Часть 25: Всадник на бледном коне

      Бескрайнее сияющее пространство, где не существовало ни земли, ни горизонта. В этом эфирном мире, омытом светом, Корво висел распятым на священном кресте. Его тело обжигала божественная энергия, медленно истязающая его плоть. Каждый ожог тут же заживлялся, оставляя его в бесконечном круге страданий.       Но боль больше не имела власти над ним. Его разум был поглощен бесконечной пустотой. Единственное, что держало его здесь, — нечто глубоко внутри, чего он не мог осознать.       — Сколько же ты собираешься здесь висеть, Корво? — раздался знакомый, холодный голос.       Это был неприкаянный дух Дауда, невидимый страж его прошлого, что витал поблизости, словно наблюдая за судьбой своего убийцы. Корво молчал. Его губы были плотно сжаты, а лицо, покрытое трещинами, то и дело восстанавливалось, лишь чтобы снова разрушиться.       — Видать ты готов висеть зде…       — Зачем? — внезапно прервал его Корво. — За…чем? Последний… сам… меня найд… найдет. — в данные слова он вложил всю свою силу, после чего его голова снова свисла, а его лицо снова начало деформироваться.       Духу оставалось смотреть на последние мгновения своего убийцы. И ждать…

***

      — Кто ты? — внезапно услышал дух голос рядом с собой. Он повернулся в сторону голоса и увидел молодого юношу, которого он узнал. Белокурый юноша, Дулио Гезуалдо.       — А ты видать его сторожевой пёс? — в ответ съязвил дух. Услышав данный ответ, Дулио усмехнулся, и присел на мягкое облако, на котором они все стояли, и достал из своей пазухи экзотические лакомства, которых дух никогда ранее не видел. — Чего смешного?       — Ты ведь… один из тех, кто пал от руки Корво, не так ли? — спокойно спросил Дулио, не отвлекаюсь от трапезы. Сам дух не решился ответить, а скорее с интересом слушал, что же ему скажет неожиданный и долгожданный, за длительное время пребывания в этом месте, собеседник. Дулио же молчал, ожидая ответа духа, в точности повторяя молчание своего собеседника.       Спустя небольшое количество времени, Дулио, закончивший трапезу, поднялся на ноги и ближе подошел к Корво. Он смотрел на него оценивающим взглядом, будто заранее изучал своего врага. Но в этом взгляде было нечто… жалостливое.       — Смотрю, тебе интересен мой друг по неволе? — наконец спросил дух, подойдя к Дулио. В этот момент он позволил себе стать менее прозрачным, позволяя тому увидеть своё лицо.       — Не беспокойся. — попытался успокоить того Дулио. — Я здесь, чтобы убедиться, что он не представляет угрозы для небес.       — Не слишком то и рационально ограничивать действие демона священным крестом. — спокойно ответил дух, уже самостоятельно осматривая Корво. — Впрочем, этот крест ожидал его ещё при жизни обычным человеком. — Дулио обратил своё внимание на последние слова духа и повернул в его сторону свою голову с ярко выраженной мимикой человека, которого удалось заинтересовать.       — Каким же был Корво, до того как стал демоном? До того как стал… этим? — буквально тут же выпалил Дулио.       — Человек, что готов идти по головам ради достижения своей цели — спасение жизни родного человека. — ответил дух, поднимая взгляд выше. — Его путь был наподобие краски, что внезапно вылили в кувшин, наполненный чистой, белоснежной водой. Внезапный, неожиданный, оглушающий и кровавый. — после чего дух отвернулся от Корво и сделал от него пару шагов в сторону. — Впрочем, я не натурфилософ, чтобы оценивать человека подобными словами. Я ведь не сильно отличаюсь от него.       — Интересно. — сказал Дулио, пытаясь выудить у духа еще больше информации.       — .ги — внезапно раздался хриплый голос Корво. Его лицо, искажённое муками, поднялось. Оба, решив отложить свои разговоры, подошли к нему поближе. — бе… — даже так, голос Корво не мог пролететь дальше пары мгновений.       — Что же ты пыта…       — Бе…г…и — проговорил Корво, подняв свое лицо. Его лицо уже слабо напоминало человеческое, хоть и ежесекундно пыталась вернуть свой прежний вид.       — И почему я должен послушать тебя? — ответил тому Дулио.       — Пот…м… чт… ОН… ид… ёт. — выдавил из себя Корво, и снова потерял сознание.       Прежде чем Дулио успел ответить, раздался оглушительный раскат грома. Из небесной пустоты вырвались черные крылья, раздирая пространство. Смерть явилась, несущая с собой ужас, который сковал каждого присутствующего.       Дауд, Гезуальдо и даже мощь небесного креста — всё стало незначительным перед этим воплощением конца.       — Позд…но — успел сказать Корво, прежде чем начал преображаться во что-то ужасное, зловещее.       И в следующее мгновение, неизвестное, огромное, черное, как смоль, существо, что своим видом напоминало волка, вгрызся в шею Смерти, вбивая того в небеса. Огромные лапы зверя прижали его, держа свои острые когти наготове. После чего эти же полупрозрачные, своим видом напоминающие серый дымок, лапы, начали неистово наносить удар за ударом. Смерть же был непреклонен, спокоен и даже слегка расслаблен. Множественные ранения не заставляли его лицо искажаться от боли, его раны не источали кровь, и из него не вырывались крики.       Удар, еще один и еще, и небеса не смогли выдержать, и отправили зверя и юношу вниз, обратно, на бренную землю.

