Глава 19

***

Айшель с детьми сидела в покоях и ждала прихода старших детей. Ей сообщили, что повелитель уже прибыл во дворец. После всего ужаса, который был ночью, женщине поскорее хотелось обнять сына и дочь. Прозвучал стук в дверь. Айшель поднялась с тахты, а потом увидела, что в покои вошли не наследники, а Валиде-султан с Дайе-хатун. — Где Осман и Мелек? — спросила Хасеки. — Сулейман сказал, что он отправил детей и Хюррем раньше, они должны были вчера приехать. — Что? — Ты главное не волнуйся, — Валиде взяла за руку невестку и повела к тахте, — их уже везде ищут, Айшель, совсем скоро их найдут. — Дениз, подай мне воды, — попросила Айшель. — Бабушка, их найдут? — спросила Гевхерхан. — Конечно их найдут, моя дорогая. — Махидевран сообщили об этом? — спросила Хасеки. — Сообщили, она бедная сознание потеряла от переживаний, сейчас с ней лекарь. — Что ж, нам остаётся только ждать.

***

По дороге в лесу двигались две кареты, впереди ехали на конях шехзаде Осман и Насух-эфенди. На одном из поворотов стражник, ехавший впереди, крикнул. — Шехзаде, там несколько всадников. Подъехав чуть ближе, Осман понял, что там едет его отец, он мигом соскочил с коня и поклонился. Повелитель от радости также спрыгнул с коня и подбежал к сыну, чтобы поскорее обнять его. — Я испугался за вас, Валиде сказала, что вы не приехали. — Во дворец все пути были перекрыты, мы укрылись у Хатидже-султан. Хюррем, волновавшаяся из-за долгой остановки выглянула из кареты, а там увидела султана. — Сулейман, — крикнула она и подбежала к повелителю, тот её прижал к себе, — эта ночь была ужасной, мы так боялись. — Всё закончилось, — говорил повелитель, — иди в карету, мы поедем во дворец.

***

Всё закончилось, предатели были наказаны, многие из них казнены. Беспокойные матери встретили своих детей, радость их была огромной. Валиде-султан теперь ни на шаг не отпускала от себя дочь. Хорошо, что уже через месяц с Египта вернулся Ибрагим-паша. Во дворце было всё спокойно, разве, кроме того, что повелитель в своих покоях принимал только Хюррем. Это беспокоило большинство женщин гарема. Нигяр-калфа после одной из ссор с Хюррем, всё обдумав, пришла к Айшель и поклялась в верности, теперь Нигяр-калфа служила Хасеки. Декабрь 1524 год Во дворец привезли новых наложниц, также отдельно для повелителя и Валиде-султан были присланы две обученные русские наложницы в подарок от одного из санджак-беев. Прошла неделя после их приезда, Таню, одну из русских наложниц готовили к повелителю. Хюррем в своих покоях очень сильно разбушевалась, она взяла кинжал и вышла из комнаты. Войдя в покои султана, Хюррем поклонилась и подошла к возлюбленному. Она преклонила перед ним колени и поцеловала край его одежды, Сулейман стоял в недоумении, так как ждал не её. Хюррем взяла кинжал и обхватила лезвие рукой. — Что ты делаешь? — спросил Сулейман. — Ты принимаешь в своих покоях других женщин и этим убиваешь меня. Скажи мне, что это за любовь? — Как ты посмела прийти сюда? — сказав это, Сулейман забрал кинжал и положил его к себе на стол. — Смелость исходит из любви. Утром ты читаешь мне любовные стихотворения, а вечером принимаешь других женщин. Айшель, Махидевран, Гюльнихаль, сейчас за дверью тоже стоит наложница. Так ли правдивы твои слова? Скажи мне. — Как ты посмела мне всё это выговорить? Выйди из покоев немедленно. — Сделай выбор, Сулейман, либо я либо эти наложницы, — после этого Хюррем поклонилась и вышла. На следующий день сплетни об этом скандале разнеслись по всему гарему. Все обсуждали сложившуюся ситуацию. — Я понимаю Хюррем, — говорила Хатидже, — она любит нашего повелителя и ревнует его. Не представляю, что бы со мной было, если бы у Ибрагима была другая женщина. — Хатидже, только ты забываешь, что Хюррем — рабыня и наложница, а женой повелителя являюсь я, — раздражённо произнесла Айшель. — Верно, тем более в гареме есть свои порядки и традиции, Хюррем не может рушить их, — согласилась Валиде. В покои вошёл султан, а после попросил всех выйти, оставить его наедине с матерью. Спустя время, после того как падишах вышел, женщины узнали, что двух наложниц высылают. — Смотрите, Валиде, скоро она попросит и вас выслать. — Не посмеет. — Посмеет, повелитель ей всё разрешает, всё позволяет, — говорила Айшель, — когда-то, когда я была беременна близнецами, вы мне говорили внимательно воспитывать своих детей, учить их порядкам и традициям этой страны. Видно, вы очень хорошо воспитали своего сына, раз сейчас он не чтит никакие правила и порядки. Что же теперь можно сказать о вашем воспитании? — Айшель, — крикнула Валиде, — либо немедленно извинись, либо выйди из покоев. — С вашего позволения, — едва склонив голову, Хасеки вышла из покоев. Январь 1525 год После истории с наложницами, Хюррем ещё выше подняла свою голову, девушки в гареме стали относиться к ней с уважением, особенно после множества подарков. Ибрагим-паша теперь тоже стал смотреть на славянку, как на угрозу. Слишком много у неё было влияния на повелителя, что начинало настораживать. В один из снежных дней на свет появился маленький шехзаде Мурад, рождённый Айшель-султан. Хюррем в своих покоях метала всё подряд, когда узнала, что у соперницы родился третий шехзаде. Апрель 1525 Совсем недавно все во дворце узнали, что Хюррем снова была беременна, в честь этого султан подарил ей красивую тёмную лошадь, которую славянка назвала Страстью. Хатидже наконец-то родила. В теплый, слегка ветреный день родилась маленькая султанша, которой дали имя Атике. Счастье у Хатидже и Ибрагима искрилось в глазах. В сентябре вся султанская семья отправилась в Эдирне отдохнуть, там и родился шехзаде Баязид, четвёртый сын Хюррем-султан. Махидевран и Айшель расстроились, но старались не подавать виду. После приезда из Эдирне началась подготовка к походу на Венгрию, шехзаде Осман тоже должен был поехать. Спустя два месяца в привыкшем к спокойствию дворце наступила печаль. Шехзаде Абдулла, второй сын Хюррем, скончался от внезапной болезни. Все переоделись в чёрное, темные тучи нависли над дворцом Топкапы. Хюррем, потерявшая сына, тяжело переживала утрату. Два месяца ей понадобилось на это. Валиде-султан также подкосила эта смерть, какое-то время она провела в постели.

