Эпилог

      Первым, что осознал Ларсон, пробиваясь сквозь мутные нити беспамятства, был звуковой сигнал. Следующим, что он почувствовал, был запах отталкивающей комбинации куриного супа, мочи и хлорки. Наконец, включились остальные чувства. Его глаза зажмурились от яркого света, а тело дернулось в ответ на боль в животе, ребрах, голове, боку и тыльной стороне ладони. Он также не был доволен сухим, ватным ощущением во рту. Он провел языком по зубам и нерешительно открыл глаза.       — А вот и вы! — произнес щебечущий женский голос. Ларсон поморщился, но повернулся на звук.       Розовощекая миниатюрная женщина в розовой униформе медсестры нависла над ним. Медсестра была симпатичной, темноволосой и зеленоглазой. На ее бейджике было написано «Анита Старлинг», Ларсон почувствовал ее теплые пальцы на своей коже, когда она коснулась тыльной стороны его руки, рядом с больным местом.       Он застонал, пытаясь повернуться, чтобы посмотреть, что не так с его рукой.       — Не-а, — сказала Анита, — Мышцы вашего живота еще не готовы к таким вещам.       Источником боли в руке была игла капельницы, вонзившаяся ему под кожу. Ларсон нахмурился. Он попытался сформулировать вопрос, но во рту у него пересохло.       Анита отошла и вернулась с маленьким бумажным стаканчиком, — Держи. — она поднесла стакан к его подбородку и сунула соломинку ему между губ. Он втянул воду, благословенно влажную и прохладную.       — Не слишком много. — предупредила она, — У вас была ужасная инфекция, и вы перенесли довольно длительную операцию. Ваше тело не готово пить воду.       — Инфекция? — Ларсону удалось спросить. Его голос звучал так, словно его терли на терке для сыра. Он откашлялся, пытаясь собрать воедино последнее, что мог вспомнить.       — Я позову сюда доктора, чтобы он вам все объяснил. — сказала Анита, — Все, что я знаю, это то, что это была странная инфекция, и она, по-видимому, была убита тем, что сожгло ваш желудок.       — Тем что сожгло? — спросил Ларсон. Он сложа руки задавался тем, как долго он будет говорить односложными вопросами.       Анита поправила колючее одеяло, подоткнутое под подбородок Ларсона, — Как я уже сказала, я позову сюда доктора. Он, вероятно, может рассказать вам больше.       

***

      У детектива на животе был ожог третьей степени размером с ладонь. Доктор спросил Ларсона, знает ли он, чем это вызвано.       Ларсон притворился неосведомлённым. К тому времени, как вошел доктор, Ларсон смутно припоминал, как рядом с ним на коленях стоял Ститчврэйт, прижимая к животу Ларсона раскаленную докрасна руку. Но он не собирался пытаться описать это доктору.       Как только Ларсон вернулся домой и пришел в себя в своей квартире, он начал грызть удила, чтобы вернуться к работе. Однако у шефа были другие идеи: Ларсон будет в отпуске, пока не получит медицинское разрешение.       По крайней мере, выздоровление дало Ларсону больше времени, чтобы проводить его с Райаном. Его бывшая жена позволяла навещать мальчика каждый день. Видео-игры и настолки, в которые играли Ларсон и Райан, помогали скоротать время.       Несмотря на это, у Ларсона было бесконечное количество часов по ночам, чтобы подумать о событиях на фабрике. И он пришел к предварительному выводу.       Вывод был странным и удивительным… настолько удивительным, что Ларсону было трудно принять его. Тем не менее, он был уверен, что его рассуждения были здравыми.       Он сильно подозревал, что Ститчврэйт, в конце концов, не был злом.       После того, как Ларсон освободился от всего, что ему давали от боли в больнице, его воспоминания о необъяснимых событиях на фабрике стали совершенно ясными. Он мог видеть каждую деталь в своем мысленном взоре, и из них выделялись две: 1)Ститчврэйт, казалось, сопротивлялся втягиванию в Слияние Афтона, и 2)Ститчврэйт выжег инфекцию из живота Ларсона.       