Часть 13

В темноте я падал вниз. Мои руки, плечи, лицо - всё было охвачено пламенем, будто пылающим в груди и вырывающимся через поры. Я не был человеком, лишь угольком, поддерживающим огонь. Но меня оставалось всё меньше, топлива не хватало, и из пожара пламя превратилось в слабый жар внутри меня. Кожа словно покрывалась льдом. Невозможно было пошевелиться. Я кричал, но своего крика не слышал. Казалось, что это продолжалось вечно. ~~~~ Губы и язык обожгло чем-то горячим, будто палач вливал мне в горло расплавленный металл. Сил сбежать не было, так что приходилось терпеть. Сквозь боль постепенно проступал вкус похлёбки, которая даже отдавала мясом. В походе такую редко готовят. Как только руки перестали казаться тряпичными, я изо всех сил схватился за тарелку, приставленную к губам. Если бы сейчас кто-то попытался забрать её у меня, ему пришлось бы постараться. Или нет, всё же, хоть с каждой каплей похлёбки я чувствовал себя всё более живым, сил едва хватало на то, чтобы держать тарелку. - Я ожидала, что ты будешь голоден после дня без сознания, но чтобы еда тебя сразу в чувство привела… Ответить на это замечание возможности не было: в тарелке ещё оставалась еда - но как только мне удалось слизать последние капли похлёбки, сила опять ушла из рук, и я упал на кровать. Хоть в глазах всё ещё стояла лёгкая пелена, мне удалось после нескольких морганий понять, что передо мной стояла Тари. Впервые на моей памяти стражница была без доспехов, одетая в простое платье цвета бычьей крови и с волосами, не собранными под шлем. - Я пролежал целый день? Горло было будто покрыто песком, отчего меня чуть не согнуло в кашле. - Если быть точной, то день и остаток той ночи. На храме уже дважды пробило второй раз. Вокруг меня была та же самая комната, которую я рассматривал две ночи в редких лучах лунного света, пробивающегося сквозь закрытые ставни. Сейчас было светлее, хотя, судя по всему, окно всё так же было закрыто. - Я пойду на рынок, куплю ещё еды, а то с твоим аппетитом, чувствую, я останусь с одними соленьями. Думаю, ты уже не собираешься внезапно умереть и заставить меня разбираться ещё и с твоими похоронами. - Не боишься, что я тебя ограблю? Стражница окинула меня взглядом, усмехнулась, и вышла, закрыв за собой дверь. Как ни обидно было это осознавать, но сейчас я действительно мало того, что не представлял угрозы, но и даже уйти, забрав с собой ценности, не мог. Еда придала мне сил, но подняться на ноги я вряд ли сумел бы, да и в голове звенели колокола. А ещё был голод. Не такой, что я готов был есть сырую волчатину и угли, но всё ещё сильный. Живот ревел подобно волу, а при мысли о только что съеденной похлёбке рот наполнила слюна. - Ты там в порядке? Ответа мне не было. Разве что внутри что-то пошевелилось, подняв волну тепла, прошедшую по всему телу. Надежда на избавление от Деи исчезла, но ей на смену пришло странное чувство, которому я не мог найти определения. Облегчение? Нет, точно не оно. Скорее лёгкая радость, что те возможности, которые приносило присутствие в моей жизни Деи, не пропадут. Разговаривать было не с кем, встать с кровати я не мог, и даже послушать звуки улицы возможности не было: ставни заглушали практически всё - так что мне оставалось лишь поддаться слабости, подавить голод и уснуть. *** - Я пыталась бороться, когда Этот меня поймал, но хватка у него просто каменная была. - Это да, - Моя рука непроизвольно потянулась к шее, отчего я инстинктивно приготовился к боли, которой, как ни странно, не было - Я заметил, что силы ему было не занимать. - Ну и он меня вытащил в окно, я пыталась бить его, вырывалась - ему всё как пером пощекотать. И он будто знал, где стража ходит, даже близко к ним не подходил. Однажды всего ошибся: один парень, видимо, решил свернуть с намеченного пути, чтобы в переулок по нужде заглянуть, а тут Этот меня тащит. В голосе Тари не было прежней дрожи, да и держалась она куда спокойнее, когда говорила про убийцу, пытавшегося её похитить. Но ненависть осталась, будто бы смешиваясь с каким-то омерзением. Казалось, что если бы не пирог, который она откусывала между фразами, то каждое упоминание похитителя сопровождалось бы плевком. И она всё так же избегала называть его по имени. - Странно, я, когда бежал за вами, не видел стражников. - Ну конечно, он же постарался, чтобы парня не было ни