Глава одиннадцатая. Маг

      Через час после отъезда Жени и Маэдроса, когда остатки завтрака со стола были убраны, а растения на участке политы, я села за «Доктора Джекила», решив хоть немного отвлечься от окружения и выполнить план на лето.       Маглор то сидел на веранде, то прогуливался по участку и саду за бассейном, осматриваясь и прислушиваясь к проезжающим мимо автомобилям. Мы почти не разговаривали, занять себя было нечем, и он откровенно скучал.       Прошёл ещё час, прежде чем я решила найти Маглора и поинтересоваться, не нужна ли ему компания. Эльф сидел на веранде и пил чай с баранками, рассматривая виды. Второй завтрак ему был явно знаком. — Я решила посмотреть, чем ты занимаешься, — ответила я на его взгляд. — Вижу, ты решил выпить чаю. — Да, присоединишься? — Нет, спасибо, — я улыбнулась и села рядом на диван, всё ещё сжимая в руках книгу. — Слушай, если тебе нечем себя занять, то может быть мы сходим прогуляться по лесу? Недалеко.       Мужчина всерьёз задумался над таким предложением, пережёвывая баранку. — Хорошо, — он кивнул. — Я сейчас соберусь. — Мне тоже стоит переодеться.       Одевшись как подобает, я ждала Маглора на скамейке у калитки. Солнце поднималось всё выше и выше, но по небу уже гуляли редкие облака.       В калитку постучали, и мне пришлось встать, чтобы посмотреть, кто решил нагрянуть так внезапно. Этим кем-то оказался Никита. — Привет, а я могу увидеть Женю?       Я на секунду задумалась, стоит ли говорить правду, или же полуправды будет достаточно. — Она уехала в город ещё утром, — ответила я. — Должна приехать к вечеру. — Вот как, — парень перевёл взгляд за моё плечо и отступил на шаг. — Ладно, пока.       Я попрощалась с ним и обернулась — за плечом стоял Маглор в странном расположении духа. Скрещенные на груди руки и внимательный взгляд. — Идём? — я кивнула эльфу.       Лесная тропинка привела нас прямо к ручью, и мы решили ненадолго задержаться возле, чтобы отдохнуть. Маглор шёл всё это время, почти не проронив ни звука, но я чувствовала, что его настроение изменилось на более благоприятное. — О чём так книга, которую ты читала утром? — вдруг спросил он, когда я присела на поваленное дерево.       Я посмотрела на него снизу-вверх и задумалась, формулируя мысли. — Это история о докторе Джекиле и мистере Хайде, о юристе-друге доктора, который замечает, что Джекил начинает временами куда-то пропадать, в то время, как мистер Хайд всё чаще появляться в Лондоне, являясь при этом довольно-таки плохой личностью, грубой и невежественной, — я сглотнула, думая, что сказать дальше. — К тому же ещё слегка уродец. А потом юрист открывает письмо от доктора Джекила, в котором написано, что всё имущество после смерти должно перейти мистеру Хайду, что стало причиной его интереса к этой странной персоне. Уж не шантажирует ли мистер Хайд его друга? И начинает своё расследование, во время которого выясняется очень много интересных деталей.       Мужчина выслушал это, присев рядом. Я закончила и подняла на него взгляд. — Если хочешь, я могу дать тебе её почитать, она очень интересная. Или что-то другое, у Жени здесь есть достаточно книг, чтобы занять себя на несколько недель. — А что в конце? Истории, которую ты мне рассказала? Юрист узнал, кто такой этот мистер Хайд?       Я улыбнулась. — Если хочешь знать больше — прочитай. Я не стану говорить больше. — Хорошо, — хохотнул мужчина и снова задумался над чем-то. — А что хотел от тебя тот друг… Никита, кажется? — А, он спрашивал, где Женя. Я ответила, что в городе, — я поджала ноги и упёрлась носками в камешки. — Но не сказала, что она с Маэдросом. — Почему? — Просто, я вижу, что что-то между ним и твоим братом не так. Если поведение Никиты ещё можно списать на некое подобие чувства собственничества по отношению к Жене, но Маэдрос. Он ничем не объяснял своё поведение?       Я серьезно посмотрела на Маглора и увидела, как он опустил глаза. Он знал, но говорить не хотел. — Я не призываю тебя к ответу, а просто интересуюсь. Ты можешь и не… — Я знаю, в чём дело. Но это не мои мысли… Лучше тебе спросить непосредственно Нельяфинвэ. — Хорошо, я поняла.       На самом деле я не поняла. — Давай возвращаться? — предложил эльф, и я согласилась.

