«Таинственный незнакомец»

      Всю ночь Лайя плохо спала, вздрагивая от каждого постороннего звука и шороха. Ей казалось, что кто-то ходит по коридору, бродит туда-сюда, периодически замирая у её двери. Все детские кошмары, которые она оставила далеко позади — прошло не меньше пары лет с последнего его появления, — снова вернулись. Леденящий душу страх поселился внутри. Появилось ощущение чужого присутствия и практически осязаемого, прикованного к ней взгляда. Всё вновь повторялось, только в этот раз навевало ещё больший ужас, чем когда-либо. Она точна была уверена, что он приходил под покровом ночи. Наблюдал. Боролся с желанием прикоснуться. И этот голос…       Он звучал так отчётливо и устрашающе, но в то же время дико сексуально. Его тембр не вязался с образом, который отпечатался на подкорке, хотя она его никогда толком не видела. Только очертание силуэта, острые клыки и блестящие во тьме глаза. Но что-то в нём несомненно её притягивало, манило к себе, словно магнитом. И это пугало ещё сильнее.       Открыв тяжёлые, словно налитые свинцом веки, Лайя приподнялась на локтях, чтобы оглядеться. В камине уже почти догорели последние поленья, но в комнате по-прежнему было тепло — практически полное отсутствие сна помогло ей следить за тем, чтобы он не погас. Большая часть свечей дотлела, оставляя после себя восковые слёзы на металле канделябров. За окном бушевал сильный ветер, гнущий длинные когтистые ветви деревьев, делая и без того серый городишко ещё мрачнее. Где-то среди иссиня-чёрных туч, которые, как казалось, были обыденными для этой местности, пробивались яркие лучи уже не греющего солнца.       Усевшись на край кровати и свесив ноги на холодный пол, Бёрнелл потёрла пекущие от недосыпа глаза.       Голова кружилась.       Желудок предательски урчал.       А всё тело почему-то ломило.       Она чувствовала себя паршиво, но нужно было вставать: сегодня был второй этап передачи картин. Ведь вчера днём, когда они встретились с Теодором Винческо в его ветхом старом домике, тот даже не показал ей полотна, просто рассказывал историю, как они к нему попали. Говорил о том, почему хочет такую небольшую плату и зачем вообще решил от них избавиться.       По его словам, эти картины — наследство от дедушки. Он тогда негодовал, что младшему брату достался небольшой домик и скот, а ему — всего лишь какие-то полотна. Теодор решил, что продаст их, если потребуется, ведь они казались ему какими-то странными и даже пугающими. Теодор вышел на пенсию. Надо было на что-то жить, тут-то и пригодились картины. Внук, иногда приезжающий к деду погостить, помог разместить объявление на сайте, на которое и наткнулась Лайя.       Винческо был рад, что покупатель быстро нашёлся, а значит, у него появится хоть какая-то копейка на выживание.       Немного придя в себя, Бёрнелл побрела в ванную, чтобы умыться и окончательно взбодриться. Холодная вода помогла хоть немного смыть усталость и остатки кровавых подтёков под носом. Закончив со всей утренней рутиной, она пошла собираться. Встреча была назначена на одиннадцать утра, поэтому у неё оставалось ещё сорок минут, чтоб найти место, где можно перекусить.       Быстро переодевшись и накинув пальто, Лайя пошла вниз. Коридор казался уже не таким жутким, как ночью при тусклом свете фонарика её телефона, а вот половицы всё так же протяжно скрипели, пока она спускалась.       В главном холле по-прежнему было холодно. Сквозняк гулял по комнате, словно кто-то забыл закрыть окна. В углу зала, в небольшом кресле-качалке, уже практически спала старушка, которая встречала её вчера вечером, поэтому Бёрнелл тихо прошмыгнула к главному входу, чтобы не разбудить её.       Ледяные потоки ударили в лицо, заставив прикрыть глаза. Ещё сильнее укутавшись в пальто, Лайя побрела по мрачным серым улочкам в поисках хоть какой-то забегаловки. Ветер гонял листья по уже разбитым от времени тропинкам, закручивая их в вихре осеннего танца. Старый фонтанчик, покрытый трещинами и мхом, выглядел безумно одиноко посреди огромного парка. Каменные лавочки были практически уничтожены. Лайя шла вперёд, разглядывая остатки когда-то красивых сооружений.       Впереди замигала вывеска, которая периодически потухала. Паб «Трактирщик Джо», конечно, не особо внушал доверие, но Лайя жутко хотела есть, поэтому выбора особо не оставалось.       Едкий запах алкоголя и вяленой рыбы резко ударил в нос, стоило ей только открыть двери заведения. Помещение было обставлено по-простому.       