Обдумывание того что помним,начало собрания пост-советских стран.

Несколько недель спустя

Все дни шли по тому же пути, что и предыдущие. Они не были чем-то примечательны, ибо, как оказалось, пока я не совершеннолетняя страна, большинство вопросов решает США. Я могу принимать лишь кое-какие решения по промышленности и составлению законов, то бишь бумагомарательством. Благо, смог принять постановление милиции, увеличить количество патрулей, увеличить бюджет и создать полицию как более высокую по рангу и полномочиям версию милиции, то есть с мелкими правонарушениями разбирается милиция, а разборкой с опг – полиция. Ну и ещё заставил эту полицию следить за складами вооружения вместе с ВСРР и то у меня получилось провести закон из-за того, что: 1) я преемник союза, но это так, чисто символически. 2) мне 16, и я должен хоть как-то вклиниваться в строительство государства. И ещё у меня ядерка, но это тоже так, чисто символически, чую, без неё я имел бы возможность почувствовать на себе трулли Иван 4 экспириенс или узнать, что такое дип дарк фэнтези за three hundred bucks, но это уже догадки моей тихо шифером шуршащей бошки, ждущей, когда я стану не малолетним дебилом, а полноценным идиотом. А чё, заняться практически нечем, в компик же не погамать, мне эту хрень даже запускать страшно, у меня первым компом был пентиум 3, а последний был вообще химерой, собранной из комплектующих разных компаний. Только работа, хотя подписывание бумаг, которые потом, оказывается, проходят контроль такой, что мама не горюй, и практически каждая подлежала либо редактированию, либо отказу. Блять, я страна или тот чел, что принимал участие в компании ста цветов? И в один момент, как персонаж в даркес данжен, я почувствовал, что, как минимум, нужно срочно отдохнуть, выйти на улицу, может, даже траву потрогать, – хотя щас зима, какая нахрен трава? – или поговорить с кем-то, кроме одного государства с полосатым флагом с звёздами, которое очень меня заебало, пытаясь понравиться. И вообще, я такой хороший, добрый, позитивный, писяй машу вверх и криво, и тут у меня начались такие думы думные, пока сижу на стуле в кухне и чаёвничаю, понимая, что скорее всего мне придётся мириться с тем, что Америка тут строит всё так, чтобы я от него был зависим, как император империи цин от опиума, но я попытаюсь ему противиться, самую малость, на пол шишечки. Хотя если подумать, можно попытаться вливать в себя инвестиции путём того, что я буду тараном, которым будут фигачить коммунистический Китай, а потом наебать всех и устроить свою сферу влияния на постсовет пространстве. Звучит, но щас не об этом. Мне хотя бы анальным рабом и потреблядью дядюшки Сэма не стать уже хорошо. Во время раздумий Российской Республики и вошёл тот, от разговоров с которым психика говорит: "Закончи как можно скорее". Вместе с тем одет он был не как обычно, то есть в рубашку и брюки, а в деловом стиле, в чёрный, словно нефть, пиджак, белую, как молоко, футболку и такого же света, что и пиджак, штаны, а обувь была как будто только смазана гуталином. В руках же он держал вешалку с одеждой точно такого же деловитого стиля, только вместо чёрного цвета был тёмно-синий. – Надень это. Скоро будет собрание, где будут присутствовать твои братья и сёстры, а также возьми документы и пропуск, которые я оставил у тебя в комнате на столе, — сказал Америка, подойдя к окну, и зацепил вешалку за стул. Ну, теперь ясно, почему он меня опрашивал о моих отношениях с сёстрами и братьями, но я ему ничего такого не говорил, и тут главное, чтобы его союзники не додумались спросить у мелких, какие отношения у них со мной, а то сидеть рядом с Латвией и прочими прибалтами не особо хочется, а я знаю, что эти партнёры и на такую мелкую гадость готовы. Так, стоп, мне же придётся общаться со странами пост-ссср? А я об отношениях их ко мне ничего не знаю, ну только если не опираться на таблицу, а она только говорит, как ко мне относятся, а не то через, что мы прошли. Может, Эстония спросит какое-то секретное слово, а я его не знаю, и она начнёт подозревать что-то неладное или, самое простое, я поведу себя не как РСФСР. Ну, отказаться я не могу, по репутации ударить может, а это нам не надо, поэтому берём вешалку, быстро бежим по лестнице и закрываем дверь на ключ, пока переодеваемся. Ну что можно сказать? Не жмёт, не натирает, лишь немного сковывает движения, ну а так в принципе типичный костюм, только галстук красный и в горошек, который я поначалу не заметил, даже не знаю как. Он вызвал у меня затруднения, ибо что-что, а завязывать галстук с детства не умел, как бы не пытался, но в этот раз получилось, как будто я это делал тысячу раз. Может, оригинальный Россия часто носил галстуки, и это уже как мышечная память? Ну ладно, оставим гипотезы на потом, сейчас нужно наконец взять документы, открыть дверь и выйти показаться, так сказать, начальнику. Медленной и плавной походкой, опираясь одной рукой на перила, я прошёл