***

      Утро выдалось добрым. Хвала двойному стеклопакету, который не пропускал привычные утренние звуки улицы, и удалось поспать подольше, зашторив окна блэкаутом. Едва приоткрыв глаза, почувствовала лёгкую боль в горле. Необходимо было принять меры, иначе я слягу с простудой.       Мужчина в соседней комнате, казалось, не издавал ни звука, не выходил и не вставал с постели. Или эльфы всё же передвигаются настолько бесшумно, что, может быть, он уже давно на кухне приготовил завтрак?       Перевернувшись на другой бок, я получше обняла подушку и попыталась задремать. Не вышло. И да, эльфы в квартирных условиях ходят бесшумно. — Женя, ты проснулась? — из-за двери раздался тихий голос Маэдроса. — Да, — сонно откликнулась я. — Подожди пять минут, я приведу себя в порядок и выйду.       Эльф не ответил.       Собравшись, я обнаружила мужчину, спокойно ставящего чайник на плиту и зажигающего газ. Такое обыденное движение, которое вызывало у него поначалу столько вопросов, теперь давалось ему с лёгкой бездумностью. Он повернул голову. — Доброе утро, — сказала я, присаживаясь за стол. — Вижу, ты уже здесь освоился. — Да. — Что хочешь на завтрак? Я приготовлю.       Завтрак прошёл в благополучной атмосфере. Тосты и яичница с овощами вышли отличными, чай был как всегда вкусным, а разговор выстраивался сам собой.       Мы решили сразу же выйти на прогулку до библиотеки, зайти в парк и через квартиру вернуться на дачу.       Солнечное утро предвещало хороший день. Людей на улице было немного, всё-таки утро воскресенья, и город просыпался неохотно, редкими автомобилями и прохожими. Птицы щебетали в ветвях деревьев, а голуби и воробьи кучковались у остановок автотранспорта, ожидая, пока их начнут прикармливать.       В этот раз Маэдрос шёл спокойнее, ровным тихим шагом, держа мою ладонь в своей. Я хотела было отпустить его и просто идти рядом, уверенная в том, что сегодня эльф не будет кидаться на автомобили и проезжающих самокатчиков, но… касаться его ладони было приятно.

