Я взгляну тебе в глаза, чтобы встретить ту улыбку

Мороз с сумрачной улицы, где уже порядком трёх дней не видно ничего, кроме холода и пасмурности, в приоткрытую щель окна пробирался на кухню. За накрытым мною столом собрались остатки нашей компании. Аяка, только сегодня вернувшаяся из командировки брата, подбирала слюнки над всем тем, что я приготовила по случаю выписки Горо. А он сам, как виновник торжества, увлечённо рассказывал о ситуациях, произошедших с ним за время нахождения в больнице. — Горо, дружище, закрой окно, пожалуйста. — спустя около полчаса разговоров, демонстративно передёрнув плечами, попросила Аяка, в это время приближаясь к моему уху. — Люми, ну можно я хотя бы один нефритовый мешочек съем? Специально перед приходом отказалась от приёма пищи, а теперь почти умираю от голода… — М, Аяка, что-то случилось? — парень уже возвращался от окна к столу и негодовал от шепотков за его спиной. Недовольство подруги было вызвано тем, что из всего, стоя́щего на столе, попробовать можно было только остывший чай. А всё потому, что, оказывается, Горо после лечения положена диета, которую он строго соблюдает. Поэтому, чтобы не дразнить товарища очень вкусной, но при этом жирной пищей, мы с Аякой приняли на себя бремя страданий, сидя за столом, усыпанным едой, но не имея возможности ничего даже откусить. Я, если честно, была тоже не в восторге от случившегося, потому что во время готовки не перебивала аппетит кусочками только ради полнейшего удовольствия за ужином. Устав выносить ранее перечисленные муки, я решила составить от греха подальше всё в холодильник, смотря на жалобные глазки голодной Аяки. — Благоденствие убирать не буду, тут вроде безобидненько. Рис на пару, овощи. Диете не повредит, перекусим? — Так чего ты раньше-то молчала? — девушку устраивал уже любой расклад, и мы втроём разделили блюдо на порции, а далее, продолжили разговор. — С Тартальей всё ясно, он с семьёй во Вьетнам укатил. А Скарамучча то где? — Горо расспрашивал про непришедших друзей уже невпервые. И Итэр в этот список не вошёл не зря: он был среди собравшихся, правда, спустя часик посиделок уехал. — Мы сами не знаем. Запой, наверное. — Опять… — подруга подхватила мысль. — Может, как-нибудь, навестим его? — я не на шутку волновалась за друга, ведь игры с алкоголем хорошо никогда не заканчиваются. Тем более, Мучча злоупотребляет этим уже не первый год… Как следует перемыв Скару косточки, наша компания переключилась на обсуждение другой темы. Она заставила меня вновь почувствовать жуткую обиду и окунуться в события недавних дней, а ещё рассказать друзьям, почему наш контакт с моим возлюбленным оборвался, не успев начаться.

***

Ожидание в коридоре меня не только утомляло, но и с каждой минутой изводило всё больше. Казалось бы, волноваться не о чем, ведь Итэр, как сопровождающий Кадзухи, уже ушёл за ним, и скоро оба появятся на горизонте, но… От этого неприятная боль в животе, которая появляется у меня обычно во время важных мероприятий и подобного, только усиливалась. Пока я, нервничая, раз за разом перезавязывала пояс на своём уже замученном за сегодня тренче, за поворотом послышались бодрые голоса, принадлежащие брату, Каэдэхаре и кому-то третьему. Вслед за шумом вышли и источники этого самого шума в сопровождении Барбары, голос которой я не узнала в силу тишины сказанного. По виду первых двух уже можно было сделать вывод о том, что они хорошие приятели, хотя Итэр видел моего возлюбленного тогда впервые. Увидев меня, Кадзуха не очень то и удивился, что лично для меня было неожиданно, потому как я рассчитывала на неожиданность моего присутствия тут, ведь о том, что Итэр — мой брат-близнец из всех присутствующих знал только Томо. Приветственно кивнув мне издалека и шепнув что-то новому знакомому, мой парень с массивной сумкой в руках направился в мою сторону. — Тоже плохо спала? — Уснёшь тут. — смотря на то, как моего братишку во всю нагружали рекомендациями и подобным, я продолжила. — Ты не удивлён меня тут видеть, не так ли? — Когда мне сообщили о выписке, я думал, что этот неизвестный Итэр — новый друг Томо. Но увидев его сегодня, понял, что к нему никакого отношения мой сопроводитель не имеет. Да у него на лице написано, что вы родственники! А вообще, почему-то я думал, что наша встреча произойдёт не так скоро. Как хорошо, что ошибся. — после молчания с моей стороны собеседник поднял глаза на меня, а после, обеспокоенно спросил. — Хеей, ну ты чего… — волнение Кадзухи было обусловлено моими раскрасневшимися, влажными глазами. Пошатанные нервишки, видимо, окончательно сдали. Уже дома нашей компании предстояло как следует отметить выписку и съесть всё то, что мы с Томо приготовили днём ранее для застолья