***

Апрель 1526 год — Дорогу! Султан Сулейман хан Хазретлери! — в покои вошли султан со старшим сыном. Сулейман поцеловал руку матери. — Пусть сопутствует удача вам в этом походе, береги нашего Османа. — Это твой первый поход, Осман, слушайся своего отца, — напутствовала Валиде внука. — Повелитель, прошу вас берегите Османа, — говорила Айшель. — А ты береги остальных детей, — сказал султан и поцеловал жену в лоб. — Сын мой, береги себя, — обняла Османа Айшель. После прощания со всеми повелитель еще раз взглянул на всю свою семью, а после вышел из покоев.

***

Поход был более чем удачным, в августе произошла битва при Мохаче, после которой Венгерское королевство пало. В сентябре султан со своей армией вошел в Буду. Этот поход был завершён сокрушительной победой Османской империи. Сентябрь 1526 год Женщины сидели в саду, они завтракали и тихо разговаривали. — Хюррем, что-то ты тихая последнее время, что-то случилось? — Нет, госпожа, всё хорошо, я просто очень сильно скучаю по нашему повелителю, — сказала Хюррем, а после взглянула на Хатидже, та посмотрела на неё, обеим вспомнилась ссора, произошедшая месяц назад. Женщины султана и Хатидже-султан сидели на террасе у Айшель-султан, она пригласила их поужинать. Девушки перепереговаривались, смеялись. В целом вечер проходил очень хорошо, пока не пришёл Гюль-ага, приехавший вместе с султанской семьёй из Эдирне. Евнух сообщил о новых рабынях, которые прибыли во дворец. — Не желаете ли вы посмотреть на них? — спрашивал Гюль-ага. — Нет, Гюль-ага, спасибо, — сказала Айшель. Тот ушёл. — И правда, госпожа, посмотрите наложниц, — говорила Хюррем, — посмотрите наложниц, у вас во дворце так тихо, а так возьмёте девушек и у вас свой гарем появится. — Да как ты смеешь? — разозлилась сестра султана, — что ты такое говоришь? — Госпожа, я просто. — Ты хоть понимаешь, кто я? Я по рождению госпожа, выше всех женщин в гареме. Я родилась в семье султана, в ней и умру. У Ибрагима гарема не будет, он не на одну женщину больше не посмотрит, а если посмеет, я с ним разведусь, лишу поста великого визиря, уничтожу. — Хатидже, хватит, — перебила ее Айшель, — успокойся, Хюррем просто неправильно высказалась. — Айшель, ты не смеешь так разговаривать со мной, я член династии Османов, сестра султана. — Тебе напомнить о гаремной иерархии? Так вот ты со своим статусом находишься ниже меня, и это ты не можешь так со мной разговаривать. Хюррем не хотела сказать ничего плохого, просто неправильно выразилась. Сейчас ты расстроена и находишься в гневе, иди в свои покои, приди в себя. Хатидже, зло посмотрев на девушек, быстро ушла вместе со своими служанками. — Хюррем, не расстраивайся, — сказала Айшель, видя, как опечалилась девушка, — она очень сильно любит Ибрагима, от этого и такой гнев. Ешьте, девушки, не переживайте. Айшель также до сих пор не разговаривала с Хатидже, сестра султана никак не хотела идти на контакт, слишком её задело то, что Хасеки отчитала её перед рабынями. К беседке подошёл Сюмбюль-ага. — Валиде-султан, пришла новость из военного лагеря. Все поднялись. — Ну же, говори. — Повелитель одержал сокрушительную победу при Мохаче, король Лайош проиграл, он мёртв. — Слава Аллаху! — поднеся руки вверх, говорила Валиде. — А Ибрагим-паша? — спросила Хатидже. — Ибрагим-паша, госпожа, очень отличился в этой битве, он внёс огромный вклад в эту победу. — Валиде-султан, — побелевшая Айшель обратилась к свекрови, — я пойду к себе в покои, с вашего позволения. — Конечно, иди, дорогая, — разрешила Валиде, понимая, что женщина потеряла брата. Айшель зашла в свои покои и рухнула на тахту. Слезы катились из её глаз, она понимала с самого начала, что это случится. Сейчас она могла только помолиться за упокой его души.

***

В это время корсары захватили судно в Средиземном море. На этом судне находился важный человек, принцесса Изабелла Кастильская плыла к своему жениху, теперь она была захвачена пиратами, которые хотели продать её в султанский дворец.

***