lux et umbra.

„Наши страсти похожи на огонь и воду — они хорошие слуги, но плохие хозяева.“

Эзоп

Утром следующего дня... София открыла глаза и тяжело выдохнула. Эта ночь была лучшей в ее жизни, причем так думала сама девушка, пока не встала на ноги. Тело трясло, ступни ватные, а про промежность можно вообще молчать. Её колотило и воротило, руки дрожали, а голова шла кругом. И это еще цветочки. Стоило Блек доползти до ванной, иначе ее передвижение назвать нельзя, как в зеркале отразились последствия. На шее просто не было живого места, везде засосы, следы от клыков. Синие, красные, желтеющие пятнышки. И этот косплей в далматинца продолжился. На ключицах два небольших отверстия, не достаточно глубоких, уже покрывшиеся корочкой. Вокруг сосков аналогичные укусы-засосы. На ребрах синяки, что будто повторяли отпечаток пальцев, да что там на ребрах, на бедрах и талии тоже. Внутренняя часть бедер еще дрожала, когда девчонка передвигала ногами. Можно смело признаться - Манджиро Сано настоящий дьявол. Он в буквальном смысле затрахал, вытрахал всю душу и перетрахал так, как никогда. И самое интересное, началось все безобидно, ласково, нежно, с чувством. Но, в один момент его больную головушку клинит, он замечает одну тайну и включается жадное до спаривания животное, полное ярости и агрессии. Эта агрессия так понравилась Софе, что она не жалела не на секунду. Ну как, первые несколько часов точно, а когда был восьмой заход, девушка выла и пыталась спрятаться под кроватью, но ее настойчиво хватали за ноги и затаскивали обратно. Не сосчитать количество оргазмов, а если сравнить с опытом бывшего, девственник Сано - настоящая секс машина, без тормозов, с каждым подходом, будто включалась новая передача. На 8 Блек конкретно прифигела, пытаясь вспомнить стоп-слово, но вампиру было срать и они вообще не обговаривали такое. Поэтому, когда София кричала в экстазе "Губка Боб", Майки на секунду вскидывал брови и с рычанием выдавал "Как ты смеешь говорить о другом, когда я в тебе?". Да, бедный Сано не знал о существовании мультяшного героя, это могло рассмешить, если бы после этого тот не вбивался так, что девушка беззвучно кричала и закатывала глаза. Конечно, после жестких фикций, она объяснила, кто тот загадочный "Губка Боб", от чего Манджиро цокнул и отвернулся, называя ее извращенкой. И Софа лежала с одной мыслью "Он сейчас серьезно подумал, что в кровати с ним, я представляю губчатое создание, со дна океана?" - Черт...Как мне теперь выходить в люди... - Девушка присаживается на край ванны и чувствует, как что-то теплое течет по ногам. Она медленно опускает голову и сильно краснеет, закрывает ладошкой рот. Да, во время их бурного спаривания, иначе не назвать звериное желание Майки обладать, они не предохранялись. Столько он раз изливался в нее, столько раз они забывались и даже таблеток никаких не было под рукой. Стоило позаботиться о противозачаточных, да Блек вновь нахмурилась и задумчиво поняла взгляд на свое отражение. Перед ней будто бы сидел собеседник. А вампиры могут иметь детей? Один способ их размножения знает, он прямо как во многих историях и фильмах, но вот прямым - половым, может ли такое быть? Или семя Сано не имеет активных сперматозоидов, оплодотворения не будет, тогда можно и не париться? Блек думает, что надо бы заставить главу Бонтена собрать материал и сдать на проверку, ну а вдруг? Не ждать же две недели или 9 месяцев? Она пока не готова к детям. Сама еще большой ребенок, за которым нужно следить и оберегать. Кормить почаще, заботиться и дать развиться в этой жизни. Вампирская шайка как раз лишила этой возможности, выкрадывая. И как бы сам Манджиро отреагировал? Ему вообще нужен наследник? Он же бессмертный и как появляются дети вампиров? Тоже через естественные пути, или, прогрызают себе путь через утробу, как в самых страшных фильмах про тех же Чужих? Это было жутко и залететь от бессмертного точно не хотелось. Как минимум, ее организм - живой, а вдруг отвергнет плод и посчитает инородным? Будто при контакте резусов и факторов. У матери бывает отрицательный, а отца положительный, тогда нужно следить за развитием ребенка, организм может отвергнуть и