***

— Ну так, а дальше? — С горящими глазами задала вопрос Аяка. — А дальше Итэр увёз меня домой, и я проспала универ, а что? — Думаю, она имеет в виду, как ваши взаимоотношения развивались после этого. — Горо был заинтересован не меньше подруги и его озадаченный вид подтверждал это. — Забейте, на этом всё и закончилось. Мой отстранённый ответ не устроил собеседников, и они буквально клешнями вытащили то, что беспокоит меня на протяжении всей той недели, которая прошла с момента выписки Кадзухи. А дело было в том, что последние три дня он совсем не пишет и не звонит, только иногда отвечает мне в личных сообщениях.

***

Проболтав с друзьями до позднего вечера и проводив их до такси, я осталась в квартире одна. Размышления о том, чем бы занять себя прервал звонок на мой мобильник, и, уже обрадовавшись, что мне звонит Кадзуха, я прочесала сумку вдоль и поперёк в поисках телефона, чтобы как можно скорее взять трубку. Какого было моё разочарование, когда на экране, вместо заветных семи букв вспылыл номер Итэра. — Привет, золотая. Поздравляю, сегодня наша квартира снова в твоём распоряжении, ведь… — Поняла. Это всё? — не дав брату договорить, безучастно бросила ему я. — Плохое настроение это отвратительно, сестричка. Не скучай, я люблю тебя, так-то. — этой фразой диалог закончился, а у меня остался мерзкий осадок после него. У моего родного человека полным ходом развивается личная жизнь, а я веду себя, как подросток в пубертате. Приняв решение прогуляться, пока выношу порядком завонявший пакет мусора и привожу в порядок собственные мысли, я покинула квартиру, предварительно накинув свою чёрную куртку с капюшоном, чтобы не мёрзнуть, как это бывает обычно. Ноша в предмете мусорного пакета быстро покинула меня и свой путь от помойки до местного парка я проделала, засунув заледеневшие руки в карман. Может, мне просто не хватает внимания, вот и всё? Требовать всё то, что я раньше получала от друзей, родителей и парня, только от брата — эгоистично и глупо. Есть хочется…

***

Жизнь в родном городе кипела даже в районе девяти вечера. Подростки потихоньку заполняли улицы города, кучкуясь около мест, где было большое скопление лавочек, а одиночные фигуры в спешке возвращались домой. Стоило мне присесть около незнакомого подъезда, как меня окрикнул позади знакомый голос молодого профессора, преподающего аллергологию в моём институте: — Люмин, доброго вечера. Давно вас не видел на парах, всё в порядке? — голос Венти я сразу узнала и была приятно удивлена встрече. — Здравствуйте, у меня сейчас временные небольшие трудности. Думаю, скоро вернусь в привычное русло. — Чжун Ли передал, что конкурсной работой теперь занимаетесь вы, и я хочу уточнить, не с ней ли, случаем, у вас возникли проблемы? — при упоминании проекта моё сердце пропустило один удар, ведь я, блин, его до сих пор не начала. — Уже заканчиваю, не беспокойтесь. — говорила я с улыбкой, но при этом в панике пыталась вспомнить требования конкурса. — Замечательно, Люмин, вы огромная молодец. Было приятно встретиться, хорошей прогулки! — только после нашего прощания я увидела рядом с профессором огромную собаку, напоминающую ту, что живёт у Чжун Ли. Стоило её сопроводителю немного грубее потянуть поводок, как она послушно последовала за ним в подъездную дверь. — До свидания! — в момент прощания снова раздался звук звонящего телефона, и я нехотя нащупала его в кармане. Кадзуха? Вовремя, ничего не скажешь… — Привет, что-то случилось? — пытаясь спрятать радость от его звонка, мне приходилось создавать иллюзию хладнокровия. — Как я рад слышать твой голос, ты бы знала. Чем занимаешься? — Гуляю, а ты? — Тогда не отвлекаю, развлекайтесь. Скажи только, когда перезвонить лучше будет. — после этого моё желание разговаривать с Кадзухой в обидчивой интонации испарилось, и я уже с полной заинтересованностью возражала ему. — Одна я, не беспокойся. Может, составишь компанию?

