Часть 7

После сообщения Клинта Роуди дал Ракете примерно минуту посидеть на столе перед стаканом воды, а потом подошёл и резко ткнул его в бок. Тот дёрнул усами и хмуро на него посмотрел. — Осторожно, — огрызнулся он, — я ведь и руку оторвать могу. — Терять ещё одну конечность не хочу, — отозвался Роуди, лениво поднимая руки в знак капитуляции. Тони с трудом поборол желание поморщиться, поэтому опустил голову и прислонился к дверце холодильника, крепко сжимая телефон. Он вновь посмотрел на сообщение Клинта. Напротив стояла бутылка с водой, приготовленная для отправки в кабинет, но в ближайшее время она побудет здесь. Наверное. Главным козырем Клинта в подобных допросах было доверие между ним и пленником, которое он умел быстро устанавливать. Тони решил подержать бутылку под рукой ещё два часа, просто на всякий случай. Он надеялся, что к тому моменту они найдут Небулу (настоящую Небулу) и смогут щёлкнуть. Никто об этом не заикался, но у него было сильное подозрение, что возвращать Распылённых без всех тех, кто им нужен — глупая идея. Ему совершенно не хотелось случайно потерять девушку во время перехода, ведь он очень мало знал о том, как работают Камни. А они думают, что он что-то знает, но у него ведь не было исчерпывающего руководства, в которое можно заглянуть. Вообще-то, Тор знал больше него, но было не очень понятно, какие именно знания могли пригодиться в данном случае. В этой комнате чувствовался какой-то едва уловимый странный запах. Словно кто-то оставил открытой банку арахисового масла и неделю не мыл посуду. Совсем неприятно. Тони подумал, что должен был уже проголодаться, но из-за тошноты аппетит полностью пропал. Глядя на переписку с Клинтом, он вновь вспомнил, как резко лучник перестал отвечать два месяца назад. Тони продолжал ему писать в надежде разыскать бедолагу, они все искали его, но он бесследно исчез. Когда они вернули Стива и Нат, Клинт дождался, пока они придут в себя, а потом испарился. «Ты её убил?» — отправил в ответ Тони, а потом постарался сосредоточиться на горячей дискуссии, происходящей слева от него. Наверняка Роуди с Ракетой обменивались колкостями, но он не слишком прислушивался. Их голоса казались приглушёнными. Его одолевало множество других более важных мыслей. Самое главное: они правда собираются это сделать. Они собираются вернуть Распылённых. Отменить приведение вселенной к этому глупому балансу, сделать её такой, какая она должна быть, такой, где каждая жизнь важна и драгоценна. Такой, где есть Питер… Он опустил глаза и сжал кулаки. Его попытки показать, что всё в порядке, становились совсем жалкими, и всякое подобие контроля над ситуацией ускользало из рук. Происходящее казалось слишком сюрреалистичным. Менее двадцати минут назад он побывал в две тысячи двенадцатом. В лагере находились пять Камней Бесконечности. Наташа… мертва. Небула пропала. А ещё в здании был Локи. Раненый, но от этого не легче. Как глупо это ни было, Тони совершенно не хотелось со всем этим разбираться. Он предпочёл бы добраться до ближайшей кровати, забиться под одеяло и уснуть. Так было бы проще, но так нельзя. Он не может этого сделать. — Ты обычно не такой… злобный, — громко заявил Роуди, обращаясь к Ракете, и Тони вновь посмотрел на них, мысленно соглашаясь с другом. Хоть Ракета бывал иногда занозой в заднице (часто бывал занозой в заднице), а своим остроумием мог соперничать с Тони, но в остальном он был… милым? Нет, не то слово. Скорее, у него был лёгкий характер. Обычно он ни на кого не бросался с такой жестокостью. А сейчас он подстрелил Локи и пытался разорвать лицо Не-Небулы на части, пока Роуди его не оттащил. Тони подозревал, что, если бы Роуди не успел, девушка могла