случится выкидыш. Или еще какие страшные вещи, о которых читала Софа. Хорошо, стоило той открыть глаза, рядом никого не оказалось. Майки оперативно слинял, что девушка даже не услышала. Хотя, она почти никогда не слышит шагов этих существ и удивляться нечему. Зато как-то мерзко стало на душе, видно на что-то надеялась. Открыть глаза, оказаться в чужих объятиях, даже ледяных, но знать, что ее любовник не сбежал. Как же София ошибалась. Он улизнул ночью или утром, но в любом случае, между ними произошло что-то невероятное, смущающее и дикое. Это был взрыв всевозможных феромонов, это была искра, это было невероятное притяжение и если для девчонки - это что-то да значит, для вампира простой опыт. Ну потрахался, с кем не бывает. Спустил, голова опустела, больше междуножная голова не говорит за основную, можно и ретироваться. А как теперь в глаза смотреть? А что теперь между ними будет происходить? Они вообще кто друг другу? Возможно ли надеяться, что ее похититель оттаял и статус пленницы переквалифицируется в - подружка главы? Его девушкой, язык не поворачивается назвать, после всего пройденного и сделанного. Она же все еще под замком и присмотром, на улицу не выйдет, без сопровождения. Дальше ворот комплекса не уйдет, даже телефон иметь нельзя, про друзей и родственников вообще можно молчать. Это ощущение, ей воспользовались и удовлетворили себя. Ничего нового в жизни, только сплошная боль и разочарования. Блек даже грустно засмеялась, прикладывая ладонь к шее, ногтями проводя по следам бурной ночи. Тело все еще помнило чужие прикосновения, ее разум подкидывал картины, как же это было нереально. *** Майки плотоядно смотрел на девушку, всматривался в светлые глаза и ловил каждое изменение в ее настроении. Она все же решилась, сама тянет руки и оглаживает чужой пресс, тяжело выдыхает. Ей просто не могло так повезти, София в это не верила. Прошлый партнер не блистал такими рельефами и телом, прошлый партнер вообще был конченный. А тут такой Аполлон возвышается. Позволяет себя трогать, прощупать сталь мышц, провести кончиками пальцев по светлой, почти мраморной коже. Сано как наркотик, только для глаз. Невероятно красив, доводит до одурения, подсаживает на себя и потом невозможно отказаться. Невозможно остановиться в касаниях, изучении тела. Смотрит выжидающе, смотрит с таким желанием и нездоровым блеском, что можно утонуть в его светящихся глазах. На губах мужчины ухмылка, ему не нужно прибегать к своим способностям, ведь девчонка уже сама тянется к ремню, приоткрывает губы и выдыхает. В этот момент было слишком много одежды, она мешала еще детальнее изучить, а влекло ее все ниже. - Сними... - Сдавшись, ведь положение было не слишком удобным, молящий взгляд Блек устремился точно в глаза. - Не стоит торопиться. - Бархатисто отзывается Манджиро, наконец присоединяясь к процессии. Прохладные ладони забираются под худи, поймав чужую талию, он едва сжимает и оглаживает большими пальцами девушку. Ведет все выше, от чего ткань задирается и оголяется живот. Вдыхает ее запах, прикрывая глаза. Накидывается с поцелуями на шейку, оголив клыки, едва ведет, от чего остаются следы, не ранит, но от этого тело под вампиром трясется. Язык зализывает следы проказы, губы успокаивающе целуют в самые уязвимые места. Ей щекотно и странно, хочется большей агрессии, большей страсти и нереальности происходящего. Но Сано ведет, не позволяет забрать инициативу, растягивает момент удовольствия. Он хочет сделать все правильно, чтобы девчонка не сбежала и не пострадала, зная нечеловеческую силу. Он сдерживал себя во многих аспектах, старался быть нежным. Худи соскальзывает, а после ее снимают и откидывают куда-то, куда улетела футболка. И вот тут он замирает. Девушка часто дышит и подставляется под ласки, но нет же, он смотрит. София не понимает, с чего вампир прекратил, пока в голове не щелкает. " - Заметил. " Майки заметил тонкий бинт, что аккуратно скрывал следы недавнего преступления. Смотрел на запястье с немым вопросом. Так вот почему от нее пахло так сладко, вот почему Блек его отвлекла в машине и все шестеренки выстроились в ряд. Она скрыла, что поранилась, но когда и каким образом? Никто из