Глава 2.

      Утром Агата проснулась от лёгкого прикосновения к плечу. Приоткрыв глаза, девушка увидела перед собой одну из соседок. Оливия стояла прямо над Хантер, сонно потирая глаза. Потянувшись, блондинка ещё раз осмотрелась, пытаясь понять своё местонахождение. Вчерашний день сразу всплыл в памяти, заставляя Агату улыбнуться.       — Вставать пора, а она улыбается, — фыркнула шатенка.       Ничего не ответив, Агата поднялась на ноги, обходя знакомую. Потянувшись ко всё ещё неразобранному чемодану, девушка намеревалась достать зубную щётку и пасту. Разузнав, где находится ванная комната, Хантер не спеша вышла из комнаты, практически сразу столкнувшись с Софи. Брюнетка лишь поздоровалась, после чего скрылась за дверью. Шагая по коридору, Агата рассматривала старые стены, параллельно ища глазами туалет. Когда на глаза попалась табличка, девушка не раздумывая открыла дверь и зашла внутрь.       Это был санузел, стены которого были из обычных камней. Напротив входа находилось несколько раковин, у одной из которых стояла девочка-подросток, умываясь. Недалеко стояли душевые кабинки, а у противоположной стены — туалеты, некоторые из которых были заняты. Свет в помещение попадал сквозь стёкла больших окон, привлёкших внимание Агаты. Уж слишком красивый был вид.       Подойдя к раковине, блондинка открыла воду. Умывшись, Хантер посмотрела в зеркало. Удивительно, но этой ночью Агате удалось выспаться, несмотря на то, что на новых местах девушка спала плохо. Часто ворочалась, просыпалась несколько раз за ночь, иногда даже разговаривала, о чём неоднократно упоминал Кристофер. Зевнув, девушка принялась за чистку зубов.       Через несколько минут Агата вышла из туалета вместе с ещё одной девушкой с более старших курсов. Медленно пройдя по коридору, Хантер остановилась у двери, вновь осмотрев пробегающих мимо подростков. Зайдя в комнату, блондинка заметила уже оживленно переговаривающихся соседок, которые практически закончили переодеваться.       — Советую поторопиться, если не хочешь опоздать на завтрак, — улыбнулась Софи, затягивая красно-золотой галстук. — Мы пойдём, а ты догоняй.       — Или ты не запомнила дорогу? — настороженно спросила Оливия.       — Всё в порядке, идите, — улыбнулась блондинка.       Соседки быстро вышли из комнаты, закрыв дверь. Переодевшись, Агата подошла к зеркалу. Белая блузка была заправлена в тёмно-серую юбку, а сверху была накинута чёрная мантия. Промучавшись с галстуком несколько минут, Хантер всё-таки застегнула мантию, после чего схватила сумку, закинув её на плечо. Вчера вечером, перед отбоем, она собрала всё по расписанию, поэтому проблем быть не должно.       Войдя в гостиную, девушка заметила близнецов, переговаривающихся о чём-то с Ли. Поздоровавшись, они вместе пошли в Большой зал. Парни рассказывали о скорых тренировках по квиддичу, поэтому девушка влилась в разговор, показывая любовь к этой игре.       — Не хочешь в команду факультета? Думаю, Вуд был бы не против. — спросил Джордж, смотря на девушку.       — Я люблю квиддич, но играю я не очень, да и желания как-то нет, мне больше нравится наблюдать, — пожала плечами блондинка, заходя в Большой зал.       Он ничего на это не ответил, и Джордан перевел тему разговора. После завтрака должен был быть первый урок Трансфигурации, совмещённый с Когтевраном. Ребята принялись обсуждать учёбу, а после переключились на события вчерашнего дня. Поймав непонимающий взгляд блондинки, Фред пояснил:       — Вчера наш брат и его друг приехали в школу на летающей машине нашего отца, — он засмеялся, а Агата удивлённо вскинула брови. — Их вчера не было на пире. Вот, они сейчас заходят в зал.       