видно, ни слышно. Кинул меня прямо в него, чуть спину не сломала. Тут крупный-то мужик не устоит, когда на него баба в доспехах летит, а парнишка щуплый был, видать недавно только на службу пришёл. В общем, он упал, а Этот подскочил, будто за мгновение, и свернул парню шею. - Ты знала его? - Не уверена, хорошо это или нет, но не знала. Он, видимо, на прошлой неделе только вообще пришёл, а капитан любит в патруль новичков посылать. Чтоб этот урод в бездну провалился! - Капитан? - С чего? Этот. Который парня убил. Он шею сворачивал, он меня чуть не прикончил, казалось бы, он и виноват! Только он сдох, а я вину чувствую, будто это я новичка убила! Ублюдок. - Знакомо. - У тебя тоже такое было? - И не раз. Знаешь, когда берёшь заказ на какого-нибудь грабителя, приходишь, спокойно ловишь или убиваешь его, а потом находишь рядом прикопанные трупы, которым всего пара дней. Потом думаешь: “А не мог я успеть до того, как он их убил? А если бы я ел побыстрее, не остановился на ночлег разок, может, они и живы были бы?”. - И что ты делаешь? - Когда как. Иногда получается себя убедить, что это глупости, иногда, что это всё по воле Забывшего. Но чаще просто стараюсь выполнять работу как можно быстрее. Тари на несколько минут задумалась, оставив меня наедине с моим куском пирога и кружкой пива, не успевшего нагреться за время пути стражницы от таверны до дома по уже холодающей улице. По-хорошему мне было пора уходить из Стафии на юг, так что хотелось надеяться, что у меня получится быстро встать на ноги, купить немного провизии, попрощаться с настоятелем и отправиться в путь. Только куда? Лидан? Тиарат? Мои раздумья прервала стражница, резко решившая продолжить рассказ. - В общем, пока парень умирал, а Этот не успел ещё меня опять схватить, я попыталась взять меч с трупа, но под руку попался только факел. Как не обожглась, до сих пор не понимаю. Злилась я тогда на себя сильно за то, что будто бы бесполезный факел только смогла схватить. А вон как оно вышло. Ну и потом он притащил меня в тот переулок и бросил на землю. Поиграть, видимо, хотел, загнать. Тварь больная! Дальше сам знаешь, что было. А когда ты упал, я тебя оттащила сюда. Должна сказать, ты довольно тяжёлый. - Спасибо, что вытащила. Кстати, ты хорошо держалась против него. - Не успокаивай, я отлично знаю, что если бы не повезло с факелом, то точно погибла бы. А ты…ну ты наверное мог бы сбежать. - Наверное. - Почему не сбежал? Когда он тебя чуть не убил, а ты не смог его даже ранить, мог просто уйти, ты ему был не нужен. - Может и так. Тари покончила со своим куском пирога и, запив его, просто села рядом с моей, а точнее своей, кроватью. В комнате становилось темнее, а ведь колокол храма ещё даже не пробил и восьми раз. Лисарис всегда приходит внезапно, стремительно вытесняя Грогара и готовя мир к началу сезона Забывшего. В этом эльфы были подобны своему богу: нападали быстро, стремительно и внезапно. И если ты не был готов к их приходу, то скорее всего тебя ждала смерть. - Я свою часть рассказала, может теперь и ты ответишь, что тогда произошло? - Что именно? - То, что ты пошептал на топор, и он будто в печи оказался? То, что у тебя руки сами загорелись, но при этом ни одного ожога нет? То, что, когда я тебя укладывала, твоя шея была вся синяя, и мне пришлось заматывать голову, потому что с затылка бежала кровь, а сейчас будто и не было ничего? И, если ты знаешь, чем было то, с чем мы дрались - тоже было бы интересно услышать. - С последним точно не смогу помочь, самому бы кто рассказал. Это был тот самый убийца, да? - Да. Я эти глаза не забуду. Теперь уж точно. - Выглядит так, будто он с того света вернулся. - Так не бывает. Законы жизни и смерти нельзя нарушить, Забывший следит за этим. - Да, точно. Но больше у меня идей о том, что это было, нет. - Ладно, пусть так. А остальное? Ты маг что ли? - А похож? - Надменности во взгляде сильно не хватает. Да и ты не сжёг полгорода, так что вряд ли. - Вот именно. Про топор - просто молитва. - Кому? - Грогару. - И он тебе ответил? Бог гномов? - Если правильно просить, то они все отвечают. Не каждый раз, только если захотят, да и если сильно часто просить, могут обидеться. Но отвечают. - Ни разу про такое не слышала. - У нас мало кто это умеет. Мне повезло просто быть в их числе. И сразу скажу, научить не смогу, тут надо больше понимания этих