Бонтена на нее и пальца не поднимет, а сама не имела острых предметов, за этим была отдельная слежка. Сано касается бинтов и проводит по маленькой красной точке пальцем. Что-то неприятное внутри него разгорается, не хочет верить, но уже догадался. Зверь, которого подавлял доселе начал буйство, эти чувства ему знакомы, но прямого толкования не знал. Не знал про ревность и как его черный импульс реагирует на выходки девчонки. Она была своего рода катализатором, темная сторона благосклонно принимала, в любом состоянии, не хотела вредить и даже наоборот, держать возле себя. А сейчас, его как ножом в спину пырнули. Собственничество включилось, как по выключателю. Больше в глазах не было потаенной нежности, только серьезность и Манджиро низким голосом, с рычанием произнес: - Сними их. - Манджиро? З-зачем... И одним только взглядом тот приковал бедолагу к кровати. Он ждал и не потерпел, что его приказа ослушались, ослушалась та, что некогда стала надеждой. Блек же мелко задрожала и хотела спрятать руку, но стальная хватка Сано остановила. Мужчина с холодом потянул завязку, сам начал распутывать бинты. С каждым витком, сердце Софы уходило в пятки. Вот ее и раскрыли, а Эмма предупреждала. Последний оборот и бинт летит на пол, отрываясь от еще не заживших до конца ранок, было неприятно и она зажмурилась. Глаза Манджиро внимательно изучали укус, он наконец уловил знакомый запах. Молчал и смотрел, как из маленьких дырочек потекла кровь, а от его взгляда хотелось спрятаться, убежать и пережить Армагеддон. София проебалась. Ну она не знала, что главу переклинит на внезапные свидания, что на следующий день, после помощи Какучё, тот решит покататься и уж тем более не думала, что свидание закончится в кровати. По факту, сама же и спровоцировала, сама просила трахнуть, сама возбудила Майки и забыла о своей тайне. Оставалось молиться, что тот не поймет, кто решился поужинать ею и не постигнет кара. Надеялась... - Какучё... На тебе его запах. Все, пиздец. В светлых глазах был неподдельный ужас, она мысленно поразилась и возненавидела обоняние вампиров, что они друг друга, блять, обнюхивают и знают запахи. Запрет главы нарушен. Майки отчетливо дал понять верхушке - тронете, убью. Но в этом была виновата сама Блек и настояла, а говорить прямо побаивалась. И за беднягу Какучё побаивалась, как бы его теперь не разорвали в клочья. Хотя, он был из лагеря Софы и сам бы точно не стал трогать девчонку, тут было что-то не чисто, от чего Сано нахмурился. - Это твоя работа? - Будто нагадившего пса тыкает в собственное дерьмо. - Да. Но я могу объяснить! Какучё был ранен и выглядел скверно, он был в похожем состоянии, что и ты...Поэтому я решила... - Ты тут ничего не решаешь. - Его голос стал еще ниже, как у дикого зверя, что вот-вот и кинется. - Может и не решаю...Но я говорила, что хочу вас понять и...не против побыть донором! Просто не было иголок и капельницы, это вы вообще виноваты! Нечего оставлять медицинское крыло без работников и медикаментов! - Внезапно девушка переняла настроение вампира и начала защищаться. Лучшая защита это нападение. Да вот Сано не оценил ее героизм и самоотверженность. Крепче стиснул запястье, от чего пыл убавился и девушка сдавленно пискнула, ей было больно и скажи что-то еще, он точно переломит кости. - Мне больно...И...И тебе ли не все равно? Меня никто не трогал, даже не думай что-то ему делать! - Стиснув зубы, готова была кинуться в драку, хоть и заведомо проиграет. Опять внутри вампира перемыкает и в глазах отражается гнев. Этот самый Черный импульс охватывает сознание и рассудок, он перестает себя совершенно контролировать. Склоняется к запястью и ведет языком, слизывая кровь. На языке ощущается тот самый терпкий вкус, он отдает сладостью и дурманит. Внутренний охотник скребет когтями, взаимодействуя с темной стороной, все три личности сливаются воедино, от чего клыки опасно мелькают возле ранения. - София, ты принадлежишь мне. - Надавливает пальцем возле отверстий, от чего кровь выступает и вампир жадно припадает губами, всасывая, даже не используя клыки. Девушка дергается из-за боли и неожиданности, но геройство не отпускает больную голову. Ее взгляд