Уизли кивнул в сторону выхода, и девушка заметила двух парнишек, вероятнее всего не старше первого-второго курса. Когда они проходили немного ближе, одного из них она узнала — это был Гарри Поттер. Мама раньше рассказывала эту историю, но девушка никогда не увлекалась этим и даже не старалась запомнить детали. Всё, что всплывало в памяти — он, будучи совсем маленьким, потерял родителей, когда в их дом пришел Сами-Знаете-Кто.       Снова переведя взгляд на знакомых, Агата слушала рассказ Ли, как они встречали их вчера в гостиной. Странно, что она не слышала шума и не спустилась. Видимо, они настолько разговорились с Софи и Лив, что вовсе ничего не заметили. Кстати, её и девушек за столом разделяло несколько человек, но идти туда она не хотела.       Тогда-то в Большом зале и появились почтовые совы. Пару мгновений Хантер просидела в ожидании, перед тем как совсем рядом, практически перед носом, упало письмо. Мельком глянув на отправителя, она улыбнулась. Писал Кристофер. Убрав пергамент в сумку, девушка продолжила скучающе ковыряться в каше. Где-то справа послышался крик, привлекая внимание. Рыжему мальчонке, который являлся братом близнецов, отправили Громовещатель, заставив девушку усмехнуться.       — У нас осталось не больше десяти минут, чтобы добраться до кабинета. — озвучил Джордан, не спеша поднимаясь с места.       — И то верно, — согласился Джордж, повторяя за другом.       Не став ничего говорить, Агата и Фред последовали за подростками. Продолжая говорить о каких-то мелочах, гриффиндорцы поплелись прямиком до кабинета Трансфигурации, где уже должен находиться хоть кто-то с четвёртого курса.       Когда профессор Макгонагалл появилась недалеко от кабинета, большая часть подростков затихла, следя за действиями преподавателя. Женщина подошла к массивной двери, открывая её своим ключом. Отойдя на пару шагов, она пропустила учеников внутрь, после чего зашла за ними.       Агата планировала сесть с кем-нибудь из своих соседок по комнате, будь то Оливия или София. Но, как и ожидалось, они уже были вместе за одной партой. Девушка слегка замешкалась, не зная, куда ей присесть. Вероятно, самой большой преградой для неё служил тот факт, что это уже четвёртый курс и за это время гриффиндорцы сдружились между собой, а Хантер появилась здесь всего-то день назад. Друзей ещё не удалось найти, а знакомые и вовсе не обращают внимания, общаясь с сокурсниками после двухмесячных каникул.       Агата стоит в дверях одна, крепко прижимая к груди свою школьную сумку. Взгляд девушки бегает из стороны в сторону, не находя себе места. Профессор Макгонагалл непонимающе смотрит на неё пару секунд и тут же направляется в её сторону сердитым шагом, звук от каблуков холодно стучит по кафелю, а по позвоночнику бежит неприятный мелкий ток.       — Мисс Хантер, займите своё место, пожалуйста, — произносит она леденящим голосом, заглядывая в растерянное лицо своей ученицы.       — Я… — немного замялась Агата, до побеления сжимая запястье левой руки.       Кто-то перехватывает её прохладную, мокрую от стресса руку и тащит за собой. Девушка поднимает глаза на «своего спасителя», продолжая следовать за ним. Рыжая макушка сверкала где-то в высоте. Рослый, широкоплечий Фред Уизли вёл её за руку к своему месту. Он крепко держал её, чтобы Хантер не замедлилась ни на секунду. Они поднялись на верхние ряды и сели за последнюю парту, следующую после стола Джорджа и Джордана. Проводив взглядом молодых людей, профессор недовольно цокнула, качнув головой, показывая своё мнение на происходящую ситуацию.       — Сиди со мной, пока не найдешь себе хорошую подругу, — прошептал Фред, всё так же держа ладонь девушки в своей пылающей руке, и улыбнулся.       Весь оставшийся урок как бы Агата ни старалась, так и не смогла слушать профессора. Её взгляд и слух были прикованы только к трём парням, шёпотом пускающим какие-то глупые шутки по всему классу. Пару раз девушка пыталась записать что-то на лист пергамента, но Уизли, толкнув локтем её руку, стал показывать свои рисунки, нанесённые чернилами на скорую руку. Хантер округлила глаза и удивлённо распахнула рот. У Фреда явно была предрасположенность к творчеству, потому что наброски были и вправду замечательными.       — Нарисуй меня как-нибудь, — тихо попросила она и отвернулась в сторону преподавателя. Огненноволосый мальчишка только усмехнулся в ответ и затих.       Утренние занятия прошли, и все ученики школы медленно поползли в Большой зал, устало вздыхая и жалуясь на тяжёлое начало учебного года своим друзьям. И только близнецы радостно шагали, иногда подпрыгивая. Джордж напевал какую-то новую песню одного волшебника, популярную в Великобритании, а Фред подпевал. И у них неплохо получалось. Они отличались: среди серой массы учеников они были ярким, красочным пятном, словно солнце в пасмурный день. И этим они завораживали Хантер.       Занятий после обеда оказалось гораздо меньше, чем утром. Гриффиндорцы освободились ближе к третьей четверти дня, и все разом поднимались в свою гостиную. Когда Агата вошла в неё, то увидела большое скопление людей, мирно сидящих на всевозможных креслах, диванах и табуретках. Творился здесь полнейший хаос: что-то летало во все стороны, что-то искрило, что-то даже визжало. И как бы ни старалась девушка разглядеть все эти магические игрушки, она так и не поняла, что это. Вот она — матушка волшебства.       За стенами замка холодало. Осень давала о себе знать. Теперь по ночам температура опускалась всё ниже и ниже, и это отразилось на Хогвартсе. Переодевшись в более удобную и тёплую одежду, Агата завалилась на кровать, устало потерев глаза. Учиться в Англии сложнее, чем в США. Она ощутила это на себе.       Оливия и Софи сплетничали о чём-то, сидя на кровати одной из них. Они весело хихикали, не обращая внимание на окружающих. Сколько бы ни вслушивалась, Агата так и не поняла, о ком они разговаривали. Полежав пару минут неподвижно, в голову Хантер пришла мысль о том, что сегодня утром сова принесла письмо от её брата. Девушка неожиданно вскочила и ринулась к тёмно-коричневой сумке, оставленной у входа в спальню. Сокурсницы удивлённо наблюдали за её действиями, но ни одного слова так и не проронили. Агата шарилась в своей сумке, но почему-то пергамента нигде не было. Паника начала подступать к ее горлу, образовывая там комок страха, перекрывающий кислород.       — Ты потеряла что-то? — волнительно спросила Оливия, беспокоясь. — Давай мы поможем найти.       — А… Да… — замешкалась волшебница, начиная вспоминать, где оставила свиток. — Не стоит, я сама, — ответила она, и быстрым шагом вышла из спальни.       Время позднее, и в гостиной осталась пара-тройка людей. Среди них нет знакомых, лишь какие-то старшеклассники. Он вели тихую беседу, сидя у камина, и, казалось, не заметили пробежавшую мимо четверокурсницу, что проскочила к портрету Полной Дамы. Агата выскочила из-за картины и поспешно спустилась вниз по зачарованным лестницам. Ей нужен был класс заклинаний. Она точно оставила своё письмо там.       Стараясь шагать как можно бесшумнее, Хантер подбиралась к классу, расположенному на четвёртом этаже школы. В тёмном, холодном коридоре не было ни души, в этом девушка абсолютно точно была уверена. За окном умолкли птицы, и лишь свет от яркой луны освещал коридор, заливая ковровые потрёпанные дорожки ярко-голубым светом. Подобравшись как можно ближе к двери, она ещё раз огляделась и, не заметив препятствий, дернула за дверную ручку. Дверь стала отворяться с противным скрипом, который раздался по всем коридорам этажа. Вдали загорелся маленький, едва видимый огонёк, еще один поворот и Агату застукают за нарушением школьной дисциплины. В первый же день.       