Родные

Веатрикс открыла глаза и поняла, что оказалась в совершенно незнакомом для себя месте. Помещение, в котором она находилась было абсолютно белым. Веатрикс помнила всё, что случилось до того, как она попала сюда. В неё прилетело убивающее. Веатрикс огляделась по сторонам. Ну и что же ей теперь делать? Она так до конца и не смогла смириться со своей смертью. Веатрикс решила пойти дальше. Идя, дальше она понимала, что находится в какой-то параллельной вселенной. Здесь был и Хогвартс и Нора и всё, что было в той жизни. Веатрикс огляделась по сторонам. Здесь не было ни одной живой души, что странно она ожидала увидеть здесь Поттеров и Марлин, однако не наблюдала никого. Она шла дальше и дальше. В скором времени ей начало казаться, что за ней следят, но оглядываясь назад и по сторонам она никого не наблюдала. — Сириус? — сзади послышался мужской голос. Веатрикс обернулась. Вдали стоял человек с растрёпанными волосами. Она в страхе смотрела на человека, неужели и Гарри уже убили. Человек стал подходить к ней. И когда подошел со всем близко, так, чтобы его можно было внимательно рассмотреть, Веатрикс поняла, что это ни Гарри. Это был ни Гарри, а его отец. — Дядя Джеймс? — Веатрикс не поверила своим глазам. Почему он не появился раньше. Девочка сама не знала сколько времени тут торчала, но достаточно долго, чтобы он мог появиться. — Веатрикс! — Джеймс в удивлении посмотрел на нее.— Ты что тут делаешь? Тебя то кто убил? Или сама? — Меня убил Волан-де-Морт, — сказала Веатрикс. И именно сейчас она начала скучать по своей прошлой жизни, понимая, что не сможет вернуться. — Он воскрес? — Да, воскрес и сейчас готовится убить Гарри. — Ух, блин, Веатрикс, нужно что-то делать, знаешь как не ожиданно ты появилась, я Сириуса не ожидал тут увидеть так рано, но тебя и тем более, мне жаль, что так случилось. Джеймс подошел и обнял племянницу. — Давай прогуляемся, — предложил он, — я уверен, что кое-кто будет рад увидеться с тобой. Вы пошли гулять. Веатрикс не знала, куда именно её ведёт дядя Джеймс, но все равно шла за ним следом. Шли они молча, пока Джеймс не нарушил молчание: — А после того, что случилось... Ну, со мной и Лили... Вас же с Гарри забрал Сириус, верно? — Не совсем... — Ну ка, рассказывай! — Ну, после того, как тебя и тетю Лили убили, в Годрикову впадину полетел мой отец и хотел забрать нас, но его остановил Хагрид. Он сказал, что Дамблдор просил доставить Гарри Дурслям, отец пытался переубедить Хагрида, но не смог и отдал ему Гарри, а меня он попросил отдать Римусу. — Что!? Моего сына отдали сестре Лили, он же до сих пор с ней живет, верно? Веатрикс кивнула. — А куда же смотрел Сириус, почему не забрал его? — Папа не мог... — А значит с одним ребёнком он справится смог, а с двумя так нет. — Папа, меня тоже не воспитывал. — Да? А где же был Сириус? — Ты помнишь, кто у вас был Хранителем? - Конечно, им был Питер, из-за него собственно нас и нашли. - Ну так вот, папа когда прилетел в Годрикову впадину и увидел ваши тела, захотел отомстить Питеру и помчался за ним. В одной из деревушек он нагнал его и хотел убить, но Петтигрю опередил его и убил 12 магглов. Он прятал палочку за спиной. Петтигрю инсценировал собственную