не отделаться одним допросом. У неё было бы множество кровавых ран и, вполне вероятно, проломленный череп. — Я не злобный, — возмутился Ракета, закатывая глаза. — Ты кое-кого сегодня подстрелил, — возразил Роуди. — Я бы сказал, что ты слегка не в себе. В точку. — Он пытался её убить, — начал оправдываться Ракета, слегка сгорбившись. — Что, по-твоему, я должен был сделать? Ха. Тони вряд ли стал сразу стрелять. Если можно поймать и скрутить — лучше поймать и скрутить. — Захватил бы его… ну, к примеру, вручную, — проговорил Тони, и все обернулись. Ему было немного неуютно в центре внимания, но он постарался этого не показывать. Это было нелегко, и где-то в передней части черепа начала зарождаться головная боль. — Да какая разница, — расстроенно покачал головой енот. — Ты стрелял в него, — ровным голосом сообщил Тони. — Ты подстрелил его. — Да ёлки-палки, может, хватит уже об этом? — возмутился Ракета, вскидывая лапы. — Я и раньше стрелял в людей. Вы оба раньше стреляли в людей. Не только у меня руки в крови! Тони замер. Ему было очень неприятно это признавать, но енот говорил правду. Они с Роуди участвовали в сражениях, и с обеих сторон были жертвы. Но сейчас… было иначе. По крайней мере, ему казалось, что сейчас всё иначе. Возможно, он просто помнил, как Тор уговаривал отправить его на «Властитель». Или же всё дело в том, что он знал жертву. Нет, не лично, но он знал многое о нём. Если бы Ракета его убил, куда бы это их привело? Тогда бы получилось, что Тор старался зря, а ещё они бы не смогли получить… Он что, больше всего волнуется о том, что они не смогут достать Камень Бесконечности? Душевное состояние Тора должно быть важнее, но он всё-таки не слишком об этом волновался. Локи — асгардец, поэтому Тони был уверен, что с ним всё будет хорошо. На Тора падали дома, но он не получал ничего серьёзнее царапин. Так что пулевое ранение не должно нанести серьёзного ущерба. — Речь не о нас, — возразил Роуди. — Я хочу знать, почему ты сегодня на всех бросался. Ракета секунду молчал, а потом его лицо исказила очень неприятная гримаса. — А я хочу знать, как ты потерял Небулу, — выпалил он. Роуди застыл, и Тони потрепал его по плечу. Они оба вряд ли смогли бы различить девушек. Было даже неизвестно, когда именно произошла подмена. Возможно, это вообще произошло до начала их операции. Тони был на шестьдесят четыре процента уверен, что Не-Небула пришла из две тысячи четырнадцатого, но, возможно, она морочила им голову не пару минут, а значительно дольше. Разве это не ужасно? Вдруг они несколько недель не замечали чужака? — Мы не знаем, что именно Роуди её потерял, — сказал Тони, глядя на друга. Он был очень мрачен и крепко сжимал губы. — Я знаю её, Аджика, — фыркнул Ракета. — Подмена произошла не вчера, и не сегодня утром. О да, это очень успокаивает. Тони прикусил губу и внимательно посмотрел на енота. Он казался разъярённым, но его лапы дрожали так, словно он был сильно встревожен. Каждое его движение было очень дёрганым и неуверенным. Наконец до Тони дошло: да, Ракета злился, но более заметно было то, что он паниковал. Чёрт возьми, Тони совсем не умеет разбирать эмоции. Он не знает, как помочь. Честно говоря, он никогда этого не знал. — Ракета, — очень сдержанно проговорил Роуди, — мы найдём её. Ты мне веришь? Енот сидел тихо и неподвижно. Это говорило намного больше, чем слова, и у Тони заныло сердце. — Я понимаю, что не веришь, — вздохнул Роуди. — Она — всё, что у меня осталось, — тихо прошептал Ракета. — Я не знаю, как жить, если я и её потеряю. Тони в очередной раз поразился тому, насколько ему повезло. Он не потерял всех близких, как Ракета. Как Тор. Или Клинт. Его потери до сих пор причиняли боль, но