Небольшая барная стойка. Пару столиков с уже прожжёнными сигаретами скатертями. Тусклый свет исходил от настенных бра, покрытых пылью и паутиной. Вид был не очень, но желудок продолжал предательски урчать. Лайя подошла к барной стойке, за которой стоял седоволосый мужчина с бородой. Он выглядел моложе тех, кого она тут встречала.       На краю столешницы лежало меню. Прихватив его, Бёрнелл пошла и села за один из столиков. Ассортимент был скудным, поэтому она заказала запечённую рыбу с овощами и травяной чай с шарлоткой.       Холодный ветер коснулся оголённых щиколоток, когда дверь в паб снова открылась. Бёрнелл обернулась — ей безумно хотелось увидеть хоть кого-то ещё в этом богом забытом месте.       На пороге стоял высокий мужчина. Тёмные волосы были аккуратно уложены, но из-за непогоды из причёски выбилась пара прядей. Серо-голубые глаза поблёскивали в тусклом свете помещения. Он был намного моложе, чем мужчина, работающий здесь.       Таинственный незнакомец подошёл к барной стойке и сделал заказ, а после повернулся к Бёрнелл. Та хотела было отвести взгляд, но за пару шагов он оказался рядом, усаживаясь за столик. Только сейчас она смогла более чётко рассмотреть его внешность.       «Незнакомец был красив».       — Что столь юная особа забыла в этом тухлом месте? — его тягучий голос растёкся по барабанным перепонкам. Приятный тембр с небольшой хрипотцой проникал под кожу и разносился по венам, опьяняя. Лайя смотрела на него, практически не мигая, словно пыталась что-то вспомнить.       — Здравствуйте, — всё, что смогла вымолвить в ответ та.       Она разглядывала его совершенно не стесняясь, прожигая взглядом. И всё перебирала воспоминания в голове, словно рылась в старой картотеке. Она где-то слышала этот голос. Он ей до боли, до мурашек по телу знаком. Осознание словно ударило по голове.       «Это он вчера нашёптывал ей перед сном. Но как? Как такое может быть?»       — Я вас чем-то напугал? — мужчина словно почувствовал её страх.       Его холодные пальцы коснулись хрупкой девичьей ладони. А ту словно ударило током, отчего Лайя резко отдёрнула руку.       — Кто вы? — её голос дрожал от страха вперемешку со странной волной возбуждения, пробежавшей по телу от его касания.       — Меня зовут Влад. А вас?       — Лайя, — Бёрнелл прикрыла рот ладонью, словно не хотела этого говорить, но что-то заставило её это сделать.       — Красивое имя, — он практически перешёл на шёпот, а в его глазах блеснули ярко-жёлтые искорки.       Лайя не понимала, что происходит. Но страх почему-то отступал, сменяясь желанием прикоснуться к загадочному Владу. Она уже не сомневалась, что он приходил к ней, хоть и не могла этого доказать. Лайя в этом была уверена на все сто процентов. Ужас, державший её цепкими лапами столько лет, словно ослабил хватку.       Бёрнелл ощущала себя какой-то значимой для него, раз он столько времени наблюдал за ней.       «Но как? Как возможно, что он так молод до сих пор?»       Ведь незнакомцы из детских и вчерашнего кошмаров были одного возраста. Но эти вопросы почему-то не задерживались в голове надолго. Они улетучивались, словно пепел на ветру, оставляя ей только дикое желание прикоснуться к его губам и попробовать их на вкус.       Лайя начала дышать чаще, не спуская взгляда с загадочного, когда-то пугающего её мужчины. Пульс просто зашкаливал, отдаваясь гулкими ударами и болезненной пульсацией в висках.       Влад тоже рассматривал её, то и дело замирая взглядом голубых глаз на хрупкой шее, на которой сейчас слишком красиво и сексуально пульсировала вздувавшаяся венка. Он нервно сглотнул, словно проталкивая стоящий в горле ком, и перевёл взгляд к глазам Лайи.       От страха не осталось и следа. Казалось, Лайя забыла обо всём на свете. Всё, что происходило с ней до этого, было совершенно несущественным. Сейчас самым важным было коснуться его обнажённого тела. Скользить по нему кончиком языка, оставляя влажную дорожку. Сминать его полные губы и углублять поцелуй, зарождая страсть и желание в них двоих.       Влад видел, что в её серых глазах уже кувыркаются черти. И он знал, что так будет. Не могло быть иначе. Ведь она с самого рождения была предназначена ему. Влад знал, как сильно она его хотела сейчас, ведь он испытывал то же самое.       Бёрнелл всё сильнее сводила ноги под столом и ёжилась на стуле, не понимая, как он, даже не касаясь её, может так сильно возбуждать.       «Кто он? Что ему нужно? И почему он так влияет на меня?»       — Зачем я вам? — всё-таки смогла произнести Лайя, хотя дыхание уже напрочь сбилось. Она ожидала услышать что угодно, но только не то, что он ответил.       — Ты — та, кто может снять моё проклятье.