Эти две детали, если только Ларсон не неправильно их истолковал, казалось, довольно ясно указывали на то, что Ститчврэйт был не так плох, как думал Ларсон. Если Ститчврэйт был Афтоном, как думал Ларсон, то почему он держался отдельно от мусорного монстра? И если это был Афтон, то почему он удалил инфекцию?       Ларсон намеревался найти Ститчврэйта. Ему нужно было точно определить, что это за штука, зло это или нет.       С этим, однако, придется подождать. Сначала Ларсону предстояло решить более насущную проблему.       Было 2:25 ночи, и Ларсон лежал в постели, уставившись на паутинные узоры света, которые уличные фонари отбрасывали на его потолочный вентилятор. По крайней мере, в десятый раз с тех пор, как он вернулся домой из больницы, он пытался понять, что с ним происходит. Потому что что-то было не так, совершенно не так.       Физические раны Ларсона заживали хорошо. С каждым днем боль от его ран немного уменьшалась. Но он испытывал психический симптом, который, откровенно говоря, пугал его… настолько пугал, что Ларсон попросил своего врача сделать томографию, чтобы убедиться, что у него нет черепно-мозговой травмы. Когда доктор спросил, зачем Ларсону это нужно, Ларсон ответил смутно, — Странные проблемы со зрением. — сказал он.       Компьютерная томография не выявила ничего плохого в мозге Ларсона. Это было и хорошо… и потенциально плохо.       Похожая на паутину светотень, которая привлекла внимание Ларсона, была расплывчатой, и Ларсон пытался сфокусироваться на ней. Как всегда, когда у него случался один из эпизодов, которые он пережил прямо сейчас, он чувствовал головокружение, и все вокруг него превратилось в почти прозрачную дымку.       Сквозь эту дымку Ларсон видел то, чего не должен был видеть. Он начал заглядывать в прошлое.       Эти проблески не были похожи на грезы наяву, на мысленные картины, которые он мог вызвать, когда позволял своему разуму блуждать. Эти проблески были реальными… или, по крайней мере, казались реальными. Это были воспоминания, но не его собственные. Эти изображения принадлежали другим людям, из разных мест и разных времен.       Прямо сейчас, например, за тенями на потолке Ларсон наблюдал за Фредди Фазбером и другими аниматрониками, которые были в моде, когда Пиццерия Фредди Фазбера была в самом расцвете, когда они исполняли зажигательные рок-песни 80-х годов, которые Ларсон не слышал много лет. Музыка была такой громкой, а ее бас таким интенсивным, что Ларсон чувствовал, как его матрас вибрирует в такт.       Вот что было странным в этих видениях, которые у него были. Он не просто видел вещи из прошлого. Он испытывал их. В дополнение к вибрации, которая пробежала по его телу, Ларсон почувствовал запах свежей пиццы. Поскольку всей едой, которую он съел до этого, были замороженная индейка и попкорн, которым он поделился с Райаном, у него не было объяснения ароматам томатного соуса и сыра, которые, казалось, витали вокруг него.       Пока Ларсон наблюдал за выступлением аниматроников на сцене, которая, казалось, заполняла его спальню, сцена изменилась. Это была еще одна странная вещь. Он не только погружался в эти реалистичные виньетки, но и они постоянно менялись. Только что он был в пиццерии Фредди Фазбера. Затем он был в кинотеатре. В следующую минуту он уже болтался со своими, или с чьими-то друзьями. Но всегда, независимо от того, сколько раз он перескакивал с одной сцены на другую, наполнение — так он решил это называть — между сценами всегда был одним и тем же. Когда его разум переносил его из одного визита в прошлое в другой, он всегда видел одно и то же между ними: он видел бассейн с шариками.       Самое странное в этом бассейне было то, что Ларсон не мог припомнить, чтобы когда-либо видел такой в реальной жизни. Конечно, он и раньше видел бассейн с шариками; Райану нравилось играть в них, когда он был совсем маленьким. Но Райан не играл в этом бассейне с шариками.       