горит, она борется с чем-то, что сама не понимает. Этот зверь баламутит ее, заставляет рычать ответно и хмуриться, не принимать факта собственничества. - Я не твоя вещь... - Ты моя. И запах на тебе будет только мой. - А после, неожиданно, точно в ранки вонзаются его клыки. Это было внезапно. Это было неожиданно и больно. Майки не сдерживал более себя, даже откинул свое кредо - не пить кровь из кого-то. Он настолько опьянен злобой и желанием, что перестал себя ненавидеть и хотел стереть пребывание чужих клыков, своими собственными. Она совершенно не понимала, какой может быть глава Бонтена. Он с легкостью убьет, если его душенька пожелает и запятнает себя. Софа не боялась, ведь мужчина обещал. Обещал ее не трогать, не причинить вреда и что она не погибнет. Сейчас, конечно, в это верилось с трудом. Он причинял боль, плотно сжимал челюсти и наслаждался кровью, впитывал в себя тепло и жизнь человека. Его нужно остановить, она только недавно потеряла кровь и опять не выдержит, ее организм ослаблен, а Манджиро плевать, он не с ней. Он где-то в мире удовольствия, где-то в мире своей дикой сущности и теряет себя. - Майки...Прости. - Она протягивает свободную руку и зарывается в чужие волосы, поглаживая. - Я не хотела тебя расстраивать, мне следовало спросить у тебя...ты прав. Но, если тебе это так нужно, я не против. Ты можешь пить мою кровь, только...вряд ли я продержусь долго, а оставлять тебя в таком состоянии не хочу. - Темный взгляд остановился на слезящихся глазах девчонки. Он внезапно замер и медленно клыки покинули тело Блек. Смотрел с неким подобием ужаса, сорвался, сделал больно и настолько напугал. Стало противно от себя же, как он мог позволить сущностям взять вверх и оттеснить нормальное здравомыслие. Теперь она точно его возненавидит сильнее, никогда не примет, он проебался. Вопреки свои размышлениям, пальчики утирают с уголка губ собственную кровь и София мягко улыбается. От нее не чувствуется негатива, скорее легкий испуг и волнение за самого вампира. Не веря своим глазам и ощущениям, Сано выдыхает и прикрывает глаза, тихонечко смеется. - Что ты делаешь...Почему не ненавидишь? - Ослабив хватку, губы мужчины касаются ранок и тот извиняющееся зализывает свежие отверстия, но все время наблюдает за ней. - А должна? Ты вроде тоже не питался, так что, можешь это делать когда захочешь. - Смущенно поджала губы, ведь дальше Сано проделывал вещи, от которых сердце начинало биться чаще. - Должна. Ты можешь пожалеть о своих словах. - Язык скользит ниже, вдоль вен, от чего мурашки возвращаются и нужный настрой застилает рассудок. И правда, они остановились на самом интересном. Если бы не внезапный всплеск ревности Сано, давно бы занимались делом, а не сверлили друг друга глазами. Манджиро буквально поедал ее взглядом, а подпитка кровью лишь разожгла аппетит, перед основным блюдом. Голодно, но осторожно, страстно и невинно тот переходит к поцелуям на плече, зарывается носом в ложбинку между грудью и зубами подцепляет косточку бюстгальтера, медленно тянет вниз, помогая себе одной рукой. Другой же ищет застежку, в этот раз София помогла и приподнялась. Он был сдержан и осторожен, не как минутами ранее. Взял под контроль своих демонов, пометил ее зубами, насытился и сейчас ластится, потираясь щекой об грудь. Ловит губами сосок и тело под вампиром прошибает током, София просто выгибается навстречу. Такая чувственная реакция нравится Майки, он пробует еще дразнить, кусать и облизывать. Пока, наконец, не срывается первый стон удовольствия с ее уст. Оказывается, это приятно, вот так прикасаться к чужому телу, трогать в уязвимых местах, от этого собственное удовольствие возрастает и постепенно штаны становятся тесными. Он даже пожалел, что не дал сразу себя раздеть, когда Блек яростно боролась с ремнем. Этого было мало. Хотелось больше территории, оставить везде свой запах, свои метки и чтобы никто более не смел притронуться к собственности главы. Руки Сано как-то резко хватаются за остаток спортивного костюма и сдергивают. Девчонка даже ахает, когда остается в одних трусах и затуманенным взглядом следит за спускающейся головой вампира. Тот ведет носом, наблюдает за