Часть 4

-Пап, это моё окончательное решение, дай хотя бы раз в жизни сделать что-то самостоятельно, без твоего участия. -Послушай, ты взрослый человек и должен понимать, что быть врачом и военным одновременно - тяжкий труд. Вспомни каких мучений тебе стоило поступление в медицинский. Я не заставляю тебя отказываться от своей мечты. Просто взываю к твоему разуму. Не надо взваливать себе на плечи такую ношу. -Менять ничего не собираюсь. Ты прекрасно знаешь, что я отказался от всего только ради вашего с мамой одобрения, я был очень глуп. Но сейчас я собираюсь исправить свою ошибку. Я поступил тогда, как конченая тварь, пока все мои друзья пыхтели на фронте, сидел в тепле и уюте. -Молчи, глупец! Первый раз в жизни отец повысил на меня голос, но терпеть это стало невыносимо, я взрослый человек, сам могу распоряжаться своей жизнью.

***

Квартира всё та же, старая обшарпанная мебель, пожелтевшие со временем обои, и фотографии, бесконечные фотографии. Они повсюду: на стенах, висят на шкафах, стоят на полках. И отовсюду на тебя направлен пронзительный взгляд. Бесконечно тёмные, как маслины, глаза смотрят куда-то в душу, разъедают её, вызывают мурашки. - Добрый день, проходите в гости... Юнги?! Старик застыл и глазам не верит. Как будто привидение увидел. - Здравствуй, тренер. Что-то ты по-моему заднюю даёшь. Где дубинка, где бесконечные ругательства? У старика аж глаза заблестели, руки зачесались от желания вдарить в симпатичную мордашку, голос дрогнул на секунду, но он продолжил: - Вижу в этой стране трусы и мамины сыночки не перевелись. Что мальчишка, решил выпорхнуть из-под родительского крыла? Не боишься затрещины от отца? Если бы мы были в параллельной вселенной, возможно я бы перевёл всё в шутку, но не в этот роковой для меня момент. Старик так прыскал ядом во все стороны, старался его ввести под кожу, чтобы не посмел выветриться. Такого озверевшего взгляда я давно не встречал. - Я тут не для этого. - Посмотри на него. Повзрослел уже, со взрослыми как со своей шпаной разговаривает. Послушай, недоросль, не нарушай чистоту и святость этого места, не порть воздух и мою и без того потрёпанную нервную систему. Либо покидаешь просторы этого дома, либо... - Я знаю, что тогда случилось. Его убили. У старика чуть глаза не выкатились, смотрит, рот не может закрыть, слюньки сейчас потекут. - Ты, ты ещё имеешь наглость говорить о нём?! Предателя кусок, да я тебя выпотрошу, гадина... Рука старика повисла в воздухе. - Ладно, ты ещё не остыл, когда наступит просветление, тогда и поговорим. У меня уже сил не было смотреть старику в глаза, просто убрался поскорее и не возвращался в эту злосчастную квартиру.