И снова чья-то рука хватает Хантер за предплечье, резко дёргая на себя. От неожиданности Агата теряет равновесие и уже готовится к падению, но сильная широкая грудь парня вовремя оказывается рядом. Во мраке практически ничего не видно. Одно единственное окно в классе едва пропускает лучи колесницы ночи и мерцание звёзд. Пытаясь рассмотреть мальчишку, Агата замечает знакомые черты. Один из близнецов. Вот только кто именно, она понять не может.       — Хочешь, чтобы Филч поймал нас? — насмешливо спросил он. Теперь-то она догадалась. Это Фред.       — Нет, — едва слышно ответила она.       — Тогда не стой как вкопанная! — протараторил Уизли, подыскивая укрытие.       И он его нашёл. Старый, потрёпанный долгой жизнью шкаф стоял вдоль стены, оставляя узенькое пространство в углу. Фред направился к древней развалине, приоткрыв шкаф, он буквально втолкнул туда Хантер и захлопнул за ней дверцу. Агата испытывала огромный страх, мысли так и летали одна за другой в её голове, наводя панику. В коридоре послышались тяжёлые шаги. Филч направляется к кабинету заклинаний.       Теперь в голову пришло ещё и осознание того, что Уизли остался снаружи. Руки пуще прежнего задрожали. Она и подумать не могла, что с ним может случиться. Раздался жуткий скрип, от которого бегут мурашки по коже, а дыхание замирает. Ни одного звука и шороха девушка не издает, смирно сидя на куче каких-то старых вещей. Аргус не спеша прошёлся по всему кабинету, разглядывая детали, он явно пытался уловить движение. Но так ничего и не найдя, он вышел через пару минут и зашёл в соседний кабинет. Волшебница могла выдохнуть спокойно, ведь всё закончилось. Но куда же подевался Фред? Стоило только о нём подумать, как он распахнул дверцы, впуская свежий воздух в лёгкие Агаты.       — Аги, вылезай, он уже ушел, — оповестил парень, улыбаясь, и протянул руку.       — А, спасибо… — неловко потянула она, вложив свою руку в его. В следующую секунду, стоило ей только выйти из шкафа, она удивленно распахнула глаза. — Как ты меня только что назвал, Фред Уизли?       — Аги, — коротко ответил однокурсник, нащупывая что-то в кармане своих штанов. — Тут подписано так, — он достал письмо и указал на получателя. — Аги Хантер. Разве не ты?       — Откуда оно у тебя? — недоумевающее спросила колдунья, выхватывая письмо из его рук.       — Ты оставила его здесь, — ответил он, словно это само собой разумеющееся. — Я знал, что ты вернёшься за ним и решил подождать здесь, — обиженно сложив руки на груди, ответил он на оскорбительный тон голоса своей сокурсницы. — Пойдем в башню. Если узнают, что нас нет, то декан с нас три шкуры спустит.

***

      Хантер пообещала близнецам присутствовать на их вводной в этом году тренировке по квиддичу в субботу первой учебной недели. Волшебница не совсем рассчитывала на ранний подъем в выходной день, но капитан сборной Гриффиндора — Оливер Вуд — считал иначе. Утренние тренировки укрепляли выносливость и силу воли к тому же. Пришлось пожертвовать свои лишние пятнадцать минут сладкого сна на контрастный душ, дабы успеть взбодриться. Получилось это, конечно, не с таким эффектом, какой она ожидала, но глаза больше не слипались от наваждения Морфея. Спустившись в гостиную факультета, гриффиндорка не успела оглянуться, как её с обеих сторон подхватили две сильные руки. Фред и Джордж заметно торопились, поэтому с каждой минутой все больше ускоряли шаг, фактически таща сонную Агату за собой.       Девушка уселась на места для зрителей и, зевая, ожидала появления команды на зелёном поле, где трава сверкала из-за солнечных лучей, что падали на утреннюю росу. В воздухе стояла прохлада, и колдунья слегка поёжилась, отгоняя мурашки со своего тела. Дневное светило ласкало своими лучами макушки светловолосой четверокурсницы, начиная согревать её и всё вокруг. Ждать пришлось довольно долго, и за это время Аги раздумывала обо всём происходящем с ней.       