***

      Парк на окраине городка всегда был моим любимым местом для прогулок. Он оставался диким, неухоженным и во многом напоминал лес возле дачи. Только с одной поправкой: парк был намного меньше и упирался в реку пологим склоном.       Дорожки, заасфальтированные ещё до моего рождения, заросли травой, и от них остались только небольшие тропинки, проторенными такими же любителями этого места, как я, и теми, для кого они были короткой дорогой от завода до дома.       Сам же завод, чьи невостребованные цеха имели зелёную кровлю с небольшими берёзками, стоял чуть поодаль, в самом начале улицы. Краснокирпичные стены особенно красиво контрастировали во время плохой погоды, когда зелень окружающих деревьев казалась ещё темнее и таинственней. Мешали композиции только трубы с обвисающими листами защитного материала.       Кусты подступали со всех сторон при входе, но уже ближе к середине их было меньше, и можно было сойти с тропы, чтобы прогуляться между деревьев, что я и сделала, посмотрев на Маэдроса и позвав за собой. Трава доставала чуть выше щиколотки в этом месте, тогда как ближе к реке росла выше линии колен.       Эльф молчал. И я тоже. Птицы перелетали с дерева на дерево, пели и переговаривались друг с другом, между веток я заметила белку, ловко взбирающуюся наверх.       Путь до реки был лёгким, дорожка не петляла и не уходила в другую сторону, приведя к старой беседке, поддержанной жителями окрестных домов. Отсюда открывался красивый вид на противоположный берег с разномастными домами и зарослями ивняка. — Там раньше был песчаный пляж, — я махнула рукой вправо, указывая на поросший травой участок с прогалинами песка. — Сюда его свозили целыми кучами, моя мама, когда была ребёнком, любила забираться на них. А там, — я указала в другую сторону. — Переправа. Была. До того, как построили мост. — А что помнишь ты? — спросил Нельяфинвэ, подойдя близко. — Я? — я задумалась и подошла к краю беседки, кладя ладони на ограждение. — Я помню этот берег именно таким: заросшим и потерянным. Помню, как в маленьком возрасте сидели на старом бревне, наверное, оставшемся от лесосплава, и махали проплывающей барже. Это было очень давно, баржи уже почти и не ходят. Мир тогда казался совсем другим. — Спустимся? — тихо предложил эльф, и я кивнула.       Над головой кричали речные чайки, волны лениво наплывали на песчано-глиняную полоску берега. Ностальгическую прогулку по парку пора было заканчивать.

***

      Библиотекарь — приятная женщина лет за пятьдесят — старалась не смотреть на Маэдроса и сосредоточиться на списке, который я передала ей от Ани. Подруга написала около пяти книг, как оказалось, не маленьких. Женщина приносила одну за другой, бросала короткий взгляд на изучающего стеллаж с фэнтези эльфа и снова скрывалась в недрах. На последний её раз я прошептала: — Ролевик, очень любит фэнтези.       Она улыбнулась и кивнула, уходя за свою стойку, чтобы оформить книги, а я повернулась к Маэдросу, случайно бросая взгляд на обложку книги в его руке. — Изучаешь и сверяешь? — спросила, подойдя. — Это та книга, о которой ты говорила? — спросил мужчина, перелистывая страницу. — Я вижу своё имя, значит, да. — Верно, — я прочитала пару строк, подойдя слишком близко. — Хочешь, я возьму? Но только не эту, а ту, что у меня дома. — У тебя она есть дома? — Нельяфинвэ посмотрел на меня невероятно серьёзно, будто это было чем-то важным для него. — Но я не видел её в гостиной. — Потому что я храню её в своей комнате, — я ответила на его взгляд, смотря снизу-вверх. — Готово, — раздался голос библиотекаря, и я отступила назад, возвращаясь к стойке. — Спасибо.       Разложив книги по пакетам, я попрощалась с библиотекарем и, вручив один из пакетов эльфу, вышла из здания. Кожа сразу почувствовала перепад температуры с более низкой на жаркую, и я повела плечами. — Почему ты раньше не сказал о том, что у тебя есть эта книга? — спросил Маэдрос и, кажется, мне послышались нотки негодования в его голосе. — Какая разница? Вы сами прекрасно знаете все события, — ответила я. — Но интересно взглянуть на них с другой стороны. — Правда? — я скептически подняла бровь. — Неужели вам свойственно ностальгировать и переосмыслять содеянное? Я думала, что вы ни о чём не жалеете. — Я не говорил, что жалею… — Обычно, если люди хотят взглянуть на события под другим углом или долго думают о них, это означает жалость. О содеянном или несодеянном. Ах, да, вы же не человек, — я улыбнулась. — Возможно, это простое любопытство о том, что говорят другие и какими вы преподноситесь читателю. Форма всегда имеет значение. В конце концов, повествование можно повернуть таким образом, что всё перевернётся с ног на голову.       Дальше мы шли в тишине, пока не раздался звонок.