***

Ожидая парня около той же самой лавочки, я уже порядком пригрелась и даже позволила себе вынуть руки из карманов, а вместе с этим полистать новостную ленту инстаграмма, где среди всего прочего меня встретили фотографии Аякса и Тони с отдыха. Тарталья во Вьетнаме с семьёй только два дня, а историй снято уже на год вперёд. Что ж, это в репертуаре моего друга, не удивил. Просматривая восемнадцатое видео из актуальных, где моего рыжего бывшего топит Тевкр в бассейне, я обнаружила на своих руках холодные капли, а подняв глаза на ночную улицу, поняла, что начался настоящий снегопад. Завороженно глядя на то, как медленно с неба опускаются белые хлопья снега, и оперативно убирая в сумку гаджет, я стала ловить себя на мысли, что мне даже как-то грустно встречать первый снег в этом году одной. Со стороны почти гаснущего фонаря на конце улицы вышла фигура с расстёгнутой бежевой курткой, в которой Кадузху я смогла признать только исходя из белоснежных, с той самой красной прядкой, волос, выглядывающих из-под шапки. Когда он разглядел около невзрачного подъезда меня, ускорил шаг, стараясь как можно быстрее приблизиться к своей конечной цели — ко мне. Без приветствий и оправданий, без даже пары слов парень прижал меня к себе, на мгновение даже оторвав от земли. Тишина встречи прерывалась лишь шелестом наших курток, хотя больше всего на свете мне хотелось сейчас поговорить с пришедшим. Обсудить новости, посмеяться, возможно, даже посплетничать. Во время объятий в нос снова ударил запах химозы, который во время встреч в больнице я списывала на специфичность помещения в целом. Но сейчас, когда об этом месте ничего и не могло напомнить, мне стало понятно: источник этого запаха — никто иной, как сам Кадзуха. Слишком тяжёлые медикаменты для поддержания психического здоровья, если его можно так назвать. Но надо сказать, что на этот раз этот запах, к которому я уже привыкла, смешивался с рядом других. Мятная жвачка, крем (возможно, даже для бритья) и едва уловимые нотки одеколона, которым парень, очевидно, не злоупотребил. Чтож, после этой прогулки я буду представлять рядом с собой не только образ возлюбленного и его голос, но ещё и запах. — Ты немногословна сегодня. Обиделась? — прервав молчание и немного отстранившись, с беспокойством интересовался Кадзуха. В этот момент мне уже не то чтобы не хотелось предъявлять ему за дни без единой весточки. Просто было уже не так обидно и как-то… Всё равно? — Теперь точно всё хорошо, не переживай. — тёплые объятия с любимым человеком меня настолько осчастливили, что я рассматривала его уже с глазами, полными торжества. — У тебя… — я запнулась, задумываясь над тем, насколько наивно и по-детски это прозвучит. — М? — Все ресницы в снежинках. — смешок от Кадзухи в ответ на это немного смутил, но не помешал мне продолжить мысль. — Пойдём уже, я замерзать начинаю.