смерть, а папу отправили в Азкабан. — Что! Как они могли? Они могли напоить Блэка сывороткой правды, и он бы все им рассказал! — Я тебе больше скажу, его в Азкабан без суда посадили. — Как? — А вот, министерству хватило лишь показаний маглов, чтобы сделать поспешные выводы. — Так, ладно, хорошо, допустим моего сына отдали Дурслям или как их там, но ты то осталась с Римусом? — Нет, Римус оборотень и в министерстве посчитали, что маленькому ребёнку жить с ним опасно и меня отдали Малфоям, а те меня еще и удочерили. — Чего?! Тебя Малфоям? Куда этот мир катиться!? Они тебя били, обижали? По Джеймсу было вижно, что просто так он не отстанет. — Да, ладно, это в прошлом, я сбежала. — Сбежала? Куда? — К Римусу. — А значит Малфои разрешали тебе видеться с Римусом? — Нет. С Римусом я познакомилась только в 13, и тогда же я узнала, что он мой крёстный и в том же году ещё папа сбежал. — Сириус сбежал? — Да, он сбежал, тогда все ещё считали, что он сбежал, чтобы убить нас, а на самом деле оказалось, что Петтигрю жив и он сбежал из-за него. Мы с Гарри помешали ему и Римусу убить Петтигрю, хотели, чтоб его сдали в Азкабан, но он сбежал из-за того, что Римус не выпил зелье и стал оборотнем, а папе в итоге пришлось спасаться бегством. — А Римус тут при чем, если вы были в Хогвартсе? — Римус работал там профессоро. — Лунатик профессором? А я всегда говорил, что он сможет. Вы шли по какому-то лесу. — Ну так вот, в этом году проходил турнир трех Волшебников и мы с Гарри каким-то образом стали 4 и 5 участниками, — продолжила свой рассказ Веатрикс. — Мы справились с первыми двумя испытаниями и вот сейчас третьим испытанием был лабиринт, мы его прошли, и кубок огня выбросил нас на кладбище, там нас поджидал Хвост и с помощью нашей крови воскресил Волан-де-Морта. — Ах он гад, не только нас с Лили предал, так ещё и детей опасности подверг, ну, вот он умрет так я ему устрою, ладно, что было дальше? — сказал Джеймс. — Ну, Волан-де-Морт воскрес, спросил не хочу ли я перейти на его сторону, я сказала нет, и он меня убил. За разговором Веатрикс не заметила как они пришли к какому-то дому. — Лили, Марлин! Выйдите посмотрите кто тут! — прокричал Джеймс. Из дома, к которому оно подошли вышли две женщины. Одна - рыжая, другая - блондинка. — Джеймс, ну и зачем ты нас зва...— начала было Лили, но остановилась и посмотрела на Веатрикс. — Веатрикс? Веатрикс кивнула. Лили подошла к ней и обняла, даже крепче, чем дядя Джеймс. Отпустив крестницу, Лили отошла и на Веатрикс налетела другая девушка. Её мама. Она обнимала ее, плакала на плече, Веатрикс и сама не сдерживала слёз. Она мать не видела 13 лет. — Но как ты тут оказалась? — спросила Лили. Джеймс вкратце рассказал Лили и Марлин о том, что случилось после их смерти. Лили и Марлин дружно восклицали, когда узнали, что Сириуса посадили в Азкабан, когда Гарри отдали Дурслям, а Веатрикс отдали Малфоям. Пока они разговаривали Веатрикс почувствовала что-то странное. Она поглядела на свои руки, её куда засасывало. Она закрыла глаза и куда провалилась. Открыв глаза, она поняла, что вновь оказалась на кладбище, рядом с ней был Седрик, Гарри бился с Волан-де-Мортом, Пожиратели смерти кружили около них.