***

      — И что будешь делать потом? — спросил Азазель, смотря на затухающее пламя камина. — Ты ведь понимаешь к чему приведет тебя твоя охота?       — Да. Мы оба понимаем, что последний Всадник станет для меня последним врагом на поле боя. — сказал Корво, встав с кресла. — Однако я не против. Я готов пойти на такой шаг.

***

      — Что это было? — спросила Акено, выбираясь из-под завалов поместья Хёдо. — Риас? — с надеждой в голосе, Акено обратилась к своей аловолосовой подруге.       — Не знаю, Акено. Я не знаю! — с злостью в голосе крикнула Риас, смотря на развалины дома, на своих раненых слуг и на раненых родителей Хёдо Иссея. — Что же ему было… — однако Риас не успела задать свой вопрос, как в нескольких километрах от них разразился сильный грохот, который мгновенно поднял в небо слои пыли и дыма.       Со стороны грохота, в их сторону, полетел неизвестный объект, стремительно приближаясь. Как только Риас это поняла, рядом с ней пролетел огромный фантомный зверь, сердцем которого был её непокорный слуга.       Врезавшись в ближайший дом, зверь остановился. Девушка, что недавно присоединилась к их рядом, тут же побежала в сторону Корво. Все, кто это видел, не могли понять, что же делать, пока вдруг не раздались глухие стуки шагов по крытой дороге.       С той стороны, откуда только что прилетел зверь, показался силуэт. Это был молодой юноша, практический ребёнок. Его кожа была бледна, волосы и глаза были серы и безжизненны. Одет он был в черный балахон, что был слегка великоват для него, отчего создавался несколько комичный образ, хотя он был обманчив. В руках юноша держал огромную косу, что походила на Косы Мертвых жнецов. Однако из этой косы исходила более злая аура.       Он остановился. Легким движением головы оглядывая всех, кто присутствовал в данный момент. Разглядывая одного за другим, он тут же терял к ним интерес, пока не остановился на девушке, что смогла вытащить мужчину из-под обломков упавшего на них дома.       — Прошу, очнись. — отчаянно кричала девушка, пытаясь разбудить своего отца. Его противник медленно начал своё движение в его сторону.       Риас, Акено, а также вырвавшиеся из завалов поместья Киба, Конеко и Зеновия, приготовились к бою, как вдруг голос с небес прервал их:       — Дети! — подняв свой взгляд выше, они увидели Азазеля, что спускался на своих крыльях. Приземлившись, он тут же подбежал к ним и остановил их. — Не стоит, вам нужно отступить. Я справлюсь сам. — его слова не были встречены одобрительно. Нет, его слова не произвели должного эффекта.       — Нет уж, Азазель. — заговорила Риас, готовя магию разрушения в своих руках. — Этот «некто» разрушил наш дом, навредил близким мне людям и посмел навредить родителям Исэ. Мы не оставим это просто так.       — Нет же, дети. Сейчас не тот случай. — после Азазель призадумался, явно выискивая своими глазами одного вспыльчивого юнца. — Дети, где Исэ?       Одного упоминания оказалось достаточно для того, чтобы лица его учеников испортилось. Немое молчание и провод многочисленными взглядами в сторону, заставил Азазеля заволноваться. За многочисленными обломками можно было заметить Красного Императора Драконов, который нависал над еще двумя людьми. Рядом с ним была и Асия, которая пыталась вылечить их.       Внезапно Иссей дернул головой в их сторону. Встретившись взглядом с Азазелем, Иссей встал и направился в их сторону. Асия пыталась ему что-то сказать, но он не слушал. Он, в броне, с оголенной головой, прошел мимо них и направился дальше, в сторону того, кто разрушил его дом. Его взгляд был полон гнева и ярости.       — Исэ! Стой! — Азазель попытался было остановить его, но тот отмахнулся от его руки продолжил идти в его сторону.       Его медленный и размеренный шаг начал переходить с быстрого шага на бег, пока из-за его спины вдруг не появились бластеры, которые он использовал как ускорители.       Когда Иссей оказался на расстояний вытянутой руки, что-то в нем переменилось. Будто кто-то оглушил его. Усыпил его. Его взгляд, в котором медленно разжигалась пламя, тут же потухли, а он свалился с ног, потеряв сознание.       Смерть, бездвижно смотревший на это зрелище, потерял к ним всякий интерес и начал свое движение в сторону Корво.       Между ним и Смертью осталась лишь его дочь, что смело вытащила клинок, и готовя магию в свободной руке. Легкий взмах косой был нанесен с такой скоростью, что даже свет не поспел за ним. От силы удара Эмили отлетела от того места, где стояла секунду назад.       Из под обломков дома вырывалась лишь рука Корво. За эту самую руку взялся Смерть и легким движением вырвал его из этого плена. Только для того, чтобы резким движением проткнуть его своей косой, пригвоздив его к еле держащейся части стены.       — Наконец-то. — произнес он, всматриваясь в его лицо. — Я смог найти тебя. — безжизненные глаза загорелись пламенем мести, и Корво не смог избежать их колющих взглядов.       -… — из уст Корво вырвался жалкий хрип.       — Азазель. — спокойно прогорил юноша, после чего отпустил косу, которая все так же держала Корво пригвожденным, и медленно начал движение в его сторону. Его руки начали дрожать. Дрожь усилилась, на его лице начал проглядываться холодный пот. Раскрытая ладонь медленно собирала силу света, хоть он и понимал, что это бесполезно.       — И когда он снял четвертую печать, я услышал голос четвёртого животного, говорящий: иди и смотри. — текст из столь знакомой для Азазеля книги, сейчас цитируется этим юношей. — И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвёртою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными       — Позволь мне забрать тех, кто не причинил вреда тебе, Смерть. — сказал Азазель, стараясь максимально прикрыть дрожь в голосе.       — С чего бы, Азазель? — Смерть подошел к нему вплотную, смотря снизу вверх.       За своей спиной Азазель услышал лязг металла. Это был меч Кибы, который тот призвал, готовясь к бою. За ним последовала Зеновия. Риас и Акено готовили магию в руках, а Конеко уже разминала кулаки.       — Дети. Остановитесь. Это не тот случай, когда нужно бросаться в бой. — Азазель встал перед ними и жестом попросил их успокоиться, однако это снова дало противоположный эффект.       — Азазель. Если ты не собираешься помогать, то хотя бы не путайся под ногами. — в руках у Риас начала собираться сила разрушения, которую она направила в сторону Смерти.       — Черт вас подери, дети. Невозможно одолеть саму Смерть! — уже с неким отчаянием в голосе, крикнул Азазель. Их лица переменились с гнева на шок.       — Как? Сама Смерть? — они не знали что сказать.       Перед ними было существо, равное по силе с Библейским Богом. Может даже сильнее. Ведь даже Библейский Бог умер, пытаясь остановить буйство Великого Зверя. Ему же не знакома концепция смерти, ведь он сама Смерть.       — Но как нам тогда…?       Не успела Зеновия спросить, как юношу сбил с ног неизвестное существо. Не то человек, не то животное. Не живое и не мертвое. Разумное и не разумное. Странная абоминация, лишь отдаленно напоминавшее того, кто недавно походил на человека.       Нечто, похожее на руку, вырвалось из этой общей массы и схватила Смерть за горло, в следующее мгновение вбив того в землю. В этот же момент вторая рука схватила свою жертву за ноги, после чего эти руки подняли Смерть и начали приближать к тому существу.       Абоминация, не останавливающаяся и на мгновения, внезапно начала преображаться, меняя свой облик на огромную, зубастую пасть, которая раскрылась, ожидая свою жертву.       — Вот ты где. — схваченный, однако внешне спокойный Смерть, спокойно вырвался из плена рук, взмахнув своей косой, он направил в сторону неизвестного существа магию, что внешне напоминал разрез меча.       Магия Смерти спокойно разрезал любую материю перед собой, быстро приближаясь к самому сердцу этого неизвестного существа и в момент столкновения, оттуда вылетела человеческая фигура. Вышла она из своей норы явно не по своей воле, в полете столкнувшись с уже изрядно разрушенным основанием поместья Хёдо.       Не успели клубы дыма опасть, как Корво, полностью облаченный в черную материю, вышел из неё, еле петляя и с трудом удерживая себя на ногах. В то же время Смерть нисколько не чувствовал каких либо последствий от боя. Со стороны, Корво выглядел тем, кто скоро проиграет, но они оба понимали, что этот бой будет вечен, пока кто-нибудь из них не сдастся сам. Но и этого они не могли себе позволить.       — Им хватило разума воспользоваться твоим пробуждением. — сказал Смерть, медленно оглядывая опустевшую округу. — Видать здесь остался только ты.       — Этого вполне… — не успел Корво ответить, как Смерть оказался перед ним, нанеся горизонтальный разрез своей косой прямо по его шее. Его голова с хлюпающим звуком отлипла с его плеч и упала на землю. Впрочем, его тело, подобно безглавой курице, продолжила двигаться, нанеся размашистый удар кулаком прямо по лицу своему врагу.       Удар пришелся прямо в цель, однако вместо ожидаемого тело Корво отлетело так, будто это ему нанесли ощутимый удар, что он снова врезался в неизвестно как ещё уцелевший дом. Пробив её насквозь, тело Корво врезалось в основание следующего дома, также пробив и её насквозь. Таким образом безголовое тело пролетело целую улицу, пока наконец, совсем потерявший скорость полета тело, не врезалось в дерево.       Смерть, всё ещё пребывающий на месте удара, смотрел на отрубленную голову, которая медленно растворялась, превращаясь в черную жижу.       — Понятно. Впрочем, это было ожидаемо. — потеряв интерес к тающей голове, Смерть пошел в сторону, в которую полетел Корво.

