Начало.

— Сарданапал! –… — Академик! — прибавила холодности в свой выкрик доцент Горгонова, чтобы привлечь внимание академика Сарданапала, увлечённого книгой, — наши амулеты зафиксировали мощнейший за десять лет темно-магический выброс! — Так отправь за ребёнком Поклепа… — Не могу. Это территория англичан…– Гордая женщина решила сразу же все рассказать. Расставить все точки. — Он наломает своей… учтивостью (она с трудом подобрала нужное выражение) множество дров. Но они, зарубежные школы, открестились от ребёнка — он, по их мнению, слишком мал для обучения… — Что же такого произошло, что у ребёнка вызвало такой выброс?! — заинтересовался Черноморов, наконец-то отвлекаясь от книги. — Не знаю, — вздохнула Медузия, — но ясно одно, что мне стоит лично уладить вопрос. *** «Припарковав» ковер-самолёт у задней калитки, Горгонова уставилась на невероятно красивый домашний сад перед домом. Вне всяких сомнений, так идеально, травинка к травинка, расти все в природе не может — не обошлось дело без магии… В аурном зрении все перед её глазами пестрило выбросами-всполохами эмоций — смеси негативных с позитивными, и русская колдунья только вздохнула, отпирая калитку чарами. Так, никем ни узнанная, она прокралась в дом, все еще находясь под чарами отвлечения внимания. Прежде чем изъять ребёнка, нужно было понять, что да как. Увиденное её конечно же не обрадовало. Мальчик, больше похожий на голодного бродяжку из подворотни, темной тенью бродил по дому. Уже дико разозленной женщине стало понятно, что тот едва не падал от голода. Мужчина, больше всего похожий на откормленного хряка, в тесном костюме и при галстуке, который только придавал красному, опухшему лицу ещё более алый оттенок, больно схватил слабого ребёнка за плечо, исторгнув у того вскрик боли, забросил под лестницу и закрыл там многочисленные замки, задвижки, даже не подумав, что ребёнку, может быть, понадобится в туалет. Грозно рявкнул, чтобы тот сидел здесь, и ничего не натворил (– «Без твоих… выкрутасов!»), иначе будет сурово наказан… И только после этого покинул дом. Доцент Горгонова видела более чем достаточно — она, взмахнув своим кольцом, извлекала яркую зелёную искорку, и та просто расплавила все замки- задвижки. Ей сразу же ударил в нос неприятный запах — стылый воздух, запах разложения от каких-то тряпок и пыли. Мальчик, на вид, казался совсем не на свои восемь лет, а на гораздо младше. И он сейчас был уже без сознания, лёжа на ржавой, повидавшей кажется все, раскладушке. Её медно-рыжие волосы, как и всегда, ожили от сильных, испытываемых ею чувств (или стресса), превращаясь в шипящих змей. Она не стала их усмирять — не было зрителей, а просто подхватила ребёнка и исчезла в вихре зелёных искр сложной телепортации. *** Ягге уж точно не ожидала появления Медузии Зевсовны в своём магпункте с тяжёлым пациентом на руках. — Медузия? Ой! — едва не присела старушка от неожиданности — три амулета, мирно и тихо висевшие на своих местах просто взорвались, не справляясь с щедро выплескиваемой в окружающее пространство темной силой, осыпав их мелкими осколками. Повинуясь решительному жесту белой ведьмы, все осколки превратились в седой дым, что вскоре истаял. — Кто это? — охнула она. — Как Тьмой фонит! — Тот самый ребёнок, о котором нам доложили… Доцент положила мальчика на пустую ближайшую койку. Всего минута над ребёнком понадобилась склонившейся над ним древней богине чтобы понять всю эту тяжесть его состояния. — Зови академика. Быстро!