POV Гарри

— Не отпускай ни в коем случае! Не дай ему добрать­ся до тебя! Не отпускай, держись! — сказала Веатрикс. Гарри посмотрел на Веатрикс. Очень странно было видеть свою подругу, которая только сегодня с утра гуляла и шутила — мертвой. Пожиратели смер­ти бегали снаружи... Жертвы Волан-де-Морта шептали Гарри ободряющие слова и что-то шипели своему убийце. Из волшебной палочки Волан-де-Морта показалась очередная голова, и Гарри сразу понял, кто это... он как будто был уверен в этом с того самого момента, когда уви­дел призрак Седрика... уверен, потому что именно эту женщину он вспоминал этой ночью чаще всего... Дымчатая тень молодой женщины с длинными воло­сами упала на землю, встала, посмотрела на него... Гарри, руки которого немилосердно тряслись, смотрел в при­зрачное лицо своей матери. — Отец сейчас будет... — тихо сказала она. — Он хо­чет увидеть тебя... все будет хорошо... держись... И он появился... сначала его голова, потом тело... из палочки Волан-де-Морта возникла высокая, с растре­панными, как у Гарри, волосами тень Джеймса Поттера. Волан-де-Морт смертельно побледнел от страха перед своими жертвами, которые кружили вокруг него. Отец подошел к Гарри, посмотрел на него и заговорил тем же, доносящимся, как бы издалека, голосом, что и все осталь­ные, только тихо, чтобы Волан-де-Морт не услышал: — Когда связь будет разорвана, мы задержимся на мгновение... мы дадим тебе немного времени... ты должен добраться до портала, он вернет тебя в Хогвартс... Понял, Гарри? — Да, — выдохнул Гарри, сражаясь с палочкой, кото­рая скользила в руках и в любой момент могла вырваться. — Гарри... — прошептал призрак Седрика, — возьми моё тело с собой, ладно? Отнеси моё тело родителям... — И мое тоже, — прошептала Веатрикс — Хорошо, — ответил Гарри. Лицо его исказилось от напряжения — теперь он с трудом удерживал палочку в руках. — Сделай это сейчас, — прошептал отец. — Приго­товься бежать. Давай, вперёд... — Вперёд! — крикнул Гарри. В любом случае, дольше удерживать палочку он уже не мог. Он сильно рванул ее вверх, и золотая нить порва­лась. Световой купол исчез, песня феникса растаяла в воздухе. Но призрачные фигуры жертв Волан-де-Морта не исчезли. Они сжимали кольцо вокруг Волан-де-Мор­та, скрывая Гарри от его глаз. А Гарри бежал, как никогда в жизни. По дороге он подхватил на руки тело Веатрикс. Он сбил с ног двух остолбеневших Пожирателей смерти и принялся петлять как заяц между памятников. Вслед ему неслись заклятия, но Гарри уворачивался и только слышал треск могиль­ных плит. Он бежал к телу Седрика, не вспоминая о вы­вихнутой ноге. Всё его существо было сосредоточено на том, что ему предстояло сделать... — Оглушить его! — раздался вопль Волан-де-Морта. Гарри нырнул за мраморного ангела, футах в десяти от Седрика, и увидел только стрелы красного света. Кры­ло ангела с треском отвалилось. Схватив покрепче палоч­ку, он выскочил из своего укрытия и проревел: — Импедимента! — Гарри взмахнул палочкой в сто­рону преследующих его Пожирателей смерти. Послышался сдавленный крик, и Гарри понял, что задержал, как минимум, одного. Времени оглядывать­ся не было. Он перепрыгнул через Кубок и снова бро­сился на землю, чтобы увернуться от направленных на него заклятий. Гарри протянул руку и ухватился за тела Веатрикс и Седрика... — Отойдите! Я убью его! Он мой! — крикнул Волан-де-Морт. Гарри держал Седрика за запястье. Его и Волан-де-Морта разделял теперь всего один памятник, но тело Сед­рика слишком тяжело, а до Кубка не дотянуться... В темноте вспыхнули красные глаза Волан-де-Мор­та. Гарри увидел, как его рот изгибается в улыбке, а рука поднимает палочку. — Акцио! — крикнул Гарри, указав палочкой на Кубок. Кубок взлетел и тут же очутился рядом. Гарри поймал его за ручку. Он услышал яростный вопль Волан-де-Морта в тот самый момент, когда почувствовал уже знакомый рывок под ложечкой. Портал сработал, и теперь в вихре кра­сок и ветра они с Веатрикс и Седриком уносились отсюда... возвра­щались домой...

POV Веатрикс

Она вместе с другими призраками вернулись обратно. — Веатрикс, ты можешь вернуться. — Как? — Веатрикс посмотрела на Джеймса удивлённым взглядом. — Тебе тут не место! — Если могу вернуться я, то почему не можешь вернуться ты? — Ты гораздо сильнее меня, и мне нужно было умереть, а ты ещё молода, у тебя вся жизнь впереди. Да и тем более подумай, что будет с Римусом и Сириусом. Твой отец еле пережил смерть твоей матери и то только потому что рядом были мы, потом умерли я и Лили, его сразу же посадили в Азкабан. Он не может потерять тебя! — Ну и как же мне вернуться? — Это легко, я тебе помогу. Джеймс подошёл к Веатрикс и коснулся её лба. Глаза Веатрикс начали слипаться и она снова начала падать куда-то в темноту. Веки Веатрикс были настолько тяжелы, что она не могла их открыть. Них живота ужасно болел, да как в принципе и все тело. Веатрикс поняла, что её тело кто-то сжимает в объятиях. Глаз она открыть не могла. Но этого и не требовалось. К Веатрикс начали постепенно возвращаться все чувства и она почувствовала довольно знакомый запах шоколада. Ее в объятиях сжимал Римус. Веатрикс не много приоткрыла глаза. Они уже вернулись с того злополучного кладбища. Веатрикс сидела в объятиях Римуса, того трясло от рыданий, рядом сидел Гарри и держал Веатрикс за руку, где-то недалеко лежало тело Седрика, раздавались вопли отца Седрика, Дамблдор и Фадж пытались восстановить спокойствие. Веатрикс поняла, что дольше молчать нельзя, не то все и так уже успели похоронить её. — Рем.. Ремус, — Веатрикс поморщилась от боли. Римус отодвинул Веатрикс от себя вглядываяь в её лицо. — Веатрикс, Мерлин, Веатрикс жива! — прокричал Римус. Все засуетились. Веатрикс пошатываясь поднялась на ноги и если бы не рядом стоящих Гарри и Римуса, она бы упала. — Веатрикс, больше не делай так никогда, ты меня до чёртиков напугала — сказал Гарри и обнял Веатрикс. — Больше не буду. Веатрикс радовало лишь одно. Она смогла, она вернулась. Её не интересовало как именно ей это удалось главное, что она жива.