Эта неделя прошла для неё очень быстро, даже слишком. Она смогла хоть немного, но наладить контакт со своими соседками по комнате, чему была несказанно рада. Свои свободные вечера она проводила вместе с близнецами и Ли Джорданом, в их кругу она стала чувствовать себя комфортно, каждый чем-то напоминал Хантер Кристофера. Из-за вечных перешёптываний с Фредом на уроках и ночных вылазок с Гриффиндора уже успели снять баллы, чему очень злился старший староста — Перси Уизли — и злорадствовал Северус Снейп. Последний раздражал Хантер больше всех из преподавательского состава, не считая Локонса, конечно.       — О чем задумалась, мисс переведённая? — рядом с волшебницей приземлилась длинноволосая брюнетка. Она локтями облокотилась о задние ряды, устало откинув голову назад. Её дыхание было учащённым и хриплым, а сама она закрыла глаза, словно успокаивалась.       — Не знаю, — ответила Хантер, пожимая плечиками. Она принялась тщательно рассматривать свою собеседницу. Она кого-то напоминала Агате. — А ты чего тут?       Агата смогла её изучить: бледная, практически белоснежная кожа, тёмно-карие глаза, чей ободок подсвечивался золотом, темные блестящие волосы, собранные в объемный пучок, на щеке пара свежих ссадин. Хантер узнала в девушке знакомые черты — это была гриффиндорка на курс или два старше её самой. Они часто виделись в общем зале и гостиной факультета, но попросту не обращали друг на друга внимания. Зачастую, просто потому что та находилась в окружении своих давних друзей, а до остальных ей дела не было. Непонятно чем, но старшекурсница притягивала к себе всё внимание, не оставляя места в голове для чего-то постороннего.       — Утренняя тренировка, — недовольно фыркнула она, качнув головой в сторону выходящих на поле гриффиндорцев в красных спортивных мантиях. Она расслабленно уселась, на этот раз опираясь о собственные колени, и внимательно посматривала на Агату, глазами бегая от одной детали к другой. — Ивонн, — наконец сказала она, протянув правую руку.       — Агата, — огласила Хантер и ответила на жест собеседницы, дружелюбно улыбнувшись левым уголком губ.       Оливер что-то бурно объяснял ребятам, которые стояли на поле, держа мётлы в своих руках. Поначалу он не обратил внимания на недостаток участников, но после очередного хихиканья Агаты, он перевёл взгляд в сторону знакомой, недовольно корчась. Вуд упирался взглядом в фарфоровое лицо Ивонн, нервно сжимая кулаки. Удивительным стало то, что его так легко вывести из себя. Он буквально полыхал от собственной злости.       — Ивонн! — раздражённо позвал он девушку, что теперь тоже приобрела каменное выражение лица, впитав его от капитана, словно губка. — Немедленно спускайся! — ослушаться девушка не могла, и потому лишь похлопала по плечу Хантер, отдаляясь.       Наблюдали за этой ситуацией все, немного притихнув. Кто-то вздыхал, кому-то было уже всё равно, близнецы перешёптывались между собой, ехидно улыбаясь, и лишь Агата была удивлена и взволнована одновременно. Но Вуд быстро успокоился, замяв ситуацию, и призвал всех к тренировке. С первых минут она перестала казаться легкой, Оливер гонял ребят по полю так, словно они готовятся к чемпионату мира, а не к школьным матчам. Парень говорил на повышенных тонах, подгоняя любого, кто так или иначе совершал ошибку. По какой-то неведомой причине больший удар приходился на бедную Ивонн. У той уже проступал пот на лбу, а бледное лицо вмиг превратилось в бордовое, но она продолжала усердствовать, не сказав и слова.       — Ивонн, спину ровнее, сильнее нагнись всем корпусом к метле! — орал Вуд. — Ты ездишь на метле, а не она на тебе! — и подобных замечаний прилетало девушке ещё не раз.       Время летело. Над замком сгущались облака, чернея на глазах. Оливер, тоже наблюдая за погодными условиями предположил, что скоро начнется ливень, и потому отпустил команду, заранее обговаривая следующую тренировку.