***

      — …Ты и вправду готов пожертвовать всем, что у тебя есть? — Азазель всё также настаивал на своём, пытаясь убедить Корво не делать этого. — От твоего тела не осталось и живого места. Как ты собираешься сражаться с Голодом? — в это время Корво находился под множественными барьерами, которые сдерживали его силу. — И вообще, способно ли твоё тело на ещё один бой? Не убьешь ли ты себя?       — Я должен. — хриплым голосом ответил Корво.       — Но что об думает твоя дочь? Ты так и не увидел её. — эти слова не вызвали того привычного гнева, который проявлял Корво ранее, при малейшем намеке на его дочь. Сейчас его взгляд стал глубже, а сам смотрел будто сквозь Бывшего Губернатора Падших Ангелов. Будто, он видел кого-то.       — Не думаю, что она будет рада увидеть то, что от меня осталось. — после чего он отвернулся от Азазеля, затем присел, склонив свою голову. — Оставь меня. Меня ждёт суд, а после этого мне необходимо самому стать судьей.       Его спина была сгорблена, казалось, что Корво уже сдался, что ему уже плевать, но сила, что исходила от него…       От него веет решимостью. Желанием и дальше сражаться ради лучшего будущего. Ради лучшего будущего своей семьи и своих товарищей. Он всё понимал, и он понимал чем закончиться этот бой. Он знал это с самого начала своего пути.