Танос не забрал у него всё. Лишь Питера. Он похоронил своего ребёнка. Он похоронил… И всех остальных Мстителей. Не хотелось об этом думать. Это слишком сильно ранило даже спустя столько времени. Они вернут Распылённых. Они всё исправят. Переиграют Таноса. И будут испытывать мстительное удовольствие, зная, что он не добился ничего, кроме собственной смерти. Они справятся. Они должны. Роуди склонился и потрепал Ракету по плечу. — Тебе не придётся это узнавать, — пообещал он. Енот скривился и вывернулся из его хватки. Для него это типично. Если можно избежать физического контакта, он обязательно так сделает. — Да, конечно, — бесцветным голосом отозвался Ракета. Его сомнение было хорошо заметно. Тони зажмурился и запрокинул голову. Они уже обменивались подобными пустыми обещаниями в первые недели после Щелчка. Он сам — преимущественно с Небулой, на её корабле. Но ему было известно, что остальные Мстители, пока Танос не погиб, делали то же самое здесь, в лагере. Они пытались справиться с этим кошмаром, и пустые банальности внушали хоть какую-то надежду. Но Тони потерял пацана и не смог его вернуть. А теперь и Наташа умерла, хоть у него и не укладывалось это в голове. Казалось, она вот-вот зайдёт в комнату, но этого не будет. Не будет. В кармане вновь завибрировал телефон, и Тони достал его, стараясь не привлекать внимание Роуди и Ракеты, которые всё ещё беседовали. Сейчас не важно, о чём они там говорили. Это был лишь белый шум. Он быстро прочитал ответ Клинта: «Жива-здорова, к сожалению. Она — Небула из другого времени. И очень хмурая. Замолчала, когда я попытался узнать её возраст». Тони поёжился, прикусил губу и напечатал: «Китнисс. Как не стыдно. Тебе не говорили, что неприлично спрашивать у девушек их возраст?». Попытка пошутить была слишком жалкой, но позволила немного успокоить чувство непонятной тревоги. «Ха-ха», — ответил Клинт через пару секунд. Тони поджал губы, а потом поднял голову, услышав приближающиеся шаги. Они были очень тихими, но за годы, прожитые в роли Железного Человека, он запомнил, что нельзя игнорировать никакие мелочи. Через пару секунд на кухню вошёл Тор, и Роуди замолк на полуслове, глядя на него. — О. Хей, Тор, — проговорил он и слегка склонил голову в знак приветствия. Асгардец так крепко сжимал губы, что на это было больно смотреть, но, тем не менее, вяло помахал в ответ. Тони заметил, что его руки испачканы не до конца отмытой кровью, и от этой мысли становилось дурно. Локи. Локи ранен, Пятница передала отчёт Брюса о состоянии его плеча. Ему требовалась медицинская помощь, но пока мало что было сделано, ведь асгардцы сбежали, чтобы побеседовать за чашкой чая. Взгляд Тони задержался на лице Тора, и он наконец понял, что его так напрягало. Его товарищ выглядел совсем ужасно. Из-за всей этой суматохи совершенно не было времени, чтобы обратить на это внимание, но, стоило присмотреться чуть-чуть получше, всё сразу становилось очевидно. Честно говоря, Тони почти не общался с ним после Щелчка, но сейчас изменения были очевидны. Если уж совсем честно: Тор походил на мертвеца. Словно первый же серьёзный удар полностью его сломает. Взгляд потухший, длинные волосы спутаны, хоть и было заметно, что он старался привести их в порядок. А ещё он потерял минимум пять килограмм с момента их последней встречи (кажется, это было в прошлом году), из-за чего его скулы и костяшки пальцев стали выпирать значительно сильнее. Судя по всему, состояние Тора казалось более-менее нормальным исключительно из-за брони, полностью покрывающей его тело. Она скрывала многое, но не всё. Если бы он не таскал на себе эти лишние десять килограмм, его слабость была бы гораздо заметнее. Возможно… возможно, им