язык. Перед глазами Лололошки потемнело, ноги подкосились, но сила воли держала его. Дыхание стало прерывистым и тяжелым, сердце отчаянно колотилось в груди, отсчитывая последние мгновения этого цикла. Он понимал, что достиг конца, но в его помутневших глазах горело холодное упорство и странное облегчение. Сделав последнее усилие, он выдернул клинок из своего тела и рухнул на колени. Темная, влажная ночь окутала лесную чащу, скрывшую его от глаз мира. Мироходец лежал на земле, истекая кровью. Вокруг царила оглушительная тишина, которую нарушали лишь слабые шорохи угасающего дыхания. Он чувствовал, как с каждым неистовым ударом сердца жизненная сила и тепло покидают его. Мертвый холод проникал в рану. Время, казалось, замедлило свой ход, превращая последние мгновения в тягучую вечность. Молодой парень сжимал рану, но кровь не прекращала струиться, орошая мокрую землю. В его сердце не было надежды на спасение, только смирение и ожидание. И вот, последний, хриплый вздох покинул его губы. Мироходец умер, чтобы скоро возродиться вновь в пыльной комнате.. Или нет ?