***

      Корво с трудом поднялся на ноги, сжимая зубы от напряжения. Его тело, хоть и состоящее из Бездны, сопротивлялось. От ожогов светлой энергии и меток, оставшихся после сражений с предыдущими Всадниками, он едва мог двигаться. Перед ним стоял Бледный Всадник — воплощение Смерти, чьё спокойствие давило сильнее, чем любое оружие.       — Ты устал, посланник, — голос Смерти звучал, будто раскат грома. — Твоя жизнь — лишь пепел от прошлого. Твоя сила — ненужный дар.       Внезапное упоминание заставило его повернуть свою голову на свою ладонь. Его вечный спутник, метка ненавистного ему бога, всё также ярко светилась, толкая его вперед, в бой.       Смерть поднял свою косу, и её лезвие разорвало воздух, создавая вихрь разрушения. Корво едва успел отступить, переместившись в сторону. Его Перенос теперь с трудом работал: за каждое мгновение силы требовалась высокая цена.       Смерть не дал времени отдышаться. С его движением земля под ногами Корво превратилась в поле теней, из которого начали вырастать руки умерших. Эти фантомы тянулись к Корво, их крики сливались в хор отчаяния. Каждая рука становилась ещё одним напоминанием о тех, кого он оставил позади.       — Не думай, что сможешь скрыться за своей тьмой, — прошептал Смерть, направляя косу к груди Корво.       В последний момент Корво создал из своей материи щит, который отразил удар. Однако волна энергии отбросила его в стену разрушенного здания. Куски камня рухнули на него, погребая под собой.       Но тишина длилась недолго.       Черное пламя прорезало обломки, и из-под них вышел Корво. Его фигура изменилась: части тела стали похожи на тени, ноги напоминали когти зверя, а вместо руки возникли хлысты из Бездны.       — Тебя не остановит обычное оружие, — сказал он, его голос звучал приглушённо и зловеще. — Но я научился убивать таких, как ты.       Он взмахнул своей новой конечностью, и хлысты, пронизанные энергией Бездны, обвились вокруг косы Смерти. Его глаза вспыхнули, когда он понял, что Корво пытается подавить её силу. Смерть резко дернул косу, вырывая её из хватки Корво. Лезвие отразило свет, который превратился в десятки копий, стремительно летящих в его сторону.       Корво уклонился, но несколько копий пронзили его тело, раскалывая его оболочку. Вместо крови из ран начала вытекать густая тьма, которая образовала новые лезвия в его руках.       Ты упрям, однако твоё упрямство бесполезно, — сказал Смерть, поднимаясь над землёй. Её силуэт осветился, а земля под Корво начала распадаться.       В этот момент Корво использовал Изгиб Времени. Мир застыл, и он направил всю свою оставшуюся силу на удар по Смерти. Его клинок прорезал воздух, направляясь к её шее. Однако в последний момент время снова запустилось, и Смерть повернула голову, блокируя удар своим лезвием.       Наивно, — проговорил он, отбросив Корво ещё дальше. — Ты думаешь, что сможешь победить меня в одиночку?       Корво стоял на коленях, его дыхание было прерывистым. — Я не пытаюсь победить тебя. Я пытаясь победить самого себя       Корво медленно поднялся на ноги и пошатываясь приблизился к Смерти. Когда он оказался на расстояний двух-трех метров, в его груди образовалась огромная зияющая дыра, которая ничего не скрывая, показывала Смерти всё, чтобы было за его спиной. В самой дыре, а именно, там где он находиться, должно было быть его сердце, но всё, что он увидел так это идеально ровную, полую дыру.       — Корво Аттано давно умер, я лишь тот, кто исполняет его последнюю волю. — после этих слова дыра на груди заросла, а Корво, или то, что было им, снова упало на колени. — Я осознаю бессмысленность поражения, однако я не готов просто так сдаваться.       — Чем бы ты ни был, твою душу мне не отнять — сказал Смерть, медленно подойдя к лжеКорво, возвышаясь над ним.       — Мне не защитить тех, кто был близок к Корво Аттано, однако я готов сделать последнюю попытку. — с этими слова лжеКорво начал подниматься, не отрывая своего взгляда от Смерти.       — Я готов нанести по тебе удар, в десять сильнее твоей. — спокойно сказал тот, приготовив свою косу.       — Нет. — лжеКорво покачал головой. — Я не буду с тобой драться. — в его руках начал собираться свет. Зеленый, черный, красный. — Это тело больше не выдержит. Оно испариться, и тогда я не смогу сделать то, что от меня хотел бы Корво Аттано. — Свет в его руках начал светить еще сильнее. — За это время я успел понять что такое эмоции. Я понял, что вызывает такие эмоции. И кто способен вызвать в людях такие эмоции. Также я понял и про тебя.       — Что ты хочешь этим сказать?       — Те чувства, которые проявляли другие Всадники, в основном Голод. Вы друг другу близки, очень близки.       — НЕ СМЕЙ — лезвие косы коснулась лба лжеКорво в мгновение.       — Я сделал свой выбор и надеюсь ты сделаешь такой же. — с этими словами свет стал настолько оглушающим, что даже Смерти пришлось закрыть глаза.       Сквозь этот свет, были замечены три силуэта, гордо гарцующие на своих верных скакунах. Увидев это, Смерть уже не стал защищаться от ослепляющего света, смотря вперед. Глаза бессмертного существа, в теле молодого юноши, начали медленно слезиться.       — veni nobiscum, frater carissime — раздалось из этого света. Этот женский голос был для Смерти подобно голосу матери для ребёнка. После этих слов три силуэта внезапно вырвались из света в сторону неба. Не зная, что ему делать, Смерть в последний раз попытался посмотреть в сторону лжеКорво, однако его взор не смог пробиться сквозь свет, который стал темнее, напоминая собой свечение темной звезды.       — Spina fuit via tua, et nunc demum haec via finietur. Requiescat in pace, Corvo Attano. Spero sacrificium vestrum hunc mundum vivum servaturum. — это были последние слова Смерти, перед тем как сесть на своего бледного коня, после чего тот взлетел в небо, следом за теми всадниками.       Смерть не увидел затухания того невероятного света, однако он точно знал, что если он обернется, то он увидит лишь пустоту. Тот, кто осмелился противостоять Всадникам Апокалипсиса исчез. Там не осталось ничего, кроме небольшого напоминания всем живущим в этом мире. Метки Чужого.

***

      Черноглазый бог сидел на одном из островов в мире Бездны. Он внимательно наблюдал за последним земным путем своего самого интересного носителя своей Метки. Он был расстроен. Нет, не тем, что Корво умер. Скорее тем, что данная игрушка больше не будет участвовать в кукольном театре Судьбы. В его душе даже поселилась некая скорбь по этому поводу. Однако у него не было времени отвлекаться на эти противоречивые чувства в себе. Его черный взор уже был направлен на другого носителя Метки Чужого. Его взор был направлен на нового ПОСЛАННИКА БЕЗДНЫ.