Глава 9

Пар летел изо рта, улетал куда-то в небо, растворялся в воздухе. Катерина шла по улице, где-то рядом семенил Дима. Молчание между ними установилось тогда, когда брюнетка сказала им место, куда они сегодня должны прийти. Морозный ветер играл с их волосами, задувал куда-то под одежду, вызывая табун мурашек. Неприятно, но приходится мириться даже с этим. Девушка подошла к соседу чуть ближе, ловя его тёплую руку. Нет, это нельзя назвать какой-то банальной любовью, нет. Это просто инстинктивные прикосновения, которые приносили тепло. Гипотермия всё чаще мучала брюнетку, не давая спать ночь и учиться нормально — днём. — Слушай, — прервал Побрацкий устоявшуюся тишину. — Зачем тебе туда идти, если спина ещё болит. Вот на кой хер, это тебе нужно? — Я обещала организатору прийти, — недовольно отозвалась первокурсница, клацая зубами, — тем более, тематика сегодняшнего боя — кастеты. Я с ними лучше всего справляюсь, поверь мне. — Ага, щас. Давай просто прогуляемся, а потом домой, — Звёздочкина зло глянула на того, чуть сильнее сжимая чужую ладонь. Нет, так просто от своей цели она не отступит, нужно бороться до последнего, до победного звонка. — Вот как последний раунд завершиться в мою пользу, так и пойдём домой, — шатен тихо клацнул зубами, смотря на подругу осуждающим взглядом. Та лишь бросила ответный взгляд, как бы говоря, чтобы он не лез не в свои дела. Что ж, Дима этого не умеет делать, а если бы и умел, то с каким провалом. — Нет, нельзя просто так идти наперекор судьбе! Ты же можешь ещё больше пораниться! — сорвался на крик Дима, но его заткнули одним ударом в районе рёбер. Боль волной прошлась по телу, вызвав и без того сильное отчаяние, наравне с ненавистью и раздражением. Брюнетка подхватила друга под руку, ведя того к скамейке. — Мне уже не страшно, что будет со мной. Я иду в чужой монастырь со своим уставом. Мне никто не может перчить, а если такое случиться, я всех раскидаю по углам, — голос звучал монотонно, хрипло, низко и угрожающе. Посадив парня на скамейку, первокурсница села рядом, всё также не выпуская чужую ладонь из хватки. Не хватало, чтобы снова затрясло от приступа гипотермии. — Пхе, пхе! Б-больно же, д-дура! — злобно отозвался шатен, прикрыв глаза. Звёзды так и плясали в темноте, скакали в этом пространстве, раздражали. Хотелось врезать ей хорошенько, да сил уже не хватало. Дыхание чуть спёрло от такого удара, а ноющая боль сосала где-то под рёбрами, распространяясь дальше по телу. — Знаешь, меня называют Питбулем не зря, — начала девушка, слегка запнувшись. — Такая кличка досталась за железную хватку и желание, становящееся превыше каких либо моральных устоев. Мне не знакомо сожаление в адрес других людей, его у меня вообще не существует. Говорила она это с трудом, понимая, что слёзы снова подкатывают к груди и горлу. Снова давят на виски, заставляя согнуться пополам. Нет, сейчас такого нельзя вытворять, уж точно не посреди бела дня и улицы. Глубоко вздохнув, Катерина вновь бросила взгляд на соседа. Парень приоткрыл глаза, смотря в ответ. — Т-ты… Мо-онстр… — с большими паузами произнёс Дима, тихо выдавая «Блять!». — Я знаю, — спокойно отозвалась брюнетка, сложив руки на коленях. Не сегодня, не сейчас…