Расскажи мне свою правду

      Вполне вероятно, что она скоро ослепнет. Софиты заливают сцену белым светом, разделяя мир на две части. Вот здесь они: Дамиано скачет от неё к Томасу и обратно, как ужаленный в одно место; гитарист не пытается от него сбежать – знает, это бессмысленно; Итан надёжно защитился своей установкой от похождений солиста; и сама девушка, танцует в обнимку с тяжёлой, но такой любимой басухой. А вот и другая часть: непроглядная тьма, в которой можно различить лишь хаотичные движения и огоньки смартфонов.       Виктория хорошо помнит, почему она так обожала играть на улицах Рима. Когда зритель находится в непосредственном поле зрения музыканта, легко различить любые его эмоции. От улыбок пока ещё малочисленных поклонников Вик заряжалась теплом и находила в себе силы и желание двигаться дальше, ловила ощущения, что всё не напрасно.       Большая сцена – совсем другое. Здесь энергию можно черпать либо в самой музыке, которая нещадно бьёт по ушам, либо друг в друге. И, чёрт, есть же в этом свой собственный кайф.       Девушка вновь переводит глаза на Дамиано и встречается с его взглядом. Слегка безумным, уверенным, довольным. Виктория понимает, что он сейчас тоже тонет в музыкальной эйфории, и дарит ему свою улыбку. Слегка шальную, искреннюю, яркую.       За несколько шагов он преодолевает разделяющее их расстояние, обходит со спины и обнимает, оставаясь, словно немного позади Вик. Правильно. Сейчас её время солировать. Девушка чувствует его ладонь на своем бедре, снова ощущает на шее горячее дыхание. Сама она дышит уже с большим трудом. Пальцы басистки продолжают ловко перебирать струны. Виктория благодарит мышечную память за то, что трезвое сознание ей в данный момент не нужно. Нет, они не пили перед выступлением. Но вся атмосфера концерта, воздух, пропитанный восторгами фанатов, и близость такого желанного человека давали в голову не хуже крепкого виски. В крови бурлит какая-то непередаваемая смесь эмоций. Девушка наслаждается.       Вокруг слишком жарко. Как же прекрасно, что сейчас можно не думать, из-за чего именно, а списывать всё на те же долбаные софиты, синтетическую ткань костюма и приближающийся финал выступления. Вик откидывает голову назад, как раз на плечо Дамиано, и прикрывает глаза. Выдыхает. Боже, как хорошо…              

***

      

      Спустя полтора часа, когда концерт был закончен, инструменты собраны, а костюмы развешаны, в гримёрке остались только басистка и солист, как самые ярко-накрашенные представители Лунного Света. Вооружившись мицеллярной водой, оба заканчивали своё сражение с водостойкой подводкой и тональным кремом.       - Я думала ты сегодня под сцену провалишься, - заливаясь хохотом, Виктория отошла от зеркала, проверяя, не оставила ли она что-то в этой душной комнате.       - А что, было бы эффектно, - парировал Дамиано, направляясь к мягкому чёрному креслу. После двухчасового песенного марафона хотелось только сидеть и курить в тишине и покое.       Раз. Он уже в кресле, открывает новую пачку. Два. Сигарета зажата между губами, вспыхивает огонёк зажигалки. Три. От первой затяжки становится чертовски хорошо.       - Только учти, мы бы тебя там и оставили, - Вик говорит это вполне серьёзно, но парень знает, что в её глазах скачут смешинки, хоть и не видит этого.       Девушка вешает сумочку на плечо и идёт к двери, намереваясь покинуть помещение, наполняющееся запахом табака, но не успевает. Проходя мимо кресла, она ощущает, как Дамиано свободной рукой перехватывает её за талию и тянет на себя, заставляя приземлиться прямо к нему на колени, минуя жёсткий подлокотник. Сумочка летит на пол.       - Разве друзья так поступают? – он внимательно вглядывается в лицо Виктории, выдыхая в сторону дым.       Чёрт. Последний раз Вик сидела у него на коленях три месяца назад, в тот злополучный день, когда она чуть не раскрыла свои чувства. Девушка была уверена, что с тех пор научилась контролировать эмоции и что они с Дамиано по-прежнему лишь близкие друзья. И ничего больше. Но почему-то сейчас всё в ней говорило об обратном. Виктория снова ощущает его ладонь, на этот раз невозмутимо поглаживающую её бедро, и ни колготки в сетку, ни короткая юбка не помогают ей абстрагироваться от этого и дышать спокойнее.       - Дамиано, контролируй руки, - игнорируя его вопрос, практически шипит девушка.       - А что такое? На сцене тебе это очень даже нравилось.       Вик разрывает зрительный контакт, прикрывает глаза и устало вздыхает. Порой он бывает невыносим, порой она его терпеть не может, порой наорать хочется так сильно, что она практически чувствует, как чешутся голосовые связки, порой…       - Эй, обезьянка, ты чего? Обиделась?       Виктория отчётливо слышит беспокойство в его голосе, смотрит прямо в эти шоколадные глаза и выдаёт:       - Прибить тебя иногда хочется, а иногда…, - она замолкает. Не может продолжать. Чувствует внутри себя барьер, который боится перешагнуть. Опять готовится пройти по тем же граблям. Скоро этот трюк станет её фирменным, не иначе.       - Что иногда? – парень ясно видит её внутреннюю борьбу, молчит и искренне желает, чтобы сегодня из этой гримёрки она вышла победительницей.       Басистка глядит в сторону. Солист тушит сигарету в пепельнице, что так удачно оказалась на рядом стоящем столике. Вот вам и тишина, о покое не мечтайте.       - Давай же, скажи мне правду, Вик, - просит, разворачивая её лицо к себе освободившейся рукой.       - Иди ты нахрен, Дамиано, - девушка почти не надеется, что он позволит ей сейчас уйти. Но сдаться без боя не дают остатки измотанной гордости.       - Ответ неверный, - ухмыляется парень, и басистка готова поклясться, что ненавидит его ухмылку в эту секунду, пусть от нее и сходит с ума половина Европы.       Виктория хмыкает, отвечает почти шёпотом, смотрит с вызовом, скрещивает дрожащие руки на груди.       - Не все могут идти вперёд с сердцем расколотым пополам.       Парень улыбается. Считай, она призналась.       - Amore…, - не говорит, практически выдыхает в губы девушки Дамиано.       Она не теряет голову. Только чуть нервно сравнивает этот поцелуй с тем самым из клипа «Recovery» и понимает, что сейчас всё по-другому. Давно ведь проверено, что хорошие навыки плюс чувства – это гораздо лучше, чем одно без другого. Отстранившись от парня, Виктория улыбается своим мыслям. Успокаивается.       - А я ведь говорил, что буду рядом, когда ты будешь готова нырнуть.