потемневшей тканью светлого белья. А ей чертовски стыдно, что так быстро потекла, еще на моменте, когда из нее пили кровь. Да, как-то ненормально отреагировало тело, когда было больно и страшно. Размышления прерывает сам вампир, который аккуратно разводит бедра и устраивается между ними. Лицо девушки покрывает румянец и желание, а еще интерес, что же будет дальше. Он целомудренными поцелуями прикасался к нежной коже, а потом, резко втягивал и оставлял засосы. Приближаясь к тому самому пятнышку, бесцеремонно зарываясь носом и ее подкидывает на месте. Софа все могла ожидать, но не таких решительных действий, откровенного характера. Руки не могут найти покоя, хватаясь за все вокруг. Из рта вырываются вздох и ноги начинают сжиматься машинально, но мужчина нежно оглаживает бедра, проводит языком поверх белья. Даже через небольшую преграду, но она так все остро ощущает. Это было чертовски приятно, ей хотелось скорее перейти к основному действию и понять, а что такое - секс с вампиром. Пока Манджиро только дразнил и распалял тело, пробовал на вкус и едва ли не мурчал. Ему было все в новинку и интересно самому, неопытность в сексе, это вообще не рядом с Сано. Инстинктивно его влекло к этому месту, оттуда шел самый яркий и насыщенный аромат тела Блек. - М..Манджиро...пожалуйста...я хочу... - Что? - Хриплым голосом ответил вампир и поднял голову. - Прошу, разденься уже... - На то, с каким отчаянием протянула София, он даже издал тихий смешок. Издевался, наблюдал и впитывал эмоции. Все ее тело стало таким горячим и ароматным, что слюна невольно собиралась во рту, а руки сами тянулись к ремню. Вырывая бляшку и расстегивая ширинку, стало чуть свободнее, он даже шумно выдохнул. Член стоял колом, пришлось себя спешно вытряхивать из узких джинс и мысленно проклинать Санзу с его чувством стиля. Где-то в комплексе, Санзу икнул, чихнул и чуть не свалился с лестницы. Она следила за попыткой вырвать ноги из темного заточения и слабо улыбнулась, он так нетерпеливо это делал, а ведь еще недавно держал себя в узде, не позволял инстинктам вновь вырваться. Но, стоило ему распробовать хорошенько, как остервенело начал раздеваться и былую выдержку унесло далеко, вместе с нежностью и тактом. Стоило одежде оказаться на полу, Манджиро буквально накинулся на нее сверху и впился в губы, пока руки судорожно все оглаживали, сжимали, лапали и дошли до того места, где некогда была его голова. Пальцами медленно отодвигает в сторону мешающуюся ткань и оглаживает влажную киску, было слишком мокро и горячо. Он даже зарычал в чужие губы, мысленно представляя, что скоро там полностью окажется и потеряет свою человеческую личину, возвращая звериную. Он ласкал и размазывал естественную смазку девушки, ловя каждый ее вдох губами, отрывался, чтобы та могла вдохнуть и вновь набрасывался целовать, пока губы не покраснеют. Пока по подбородку не побежит слюна. И она вся извивается, приподнимается, скулит от негодования. Стоило проникнуть одним пальцем, они одновременно выдохнули. Он - с очередным гортанным рычанием, она - с громким стоном. Внутри было так узко, пускай Блек и не являлась девственницей, но отсутствие половой жизни пошло на пользу. Девчонка будто заново обзавелась девственной плевой, поэтому и кряхтела, зажималась из-за такого далекого чувства инородного в себе. Даже с прибавлением второго пальца, только ухватилась за плечи своего любовника и свела брови. - Больно? Какое-то чувство дежавю, Майки говорил надрывающимся голосом, стараясь сохранить хоть какую-то человеческую эмоцию, а не обратиться диким животным и просто трахнуть, вбиваясь до основания. - Н..