II

я не ведаю слов — ни в живых языках, ни в мёртвых — что могли б о тебе говорить, и на белой бумаге всё пытаюсь объять необъятное горсточкой линий, жалким призраком цвета, бездарной игрою теней. возвращаясь к стихам несуразным и ложным аккордом, я нещадно браню словари. так предательски мягок этот маленький камешек в полой пещере-грудине, но сейчас не об этом, не надо сейчас обо мне. не хватает палитры, когда начинаю рисунок, не даётся и слог, если хочется петь дифирамбы. не открыто, не названо место, где в ритме едином прозвучит безымянное чувство, заметно едва. не написана музыка — фразы, однако, танцуют, будто их принесло из-за моря поветрием слабым, будто есть на земле среди старых картин и мотивов тот единственный, созданный, чтобы тебя воспевать.