богов, чем я смогу дать. - А я думала, что вы, Дариканцы, только на Забывшем помешаны. Вроде и храмов у вас, говорят, несколько штук, и молитесь по десять раз на дню. Так что же, и у вас есть поклонение другим богам? - Конечно, всё же они такие же создатели мира, как и Забывший. Если посмотреть с этой стороны, то мы и их создания. Да и храм у нас всего один, хоть и большой. Не надо делать из Дарикана город безумцев. - Прости, не хотела обидеть, просто рассказываю, что люди говорят. - Знаю. У нас тоже многое говорят про вас. И далеко не всё правда. - Что же например? - Что люди механизмам поклоняются и с гоблинами дружбу водят. - Тари рассмеялась. Это был первый раз, когда я слышал, как она смеётся. У неё был довольно грубый смех, солдатский. Он ей подходил. - А про нас что говорят? Про стражу в смысле. Должно же быть что-то про то, что женщины осмелились в броню одеться. - Ну, что это из-за того, что у вас мужики все только друг на друга смотрят. - Это про мужиков, а именно про нас? - Да ничего особенного, глупости просто. - Отвечай давай, нужно же мне знать, на кого я смотрю по мнению северян. - Что вы нужны в страже только для ублажения стражников-мужчин. Тари резко посмурнела и отвела глаза. Для меня ничего неожиданного в этом не было. Все очень любят считать, что готовы услышать любые сплетни про себя и просто отмахнуться от них, но это редко было правдой. - Как-то это не сочетается с утверждением об интересах стражников-мужчин. - Знаю, но когда ты это слышишь от умного путешественника, то звучит логично. - Ты тоже так думаешь? - Думал когда-то. Пока путешествовать не начал. - У нас тоже есть те, кто так считает, когда на службу приходит. Обычно они недолго задерживаются. Ладно, забудем про это, что там с тем, что ты загорелся ни с того ни с сего? Инстинктивно, я прислушался к ощущениям внутри. Тепло в груди то нарастало, то убывало, напоминая очень медленное сердцебиение. Интересно, слышала ли Дея, о чём мы говорили? - Это сложный вопрос, я сам толком не понимаю. - Это как? - Ну, можно сказать, что, когда я убил одного демона, меня сильно ранило, а потом начало происходить такое. Раны заживали быстрее, знал какие-то вещи раньше, чем видел их. Ну и вот, загорелся один раз. - Очень удачно это у тебя появилось, должна сказать. - Ага, очень. - Что ещё можешь? - Сам не представляю, оно не совсем от меня зависит. - Как сложно. Ладно, не буду тебя пытать. Никогда про такое не слышала, интересно, почему это произошло? - Повезло, наверное, если тут подходит это слово. - Знаешь, если бы на мне синяки и раны, как на собаке заживали, а из рук огонь лился, я бы точно говорила, что мне повезло. *** Хозяин трактира был рад, что я вернулся, хотя и поругался с улыбкой, что хороший клиент не пропадает на несколько ночей, не предупредив и не оставив плату за постой, но когда я предложил ему пару монет сверху за неудобства, отказался. Мою комнату даже прибирали, пока меня не было, так что вернулся я на свежую постель. Луна уже почти не освещала комнату, уменьшившись до половины за то время, что я провёл у Тари, однако возможность поспать с окном, не закрытом ставнями, всё ещё радовала меня. “Тебе не кажется, что стало слишком прохладно, чтобы вот так распахивать окно?” - Ты всё таки ожила? Я надеялся, что меня теперь ждёт спокойная жизнь. “Ты так просто от меня не избавишься, Шедвик. И не умирала я, чтобы оживать.” - Тебя несколько ночей не было слышно. “Серьёзно? Мне казалось. что я проспала всего ничего. Чем всё закончилось?” - Тари отрубила ему голову, а потом оттащила меня к себе и ухаживала пару дней. “Похоже, я пропустила что-то интересное.” - Вот только от тебя мне этого не хватало. Она и так переживает, что её сплетники с мира сживут. “Да ладно, кто поверит, что её может заинтересовать такой мрачный ворчун, как ты?” - Уж лучше бы ты дальше спала. Снизу доносилось пение, причём не толпы, как обычно, а одного человека. Похоже, в трактире выступал тот бард, которого недавно обсуждали на улице. Что сказать, пел он действительно красиво, хотя я ожидал от настоящего южного трубадура чего-то менее скабрезного, чем песня про крестьянина, женившегося на троллихе. - Дея, а как ты это сделала? “Как ты меня назвал?” - А, мы же не успели про это поговорить. Я подумал, что Идеал - слишком неудобное имя, так что я сокращу его до Деи. Да и звучит