Бассейн с шариками, который постоянно видел Ларсон, был отвратительным бассейном с шариками. Он был старым, и поверхности красных, синих и зелёных шаров выцвели. Они также были покрыты пылью и плесенью, как будто их не трогали десятилетиями. От них пахло не только пылью и плесенью, но и чем-то еще, чем-то медным и гниющим.       Кроме того, было бы не совсем точно сказать, что Ларсон просто видел бассейн с шариками. Он действительно испытал его, как будто был в нём. Когда перед ним появился бассейн с шариками, Ларсон почувствовал грязный пластик вокруг себя, как будто плыл сквозь водные бусинки в форме шара. За исключением того, что они не казались чистыми, как вода. В дополнение к пыльной, покрытой плесенью пленке, из-за которой шарики казались липкими, на пластике, казалось, было что-то вязкое. Шарики пытались прилипнуть к нему, как липучки.       Ларсон моргнул, когда его головокружение внезапно прошло, и его спальня вернулась. Так было всегда. Видения покидали его так же быстро, как и появлялись каждый раз.       Ларсон сел и протер глаза. Он встал и прошаркал на кухню, чтобы выпить воды.       Стоя перед раковиной, он смотрел в маленькое окошко над ней. Ночь была бурной. Все, что он мог видеть — это черноту и капли дождя на стеклах. Он поежился, наливая воду в стакан.       Глотнув воды, он отвернулся от окна, — Хватит. — сказал он вслух.       Ларсону пора было возвращаться к работе. И первое, что ему нужно было сделать — это найти бассейн с шариками. Он хотел сделать это не просто так. Это должно было быть связано со всеми другими странностями, которые он испытал. Он собирался выяснить, как это вписывается в остальную часть головоломки.       

***

      Плотнее закутав кукольное лицо в плащ, Джейк пошел по узкому переулку. Дождь лил не переставая, и хотя кукольные глаза Джейка были ненастоящими, все равно было странно, что в них была вода.       Джейк был счастлив, что нашел плащ, который был на нем. Он не был водонепроницаемым (Джейк думал, что он сделан из шерсти), но он был тяжелым, и он удерживал большую часть воды от его лица и металлического тела. Это также немного скрывало то, кем он был. Ему все еще приходилось держаться темных закоулков, углов и щелей мира.       Джейк прятался девять полных рассветов и закатов с тех пор, как покинул фабрику. За это время он чувствовал себя печальнее, чем когда-либо. Ему не хватало Эндрю с ним в этом странном деле, в котором он оказался. И он чувствовал себя ошеломленным тем знанием, которое он нес — в нём было что-то плохое.       Он думал о том, чтобы попытаться найти плохую вещь, но что он сможет с ней сделать, если найдет ее? Кроме того, он был напуган.       Когда Джейк проходил мимо открытого мусорного контейнера, прижатого к стене высокого кирпичного здания, он услышал шорох. Он наблюдал, как крыса пробежала по покрытому царапинами зеленому мусорному контейнеру. Когда крыса подбежала к краю кирпичной стены, Джейк заметил старый, изношенный походный ботинок… который двинулся, когда крыса пробежала мимо него.       Джейк остановился и заглянул за мусорный контейнер.       Ботинок принадлежал мужчине с длинными волосами и спутанной бородой. Джейк не мог определить возраст мужчины. Он также не мог сказать, жив ли этот человек. Нога мужчины дернулась, но лицо было бледным, а глаза закрыты.       Внезапно в переулок ворвался вой сирены и вспышка ярких фар. Джейк не колебался. Он присел на корточки рядом с мужчиной.       Вода хлынула на Джейка. Она переполняла водосточные желоба здания, падая на землю почти сплошными влажными пластами.       Снова завыла сирена, и раздался крик. Джейк вжался в стену.       Джейк пошевелился, потерял равновесие и вытянул руку, чтобы не упасть. Его рука опустилась на плечо мужчины. Когда это произошло, мужчина застонал и пошевелился, выдохнув вонючий, чесночный запах.       