***

В качестве прогулки мы решили использовать путь до моего дома. Наверное, это было плохой идеей, потому что дорога получилась извилистая, как доказательство того, что никто из нас, несмотря на пасмурную, даже холодную погоду, не хотел прерывать момент прогулки с разговорами и снегом, всё ещё валящимся сверху. Но ко мне в квартиру нам всё же пришлось зайти, потому что в моём животе, из всего того, что там вообще может быть, были только бабочки, если вы понимаете, о чём я. А кушать, на минуточку, мне хотелось с вечера… Вынимая с полок холодильника жареную ветчину и парочку закусок, я уже распределяла что и в каком порядке буду есть. Тем временем мой парень, ожидающий меня около стола, задумчиво тупил в пол. Надеюсь, он раздумывает над тем, о чём можно поговорить. Пока одна из порций с характерным звуком нагревалась в микроволновке, Кадзуха невзначай подкинул тему для беседы: — Как вообще эти три дня прошли, не считая выписку друга? — совершенно искренне интересующийся гость даже не подозревал о том, во что превратится наш с ним диалог после этого. — Да не поверишь, волновалась об одном очень милом и интересном парне, который всё это время сам не звонил, так ещё и мои звонки не брал. Как думаешь, он захочет оправдаться? — Хм, думаю, этот человек заслуживает небольшую обиду с твоей стороны, потому что в любой ситуации он мог связаться с тобой. Вот только… — видимо, приняв решение отставить этот цирк, мой собеседник продолжал уже с другой эмоциональной окраской. — Люмин, у меня было не мало проблем с въездом в квартиру, то же самое обустройство и докупка всего нужного заняло достаточно времени и сил. Я ещё и заказов кучу взял, чтобы все эти расходы покрыть. Завтра с утра встреча с одним из этих же заказчиков. — Я не собираюсь обижаться, Кадзуха. Не пропадай больше только, уговор? — Никогда. Где подписать? — этот нужный и долгожданный момент расставил все точки над «и» покончил с неловкостью между нами, потому что теперь меня не тяготило совершенно ничего, и я могла расслабиться рядом с любимым человеком так, как это бывает у нас обычно. Завершая примирительным поцелуем самую, наверное, гнетущую часть встречи, мы слишком увлеклись и, чтобы прерваться ради еды, мне пришлось неожиданно для партнёра отстраниться со словами: — Будем ужинать? — Точно, ты же ещё с вечера голодна. Что у нас по плану после еды? Поцелуи со вкусом ветчины? — Ахах, я ещё чеснок сверху могу предложить.

***

Спонтанные решения — моё всё, это отлично проиллюстрировал момент, когда собирающемуся домой Кадзухе я без раздумий предложила остаться у меня. Ночёвка и всё такое это же круто, правда? Тем более, ещё одной ночи в одиночестве я бы точно не выдержала. Раньше хотя бы брат в соседней комнате сопел успокаивающе, а сейчас, когда он почти поселился у своей девушки, я будто одинокая старушка, даже поговорить не с кем. Только котика не хватает. Пока Кадзуха с неловкостью переодевался в одежду, которую я позаимствовала у Итэра для него, мне предстояло выбрать фильм для просмотра перед сном, с чем я на отлично справилась. Ожидая парня в постели с пультом от своего телевизора, я уже почти дремала, но тем не менее, дала себе обещание, что на этот раз не засну, не посмотрев хотя бы половину. Негромкий гомон голосов с экрана, тепло от лежащего рядом Кадзухи и одеяла в сочетании сделали меня ещё более сонной. Из последних сил стараясь держать открытыми, мне удалось дойти до половины фильма и он меня даже завлёк, но... Вскоре, усталость всё же взяла своё.

***

Утро следующего дня с самого своего начала было не добрым. Как минимум потому, что меня заставил проснуться не голос любимого Кадзухи, а чей-то бубнёж над ухом. Потирая слипшиеся глаза, я прислушалась к тому, что происходит в моей комнате. — «… пришлось уйти весьма рано, не скучай». — Томо, который держал в руках листок бумаги, переключил внимание на меня.— О, проснулась. Доброго утра, нежного пробуждения. В моей голове смешались куча вопросов и, ещё будучи сонной и не вдупляющей, в чём дело, я искала ответы на них. «Что тут делает Томо?» «Как он сюда попал?» «Где Кадзуха?» — Томо, ты, мать твою, что тут делаешь? — Как что? Любовные записки хозяйки читаю. Именно за этим же приходят люди в восемь часов утра.