до первого этажа с улыбкой на лице, пытаясь немного походить на героя одного фильма 2000 года, где герой любил визитные карточки, и, наконец оказавшись на первом этаже, беру куртку, шапку и ключи, наконец-то выхожу из дома. Первым же делом я вдохнул полные лёгкие свежего морозного воздуха. Нет ничего приятней, чем после места со спёртым воздухом выйти на улицу, да ещё и не в городе. Такие моменты доставляют свой кайф, и я даже на несколько секунд забыл, что надо куда-то ехать, но бибиканье от машины и я уже бегу на заднее сидение. – Чего остановился, забыл документы? — Первое, что я услышал от США, когда открыл дверь и залез внутрь. – Я просто наслаждался свежим воздухом, — сказал я, и на некоторое время наш разговор был закончен, после чего я закрыл дверь и начал ждать, когда мы доедем до места, где пройдёт собрание стран. – А что, собственно, мы будем обсуждать на этом собрании? — задал я вопрос, что надо было спросить с самого начала. – Нуу, — растянув последнюю букву, крайне игриво ответил США. – Мы решили, что вам неплохо было бы встретиться да обсудить всё, что произошло, наладить политические и экономические отношения, — сказал как по давно отученному тексту Американец. Скорее всего, от этой встречи ничего хорошего ждать не стоит, и лучше готовиться к тому, что меня будут использовать как козла отпущения. Ну, как говорил один мой знакомый: "Главное, чтоб не попущения, а там прорвёмся" — что в принципе логично. – А кто ещё будет на этом собрании? Я так понимаю, страны НАТО будут? — сложив руки домиком, полностью спокойно спросил я. – Да, я, к сожалению, не смогу побывать, так как у меня некоторые дела с отцом, так что не серчай, помочь не смогу, — сказал США, немного даже как будто с тяжестью на душе, только есть один нюанс: у него её нет, да и у меня не наблюдается, так что молчим и ждём, когда приедем и наконец будет возможность понять, с кем я буду иметь дело в интересующих меня регионах, как они себя ведут и как действуют. Возможно, можно будет сыграть от этого и потом. Вдруг машина резко остановилась, настолько, что я чуть не стукнулся лбом о спинку переднего сидения. – Прости, чуть не забыл про тебя. Вкратце, выходи и иди прямо, а потом налево, там лестница, идёшь на третий этаж, и в самой левой комнате как раз будет ваше собрание. На нём Германия, Испания и Италия с Бельгией будут следить, чтобы вы не натворили делов. Всё понятно? — спросил он, улыбаясь в 32 зуба. – Так точно. Удачи вам с отцом, мистер США. — И открыв дверь машины, вышел из неё и лёгким движением руки её же и закрыл. Практически в ту же секунду услышал рёв двигателя и пошёл навстречу "братьям" и "сёстрам", сам ещё до конца не понимая, как посреди дороги, где из пезада ЛЭП, луга с полями и лесами, оказался в городе. Магия, не иначе, или кто-то заснул, что более вероятно. Решив оглядеть город и его жителей, я понял, что всё-таки, скорее всего, магия, ибо тут не было людей, лишь партии, государства с регионами и иногда промелькали компании, а здания выглядели по-разному. Там, где стоял я, была лишь обычная французская архитектурная классика, правее – типичные немецкие здания, а где-то совсем, в дали, виднелись две башни, которые 11 сентября при помощи двух самолётов разрушатся, и в итоге под натиском своего веса падут. Интересно, они будут стоять здесь после этого или тоже исчезнут? Так много вопросов и так мало ответов.. ну да ладно, уже и так слишком отвлёкся. Наконец зайдя в десятиэтажное здание и показав охране документы и пропуск, я смог спокойно и без приключений добраться до третьего этажа, даже не перепутав право и лево, и сейчас я стоял у самой левой двери, где и будет наше собрание октябрят по марксу аппаратов насилия и просто душечек. Открыв дверь, я увидел огромный чёрный стол и множество такого же цвета стульев, на некоторых уже сидели страны, в основном постсоветские, как Украина, Грузия, Казахстан, Армения, Азербайджан, Белоруссия, Прибалты и другие. Из натовцев были только Германия и Италия, сидящие так, чтобы быть посередине группы, а Испания с Бельгией походу задерживаются. Ну а я решил сесть на одно оставшееся место, потому что остальные два стула были белыми, а всего их было четыре, и поэтому логично, что на них сидят четыре страны из НАТО. Так что я уселся между Белоруссией и Казахстаном, чему был рад, хотя бы не с прибалтийскими бестиями сидеть. – Прошло слишком много времени, начинаем без Испанского королевства и Бельгийского государства. – Друг мой, может всё-таки.. — и не успел договорить итальянец, как тут же получил очень злой взгляд от немца, который так и говорил: "Я не в настроении ждать кого-то". – Ладно-ладно, просто успокой свой пыл. — Буквально в ту же секунду Герман как будто успокоился и, сделав два хлопка руками, сказал: – От лица Соединённых Штатов Америки объявляю открытым саммит стран советского союза.

– Да начнут коршуны пожирать плоть павшего героя!

Пусть дети съедят плоды трудов отцовских!