О нет! — подумал Джейк.       Он сразу же почувствовал волну удушающего сожаления. Он убил еще одного человека!       Но подождите. Мужчина не переставал дышать. Джейк слышал, как мужчина фыркает. По его лицу не текла черная кровь. Он был жив!       Звуки сирены остановились, но Джейк все еще видел свет фар. Сквозь шум дождя он слышал громкие голоса.       Несмотря на то, что он мог видеть и слышать, сознание Джейка больше не было в том переулке. Он оказался в уютной, светлой столовой.       В столовой преобладал старый дубовый стол, за которым сидела счастливая семья. Поначалу мама, папа и двое детей, смеющихся и едящих, показались Джейку совсем не знакомыми. Однако, наблюдая, как они делятся тушеным мясом и рассказывают истории о своих днях, он понял, что видит немного более молодую и счастливую версию человека, лежащего за мусорным контейнером.       Джейк не знал, почему ему удалось заглянуть в прошлое этого человека, но ему это нравилось. Сцена была такой трогательной; вся печаль, которая давила на него в течение последних нескольких дней, начала исчезать… пока сцена внезапно не изменилась.       Внезапно столовая исчезла, и Джейка резко дернули сквозь то, что, как он полагал, было воспоминаниями этого человека. На ошеломляющей скорости Джейк наблюдал, как мужчина ходит на работу, возвращается домой, играет со своими детьми, встречается с женой и путешествует со всей семьей. Это было похоже на поездку на скоростном поезде по парку развлечений.       Но потом счастливый поезд разбился. Это была настоящая авария — настоящая для мужчины, во всяком случае. Добрые чувства Джейка сменились горем, когда он увидел, как мужчина выполз из-под обломков своего семейного фургона. Он вопил в отчаянии, когда работники скорой помощи вытаскивали его мертвую семью, одного за другим из покореженного металла.       Опустошенный тем, что он видел, Джейк начал убирать свою металлическую руку от мужчины. Джейк не хотел чувствовать то, что этот человек чувствовал тогда, острую потерю, которую он все еще чувствовал сейчас. Но Джейк также не мог оставить человека, пойманного в эту паутину страданий. Что, если Джейк сможет чем-нибудь помочь?       Джейк сосредоточился и послал свои мысли обратно через суп воспоминаний, которые он только что видел. Может быть, ему удастся вытащить одно, хорошее, и сделать его больше и ярче остальных. Если бы он это сделал, то он бы мог облегчить боль этого человека.       Он должен был попытаться.       Джейк точно знал, какое воспоминание нужно сделать самым большим. Это было первое — счастливый семейный ужин.       Джейк сосредоточился на этом воспоминании. Он вложил в него свое намерение, чтобы оно вспучилось в его сознании; это было почти как надувание воздушного шара, только воздушный шар был воспоминанием, а воздух — волей Джейка. Джейк делал воспоминание все больше и больше, а затем мягко предложил ему вернуться в подсознание мужчины. В каком-то смысле он поместил разум этого человека в пузырь той единственной счастливой сцены.       А потом Джейк отпустил мужчину. Как только он это сделал, он снова оказался в переулке.       Дождь усилился, и голоса, которые Джейк слышал раньше, приближались. Джейку нужно было выбираться оттуда.       Сначала, однако, он посмотрел на мужчину, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. И Джейк обрадовался, увидев, что лицо мужчины больше не искажено болью. На самом деле, мужчина выглядел так, как будто он улыбался. И его дыхание стало мягче, ровнее.       Грохот и звук шагов подтолкнули Джейка к действию. Он наклонился вперед и заглянул за угол мусорного контейнера.       Двое мужчин пробирались по переулку к тому месту, где прятался Джейк. Они найдут его, если он ничего не предпримет!       