Введение.

Пол, стены в алой мерзкой жиже, от которой хочется блевать. Трупы знакомых и близких кажутся чужими, их лики обезобразил страх и отчаянье. Миссия выполнина, юноша выдохнул, вытирая с лица комбо из слёз, пота и крови. Волосы развивал слабый ветерок, скоро уже рассвет. Такой же алый, как и местность деревни после ночи X. Шорох кустов, и в брюнета летит заострённый кунай, который чуть было не ранил бледную кожу подростка. — Давай! Ты ж и меня убить хотел! Вперёд! — из зарослей выбрался растрёпанный мальчишка лет семи. — Саске, послушай… — отбивая ещё не сильные, но точные удары, призывал старший. В скоре порядком устав от этой перепалки и оскорблений со стороны младшего, парень одним ударом сбил его с ног и упёр лицом в землю. — Закрой пасть и слушай молча! Хотел бы, то давным давно убил. Ты слабый, на это бы и минуты не ушло. Так что поблагодарил бы за жизнь, а не орал! — фиксируя руки младшего со спины, он почувствовал лёгкие содрогания плеч. Несмотря на то, что Саске ещё ребёнок, показать свои слёзы он не смел. Постепенно отпустив, Итачи отошёл на безопасное расстояние, а мальчик молча встал, повернувшись к тому спиной: — Лучше б убил… — шипением, он заглушает слёзы. Привычка младшего давно знакома брюнету. — Не умничай. — подобрав разбросанные кунаи, Ворон взглянул на небо, скоро рассвет. — мне надо уходить… — Мне тоже. — Саске направился в сторону леса, не обернувшись. — Вообще, город в другой стороне и тебе надо туда. — догнав и взяв за плечо младшего, получил хороший пинок в живот. — да, ты заканал, Тикусёмо! — немного согнувшись, попытался врезать младшему, но тот отскочил. — Иди куда шёл, не твое дело где я буду. — мрачно проговорил мальчишка, зашагав в лес. Поняв, что спорить бесполезно, подросток пошел за ним. — И хватит за мной идти. — Ама…- на оскорбление младший кинулся в драку, два удара и Саске с разбитой губой, вытирает кровь. — Значит так, идёшь в деревню и без эксесов. — старший порядком нервничал, почти рассвело. — Дзаккэнаё! — со слезами на глазах младший бежал прочь. Порядком набегавшись по лесу оба были без сил, поцарапанные и ели дышали. Итачи поднялся молча, направляясь в штаб Акацке, время поджимало. — Ты куда? — брюнет пошел за ним. Старший был зол и в голове соорудил план. Зная Саске, он ни за что не сдастся. Придётся как — то выкручиваться. — Можешь пойти со мной, но без лишних вопросов. И да, идея про лес тупая. Ты и часа не продержишься здесь один. В ответ послышалось недовольное ворчание и стопка матов, но всё же семилетка покорно шёл за Ита, понимая глупость своего положения. Зайдя в штаб, Саске поразился богатству и роскоши обстановки: кожанные диваны и кресла, дубовые столы, медвежьи ковры… Увидев изумленное лицо мальчишки брюнет процедил — Хобби Какузу. Его любовь это деньги. Не задерживайся. — Странное хобби. А это твоя девчонка? — Семилетка показал на блондина с длинными волосами, который поперхнулся чаем. — Сам ты девчонка! Ита, ты что себе ровестничка привёл. — улыбнувшись всеми тремя ртами произнёс блондин, за что получил подзатыльник от зашедшего в кухню Кисаме. Человек — рыба вызвал у мелкого интерес и аппетит. — Этот придурошный Дейдара, а ходячие суши — Кисаме — расположившись на свежеотпалированном дубовом столе, Ита распустил волосы, наслаждаясь гневными взглядами товарищей. Голод одолел Саске и направил безцеремонно рыться в холодильнике. — А это нормально, что мелочь грабит наши запасы? — Дейдара отобрал саке и пиво. — Я уже взрослый, мне можно! — бурчит растрепанный брюнет. Эта картина длилась бы дольше, но с заданий вернулись Пейн, Конан и Зецу. Появление последнего, Саске прокомментировал как «о, цветочик». — Будешь дерзить, скормлю цветку… ой, то есть Зецу. Пейн лишь закатил глаза на «супер — воспитателя», . Несмотря на потерю родителей, он знал как обращаться с детьми. По крайней мере так думал. — Не умеешь воспитывать, не берись. — А я то что? Он сам наглеет. Врезать бы. — буркнул старший Учиха. Собравшись, все начали перебирать методы воспитания. Конан предложила спартанское, Зецу — регулярный полив, Итачи предложил выпороть, на что получил пинок от младшего. Учихи, учинив драку, были изгнаны в комнату старшего. После чего консилиум решил: — Девать ребёнка некуда, убить Ита не даст, будем воспитывать обоих, как сможем. — проговорил Пейн, закатив глаза, ведь ругань парочки слышалась даже на другом этаже: — Засранцы…