стоит подождать с Эфиром. Тор — единственный, кто ориентировался в асгардском дворце. Если не считать Локи. Но Тони скорее сожжёт все Барби Морган, чем попросит помощи у бешеного названого брата Тора. Несмотря на то, что найти Эфир им необходимо как можно скорее. Но было совершенно не похоже, что Тор в состоянии с этим справиться. Он не выглядел готовым к бою. Более того… а где Громсекира? Разве асгардец не должен всё время таскать её с собой? — Мистер Одинсон просил меня сообщить, что он готов к отправке, — заговорила Пятница. Тони инстинктивно посмотрел на ближайшую камеру, а потом перевёл озадаченный взгляд на Тора. Почему он…? Ракета вздохнул и схватил яблоко из большой миски, стоявшей на столе. Тони не знал, кто её сюда поставил, но, скорее всего, Нат или Стив, так как они жили здесь последние несколько месяцев. — Зашибись, — проворчал Ракета, откусил кусок яблока и слез со стола. — Ещё мистер Одинсон просил меня сообщить, что коммуникация во время путешествия будет ограничена, в связи с чем он приносит свои извинения, — добавила Пятница. Тор слегка покраснел, но упорно держал рот на замке. Тони и Роуди удивлённо посмотрели друг на друга. Почему Тору понадобилось просить Пятницу говорить за него? Он ведь не заболел чем-нибудь, верно? Тони мог бы предположить, что речь действительно идёт о болезни, но это же Тор. Асгардец мог жаловаться всем подряд, когда ударялся мизинцем об угол, но на самом деле его не смутила бы даже оторванная конечность. А сейчас он что, ангину подхватил? У него вообще может быть ангина? — Ты не заболел? — выпалил Тони, не сдержавшись. Тор прищурился и перевёл на него взгляд. Он явно смутился. Тони тут же замахал руками и добавил: — Просто ты… не разговариваешь. У тебя ангина? Тор мрачно скривился, но покачал головой. Потом неуверенно поднял руки и произнёс на языке жестов: «Всё нормально». Тони это не слишком убедило. Если Тор не болен, и до этого точно разговаривал, тогда почему… Это что, для него нормально? Если вспомнить последние годы, то получается, что после Таноса Тор очень мало говорил. Сначала Тони подумал, что это какая-то асгардская траурная традиция, которую следует поддерживать. Тридцать дней молчания, или что-то вроде того. Но, очевидно, это нечто более серьёзное. И он всё это не заметил. Замечательно. Он всегда был эгоистичным идиотом, так что неудивительно, но… пять лет. Он так мало общался с Тором всё это время. А ведь он один из крёстных его дочери! Почему он не… Не стоит торопиться с выводами. Надо успокоиться и подумать. У Тора на это может быть множество причин, а Тони сейчас напридумывает себе самые глупые сценарии. Ему нужно больше информации. Ракета повернулся к ним, оскалился и заявил: — Ну что, отправляемся сражаться в золотой город? Надеюсь, злобная красная пыль нас не сожрёт. Ой. Да. Точно: Эфир. Действительно. — Ты точно к этому готов? — спросил Тони, обращаясь к блондину. Асгардца, кажется, сбил с толку столь прямолинейный вопрос, но у Тони не было ни сил, ни желания подбирать слова. Через секунду Тор кивнул, и Тони с трудом сдержался, чтобы не возразить ему. Ракета махнул рукой, продолжая есть яблоко. — Мы на минутку, не волнуйся, — заверил он, а потом повернулся к Тору. — Нам надо будет остановиться у Бенатара, я там оставил пушку, способную удержать Камень. Тор кивнул. Ракета кивнул в ответ. — Отлично, — пробурчал енот, — давай покончим с этим. Тони немного неуверенно помахал им рукой. Когда они выходили из комнаты, он сказал им вслед: «Удачи». Ракета отозвался коротким «спасибо», но Тор продолжал молчать. Тони поджал губы и отметил про себя, что надо будет разобраться с внезапной и непонятной молчаливостью Тора. Но пока это подождёт.