Джейк огляделся. Не было никакой возможности, чтобы он смог убежать незамеченным. Но маленькая дверь позади него вела в кирпичное здание, из водосточного желоба которого на мусорный контейнер лилась вода. Джейк быстро схватился за дверную ручку и дернул ее. Дверь открылась, и он скользнул в темноту внутри.       Закрыв за собой дверь, Джейк несколько секунд постоял рядом с ней, прислушиваясь. Там все еще слышался шум дождя, но в остальном всё было тихо. Прижав руки к двери, чтобы держать её закрытой, он ждал, не попытаются ли мужчины открыть ее.       Через несколько минут он расслабился. Должно быть, они двинулись дальше.       Джейк повернулся и огляделся. Слабый свет уличного фонаря пробивался через грязное окно в нескольких футах от двери. Этого было достаточно, чтобы обнаружить груды коробок и ящиков. Он был в какой-то кладовке.       Джейк прошел дальше в комнату и опустил свой эндоскелет на ящик. Он откинул капюшон и задумался о том, что только что произошло. То, что он смог сделать, было довольно круто. Но как ему это удалось? Он не знал, но одна мысль о том, как он смог помочь этому человеку, пусть даже только на эту ночь, делала его чуть менее грустным. Возможно, он мог бы сделать нечто большее, чем просто прятаться в темноте. Возможно, он мог бы сделать что-то хорошее.       Как только Джейку пришла в голову эта мысль, он услышал приглушенный скрежет. Встав, он снова огляделся. Он по-прежнему видел только коробки и ящики, но, услышав слабый храп, начал заглядывать за стеллажи.       Сразу за третьим стеллажом, который он исследовал, Джейк обнаружил высокую худую девочку-подростка.       Одетая только в тонкую серую футболку и рваные джинсы, девушка свернулась калачиком на боку и спала. Она выглядела замерзшей, поэтому Джейк снял плащ и наклонился, чтобы укрыть ее.       Когда он присел рядом с ней, то понял, что она скорее была в отключке, чем спала. Ее лицо было вялым, а круги под глазами были такими темными, что напоминали угольные пятна.       Джейк закутал девушку в плащ, и в этот момент в его голове вспыхнула сцена из старой телевизионной рекламы. Это был один из рекламных роликов по борьбе с наркотиками, в котором слоган «Просто скажи нет» был напечатан на сценах с бледными, потерявшими сознание тощими подростками. Эта девушка выглядела как одна из тех, что были в рекламе.       Джейк нахмурился, глядя на девушку. Он знал, насколько разрушительными могут быть наркотики; наркотики убивают людей! Бедная девочка попала в беду. Она явно нуждалась в помощи. Может быть, Джейк сможет что-нибудь для нее сделать.       Изучая девушку в приглушенном свете, он увидел, что, если бы она не была такой бледной и худой, ее можно было бы назвать хорошенькой. У нее были длинные рыжевато-каштановые волосы, они были густыми и волнистыми. Сейчас они были грязными и спутанными, но он подумал, что они могли бы выглядеть красиво, если бы их вымыли и почистили. Он не видел глаз девушки, но черты ее лица были приятными. Однако, взглянув на ее лицо, он заметил, что губы у нее были сухие и потрескавшиеся.       Ей нужна была вода.       Еще раз оглядевшись, Джейк сумел найти выброшенный пластиковый контейнер. Он отнес контейнер к двери, приоткрыл дверь на пару дюймов, чтобы проверить был ли кто снаружи, и, когда никого не увидел, вышел и подержал контейнер под проливным дождем. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы наполнить контейнер, и как только это было сделано, Джейк нырнул обратно в комнату. Он поспешил посмотреть, сможет ли он заставить девушку проглотить воду.       Девушка застонала, когда Джейк коснулся ее губ контейнером. Он нахмурился, не зная, что делать дальше.       Прежде чем он успел сообразить, что происходит, дверь позади него распахнулась, и ветер задувал дождь в комнату. Он задул кое-что еще.       В открытую дверь ворвались двое мужчин. Один из них захлопнул ее.       Хотя Джейк вовсе не был скрыт от мужчин, в комнате было так темно, что он был уверен, что сначала они не видели, кто он такой. Или если видели, то, похоже, им было все равно.       — Что ты здесь делаешь? — прорычал один из мужчин.       Этот человек был меньше ростом, но это мало о чем говорило. Оба мужчины были высокими и широкоплечими.       Джейк мог сказать, что ни один из них не был хорошим человеком. Один из них хмурился, а на лице другого застыло выражение, которое, вероятно, выражало постоянную насмешку. У обоих были темные злые глаза.       — Ты что, оглох? — спросил второй, — Он задал тебе вопрос.       Второй мужчина, чье лицо было покрыто старыми шрамами, подошел и пнул Джейка. Джейк не отреагировал, но движение и звук разбудили девушку. Она открыла глаза (они были темно-синими), и сразу же обхватила себя руками, свернувшись плотнее, как будто могла завернуть свое тело в кокон безопасности. Она явно боялась человека со шрамом на лице.       Когда взгляд девушки метнулся ко второму мужчине, и она попыталась отпрянуть назад, Джейк увидел, что она знает их обоих. Джейк снова переключил внимание на мужчин.       Джейк был почти уверен, что это дилеры.       Двое мужчин начали приближаться. Джейк решил, что ему нужно заставить их уйти. Он встал.       Теперь, когда Джейк выпрямился, мужчины не могли не заметить металлический эндоскелет Джейка. Однако, похоже, это их не смутило. Оба мужчины небрежно оглядели Джейка.       — Кто ты вообще такой? — спросил человек со шрамом на лице.       Другой мужчина рассмеялся, — Заблудился по дороге на костюмированную вечеринку?       Когда Джейк не ответил, Шрамолицый бросился к нему, — Уйди с дороги, сопляк! — он указал на девушку, — Она должна мне деньги!       Джейк не пошевелился. Он не собирался позволять этим людям запугивать бедную девушку. Он скрестил руки на груди, потому что думал, что так он будет выглядит более сильным.       Мужчины обошли Джейка, как будто он был никем. Когда Джейк повернулся, Шрамолицый подошёл к девушке и пнул ее по ноге, — Где мои деньги, ты, дерьма кусок?       — Эй! — крикнул Джейк, — Оставь ее в покое!       Оба мужчины рассмеялись, и Шрамолицый вытащил нож. Но прежде чем он успел что-то с этим сделать, Джейк быстро шагнул вперед. Он не думал. Он просто действовал. Гнев и возмущение сводили его с ума.       Джейк схватил хмурого мужчину и легко поднял его. Держа мужчину перед собой, Джейк сильно встряхнул его.       Мужчина тут же превратился из саркастичного придурка в хнычущего ребенка. Он заплакал.       — Пожалуйста, пожалуйста, — взмолился здоровяк, — Я не имел в виду…       Джейк не стал прислушиваться к тому, что собирался сказать этот человек. В любом случае, он был слишком зол, чтобы ясно слышать. Ему казалось, что в его голове ревел океан. Он чувствовал, как в его эндоскелете пульсирует тепло.       Джейк еще раз сильно встряхнул мужчину, а затем выбросил его в окно. Стекло разбилось и разлетелось. Дождь хлестал сквозь дыру, проделанную телом мужчины.       Джейк повернулся к другому мужчине.       Мужчина со шрамом поднял руки и отпрянул от Джейка, — Эй, это просто бизнес! — он тоже скулил, как ребенок.       Джейку было все равно. Он шагнул вперед и ударил мужчину в челюсть. Мужчина влетел в груду коробок. Он покатился по земле, и Джейк упал на него сверху.       Ярость Джейка разгорелась еще сильнее, и когда он ткнул пальцем в лицо мужчины, его палец раскалился докрасна. Джейк изучал жестокие глаза мужчины.       Легко удерживая сопротивляющегося мужчину, Джейк на несколько секунд задумался. Он наклонился и приложил кончик своего металлического пальца ко лбу мужчины.       Через несколько минут Джейк вышел из переулка и оглядел главную улицу. Девушка, которую он держал на руках, снова потеряла сознание. Джейку она казалась почти невесомой.       Джейк сдвинул плащ так, чтобы он закрыл ее лицо. Затем он зашагал по улице, ища безопасное место, где он мог бы позаботиться о ней.       