***

      Саше удалось найти человека, который продавал бы арфу, и им оказался наш общий друг Лёша. Стоило догадаться.       Позвонив ему, мы условились на встречу вечером, чтобы посмотреть инструмент и договориться об оплате. И для того, чтобы поспасть на эту встречу, мне пришлось звонить Никите и просить его отвезти-привезти.       Вообще дорога обратно до дачи прошла в моём душевном волнении и предвкушении, подобные сделки и встречи с интересными людьми всегда воодушевляли, но вот Маэдрос хмурился, узнав, что меня повезёт Никита. — Если хочешь, я поеду с тобой, — сказал он, остановившись посреди дороги. — К тому же скорее было бы логичным взять Макалаурэ, чем этого… друга. — Пусть арфа станет для него сюрпризом, и ты не говори, хорошо? Я знаю Лёшу, знаю, что плохих инструментов у него не бывает. А что до Никиты, то он более мобильный, я приеду намного раньше, чем сделала бы это, добираясь общественным транспортом. И вообще, не понимаю, почему ты так решительно против, чтобы он меня вёз! Ты будто хочешь ограничить моё общение с ним… Я вижу, как ты на него смотришь, Маэдрос, и мне это не нравится. Не знаю, какая кошка между вами пробежала, но скажу, что тебе стоит прекратить подобное отношение к Никите. Он мой друг, и навсегда останется им, а тебя я знаю меньше месяца. И, честно говоря, доверия к нему у меня больше, чем к тебе.       Нельяфинвэ больше не затрагивал эту тему, а я договорилась с Никитой о поездке.

***

      Выйдя из машины, я поприветствовала парня лёгкими объятиями. — Привет, давно не виделись, — сказала я, улыбаясь. — Верно, — Лёша кивнул Никите. — Лёша, это Никита, Никита — Лёша, — я представила их друг другу, и парни пожали руки. — Никита? — Лёша внимательно посмотрел на представленного, и отчего-то этот изучающий взгляд мне не очень понравился. — Очень приятно. — Взаимно.       Я хлопнула в ладоши и слегка качнулась, показывая своё нетерпение. — Ну и где красавица, которую мы сегодня смотрим? Никита, ты с нами? — Нет, я останусь, — парень пошёл обратно к машине. — Идём, — друг позвал за собой. — Женя, ты лучше скажи мне серьёзно: зачем тебе арфа? Ты же никогда раньше не проявляла интереса к музыкальным инструментам, тем более к таким. Может тебе гитару подобрать или укулеле? — Укулеле есть у моего дяди, благодарю, очень забавно. А мне арфа нужна. Хочу и всё.       Парень открыл передо мной дверь и пропустил вперёд, в светлое помещение, в котором и стояла та самая арфа, что была на фото, скинутое утром подругой. — А учитель есть? — Да, самоучитель куплен, — я провела кончиками пальцев по изгибу инструмента. — Как самоучитель Петрова, только музыкальный. Лёша тихо взвыл про себя и жалобно посмотрел мне в глаза, выражая всё, что он думает об этом и моля, чтобы я опровергла свои же слова. — Шучу, арфа — подарок. Для очень важного человека, который сможет позаботиться о ней. — Слава богу, — выдохнул друг и сел в кресло. — Ему точно можно доверять? — Естественно, я других и не держу. Не бойся, два года консерватории и больше пятисот консервации — экземпляр, глубоко верующий в музыку и Музыку. — Музыку и музыку? — переспросил Лёша, усмехаясь. — Да, именно так, — я присела рядом, посмотрев в окно. — Почему так дёшево отдаешь? — спросила прямо, поднося к губам чашку кофе. — Такая цена только для тебя, а вообще… Переезжаю далеко и надолго, и вряд ли вернусь, — парень вздохнул, а я так и не сделала глоток, вместо этого поставив чашку обратно на блюдце. — Оставляю себе одну из трёх. Две отдаю: одну тебе, а вторую жертвую в детскую школу. На хорошее дело не жалко. — Понимаю… Далеко и надолго? — я задумчиво огладила подлокотники. — Надеюсь, что мы ещё увидимся. — Если только не здесь, — парень грустно улыбнулся. — Оставлять всё очень… больно, но смысла оставаться нет. — Хорошо, — я вздохнула и снова обратила внимание на инструмент. — Может, сыграешь тогда напоследок?       Его талант всегда был очевиден. Парень играл уверенно, не сбиваясь ни на секунду, и музыка лилась из-под пальцев, удивительно чувственная и гармоничная. Он играл море и ветер, дождливый лес и горную прохладу.       Я прикрыла глаза и позволила себе расслабиться. Хотя бы раз в жизни действительно слушать. — Женя-я, — тихо позвал меня друг, когда музыка стихла, а я всё ещё сидела с закрытыми глазами. Открыв их, я моментально приняла строго вертикальное положение и проморгалась, щурясь от яркого света. — Прости, — я снова улыбнулась и встала с кресла, заметив, что друг начал собирать арфу в дорогу. — Вот, возьми, — я оставила деньги на столе. — Как и было условлено. — Я могу договориться, и её привезут завтра утром, если тебе не к спеху. Но меня уже не будет       Подумав, я кивнула. — Отлично, буду ждать завтра, — я снова обняла друга. Покрепче, чтобы он знал, что кто-то из жизни, от которой он уезжает, будет ему рад. — Адрес я тебе скину.