оно, как настоящее человеческое имя, так что… “Не уверена, нравится ли мне это, но пусть. Не “мерзкая тварь”, и ладно.” - Так как ты это сделала? “На самом деле несложно, главное случайно тебя не обжечь. Но сил это отнимает, конечно - ужас” - А если менее долго и не так, чтобы у меня половина тела горела? “Наверное не так плохо было бы. Но всё равно я бы предпочла такое делать пореже” К пению внизу присоединились голоса посетителей трактира. Похоже, пиво начало брать своё. Из окна подул ветер, от которого я непроизвольно поёжился. К сожалению, ночи становились холоднее слишком быстро, чтобы позволить себе спать с открытым окном и надеяться на комфорт, соответствующий цене комнаты в трактире. “А ты переживал обо мне? Волновался, что я действительно умерла?” - Что за глупости, конечно нет. Я был бы счастлив, если бы ты пропала. “Ну-ну. Ты же знаешь, что я очень хорошо чувствую, когда ты врёшь?” - Если ты намекаешь, что сейчас я вру, то, видимо, не так и хорошо это чувствуешь. В голове раздалось что-то похожее на смех. Ощущалось, словно смеющийся делал это очень нечасто, поэтому выходило неумело. Луну закрыло облаком, так что смотреть на улицу стало не слишком интересно, а пение внизу из подпевающего перешло в обычное хоровое пение народных стафийских песен пьяными голосами, сквозь которые едва пробивался голос барда, похоже тоже уже опьяневшего. Видимо, выступление прошло на ура. - Пора ложиться спать. Через пару дней отправимся отсюда. “В который из городов решил идти?” - Не знаю, решу, когда выйдем из города. Всё равно первое время по тракту придётся в одну сторону идти. “Надеюсь, таких дождей, как в тот раз, не будет. До сих пор как вспомню, так неприятно становится” - Не надейся, сезон Лисариса - сезон дождей и слякоти. Особенно на севере. Интересно, в Дарикане первый снег выпадет через месяц или раньше? “Ужас, пожалуйста, скажи, что нам туда не надо” - Не надо. Не думаю, что отправлюсь туда в ближайшие лет десять, а дальше загадывать бессмысленно. Ну да хватит, помолчи и не мешай мне спать. Идеал что-то проворчала, но это было поглощено потоком мыслей, которые всегда возникают, когда пытаешься уснуть. К счастью, опыт солдатской, а позже и наёмнической жизни помогал засыпать быстро, неважно где ты спал. Сквозь щели в ставнях свистел ветер, предвещая ранние холода. Я проваливался в забытье, умоляя Забывшего, чтобы кошмары обошли меня стороной в эту ночь. *** Бронзовые ворота были открыты, позволяя торговцам и путникам входить и выходить из города. Огромные механизмы за хрустальными стенами вращались, сжимались и двигались, перемещая платформы, гружёные телегами с грузом и людьми, по улицам города. Сегодня ворота сторожили несколько девушек из женского полка, что уже не вызывало сильного удивления у привычных к этому купцов. Тари среди них не было, что меня даже радовало, ведь мне не хотелось неловких прощаний. В конце концов, мы не были друзьями или даже приятелями. Разве что заключившими перемирие врагами, а ведь повод для того, чтобы сложить оружие, уже исчез. Она отплатила мне за помощь тем, что помогла оправиться после сражения, теперь мы были точно квиты. - Эй, мужик с топором, погоди! Меня окликнула одна из стражниц, закончившая проверять телегу, груженую шкурами. Она помахала мне рукой, после чего крикнула, чтобы я подождал тут, и убежала в помещения под стенами. Через какое-то время она выбежала из комнат стражи, и подбежала ко мне, звеня кольчугой. - Ты же Шедвик? - Ну да, я. Что-то случилось? - Тари просила передать тебе записку, если кто увидит, что ты выходишь. И сказать, что уходить не попрощавшись невежливо. Стражница протянула мне бересту, покрытую буквами, после чего пожелала удачи и вернулась к службе. - Прочитаешь? “Без проблем. Она пишет, что ты мог бы и зайти попрощаться, но она желает тебе удачи в дороге и благодарит за помощь. И что рада была встретить нормального северянина.” - Странно это. “Да, я бы не назвала тебя нормальным” На месте, где стоял караван гоблинов, сейчас было лишь потушенное костровище и примятая трава, да следы, идущие на каменный тракт. В какую сторону уехали их повозки, сказать было сложно, но, скорее всего, они отправились в сторону Дарикана, всё-таки сейчас был последний шанс успеть туда до холодов. Я в свою очередь отправился прямо в противоположную сторону. “Так куда мы?” - В Лидан.