***

      После двух дней дождя выглянуло солнце, и всё, что было ещё влажным после шторма, казалось, сверкало в ярком свете. Или, может быть, это было просто настроение Ларсона. Он чувствовал себя хорошо.       Ну, может быть, и не очень хорошо. Но лучше, чем было.       Он провел большую часть утра, выслеживая здания, в которых мог находиться бассейн с шариками, который продолжал уводить его от реального мира. Нити, за которые он потянул, были извилистыми, и они привели к списку из дюжины возможных мест.       В течение следующих двух часов Ларсон посетил больше ветхих, заколоченных аркадных помещений, чем ему хотелось бы видеть, но в конце концов его поиски привели его к заброшенному месту, перед которым он сейчас стоял.       Усталый мужчина дал Ларсону ключ от того, что казалось старым рестораном. Затем старик зашаркал прочь, как будто ему было все равно, что Ларсон может сделать с этим местом.       Ларсон понимал почему. В похожей на пещеру обеденной комнате, в которой он стоял, не было ничего, кроме потрескавшихся виниловых кабинок и поцарапанных столов. Столы были выстроены в ряд на черно-белом шахматном полу, а стулья прижимались к бледно-желтым стенам, на которых были смутные очертания, пытающиеся выглянуть сквозь плохую покраску стен. В дополнение к столам и стульям, в комнате была пустая сцена и голый танцпол под грязным, разбитым зеркальным шаром, который выглядел заброшенным.       Комната была покрыта толстым слоем пыли. Когда Ларсон двигался, поднимались целые цивилизации пыльных кроликов.       В воздухе пахло плесенью. К тому же он был слегка кислым, как внутри холодильника, наполненного испорченной едой. Ларсон поднес тыльную сторону ладони к носу.       Как только Ларсон вошел в это место, он увидел то, что искал. Бассейн с шариками находился в дальнем правом углу комнаты. Огражденный грязной желтой веревкой, бассейн с шариками предупреждал потенциальных посетителей табличкой с надписью «НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ».       — Кто бы попытался? — пробормотал Ларсон, направляясь к месту, которое так много раз захватывало его сознание за последние несколько дней.       Это не было плодом его воображения. Оно действительно существовало. И оно явно хотело, чтобы он нашел его… что было крайне тревожно.       Ларсон оглянулся через плечо и мысленно встряхнулся. Ради всего святого, он был полицейским. Он не боялся дурацкого бассейна с шариками… не так ли?       Ларсон подошел к вялой грязно-желтой веревке. Он поднял её, нырнул под неё и подошел к краю бассейна с шариками. Он изучал пластиковые шарики.       Они выглядели точно так же, как и в его видениях. Они были пыльными, покрытыми плесенью и выцветшими.       Он протянул руку и взял один из них. Все было именно так, как он и предполагал: шершавый и какой-то липкий, как будто он хотел прилипнуть к его коже. Он нахмурился и провел ногтем по поверхности шарика. Что-то шелушащееся, почти обугленное, покрывало пластик.       Ларсону захотелось бросить этот грязный мяч.       Но Ларсон был здесь не для того, чтобы испытывать отвращение. Он был здесь, чтобы провести расследование. Поэтому он не бросил мяч. Вместо этого он поднес его к глазам и внимательно осмотрел. Он нахмурился. Вещество, покрывавшее пластиковую поверхность, выглядело как кровь. Старая, старая кровь.       Ларсон достал перочинный нож и достал из кармана пакет для улик. Он снял соскобы с мяча. Затем он осмотрел еще несколько пластиковых шариков. На всех поверхностях было одно и то же вещество. Ларсон взял несколько образцов.       Закончив, он отступил назад и уставился на жуткую яму. Наконец он стряхнул с себя мурашки, охватившие его и покинул заброшенный ресторан.       

