Вступление

Обращаясь к тем, кто уже счел эту книгу, или рассказ, или же повесть, или же роман (еще сам не определился) полной чушью, сообщаю — вы прочли концовку. Да, именно так закончится сие нечто. Почему, собственно, «нечто». Дело в том, что я действительно не хочу накладывать на себя рамки жанра или же подобие какого бы то ни было примерного направления, в котором в дальнейшем будет продвигаться дальнейшее для меня написание, для вас — чтение. Возвращаясь к тому, что вы прочли, то, чем все закончится. Для чего и почему я это делаю, поясняю: у меня есть знакомые, которые любят судить обо всем, пропуская всю суть. Им достаточно ознакомиться с оглавлением и последней страницей. Так вот, это сделано специально. Буду честным! Просто хочу упростить задачу и освободить пару минут вашего драгоценного времени от приобщения к тому, что вам может быть не интересным. Для тех, кто решит, что эта чушь все же может иметь под собой нечто большее, не знаю, подобно айсбергу, вам я хочу сказать — нет! Это «нечто», ибо произведением я не имею право называть то, что создал сам, всего лишь попытка рассказать правду, которую видит один из миллиардов, живущих на земле. Правду, пропущенную через восприятие одного человека и выпущенную в том виде, в котором ее смог обработать мозг. Возможно, этого не хочется отрицать, мысли, изложенные здесь, найдут сторонников, возможно, это произойдет даже раньше, противников. Это неизбежно. Причем неизбежно точно так же как, к примеру, кроссовки будут вонять после продолжительного кросса в середине июля или же новорожденный будет ходить под себя. Конечно, для кроссовок есть специальные дезодоранты, стельки и прочая дичь; конечно, для ребенка — это нормально, и каждый из нас первые, некоторые из нас — и последние, годы будут гадить в любое время. Но это про неизбежность. А я хочу рассказать о другом. Я не говорю о том, что к теме неизбежности я не буду возвращаться — буду, но в другом контексте и с другими мыслями. Более лицеприятными и связанными, более концептуальными и наполненными смысла. А говорить я буду преимущественно о использовании двух понятий. Первое — пафос. Нормальный такой, обычный пафос. Тот, который наполнен понтами, что в чудовищно-преобладающем количестве случаев (почти во всех) напускной и не имеющий под собой основы. И второе понятие, более просторечное, — пиздаболия (хотя корнями оно уходит куда глубже и изначально имело другое значение, нежели сейчас). Но если я буду использовать слово пиздаболия — это «нечто» быстренько осудят, и оно не отыщет отклика от общественности, а некоторые мамаши, кричащие: «подумайте о детях», начнут орать: «подумайте о детях» — и, намотав сопли на кулак, разведут еще большую пиздаболию. По причине того, что я хочу избежать лишней пиздаболии о пиздаболии, я заменю данный термин словом «треп». С этого момента я буду говорить о трепе разного рода и смысла и ни единого раза не напишу «пиздаболия». Я смаковал.