***

      Никита ждал меня в авто, и помог сесть, когда я подошла. — Как всё прошло? — спросил он, вставляя ключ зажигания. — Всё получилось, как я и хотела. Только он уезжает скоро, и это грустно.       Парень посмотрел на меня и снова вернул внимание к дороге. — Уверен, вы ещё найдёте способ встретиться. — Да, — я ободряюще улыбнулась самой себе, смотря в боковое зеркало и пристёгиваясь. — Нечего раскисать.       Когда мы миновали несколько кварталов, Никита осторожно спросил: — Не хочешь перекусить где-нибудь?       Я серьёзно задумалась над этим вопросом. С одной стороны я была голодна, но с другой хотелось поскорее оказаться дома. Чтобы не нервировать одну личность. — Нет, — я посмотрела на часы. — Уже поздновато, мне нужно поскорее оказаться дома. Кстати, закинь меня, пожалуйста, в квартиру. Нужно забрать кое-какие вещи. Потом меня отвезут. — Хорошо, — парень замолчал на несколько минут, но потом снова задал вопрос. — Ты была сегодня дома в городе?       Я нахмурилась. — Да, а ты откуда знаешь?       Никита отвлёкся на светофор, но через несколько секунд ответил: — Я заходил утром, но тебя не было. Вот, хотел позвать съездить кое-куда. — И куда же? — Далеко, и хочу, чтобы это стало для тебя сюрпризом, куда конкретно мы поедем, — парень улыбнулся. — То есть, ты хочешь увезти меня куда-то, не оповестив, куда конкретно мы едем? — переспросила я. — Чтобы я доверилась тебе? — А ты не доверяешь? — Нет, доверяю, но зачем это нужно? Этот… «сюрприз»?       Мы поехали гораздо быстрее за пределами города. Попутных машин практически не было, и Никита поставил машину на автопилот. Солнце медленно клонилось к западу, белые некогда облака уже начали окрашиваться в золотисто-розовые оттенки. — Ты и сама знаешь, — парень на секунду посмотрел на меня, и, когда наши взгляды встретились, поспешил вернуться к дороге. — Я не отступлюсь, пока ты сама не скажешь твёрдое «нет». А до тех пор я волен баловать тебя так, как захочу. — Только до того, как я дам тебе ответ? — хитро спросила я. — Да, — кивнул парень. — А, так вот почему после свадьбы в сказке: «Вот и сказочке конец». Ясно всё с вами, Никита Андреевич.       Никита рассмеялся, и я усмехнулась. — Нет, но если ты скажешь «да», то всё будет намного проще. А если всё же «нет», то мы останемся друзьями, обещаю тебе.       Я кивнула. Такой ответ меня устроил. Осталось только самой решить: «да» или «нет».