***

      Молодая доктор была уничтожена изнутри, что было нормально. Она была в конце тройной смены, и поток пациентов, проходящих через отделение неотложной помощи, никогда не заканчивался.       Убрав волосы с своего лица, доктор толкнула дверь в смотровую комнату 4/5. В комнате стояли две кровати, разделенные занавеской. Она отодвинула занавеску и посмотрела на двух пациентов, лежащих бок о бок на кроватях.       Оба пациента были мужчинами. Оба были похожи на наркоторговцев. Она видела подобных слишком много раз, чтобы сосчитать.       Более крупный мужчина с криком вошел в приемное отделение, но после того, как врач определил, что у него сломана ключица, она заказала капельницу с морфием. Этот человек теперь дрейфовал в ла-ла-ленде.       Второй мужчина был не так сильно ранен, но его лоб, казалось, был обожжен.       Доктор пододвинула к мужчине поднос с лекарствами. Она потянулась за марлей.       — Давайте приведем вас в порядок и посмотрим, что нужно сделать, — сказала она.       Он не ответил. Он просто застонал.       Доктор несколько секунд промокала ему лоб. Затем она остановилась. У нее перехватило дыхание.       Теперь, когда она очистила лоб, она могла видеть, что кто-то выжег слова «ПРОСТО СКАЖИ НЕТ» на лбу мужчины!       

***

      Рядом с железнодорожными путями на окраине города, вдали от всего остального в этом районе, стоял небольшой сарай для технического обслуживания. Когда Джейк нашел его, он был заперт на висячий замок, но Джейк легко его снял.       Теперь Джейк и девушка были надежно спрятаны в маленьком здании. Девушка все еще спала. Джейк внимательно наблюдал за ней.       Джейк нашел сарай перед самым рассветом. После того, как он положил девушку внутрь, он вернулся и быстро поискал что-нибудь, чтобы ей было удобнее. Он нашел несколько одеял в ближайшем мусорном контейнере и вернулся, чтобы накрыть ее хрупкое тело самым сухим из них.       Вскоре после того, как ночь поглотила сумерки, дождь, который покинул этот район в то утро, вернулся. Теперь ровный барабанный бой бил по жестяной крыше над головой Джейка. Это звучало так, словно труппа гномов отбивала чечетку под музыку, которую Джейк не слышал.       Шум, казалось, не беспокоил девушку. Время от времени она что-то бормотала во сне, а иногда брыкалась, словно отбиваясь от невидимого противника. Но в основном она была тихой и неподвижной.       Джейк сидел рядом, наблюдая за ней. Он также наблюдал за дверью. Хотя он закрепил дверь веревкой, которую нашел в сарае, он был настороже. Он не знал, кто еще может охотиться за девушкой, или когда они могут прийти за ней.       В течение первых двух часов после наступления темноты все было тихо, за исключением танцующих гномов. Однако, когда дождь стих настолько, что Джейк услышал поблизости уханье совы, он услышал что-то еще… что-то, что заставило его встать, приготовившись к бою.       Снаружи сарая что-то царапнуло по его деревянной обшивке. После царапанья металлический скрежет обрушился на дверь, а затем, казалось, заскреб по стене рядом с ней. Затем что-то стукнуло по крыше и щелкнуло с другой стороны сарая.       Джейк внимательно проследил за движением. Там что-то было. Там что-то ползло. Он был в этом уверен.       Джейк подтянул свои металлические ноги к телу и придвинулся ближе к девушке. Он знал, что в настоящее время был большим эндоскелетом, но в эту секунду он не чувствовал себя таким. Он чувствовал себя ребенком, кем и был на самом деле.       Что-то, что было снаружи сарая, скреблось вокруг него, как будто пытаясь найти путь внутрь. Джейк склонил голову набок, прислушиваясь. Он положил руку на девушку, защищая ее, на случай, если то, что там было, прорвется через крышу.       Но он также дрожал. Ему тоже хотелось, чтобы кто-нибудь был рядом и обнял его.