нет, просто непривычно. - Честно отвечает девушка и старается расслабиться, не зажимаясь. Она обхватывает его крепче и тянет ближе к себе, в глазах мелькает доверие и желание большего. Ей мало одних только пальцев, даже, когда Сано начинает активно ими двигать и ощущать приятное, обволакивающее чувство. В трусах дергается член и он срывается, извлекая пальцы, при этом преподносит к своим губам и слизывает, да так блядски, что у нее где-то под ложечкой засосало. Выпрямляется и его белье летит вообще непонятно куда, в тот же момент придвигается ближе и устраивается между ног Софии. Потирается головкой и прикусывает щеку, как же ему хочется ворваться. А он только дразнит и смотрит, как от таких фикций девушка начинает елозить и сама выпрашивает, пытается раздвинуть шире ноги и самостоятельно насадиться. А он издевается, не позволяя, на окраинах сознания ловит момент и ощущения. - Манджиро блять... - Что? - Усмехается, видя ее раскрасневшееся лицо, полные желания и некого раздражения глаза. - Тебе особое приглашение нужно? - Пыхтит, надувается и отворачивает голову. - Ты такая милая... - Что? - Удивленно вскидывает брови и в этот момент в нее проникают. Обоих прошибает током, от резкого толчка, от резкого ощущения наполненности и тесноты. София выгибается дугой в его руках, открывает и закрывает рот, Манджиро опускает руки на постель и до треска ткани сжимает кулаки. Они замирают на какое-то время, привыкая друг к другу, лишь по расслабленному лицу он понимает, что можно двигаться. Медленно, поступательными движениями, то полностью покидая жаркое лоно, то врываясь обратно, до основания. Майки готов поклясться, что ничего подобного в жизни не испытывал и очень жалел, что ранее отказывался. Это было охуительно, это было так крышесностно, что через мгновения тот закидывает ноги девушки себе на плечи и вытягивает руки, начиная ускоряться. Все нежности резко прошли, осталась животная страсть, это было влияние этой девчонки. Не было другой такой, от которой яйца становились каменными и перевешивали при ходьбе, а член стоял намертво. Она так громко стонала и выкрикивала имя вампира, что весь этаж слышал. И это не было наигранно, это срывалось с губ само и связки надрывались. Так глубоко ее втрахивали в кровать, так неистово, голова перестала принимать вселенские знаки. Манджиро стал ее миром, ее опорой, за которую хваталась и ногтями скользила по коже. Рычал и что-то нечленораздельное говорил, до самого упора, почти врываясь в матку и желая больше, обладать и обладать, чтобы она кричала только его имя. Тело девчонки напрягается, что-то странное происходит внутри. Мужчина точно попадает по самым слабым и чувственным местам, этот секс самый невероятный в ее жизни. Простынь под ними уже пропиталась ее выделениями, они подобно реке, подобно течной омеге. Внизу живота все крутило и вертело, готовилось взорваться, а стенки влагалища плотнее обхватывали член. - М..Манджиро...я...я...О, дьявол! - Задыхаясь, глаза закатываются и она не успевает договорить, как все затряслось и мир сделал кульбит, до темных кругов перед глазами. С протяжным стоном Софа обмякла, пока вампир делал рваные движения, дышал через рот и разрывая под ними наволочку, особо резко ворвался, на миг застывая. Блек не сразу поняла, что глава достиг своего пика и как специально завис в ней. Только ощущение чего-то странного внутри подсказало, что Майки кончил и удивительно, для вампиров, тяжело дышал. Они будто марафон пробежали и смотрели в глаза друг друга. Первый раз, какой-то нервный и скомканный, они довольно быстро кончили и Софа сделала мысленно пометку, что это был первый раз, когда она готова была кончить только от проникновения. Да что там, у нее нутро сжималось, когда смотрела на расслабленно-возбужденное лицо любовника и как в его глазах меркли дикие нотки. На место его звериного желания пришла нежность. Не выходя из нее, наклонился и поцеловал в лоб, благодарно прижимаясь своим к ее. Блек вновь обнимает его, на губах легкая улыбка. Кажется, сейчас для них не существовало мира вокруг, только они и любовь. Не хотелось этого признавать, не хотелось принимать этого импульсивного и страшного монстра, но сердцу не прикажешь. - Готова к новому раунду? - Со смешинкой произносит Майки и легонько делает поступательное движение, от которого девушка ахает и расширяет глаза. - А у меня есть выбор? - Да. - Резко отвечает серьезный Сано. - Тогда, этот раунд будет не одним. - Шепчет в губы, от чего тот расслабляется и утягивает в поцелуй. *** И вот, когда флешбеки прошлой ночи закончились, а она сидела в горячей воде, внезапно пришло осознание. - БЛЯТЬ КАКУЧЁ! - Подрываясь на ноги, кряхтит и хватается за поясницу. - Ну пиздец...теперь ясно, куда его унесло...